ГЛАВА 48. Аромат алиойе

В покоях Арчибальда я была впервые. Огромная кровать под балдахином. Простыни, на удивление, кремовые, а не черные, как я думала. И посреди спальни - большая ваза с огромным букетом лилейников, кажется они называются алиойе. Люди толковали, что их много распустилось во время нашего бракосочетания.

Как же они пахнут!

Аромат тягучий, но при этом не удушающий, а вдохновляющий. Грудь наполняется желаниями, хочется петь.

Полно, может, это дурман такой? Почему же остальные не сходили с ума от него? Впрочем, я не приглядывалась да и толпа была навеселе, может и сходили.

Тяжесть от объявления войны отступила. В окно проникал лунный свет, красиво струился, отбрасывая блики.

Небольшие фонарики вокруг кровати создавали романтичное настроение.

Арчибальд подошел сзади, склонился к моему уху:

– Завтра я уйду защищать свое королевство, хорошая жена должна проводить мужа как следует.

– Разве не удобнее защищать королевство, находясь в нем? — спросила я. Вот надо было ему сейчас об этом напомнить!

– Вы, женщины, ничего не понимаете в стратегии, — заявил он, окончательно разрушая волшебство момента.

Я повернулась к нему.

– И как я тебя должна проводить? Напутственную речь произнести? Или дать выспаться хорошенько, чтобы ты с утра со свежей головой на коня мог сесть?

– Сразу видно, что ты замужем не была, — хмыкнул король.

– Я и сейчас не очень-то замужем, Арчибальд. Мы оба понимаем, что этот брак для чего-то был тебе нужен. Возможно, чтобы у тебя был статус женатого правителя.

Король на мгновение замешкался, а потом согласился:

— Так и есть. Чтобы заключать соглашения с сильными союзниками, мне нужно быть женатым. И, к твоему сожалению, брак должен быть настоящим. Скрепленным во всех отношениях.

Он протянул руку, проведя двумя пальцами по моей щеке. Спустился к шее. По коже побежали мурашки, превращаясь в огненную волну. Что со мной происходит?

– Твои союзники в постель к тебе полезут? — спросила я, стараясь сохранить остатки здравого смысла.

– Они - нет. Но есть магия брака. Странно, что ты не знаешь об этом. Производишь впечатление образованной девицы.

Последние слова Арчибальд почти мурлыкал мне на ухо. Он приблизился ко мне вплотную и гладил мои руки. Это было очень дразняще. Король меня соблазняет! После всего того пренебрежения, которым одаривал все последние недели! Вот наглец!

– Что ты делаешь? — голос мой звучал слабо и не очень возмущенно.

– Собираюсь уложить в постель свою законную жену, — выдохнул он мне в губы.

Голова закружилась, то ли от его прикосновений, то ли от этого будоражащего аромата цветов.

– Подожди, пожалуйста, — взмолилась я.

Удивительно, но он отступился. Ужаснее всего, что я при этом почувствовала разочарование.

Арчибальд снял корону, скинул черный плащ. Затем сел на кровать, стягивая сапоги. Выглядел он теперь буднично и по-домашнему. Под легкими черными латами обнаружилась черная рубашка. Когда он расстегнул верхние пуговицы, то превратился в обычного живого мужчину. Правда, очень привлекательного. Мне захотелось подойти ближе и запустить пальцы ему в волосы. Черные, блестящие, красиво падающие на лоб и щеки.

– Я понимаю, что вероятно, противен тебе, Милдред, — Арчибальд поднялся и подошел ко мне снова. Как же меня к нему тянуло! Босой мужчина в простой черной одежде. Красивый и полный какого-то магнетизма.

– Но завтра у меня очень важный день. И твоя ласка меня очень бы воодушевила. Я очень хочу, чтобы ты стала моей женой. Сейчас. По-настоящему.

Кажется, я сейчас утону в его глазах.

Противен? Он очень ошибается. Я бы хотела пройтись быстрыми поцелуями по надменному и насмешливому изгибу его губ…

Что делает с нами этот дурман? Я уже не в силах сопротивляться внезапно возникшему влечению. Если Арчибальд это поймет… И он понял. Или сам чувствовал то же самое.

Я со стоном сделала то, чего мне очень хотелось, мои пальцы ощутили прохладный шелк его волос, гладили и перебирали пряди. А его руки были заняты бесконечными крючочками на моем платье.

– Ты хочешь этого? — спросил он, пристально глядя в глаза.

– Да, — прошептала я и сама коснулась его губ своими.

Мир перестал существовать. Остались только мы двое. Арчибальд, против моих ожиданий, оказался вовсе не грубым любовником, а страстным, напористым но при этом нежным.

Я слышала крики и стоны, и не сразу поняла, что они мои. Мне хотелось впитать в себя каждую частичку Арчибальда и самой принадлежать ему каждой своей клеткой.

– Ты ночная нимфа, — шептал король в порыве страсти, — я подарю тебе весь мир, брошу все его богатства к твоим ногам.

– Мне не нужны твои деньги и власть, Арчибальд, — отвечала я между поцелуями, — мне нужен только ты сам.

В тот момент я и сама это верила, или за меня говорил этот невозможный сиреневый дурман.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Наконец, мы выдохлись и оба уснули, обнимая друг друга. Проснулась я оттого, что место рядом со мной стало прохладным. Открыв глаза, увидела что уже утро и солнечный свет врывается в окно.

– Хотел я выйти в поход с первыми солнечными лучами, но уже не получится.

Арчибальд одевался, бряцая доспехами. Уже не теми декоративными, что были на нем во время брачной церемонии.

– Помоги застегнуть, — обратился он ко мне, — оруженосца мне сюда звать не очень хочется.

Я смущенно принялась озираться, пытаясь найти хоть какую-нибудь одежду. Платье лежало у кровати, смятое. Вряд ли я в него влезу самостоятельно.

Король усмехнулся и кинул мне что-то похожее на балахон. Поблагодарив его, я встала, мельком глянув на постель.

– Для девственницы ты весьма горячая любовница, — сказал он, проследив за моим взглядом. Что ж, Милдред оказалась приличной девицей. Главное, самой не показать удивление по этому поводу. Все же как причудливо сейчас прорастает моя личность в юном теле с его инстинктами и физическими воспоминаниями. В итоге получается совсем новая Милдред, нечто среднее между нами обеими.

Я обратила внимание, что сиреневые цветы почти завяли, их запах стал гораздо слабее и перестал действовать. И хорошо, иначе мы бы так и не вылезли из кровати.

Помогая Арчибальду облачиться, я поймала себя на том, что мне хочется прижаться к нему. Нет, все же немного дурмана в моей крови еще осталось.

– Сейчас тебе помогут одеться служанки и выйдешь проводить меня. Жене короля так положено.

Он произнес это сухо, просто сделал распоряжение. Кажется, король и сам не знает, как обращаться со мной дальше. Или для него все это неважно?

Дверь хлопнула. Арчибальд отправился к своему войску. А ко мне уже спешила армия горничных.