Глава 61

К новой своей жизни я вполне привыкла.

Сейчас, когда в замке отсутствовал раздражитель в виде миледи Блаунт, я даже начала находить в этой истории всё больше приятного. Всё же молодое тело и отсутствие возрастных болячек – большое счастье. Дела города теперь официально возложены на Дилана аж до самой осени, а у нас в замке появился даже некий режим дня. И пусть офицеры не всегда были счастливы, получая на обед овощной салат, зато нижние чины и солдаты, а также все слуги, чей стол значительно улучшился, благословляли меня чуть не каждый день. Во всяком случае, и Бетти, и Линда докладывали об этом очень часто.

Да, между ними существовало некоторое соперничество за, так сказать, «близость к телу». Однако открытых конфликтов между горничными не было, обязанности они делили равномерно, просто у каждой были свои. Бетти больше занималась моими покоями, одеждой и обучалась делать причёски.

Линда же, как более опытная, служила для связи со слугами и общего управления хозяйством. Она передавала мои распоряжения и следила, чтобы они выполнялись так, как требуется, присутствовала рядом, когда я обходила замок, докладывала, если где-то что-то шло не так.

Жизнь потекла спокойно и размеренно. Общий завтрак, раздача приказов на день, всевозможные мелкие проблемы, которые приходилось решать на бегу, лёгкий обед у себя в комнате, ранний ужин в общей трапезной и спокойный долгий вечер в компании Агаты и Эммы, когда мы неторопливо обсуждали всякие домашние дела, работая не столько языком, сколько руками. Линда и Бетти тоже быстро стали присоединяться к нам по вечерам.

Тут и свечей я не жалела, да и разговоры велись спокойные, дающие возможность отдохнуть от дневной суеты. Этот уютный женский кружок рукоделия оказался прекрасной отдушиной, дающей возможность расслабиться после мелких забот.

Не то чтобы я расписала себе жизнь на годы вперёд, но до осени, до приезда лорда Эндрю, не ожидалось никаких потрясений. Однако жизнь не спрашивает нас, чего мы хотим, а строит сюжет по собственному желанию. Не прошло и недели с отъезда милорда Грегори, как уже под вечер, почти сразу после ужина, в швейной мастерской, где я осматривала новое бельё, меня нашла взволнованная Линда:

– Миледи Сандра, там гости прибыли…

– Гости? Кто именно, Линда?

– Пока не знаю, миледи, но один из них – кардинал.

– О господи!

***

Титулы гостей ввели меня в ступор. На ночлег в мой маленький замок просились архиепископ Лойский монсеньор Эдмунд Ле Гранд и кардинал Стефан Уолтер, личный легат Папы Иннокентия III. Так доложил мне круглолицый служка прибывших, ожидающий в холле. Молодой кормлёный парень, может быть, секретарь или личный помощник кого-то из гостей.

– ...монсеньоры просят у вас пристанища, миледи, во имя Господа нашего, – он поклонился, поглядывая на меня чуть надменно и явно понимая, что таким высокопоставленным вельможам не отказывают.

Признаться, я не только растерялась от перечисления столь значимых имён, но и струсила. Глянув в окно и увидев во дворе небольшое столпотворение – две кареты, пяток телег и человек тридцать охраны, – я скомандовала только что подбежавшей Бетти:

– Бегом! Найди капитана Олсоппа, и пусть немедленно пошлёт гонца в Фокстаун с сообщением к сэру Дилану. Пусть он бросает все дела и срочно едет сюда. А ты, Линда, пригласи леди Агату.

У меня даже не было времени глянуться в зеркало и проверить, всё ли со мной в порядке: держать столь важных персон на крыльце собственного замка мне показалось слишком неловко. Прихватив волнующуюся Агату и поставив за левым плечом обалдевшую от такой чести Линду, я вышла на крыльцо.

– Мир дому твоему, дитя моё…

Мужчина в алом шёлковом одеянии и прекрасно знакомой мне по фильму «Три мушкетёра» круглой маленькой шапочке на макушке смотрел на меня серьёзно и очень внимательно. Кардиналу Стефану Уолтеру было немного за сорок, и он изрядно напоминал того самого Ришелье из фильма: высокого роста, сухопарый, с узким лицом и длинным носом; широкий рот, властный и даже въедливый взгляд и тщательно завитые серебряные кудри, разложенные по алому шёлку. Столп Матери Церкви. Именно так он воспринимался.

Его спутник, монсеньор Эдмунд Ле Гранд, был ниже ростом, полнее и выглядел значительно добродушнее. На фоне ярко-алого кардинальского облачения его чёрный подрясник смотрелся скромно и неприметно. Только овальная панагия в золотой раме с крупными алыми камнями, висящая у него на груди, говорила о том, что этот человек – не простой смертный.

Я машинально отметила, что он значительно старше кардинала и выглядит более утомлённым: по лбу стекают крупные капли пота, как будто он не ехал в карете, а шёл пешком, да и сухой кашель, который архиепископ пытался сдерживать, говорил о том, что церковник простыл в дороге. Как он ухитрился это сделать при такой тёплой погоде – непонятно, но ему явно не помешает отдых.

За их спинами тёмными пятнами застыли какие-то сопровождающие их нижние церковные чины, их личные слуги, дальше шло этакое полукольцо охраны, в котором чётко выделялись два офицера. Они были одеты гораздо роскошнее, чем солдаты, но у всех военных на левой стороне груди была вышивка: шестиконечный крест, заключённый в круг.

Монсеньор кардинал так уверенно протянул мне руку с крупным перстнем, что я почти машинально склонилась и поцеловала камень. Архиепископ перекрестил меня молча.

– Дочь моя, мы просим приюта и отдыха в твоём замке, а в качестве нашего ответного дара привезли с собой твою любезную матушку. Она заскучала по дому в монастыре Святой Екатерины и решила сократить свой визит. Именно она и пообещала нам ночлег и немного каши на ужин, дочь моя… – мужчина чуть улыбнулся, показывая, что шутит. От этого он не стал выглядеть менее опасным.

Я даже не сразу сообразила, о чём говорит монсеньор кардинал. Но тут толпа за их плечами слегка раздалась, пропуская вперёд миледи Блаунт, которая легко поднялась по ступенькам, поцеловала оторопевшую меня в лоб и уверенно произнесла:

– Будьте гостями этого дома, ваше преосвященство. И вы, монсеньор Ле Гранд, не побрезгуйте нашим скромным приютом.

Пожалуй, это был достаточно неприятный момент, и я чудом удержала на лице ласковую улыбку. Пришлось быстро соображать: «Скорее всего, они заезжали по делам к настоятельнице… Может быть, даже ночевали в гостевых покоях при монастыре. Миледи – знатная дама, она вполне могла напроситься на знакомство. Ну, исповедь или что-нибудь там типа того… Вряд ли она выложила всю подноготную, скорее просто заявила, что соскучилась по дому, и попросила взять её с собой. Жаль, что настоятельница не смогла предупредить меня, но… Но собачиться перед церковниками миледи со мной вряд ли рискнёт. Значит, что? Значит – улыбаемся и пользуемся её знаниями, а всё остальное будем разбирать потом…»

Миледи и в самом деле, похоже, пакостить мне не собиралась. Поманив пальцем одного из лакеев, она быстро отдала приказание, и слуги, замершие за моей спиной, начали двигаться.

Оба церковника выглядели достаточно уставшими, и когда я спросила, желают ли гости перед ужином посетить мыльню, дружно отказались.

– Святые отцы, мне первый раз выпала такая честь – принимать столь высоких гостей под своей крышей, – и я в сомнении…

– Говори, дочь моя, – кардинал был сама любезность и внимание.

– Желаете ли вы получить постный ужин, или я могу поставить на стол что-то скоромное?

– Господь не требует от человека лишнего, дочь моя, и больным, и путешествующим разрешена любая пища, способствующая прибытку сил, а потому и я, и мой спутник будем счастливы получить кусок сочной баранины или что-то другое, что придаст нам сил. А также и бокал горячего вина не помешает моему спутнику, – пояснил кардинал и со вздохом сообщил: – Монсеньор Ле Гранд не слишком крепок здоровьем и нуждается в отдыхе и лечении.

– Благодарю за ответ, монсеньор, и, с вашего позволения, оставлю вас, чтобы немедленно распорядиться об ужине, – я присела в реверансе, подняв голову только тогда, когда оба церковника уже поднимались по лестнице в сопровождении своих служителей, солдат и капитанов.

Гостей повели в комнаты, часть охраны прошла в замок вместе с ними, а часть, как я видела, увёл с собой в казармы капитан Олсопп. Я же действительно рванула на кухню, пытаясь сообразить, что можно подготовить по-быстрому, чтоб гости не ждали ужина три часа. Всё же трапеза в замке прошла всего час назад, и вряд ли у кухарки найдётся что-то уже готовое к подаче на стол. А кормить сегодня придётся кучу народу. Интересно, почему гости не прислали вестника с предупреждением? Впрочем, думать об этом мне было совершенно некогда.