153

Солнечный луч скользнул по моему лицу, заставив поморщиться. Я почувствовала легкое прикосновение к щеке и неохотно приоткрыла глаза. Мир вокруг был затоплен золотистым светом, а в голове царил приятный туман после необычной ночи.

Надо мной возвышался Норд. Он опирался на локоть и с интересом разглядывал меня, будто видел впервые. Его обычно суровое лицо сейчас выглядело мягче, а в синих глазах плясали солнечные зайчики. Мой взгляд невольно задержался на его растрёпанных волосах и лёгкой щетине на подбородке.

– Доброе утро, спящая принцесса, – проговорил он вполголоса. – Мы проспали завтрак.

Я перевернулась на спину и с удовольствием потянулась, чувствуя, как кровь быстрее побежала по венам. Всё казалось каким-то нереальным.

– Какой классный сон, – пробормотала я, не до конца понимая, что происходит. – Не хочу просыпаться… Ты такой красивый.

Его брови взметнулись вверх, а на губах заиграла самодовольная улыбка.

– Вот как? – его голос приобрёл бархатные нотки. – А раньше ты считала меня уродом, значит? Интересно, что же изменилось за одну ночь?

Реальность обрушилась на меня как ледяной дождь. Я мгновенно проснулась, осознавая, где нахожусь и что случилось. Кровь прилила к лицу так быстро, что закружилась голова.

– Я не это имела в виду! – я попыталась натянуть одеяло повыше. – Просто свет так падает!

Норд рассмеялся, поймал мою руку и не позволил спрятаться.

– Не стоит брать свои слова обратно, – сказал он, наклоняясь ближе. – Мне нравится, когда ты честна со мной.

– Отпусти, – я попыталась высвободиться, но без особого энтузиазма.

– Нет, – просто ответил он, сокращая расстояние между нами. – Знаешь, мне нравится твоё смущение. Оно делает тебя еще привлекательней.

Его губы коснулись моего виска, скулы, уголка рта – медленно, словно он боялся спугнуть. Я невольно залюбовалась его длинными ресницами, отбрасывающими тени на скулы.

– Скоро ты привыкнешь к моему присутствию по утрам, – прошептал он мне на ухо. – Обещаю.

Он целовал меня неторопливо, без вчерашней страсти и нетерпения, словно у нас было всё время мира. Его руки бережно обнимали меня, будто я была хрупкой фарфоровой статуэткой. И эта нежность оказалась сильнее всех стен, которые я выстроила.

«Кто бы мог подумать, что этот суровый принц умеет быть таким?» – мелькнула отстранённая мысль, пока я таяла в его объятиях.

Вставать не хотелось категорически. Мы валялись в постели, обмениваясь короткими репликами о пустяках и смешных историях из жизни. Удивительно, но с ним было легко. Я ловила себя на мысли, что хочу узнать о нём больше – о его детстве, мечтах, страхах.

Когда солнце полностью заполнило комнату, мы наконец поднялись. Одевались мы в комфортной тишине, изредка обмениваясь взглядами, от которых внутри всё переворачивалось.

На завтрак – вернее, уже обед – мы спустились вместе. Стоило нам появиться в дверях столовой, как все взгляды устремились к нам. Эмма, расставляя приборы, бросила на меня такой выразительный взгляд, что я чуть не споткнулась. Дора и Гильда перешёптывались в углу, прикрывая рты ладонями, а новая служанка Кьера, подававшая хлеб, покраснела до корней волос, когда Норд поблагодарил её кивком. Даже Дамьер, вечно хмурый и неприветливый, сегодня смотрел как-то по-другому – с любопытством и даже некоторым уважением.

«Ну всё, теперь точно весь замок в курсе», – подумала я, чувствуя, как щёки снова заливает румянец. Новость о том, что хозяйка Иштгольда провела ночь с принцем, еще долго будет будоражить умы слуг.

Норд, казалось, не замечал этих взглядов. Или ему было всё равно. Он спокойно пил свой чай, глядя на меня с лёгкой улыбкой.

Где-то в глубине души зародилось странное чувство. Да, мне было неловко и стыдно. Но была и другая эмоция – что-то похожее на гордость. Пусть смотрят. Пусть знают. В конце концов, я — не просто какая-то случайная девушка, я его жена, даже если и попала в это тело по странному стечению обстоятельств.

И пусть наши отношения начались не лучшим образом, но, возможно, сейчас всё меняется. Теперь меня точно будут воспринимать не как изгоя, а как настоящую жену Норда

И эта мысль, как ни странно, грела.