Глава 26. О последнем испытании и моем обмане

— Ой, — только и смогла сказать я.

Эйдан смерил меня взглядом.

— Что ты здесь делаешь? — сказал он.

— Решила немного погулять перед сном.

— Завтра объявят, кто станет новой хранительницей, — сказал Эйдан. Так, словно ожидал от меня чего-то в ответ.

— Ты ведь уже все решил, да? — сказала я.

Он покачал головой немного грустно.

— Не все решаю я, Ива.

— Но ты знаешь?

Он кивнул.

И кто же это? Что ж ты молчишь?

— Ты обижен на меня за то, что было у разлома? — спросила я.

— Обижен? — удивился он. — Ива… ну, я же не ребенок. Когда я звал тебя туда, то действительно хотел увидеть, как ты себя поведешь, проверить свои предположения. Не могу сказать, что мне понравилось то, что я увидел. Но выводы я сделал. Обида — это ведь немного не о том.

— Ты недоволен.

Эйдан чуть поджал губы, кивнул.

— Да, недоволен, — сказал он. — Но ни мне, ни тебе уже ничего не сделать с этим. И все же, я предпочитаю знать это заранее. Когда приходится принимать решения, лучше никаких иллюзий не питать.

Он замолчал снова. Выводы? Что я не подхожу? Или… Что пока еще живой Харелт мешает нам?

— И что же решили? — не выдержала я. Мне нужно знать. Он ведь уже знает.

— Основных кандидатур две, — сказал Эйдан. — Ты и Хлоя. Отец за Хлою, у нее самый сильный дар из всех вас. Есть, что передать детям. Действительно, очень сильный. Она в одиночку может больше, чем вы все вместе, ты уж прости. И если бы речь шла только о новой хранительнице, только о работе, то стоило бы выбрать ее. Это самый разумный выбор.

— Но?

Это не все. Он говорит «если бы».

— Но она не нравится мне, как женщина, — сказал Эйдан, невесело ухмыльнулся. — Совсем не нравится.

— И что с ней не так?

— С ней все так… — сказал он, — просто не для меня. Я не хочу видеть ее рядом с собой. Я, конечно, могу сделать усилие, исполнить свой долг и сделать наследника, но мне бы не хотелось такой жизни. Не хотелось бы вечно бегать из постели жены в другую постель. Думаю, ей тоже не хочется этого.

— Но разве это так обязательно — жениться на ней?

Эйдан развел руками, словно говоря: «а для чего же еще мы здесь собрались?»

— Мой отец не настроен ждать, — сказал он. — Я единственный сын, и он хочет поскорее увидеть внуков, быть спокоен. Из остальных девушек, дар достаточной силы только у Мэран, но на роль королевы она не подходит.

— Почему?

Эйдан ухмыльнулся, неопределенно покачав головой.

— Из личных качеств. Скажем так, она вряд ли будет мне верна до конца дней. А для королевы это недопустимо.

Слишком легкая добыча?

— А я буду верна?

— Если надо — будешь, — серьезно сказал он.

— Но ведь я тоже не подхожу, я замужем.

Эйдан чуть приподнял бровь, словно удивляясь моей наивности.

— Твой муж хранитель, Ива. Это лишь вопрос времени — когда ты станешь вдовой. К тому же, вариант с тобой устраивает меня с обеих сторон. И тем, что это будешь ты. И тем, что сейчас мне не нужно никуда торопиться. Я разделяю беспокойство отца, но не горю желанием жениться прямо сейчас. У нас еще есть время получше узнать друг друга. Кто знает, может быть твой Харелт проживет еще пару лет, а я за это время найду другую, более сговорчивую невесту.

Он усмехнулся.

Вот только мне не весело. Даже мороз по коже.

Я не верю. После всего, мне сложно верить, что он будет просто ждать.

— Нет… — еще попыталась я. — Ты же понимаешь, что пока Харелт жив, я… Ты же видел…

Наивная дурочка. Он понимает. Он как раз и хотел посмотреть, насколько опасен противник, устранить его сразу или можно чуть подождать. И я своим упрямством…

Пока я бы вполне устроила Эйдана в качестве любовницы.

Он ведь предупреждал. Сделать меня вдовой несложно. Это вопрос времени. И пары отданных приказов.

— Я не желаю ему зла, Ива. Но сейчас дело не только ко мне.

— Нет! — я чуть было не заорала, страшно стало. — Нет! Ты не посмеешь!

— Не я.

— Твой отец, желающий наследников! Не важно! Нет.

Я закусила губу. Истерикой тут не поможешь.

Эйдан молча смотрел на меня с сочувствием и горькой иронией. Но ведь ничего уже не изменить. Я знала, куда еду и зачем. И Харелт знал. Мне нужно было остаться с ним. И даже мыться в тазике не так страшно по сравнению с этим! Это чудовищно.

— Завтра последнее испытание, — вдруг вспомнила я. — Что будет, если я его завалю?

Эйдан скривился

— Лишние проблемы для всех, — сказал он немного устало. — Но это ничего не изменит. Не стоит. Будет только хуже.

Я совсем не спала в эту ночь.

Я совершила ошибку, приехав сюда. Не понимала, чего это будет стоить и чем обернется. Вернее, понимала, пожалуй, но многое не понимала про саму себя. Про то, насколько все серьезно. Про то, что мне нужно на самом деле.

Не верю, что ничего не изменить.

Попытаться сбежать? Вернуться домой? Я ведь имею право вернуться к мужу? Он имеет право потребовать меня вернуться домой, пока я еще не получила эту должность.

Формально — да, но не думаю, что кто-то позволит.

Если я попытаюсь сбежать, и меня поймают, то, уверена, накажут меня. Харелт почувствует и прилетит меня спасать. И его убьют. Этого допустить я точно не могу.

Если останусь, его тихо устранят тоже.

Нужно что-то придумать. Хоть время немного потянуть.

* * *

Последнее испытание, или, скорее, показательное выступление перед зрителями. Меня увидят и услышат все, замять потом будет сложно.

Глупо…

То, что я придумала, мне не слишком нравилось, но ничего лучше я придумать не могла. Хоть так. Даже не представляю, что мне за это будет. И что будет, когда они поймут правду. Они ведь поймут.

Но сейчас, наверно, у меня нет другого выхода. Я… не знаю. Еще пару месяцев назад я только закончила универ, получила новую и работу и мечтала, что вот сейчас начнется моя настоящая взрослая жизнь. Вот и началась… Не так я себе это представляла. Иногда хочется просто сесть и разрыдаться, но нельзя.

Нас собрали на площади перед дворцом.

Сегодня не только высокие судьи, но и обычные люди пришли посмотреть.

Нас трое: Хлоя, Мэран и я.

Мэран злая и бледная, одна, должно быть, уже знает, что ей не повезло. Она ведь рассчитывала на главный приз, и сейчас бросает на меня испепеляющие взгляды. С какой бы радостью я отдала ей все — и должность и принца… А Хлоя спокойная, как всегда… я ей завидую.

Честно говоря, мне немного не по себе, я не понимаю, чем все может обернуться. И чем дальше, тем сильнее волнуюсь.

Все взгляды на нас, все ждут зрелища. Ничего такого, конечно, не будет, ничего особенного. Ни музыки, ни фейерверков, ни шоу. Это, скорее, символ надежды и возрождения.

На возвышении приготовили четыре небольших стола. Три из них для нас, на каждом из них чаша. Четвертый, в середине перед нами, самый массивный, укрытый алой скатертью, на нем приличного размера молоток и ступа для измельчения камня. Три камня расколют, сотрут в порошок, а нам нужно будет восстановить.

Я делала такие вещи, в этом нет ничего сложного, с подобного испытания вообще все началось для меня в этом мире. Пусть там был кусочек сухой лепешки, но суть та же.

Боже мой, немногим меньше двух месяцев назад, но кажется, будто в другой жизни. Все было иначе. И слишком быстро, вместе с тем, у меня не было времени обдумать, мне нужно было бежать вперед, чтобы выжить… Я слишком поспешно пыталась ухватиться за первую возможность.

Я сама хотела этого, и вот я здесь.

Прямо перед нами, под навесом, места для короля, принца Эйдана и приближенных к королевской семье. Здесь Несса с мужем канцлером, нынешняя хранительница, и Роул, хранитель Небесного свода. Еще какие-то люди, которых я не знаю или только догадываюсь, кто они.

Чуть дальше — места для благородных господ.

Сегодня увидят и услышат все.

Эйдан внимательно смотрит на меня, словно уже ожидая подвоха.

Высокий крепкий жрец в красных одеждах Лейтиш Милосердной Матери-земли, выходит вперед и долго говорит что-то о важности момента. Я почти не слушаю. Мысленно я повторяю про себя то, что должна сказать сама.

Потом он берет один из камней, показывает всем, и разбивает на части, кладет куски в ступу и растирает там. Мягкий камень, какой-нибудь известняк…

Мелкую крошку из ступы он высыпает перед Хлоей в чашу. Потом повторяет все то же самое и высыпает в чашу передо мной. И потом — Мэран.

Мне сказать это сейчас? Пути назад уже не будет. По крайней мере, эту выходку мне не простят. Или пусть сначала все увидят?

Если бы только можно было все вернуть. Но ведь как обычно — понимание того, как правильно поступить, приходит позже.

Ладно. Испытание я, все же, завалю. По крайней мере, захотят услышать, почему я сделала так. Пусть спросят меня, и я отвечу.

— Милостью Лейтиш Милосердной мы восстановим эти камни и эту землю!

Довольно претенциозно из уст жреца, тем более, что не он сам будет восстанавливать.

И, начали!

Я видела, как Мэран старается изо всех сил, сосредоточенно. Пусть невестой ей не стать, но на серьезную работу она может рассчитывать, у нее сильный дар. Конечно, и мне и ей далеко до Хлои.

Но сегодня Хлоя не спешит. Бросает взгляд на меня. Крошки под ее руками подтягиваются к центу чаши и замирают. Она ждет. Хочет отдать мне победу? Даже не важно, сама она так захотела, или ее попросили сделать это. Она ведь говорила, что место в венаторской службе для нее более интересно, чем место при дворе. Свободнее.

Хлоя может куда больше, чем каждая из нас. Кто знает, может быть, ей по силам даже воплотить главную мечту принца. Может быть, она могла бы найти то мифическое Сердце и что-то исправить.

Если бы она хоть немного нравилась принцу, все могло бы быть проще.

Хлоя ждет, когда возьмусь за камень я.

А я просто стою, опустив руки. Хочется зажмуриться, потому что я понимаю — все на меня смотрят. Финальное испытание, а я не делаю ничего. Но и зажмуриться я не могу.

Один, два, три… Я считаю про себя, чтобы поменьше волноваться.

Эйдан сидит поджав губы, его лицо белеет. Кается, он готов вскочить, высказать мне все, но присутствие отца держит его.

Хлоя пожимает плечами. Она готова отдать победу, но только если я сама буду готова взять. С тихим шелестом камень собирается в ее руках, даже медки крошки с алой скатерти на столе ждреца подтягиваются сюда.

Вот и все.

Когда Мэран заканчивает, хранитель Роул поднимается со своего места, бросает на принца выразительный взгляд, потом обращается к нам.

— Мисс Хлоя Тодд! — говорит он. — Вы снова продемонстрировали нам свой выдающийся талант! А вы, леди Торкул, потрудитесь объяснить, что это значит.

Очень холодно и сурово, но другого я ожидать не могла.

— Дело в том… — начала и чуть запнулась, стараясь окончательно взять себя в руки. — Дело в том, что я не могу остаться, я должна вернуться к мужу, и… — я набрала воздуха, стараясь сказать все прежде, чем меня успеют остановить. — Я поняла, что жду ребенка и должна вернуться.

Очень надеюсь, меня не убьют на месте прямо сейчас. Пусть это неправда, но нельзя просто закрыть глаза на то, что вот так сказано перед всеми. Я леди и мой долг перед семьей, перед мужем — важнее всего.

Вижу, как лицо короля Доннала наливается дурной кровью.

Роул обводит взглядом собравшихся.

— Значит, все это время ты обманывала нас? Обманывала короля?

— Я не знала. Я поняла это только сегодня утром… — поспешила я. — Со мной ведь такое в первый раз… я не понимала, почему у меня начинает тошнить по утрам…

— Избавь нас от подробностей, — Эйдан поднялся на ноги. — Отойдем. Нам нужно поговорить.

— Сядь! — раздраженно велел ему король. — Мои люди поговорят с ней.

— Сначала поговорю я! — Эйдан уже шел ко мне. — Не пытайся меня остановить.