80

В покои я возвращалась с тяжелым чувством. Слова императора крутились в голове, оставляя после себя неприятный осадок. Что-то подсказывало – его предупреждение имело куда более глубокий смысл, чем просто забота о правилах этикета.

Комнаты встретили меня пустотой и тишиной. Норда не было – и слава богам, я не была готова к очередному раунду напряженного молчания или колких замечаний. После разговора с императором хотелось просто смыть с себя этот длинный день.

– Приготовьте ванну, – обратилась я к появившейся служанке. – Только воду, ничего больше.

Девушка удивленно моргнула, но спорить не стала. Я уже усвоила урок в Иштгольде – у сантис невероятно чувствительная кожа. До сих пор помню ту ужасную аллергию. Не хотелось бы повторения подобного опыта, особенно здесь, во дворце. Чужое тело иногда преподносило такие сюрпризы, что лучше было перестраховаться.

Пока готовили ванну, я подошла к окну. Ночной сад внизу казался совсем другим – не тем уютным местом для прогулок, каким был четверть часа назад, а темным лабиринтом, полным опасностей. Где-то там, в тени деревьев, возможно до сих пор прогуливался император.

Я пролежала в воде около часа, пытаясь очистить разум от бесконечного потока мыслей. Но тишину нарушил звук открывающейся двери – Норд вернулся. Его тяжелые шаги эхом отдавались в соседней комнате, и почему-то все мои мысли, как назло, устремились именно туда. Где он был? Что делал все это время?

В конце концов пришлось выбираться – вода давно остыла. Я медленно вытерлась, невольно задержав взгляд на отражении в зеркале. Тонкие бледные полоски шрамов на спине казались почти незаметными. Странно, как быстро тело исцелилось – словно прошли годы, а не месяц.

Натянула сорочку, пытаясь не обращать внимания на непривычное волнение где-то внутри. В прошлой жизни я терпеть не могла такие моменты – любые сильные эмоции всегда означали дискомфорт. А сейчас все тело будто звенело от напряжения, и это раздражало больше всего.

Когда я открыла дверь ванной, то невольно замерла. Норд сидел в кресле с книгой, но при звуке моих шагов поднял голову. Его взгляд заметно потемнел, и что-то в нем заставило меня почувствовать себя неуютно. Внутри шевельнулось странное чувство – смесь волнения и тревоги.

– Вода не остыла? – его голос звучал непривычно низко, почти бархатно.

Он отложил книгу и поднялся одним плавным движением. В его позе появилось что-то хищное – так двигаются большие кошки, заметившие добычу. Каждый его шаг был неторопливым, выверенным, но от этого становилось только тревожнее.

Я попятилась к кровати, не понимая, почему сердце вдруг заколотилось как безумное. Это тело реагировало на его приближение совершенно непредсказуемо – внутри все скручивалось в тугой узел, и я не могла понять, что это: страх или что-то совсем другое.

Норд приблизился еще на шаг. В тусклом свет его фигура казалась еще массивнее обычного – он будто заполнял собой все пространство комнаты. От него исходила почти осязаемая сила, но движения оставались неторопливыми, выверенными.

– Как прошла встреча с отцом? – в его низком голосе прозвучали странные нотки. – Настолько затянулась, что пришлось прогуляться в саду... с императором?

Что-то в его тоне заставило меня насторожиться. Внутри шевельнулось смутное беспокойство – будто перед грозой, когда воздух становится густым и тяжелым.

Я замерла, наблюдая, как он медленно сокращает расстояние между нами. Его взгляд изменился – он смотрел на меня так, словно видел что-то новое, незнакомое, и от этого взгляда по спине бежали мурашки.

– Он напомнил мне о правилах, – проговорила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – О том, что жене принца не следует гулять одной.

Норд остановился совсем близко. Его глаза в полумраке стали почти черными, и в них читалось что-то пугающее. Его присутствие ощущалось физически – тяжелое, подавляющее. Воздух между нами, казалось, сгустился от напряжения, и я не понимала, почему мое сердце вдруг заколотилось с удвоенной силой.

Норд медленно поднял руку и коснулся моей щеки. Его пальцы были горячими, почти обжигающими.

– Скажи мне, – его голос стал еще ниже, – в твоем мире принято ласкать супруга губами?