76

– О чем говорили? – его голос прозвучал хрипло в повисшей тишине.

Я медленно прошла в комнату, чувствуя, как от его пристального взгляда по коже бегут мурашки. Проклятое тело Инес – даже сейчас оно реагировало на его близость, хотя в голове царил полный хаос.

– О многом, – ответила я осторожно.

Я отвернулась к окну, не в силах выдерживать его тяжелый взгляд. В саду внизу двое слуг подстригали розовые кусты, и эта обыденная картина казалась такой неуместной после всего услышанного в кабинете императора. Интересно, в моем мире в средние века все это было таким же? До сих пор кажется, что я сплю.

Норд в два шага оказался рядом. От его близости перехватило дыхание – он навис надо мной как грозовая туча.

– О чем? – процедил он сквозь зубы.

Я подняла голову и посмотрела прямо в его потемневшие синие глаза. Под таким давлением сложно увильнуть от ответа, но мне крайне не хотелось быть той, кто откроет ему глаза на происходящее.

– Император интересовался… как у меня дела, – вру я нагло.

Тонкие губы растянула усмешка.

– Неужели?

В этот момент в дверь постучали, спасая меня от необходимости отвечать. Я едва сдержала вздох облегчения.

– Ваше высочество, – на пороге появился слуга, – к вам капитан Этьен. Говорит, срочное дело.

Норд не отводил от меня своего тяжелого взгляда, словно давая понять, что разговор не окончен. Он резко развернулся и вышел из комнаты, оставив после себя гнетущее ощущение.

Он так и не появился до самого вечера. Я устроилась в кресле у окна с книгой по этикету, которую прихватила из библиотеки замка, и то и дело удивленно вскидывала брови, читая об очередном местном обычае.

Особенно меня поразила глава о десертах. Оказывается, в империи Истэ их подача – целый религиозный ритуал. Сладости считались даром небесной благодати, и во время их поедания полагалось возносить особые молитвы. Каждое движение, каждый жест имели своё значение.

Я со стоном откинулась на спинку кресла. Теперь понятно, почему Норд так странно отреагировал, когда я просто взяла и съела кусочек пирожного.

Возможно, настоящая Инес никогда не чтила эту часть их культуры или наоборот старалась соответствовать образу идеальной жены? Или у сантис были какие-то свои обычаи, которые не позволяли им принимать правила чужих обычаев?

За окном медленно темнело, а я все перелистывала страницы, пытаясь найти ответы на множество вопросов. И с каждой прочитанной главой становилось все яснее – одной книги по этикету явно недостаточно, чтобы разобраться во всех тонкостях местной жизни.

Но этого должно хватить, чтобы не ударить в грязь лицом на сегодняшнем ужине.

В дверь тихо постучали. Я отложила книгу и прикрыла газетой. Знала, что кроме слуг никто стучать не будет, но мне не хочется, чтобы по даорцу поползли слухи о моих интересах.

В голову неожиданно закралась интересная мысль.

– Входите.

– Ваше высочество, до ужина остался час, – служанка присела в реверансе. – Позвольте помочь вам переодеться?

– Нет, спасибо, я справлюсь сама, – я посмотрела на газету и задумчиво закусила губу. – Ты знаешь, как найти других принцесс сантис?

Девушка кивнула, а я нашла листок бумаги и набросала на нем пару строк, очень надеясь, что адресат ничего не заподозрит странного.

Служанка отправилась по поручению, а я вздохнула, чувствуя внутренний мандраж. И чем ближе был час икс, тем сильнее накатывало волнение.

Я умылась прохладной водой, пытаясь собраться с мыслями. Выбрала самое красивое из черных платьев – с серебряной вышивкой по лифу и рукавам. Странно, почему в гардеробе Инес нет других цветов? Может, у сантис тоже какие-то особые традиции в одежде? Еще один вопрос в бесконечном списке загадок.

Когда время пришло, дверь открылась без стука. На пороге стоял Норд, и его взгляд, скользнувший по моему платью, заставил что-то внутри ззаволноваться. В синих глазах мелькнул какой-то странный темный блеск, от которого по коже побежали мурашки.

– Пора идти, – его голос был все так же равнодушен.

Я подошла ближе, но он не отступил, продолжая смотреть на меня сверху вниз. От его взгляда, тяжелого и пронизывающего, щеки начали гореть. Я прекрасно понимала, что он видит – стройную фигуру в облегающем черном платье, белоснежные волосы, рассыпавшиеся по плечам, и, наверное, предательский румянец на щеках.

Потому что сердце колотилось, разжигая и разнося кровь по венам.

Это тело даже сейчас реагировало на близость принца совершенно неуместным образом. Мало того что сердце колотилось как бешеное, так еще и ладони вспотели. Прекрасно, Инес, просто прекрасно – попробуй теперь удержаться за его локоть скользкими пальцами!

Впрочем, Норд, кажется, ничего не заметил. Подал мне руку с таким видом, словно выполнял особо скучную обязанность, и повел к выходу. За дверью нас уже ждал слуга в расшитой золотом ливрее.

Когда мы вошли в столовую, я едва удержалась от присвиста – вот это размах! Огромный зал с потолками где-то в районе небес был заполнен людьми. Круглые столы, расставленные по всему пространству, напоминали звездную карту – каждый со своей свитой гостей, как планета со спутниками. Повсюду мелькали яркие платья, драгоценности, расшитые камзолы. И на их фоне я в своем черном наряде смотрелась как ворона на павлиньем дворе.

Слуга проводил нас к одному из столов, церемонно отодвинул стулья и растворился в толпе. Я начала осматриваться, пытаясь найти в этом море расфуфыренных аристократов знакомое лицо императора. Не то чтобы я жаждала новой встречи – просто хотелось знать, откуда ждать подвоха.

Но вместо его величества я наткнулась на другой взгляд – точно такой же синий, как мой собственный. Сердце пропустило удар, а потом заколотилось где-то в горле. Почти напротив сидела девушка, в чертах которой я могла бы узнать свое... то есть, Инес... отражение. Те же белоснежные волосы, тот же разрез глаз и почти такое же черное платье. Одна из сестер. Но которая? Сола?

И как, черт возьми, себя вести при встрече с родной сестрой, если понятия не имеешь, какие у вас были отношения?

Мои метания прервал внезапно наступивший в зале штиль – все голоса стихли разом, словно по команде. В распахнутые двери вошел император, и я снова невольно залипла. Ну а что? Никогда не страдала отсутствием чувства прекрасного, а тут, чего греха таить, просто услада для глаз. Вот только душонка подкачала – гнилая насквозь. Как говорила моя бабушка – снаружи мед, внутри яд.

Сестра тоже во всю глазела на его величество, как и большинство присутствующих дам. Да что там – весь зал словно замер, очарованный этим златокудрым лебедем с паучьими мозгами. Интересно, Сола знает, какой он на самом деле? Догадывается ли хоть кто-нибудь, сколько яда скрывается за этой ангельской внешностью

В этот момент Сола увидела меня. Показалось, что ее на мгновение захлестнула паника, но она быстро отвела взгляд. Я проследила за ее взглядом и увидела мужчину, сидевшего чуть дальше от нас. Сомнений не было – это точно родственник. Те же белоснежные волосы, те же черты лица, даже посадка головы – все выдавало наше родство. То есть, родство этого тела.

А потом я заметила еще две пары синих глаз, и внутри все похолодело. За разными столами, но недалеко друг от друга, сидели еще две мои точные копии. Вернее, копии Инес. Или это мы все были копиями того мужчины?

Просто замечательно. Все семейство Бэстомэ в сборе, а я даже имен половины из них не знаю. Интересно, они все в курсе, что их считают предателями? И что теперь делать мне – изображать любящую сестру или держаться отстраненно?

– Расслабься, – тихо произнес Норд, наклонившись к моему уху. – Ты выглядишь слишком напряженной для счастливой сантис, заполучившей меня в мужья.

Я метнула в него убийственный взгляд, но в ответ получила только насмешливую улыбку. Вот же... самовлюбленный индюк!

К счастью, в этот момент слуги начали разносить первые блюда, избавляя меня от необходимости придумывать достойный ответ. Хотя очень хотелось сказать что-нибудь едкое про его самомнение размером с императорский дворец.

Я рассматривала свою копию и гадала – Сола или нет? Как понять? Она словно назло хмурилась и смотрела куда угодно, только не на меня, старательно избегая встречаться взглядами. Один раз мне все же удалось поймать ее взгляд, и стало очевидно – она безумно нервничает.

В чем же дело?

Ответ пришел во время десерта, и вот тут-то стала понятна вся ее нервозность. Если бы не прочитанная книга по этикету, я бы, наверное, еще не скоро узнала о здешнем ритуале со сладостями. И уж точно не поняла бы всей серьезности того, что произошло дальше.

Стоило ей только положить пирожное в рот, как она вся скривилась и позеленела. В глазах полыхнул такой гнев, что я на секунду подумала – сейчас эта десертная ложечка в кого-нибудь полетит.

Я склонила голову набок и прищурилась. Мой десерт был вкусным, я пробовала. От такого при всем желании не скривишься, повара постарались. Значит... кто-то что-то подмешал? Неприятненько.

Девушка презрительно выплюнула содержимое рта в салфетку, а затем залпом осушила бокал вина, словно не замечая, как присутствующие осуждающе застыли.

– Я наслышан о вашем демонстративном нежелании соблюдать наши традиции, – голос императора разнесся над нашими головами, как раскат грома в ясный день. – Но был уверен, что у меня в гостях вы не станете проявлять подобного пренебрежения, Сола Макгоул. Или мне называть вас Бэстомэ?

От последнего вопроса по моей спине промчался табун мурашек. Зато теперь я точно знала, что это Сола. И что-то в ее взгляде, в том, как на секунду он наполнился надеждой при упоминании фамилии Бэстомэ, заставило меня насторожиться.

– Твоя сестра намеренно провоцирует истэнцев, – тихо произнес Норд с таким видом, будто точно знал, о чем говорит.

Я видела Солу впервые, но что-то подсказывало мне – принц ошибается. В ее реакции было слишком много неподдельного отвращения и слишком мало показной демонстративности. Тут явно что-то нечисто, и я почти уверена – дело не в неуважении к традициям.

– Прошу прощения, ваше императорское величество, – медленно поднялся мужчина рядом с Солой.

Я невольно залюбовалась – статный, с такими же серебристыми волосами и синими глазами, хотя черты лица совсем другие, не как у нас. Его голос звучал спокойно и уверенно:

– Моя супруга сегодня неважно себя чувствует. Возможно, сказывается беременность.

Ого!

Взглянув на императора, я поняла, что он не испытывает радости по этому поводу. Вернее, все вообще наоборот, словно его только что надули, а он этого факта не может признать, чтобы исключить последствия этого обмана.

Я с удивлением проводила взглядом уходящую парочку – его величество милостиво отпустил Солу отдохнуть . Но что-то подсказывало мне – этот жест не имел ничего общего с заботой.

– Император накажет ее? – осторожно спросила я у Норда, который сжимал десертную ложечку с такой силой, словно собирался согнуть ее пополам, и смотрел куда-то в сторону.

Он медленно повернулся и произнес тихо: – Она ничего не сделала, чтобы ее наказали. Да, это оскорбительно, и статусу ее мужа не добавляет, но всем известно, кто она такая. Кто вы такие.

Мы ? Я едва удержалась от нервного смешка. Да я вообще не из этого мира!