Глава четвёртая

Прежде чем отпустить охотников с богом, Хирро дал им ценные указания, не забыв припугнуть для профилактики. Точнее пугала я, он поддакивал. Но вместе у нас получалось неплохо.

— Бусы купите сами, в мешок уберёте вместо жемчуга и каждый вечер будете приходить в таверну, как и раньше, в ожидании покупателя. Если не явитесь, моя помощница мне сообщит, а решите удрать, я найду вас и…

— И сделает подставки под карандаши из ваших жалких черепушек! — воскликнула я злобно. С энтузиазмом... — Что? — не поняла, вздёрнув бровь. — Ну или пепельницу... — добавила, потупив взор, аки девица. Нет, ну в самом деле, чем он мог пригрозить? Убьёт? Так это очевидно и не так страшно звучит, надо, чтобы при одной мысли о побеге у браконьеров вставала перед глазами такая страшная картина, от которой бы внутренности в узел сворачивались и дыхание спирало. И больше подобных мыслей никогда не возникало…

— Да… — рассеянно подтвердил дракон. — Это и сделаю. А с рассветом сюда явитесь и будете приходить каждый день, пока я не освобожу вас…

— … от трудовой деятельности, — поддакнула невозмутимо. — А за плохо выполненную работу будем прибавлять пятнадцать суток, за каждую провинность отнимать по пальцу, — и обворожительно улыбнулась, посмотрев на змея. — Так ведь?

— Так, — кивнул он со вздохом. А чего вздыхать, негодяев нужно карать жестоко. Смерть в их случае освобождение, а не наказание. Умерли и ничего не осознали, а так всю жизнь помнить будут, может и на правильный путь встанут. — Всё ясно?

— Ясно, господин, ясно! Как день ясно! — зачастили охотники, не переставая кланяться. И бочком-бочком, подальше от нас. Только пятки в дали сверкали…

— Устала? — участливо поинтересовался дракон. Или это банальная вежливость?

Я прислушалась к себе.

— Есть хочу. Но готовить не хочу, — призналась, поморщившись. — Но могу помочь, вы говорите, что делать, а я постараюсь ничего не испортить.

— Твои слова внушают надежду, — иронично отозвался он, жестом пропуская меня вперёд. Тропинка была довольно узкой и мне гораздо больше нравилось смотреть на крепкую спину дракона, чем себе под ноги. Тугие мышцы так перекатывались и играли на солнце…

Всё ещё кажется будто в сон попала. Мало того, что всё такое нереальное, фантастическое, так и дракон достался какой-то не драконистый: добрый, справедливый и, чего уж, мужественный. Может, ущипнуть себя для надёжности?.. э, нет, синяки ещё останутся. Да и если это сон — всё равно проснусь рано или поздно, так почему бы не насладиться происходящим?..

— Сейчас покушаем, отдохнёшь немного, а потом вместе в город отправимся, — вымолвил змей, возвращая меня в реальность. Ну или нереальность.

— Вместе? — воскликнула удивлённо, запнувшись о корягу, едва носом землю не пропахала, но дракон вовремя поймал меня за руку. Секундное прикосновение, словно обожгло, но ощущение быстро испарилось, я просто не успела ничего осознать...

— Да, — отозвался он предельно серьёзно, а сам потирал ладонь о штанину так, будто пытался стереть след прикосновения. Будто я заразная какая-то… — Я подумал, что опасно тебя одну в первый раз отпускать. Покажу дорогу.

— А как же запрет на посещение человеческого города? — поинтересовалась осторожно.

— Воспользуюсь твоим советом: надену накидку, а если узнают, скажу, что ищу охотников. Люди будут недовольны, но жаловаться и вмешиваться не станут, — дракон придержал меня за локоть на скользком участке, куда попала вода и земля превратилась в грязь, а я ответила благодарным кивком. — Все знают, что за нарушение запрета охоты в Джакарте наказание только одно — смерть. И я могу прийти за теми, кто нарушил закон не только в Ларград, в любой человеческий город. Просто мне не очень комфортно среди людей, поэтому я стараюсь их избегать, — довольно доходчиво объяснил он.

— О-о… — протянула задумчиво. — Со мной вам тоже некомфортно? Если так, зачем вы тогда меня оставили? Только потому, что вам нужен был помощник? Выходит… вы вынужденно терпите меня? — к своему стыду, я ощутила предательскую горечь во рту. Веду себя как ребёнок, похоже, в новом мире у меня не только новая жизнь, но и новые гормоны. Какие-то неуравновешенные. Скачут туда-сюда…

Я попыталась обернуться, чтобы посмотреть дракону в лицо, но едва не свалилась вновь.

— Я говорил… — тяжко вздохнул он, снова придерживая меня. — Задавай вопросы по одному. Если бы ты услышала ответ на первый вопрос, то все остальные отпали бы сами собой. Нет, мне с тобой не некомфортно… — означает ли это, что змею со мной комфортно?

Щёки обожгло румянцем, а сердце совершило несанкционированное «ту-дум»… и это «ту-дум», словно удар под дых, вышибло воздух из лёгких.

… я всё-таки растянулась на тропинке, поскользнувшись и тихо ойкнув. В этот самый момент раздалось нечто похожее на глухой хлопок и по земле пошла довольно мощная вибрация. Я замерла, напрягшись.

— Что это?

Хирро смотрел вдаль. На зеркальную гладь воды, по которой сейчас расходились круги…

— Не знаю… — тихо отозвался он и одним рывком поднял меня на ноги. — Давай поторопимся, хочу успеть вернуться до темноты и проверить кое-что.

— Что проверить? — заволновалась я, быстро семеня ногами.

Но змей не ответил. Он был погружён в свои мысли и будто не замечал ничего вокруг. Мне даже стало досадно, что я не знаю, как помочь этому мужчине. Неприятное чувство, однако. Чувство беспомощности…

То, как готовил Хирро по истине завораживало. Говорят, можно вечно смотреть на три вещи: на огонь, на воду, на звёзды, кажется, (в японской версии на проплывающий мимо по реке труп врага) а я бы сюда еще добавила пунктик, на то, как готовят мужчины. Глаз не отвести.

Отточенные, уверенные движения, в которых столько очарования и природного магнетизма… А его толковые объяснения смело можно вносить в кулинарную книгу для начинающих поваров в другом мире. Каждое слово, как боженька молвил. Может, я утрирую, но я наслаждалась голосом Хирро и понимала всё без труда, хотя готовка никогда не была в списке моих любимых дел.

Я узнала, какая трава очищает и обеззараживает воду, при этом она не имеет ни запаха, ни вкуса. Узнала, как выглядит местных картофель, попробовала подобие помидоров и открыла для себя огромное множество совершенно новых и уникальных продуктов. Вместе мы приготовили самый странный суп в моей жизни, который внешне напоминал что-то среднее между итальянским чечевичным супом и мексиканским гаспачо. К нему Хирро испёк лепёшки и на углях зажарил картофель с чесноком. Да, зелёные горошины, я назвала чесноком из-за их запаха. И вкуса.

Пока он накрывал на стол, я мыла посуду. Немного подмела пол и сама вызвалась протереть влажной тряпкой коридор. Не скажу, что дома я так уж рвалась наводить уборку. Скорее делала это по нужде. Меня вообще мало, что интересовало в жизни, кроме цифр и книг, а тут такое рвение.

Когда сели за стол, я сложила ладони вместе и произнесла, поклонившись:

— Спасибо за еду.

Хирро ответил мне скупой улыбкой, взял лепёшку, положил на неё дольку картофеля с хрустящей чесночной корочкой, кусочек чего-то, напоминающего маринованный имбирь, свернул и протянул мне.

— Ешь, так вкуснее.

Мне кажется, я со стороны была похожа на счастливую коалу. С удовольствием приняла угощение и попробовала.

— И правда… — выдохнула, блаженно прикрывая глаза, — вкусно. Безумно вкусно…

Суп мне показался немного острым с насыщенным томатным вкусом, но всё равно понравился. На самом деле я никогда не была прихотлива в еде, да и здесь бы капризничать не стала. Меня считай подобрали с улицы, словно кошку бродячую, отмыли, обогрели, накормили, одежду дали… Да я из штанов выпрыгну, но буду послушной и полезной!

Закончив трапезу, ещё раз поблагодарила дракона и отправилась мыть в тазу посуду. Удивительно насколько быстро я ко всему приноравливалась. К местному аналогу канализации и водопроводу, меня даже не сильно смущали заползающие в дом жучки и случайно залетающие не то стрекозки, не то бабочки. Я будто… будто на отдых отправилась. Такой своеобразный, с долей приключений и опасностей отпуск.

Закончив, попросила у дракона гребень и расплела волосы. Если идём в город, то следует немного привести свой внешний вид в порядок. Моя кожа была гладкой и не нуждалась в косметике, а вот от бальзама для губ и туши для ресниц я бы не отказалась. Даже любопытно стало, есть ли нечто подобное на местном рынке. И ещё не помешал был крем для рук. Да. И для лица…

Немного расстегнула ворот рубашки, закатала рукава и связала между собой полы, чтобы она не болталась на мне мешком. Штанины заправила в сапожки, и довольная улыбнулась отражению в маленьком зеркале, которое висело в уборной.

Когда вышла, в доме царила тишина. Заглянула в спальню, но змея не обнаружила. Хирро ждал на улице…

Впервые увидела мужчину в рубашке. А то всё латы да латы, ничего не скрывающие, а тут... Чёрный щёлк невероятно шёл к его янтарным, тронутые золотом, глазам. Хирро выглядел мужественно и солидно. Презентабельно. В моём мире я бы приняла его за серьёзного бизнесмена.

На секунду задержала дыхание и только потом произнесла:

— Идёмте?

— Готова? — змей окинул меня беглым взглядом, сунул руку в карман штанов и достал тёмно-синюю бусину на чёрном шнурке. — Повесь на шею. Когда тебе будет угрожать опасность или появится скупщик жемчуга, зажми камень в руке, произнеся моё имя. У меня такой же: он нагреется, если что-то случится, я пойму и приду на помощь. К тому же по его следу, смогу безошибочно найти тебя.

— Вау… — выдохнула тихо, завороженно трогая бусину. — Выходит, вы на меня сигнализацию поставили? — усмехнулась, повязывая шнурок. — Здорово, — подняла голову и улыбнулась.

— Не улыбайся, — сухо отрезал змей, беря с перил чёрную накидку.

— Что?! Почему? — опешила я.

— Потому, — бесстрастно отозвался он, перекидывая накидку через руку. — Не смей никому улыбаться. Никому… кроме меня, — добавил едва слышно и спустился с крыльца, не удосужившись подождать меня.

— Оу… — вымолвила обескураженно и поспешила за его удаляющейся широкой спиной.

«Никому не улыбаться? Это я могу…» — подумала весело, догоняя Хирро…