Глава 27
Драккар Хольма был поистине огромный, особенно на фоне легкой и юркой лодки Хотборка. Длинный, широкий, богато украшенный, с обитыми шкурами лавками для отдыха вдоль бортов. И даже в самом конце кормы имелась самая настоящая, хоть и крохотная каютка, а не просто навешано сукно, как у Бьорка. Богатый корабль. Но мало где ещё я чувствовала себя настолько же неуютно...
Хольм завел меня на борт и бросил у каютки, уйдя проконтролировать погрузку на драккары своих людей. Приплыли они двумя лодками. Вторая лишь чуть-чуть уступала в размерах первой, но была гораздо беднее украшена, да и воины в ней явно были рядовыми, а не приближенными Ангуса. Вся его родня, весь цвет Хельмута поднимался на наш драккар.
Я отрешенно наблюдала за суетящимися людьми, то и дело поднимая взгляд к дому конунга на холме, из окон которого лился теплый желтый свет сотен зажжённых свечей, так хорошо видный во тьме почти наступившей ночи. Казалось, что даже сюда долетают веселая свадебная музыка и крики с поздравлениями. Там гремела свадьба, и скоро молодые отправятся спать. А может быть уже...
- Отплываем! - громко крикнул Хольм, давая отмашку рукой гребцам.
Я вздрогнула и села на одну из лавок. Нет смысла больше смотреть в ту сторону. Больше нет...
Драккар качнулся от первого сильного толчка вёсел и начал медленно отплывать от пристани, неповоротливо выравнивая курс. Невольно вспомнилось, как Бьорк с ревнивой гордостью отстаивал свою изящную лодку. И правда, она будто летела по воде по сравнению с кичливой посудиной Хольма. Бьорк...Я прикрыла глаза, упираясь затылком в высокий для драккара борт корабля. Предаешь меня наверно прямо сейчас...
- Рыжая, в комору иди. Нечего тут, - голос Ангуса неожиданно раздался прямо надо мной. Вздрогнула и посмотрела на нависающего надо мной мужчину.
На меня Хольм не глядел, увлеченно наблюдая за гребцами и медленно поглаживая свою белую бороду. В голове мелькнуло, что странно это. Он ведь околдован уже - должен жадно в глаза заглядывать. Впрочем, может пока не до того, ну как придёт ночью, а он придёт - я буду готова.
- Хорошо, - сказала я вслух, тяжело поднялась с лавки и отправилась в маленькую каютку , организованную на корме.
***
Комнатой это было назвать сложно. Просто треугольный закуток без окон, полностью заваленный шкурами и огороженный с одной стороны дверью. Которую, когда закрываешь, попадаешь в почти кромешную тьму. Это настораживало. Для контроля над Ангусом мне необходимо было видеть его глаза, а здесь...Я даже собственные руки разглядеть не могла, поднеся их к носу. И как же в таком случае колдовать? Сильное свечение создавать нельзя- могут заметить остальные, и тогда уж точно меня за борт выбросят, как когда-то хотел сделать Олаф.
Я вздохнула, невольно вспоминая свой первый ошарашивающий день в этом мире. Кажется, так давно это было, хоть и прошло всего пару месяцев. Не со мной.
Чуть приоткрыла дверь каютки, впуская внутрь белесый лунный свет. После царящей здесь до этого густой черноты, он воспринимался почти как сияние солнца в пасмурный день. Но главное - позволял разглядеть лицо. Особенно моё. Значит, наиболее безопасным вариантом будет продолжить воздействовать на Ангуса именно в тот момент, когда он откроет дверь в коморку. Главное - не упустить момент, когда он будет входить и всё. Не так уж и сложно...Рассудив подобным образом, я завернулась в шкуры и устремила напряженный взгляд на чуть приоткрытую дверь, прислушиваясь к каждому шороху, доносящемуся с палубы и уговаривая себя не заснуть.
Но время шло и шло, а Ангус что-то не торопился ко мне...
Драккар однообразно качало в гладких водах фьорда. Всплески вёсел, до безобразия ритмичные, сливались в один умиротворяющий звук. Тихие разговоры воинов журчали усыпляющим фоном. И всё пережитое сегодня такой тяжестью навалилось, что, кажется, уже под утро я всё-таки задремала...
***
Острая вспышка боли в макушке, будто с меня живьем пытаются снять скальп, резанула раньше, чем рассеялся тяжелый сон. Я завизжала, широко распахивая глаза, перед которыми мгновенно поплыли кроваво-красные круги. Вскинула руки вверх, пытаясь отцепить кого-то от своих волос, поднимающего меня за косу на колени. Душно, страшно, тесно и воняет козлятиной...Паника захлестнула с утроенной силой, когда на глаза мои, и без того ничего не видящие, легла плотная непроницаемая ткань.
- Ну, что, девка? Ждала меня, а? Рада? - на лицо попала чужая слюна. Противный голос продолжал звенеть в ушах, хотя Ангус уже молчал.
Я завизжала, попытавшись толкнуть его в широкую грудь, на что Хольм только рассмеялся, стискивая мои плечи словно клешнями. Попыталась вывернуться и сорвать ткань с лица, чтобы была возможность его околдовать, но он лишь сильнее руки перехватил, выворачивая суставы и заставляя согнуться от боли пополам. Запястья тут же стянуло шершавой веревкой. Нет...Сердце совершило безумный кульбит...
Надо успокоиться...Надо думать...Это у него такие игры? Значит подыграть, да???
- Пусти...- я попыталась спокойно это сказать, но голос предательски дребезжал.
- Чтобы ты убила меня, малышка? - хмыкнул Ангус у самого уха, обдавая висок своим мокрым несвежим дыханием, - Не-е-ет, это я убью тебя, я! Но сначала поиграем напоследок, да?
Его пальцы выразительно сомкнулись на моей шее, поползли ниже к груди, оставляя за собой толпы мерзких мурашек, обхватили левое полушарие, больно сжимая через ткань.
- Хорошая девка, - сбивчиво зашептал Хольм, облизнув мою щеку, - Сочная. Скажи, как тебе нравится? Как тебя змееныш Хотборка драл, а?
- Что ты говоришь такое, Ангус? Почему я должна тебя убить? - забормотала я, перебивая лапающего меня мужчину.
Вытянулась в этот момент в струну, уговаривая себя не уворачиваться, пока он не развяжет мне глаза. Заставить себя ещё и отвечать на противные ласки белобородого было выше моих сил.
- Ха! Думаете вы умные, да? - самодовольно хмыкнул Хольм и толкнул меня на шкуры.
С такой силой, что я больно ушиблась затылком о борт, падая, и голова слегка поплыла. Но Ангуса это мало смутило. Пока я глухо стонала от удара, он уже тянул мои бедра на себя, широко разведя мне ноги.
- Думаешь, не знаю, что ведьма ты? Да-а-а, печорка! Ведьма и есть! Ведьма! А я, представь, всегда мечтал поиметь твою сестрицу...
Его руки скользнули мне под юбку, поднимаясь по ногам от щиколоток к коленям, и тут я поняла, что всё. Это конец. Его слова оглушили и одновременно предали дикую силу. Я начала отбиваться. Вывернулась, пихнула Хольма в грудь, попыталась привстать, заорала. Он зарычал как раненый зверь, и голова моя мотнулась от звонкой пощечины, в бедро вцепились клешни пальцев.
- Марова ведьма, что ты вертишься! - зашипел он, - Заткнись! Заканчивай!
Попытался рот мне закрыть, но я укусила. Из глаз полились слезы от безысходности и страха. Он меня сейчас тут убьёт. Просто убьёт! Но и сдаться я не могла. Не думала почему я это делаю, какой смысл. Лишь извивалась как дикая кошка под ним, ощущая, как силы покидают. Ничего не слышала кроме своих истошных воплей и злобного пыхтения Ангуса.
Только в один момент драккар как-то резко качнуло, Хольм встрепенулся, отвлекаясь от меня, за что тут же получил коленом в пах. Взвился витиеватым ругательством, наотмашь дал мне пощечину, разорвал несчастные самодельные трусы. Я беспомощно заскулила, чувствуя его руки там…
Вдруг резкий хлопок, и тяжелое вонючее тело слетело с меня будто и не было. Какое-то движение воздуха, металлический свист, а потом хруст, будто что-то прочное проломили, и булькающий человеческий хрип совсем рядом.
И руки тут же на мне. Крепкие и уверенные, вжимающие в твердую грудь, баюкающие как дитя. Вдохнула, ещё совсем плохо соображая. Тепло и терпкий кедр...
Затрясло от рвущихся изнутри рыданий. Никогда раньше я не чувствовала такого бесконечного, душу выворачивающего облегчения.
Бьорк нетерпеливо дёрнул узел повязки в волосах, вырвав несколько прядей, но я ему была даже благодарна - так хотелось побыстрее избавиться от этой кромешной, делающей меня беспомощной темноты. Черные глаза, едва мерцающие в полоске лунного света - первое, что увидела, освободившись. Все звуки, ощущения отошли на второй план. Только жаркое дыхание совсем рядом, крепкие объятия, стискивающие меня, тревожный взгляд, заглядывающий в самую душу. Безопасность... Бьорк провел по моим волосам в неловком, успокаивающем движении, отрывисто и крепко поцеловал в дрожащие губы и отпустил.
- Тихо сиди...
- Нет, не уходи! - я взвизгнула в истерике. Опять стало до тошноты страшно. Куда?
- Тш-ш...Тихо! - рыкнул он настойчивей.
Опустил глаза ниже и увидел, что руки у меня тоже связаны. Выхватил из-за пояса ножик и одним точным движением вспорол веревки. Я в этот момент чуть повернулась и обмерла. Прямо у моих ног валялся Ангус. Правда узнать его можно было только по одежде и белой бороде, потому как все лицо было щедро залито кровью, а вместо носа торчал боевой топор. Меня замутило...Я шарахнулась от трупа, вжимаясь в борт лодки лопатками и подбирая под себя ноги. Из горла вырвался противный скулеж...Он будто ненастоящий был...Это не может...Не может быть реальный человек.
И почему-то именно в этот момент на меня лавиной обрушились звуки ожесточенного боя с палубы драккара. Крики, всплески воды, скрежет и глухие, смягченные удары оружия, рассекающего живую плоть. Теперь я поняла, что за звук слышала за мгновение до того, как Бьорк обнял меня. Это Хотборк раскроил Хольму череп...Во рту собралась вязкая слюна и желудок скрутило спазмом. Я пыталась отвернуться от распростертого в моих ногах Ангуса и не могла. Тело будто окоченело и не слушалось...
Бьорк неправильно растолковал мою реакцию, хотя скорее ему и некогда было об этом думать. Там, за дверцей его воины бились насмерть с людьми Хольма, и ему было явно не до меня...
- Всё хорошо будет, Хель, - он отточенным, видно, что привычным движением вырвал свой топорик из покойника, наступив ему сапогом на шею. Меня повело сильнее, и я наконец нашла в себе силы отвернуться и прикрыть глаза.
- Только не шуми, - и исчез.
Плотно прикрыл за собой дверь, лишая меня хоть какого-то света. Опять густой мрак вокруг. И отчетливые, оглушающие звуки жестокой драки. И покойник в ногах....
Господи...
Я не знала, как всё это пережить, осознать, вынести. И просто начала горячо бормотать единственную известную мне молитву. Сотни раз наверно прошептала сбивчиво "отче наш", и я даже не представляла, о чем именно прошу. Наверно о том, чтобы дверца вновь открылась и на пороге вновь появился Бьорк. Больше мне в тот момент ничего было не надо...Лишь бы скорее опять за мной пришел.
***
Но пришел за мной не Бьорк, а Олаф, когда всё разом стихло, и остались только негромкие напряженные разговоры победившей стороны. Открыл дверь нараспашку и сокрушенно покачал головою, цокая языком.
- Что, натерпелась, а, Рыжик, от старого козла? Эх...- он нагнулся и подхватил меня на руки, будто я не весила ничего. Подкинул, поудобней перехватывая, и широкими шагами понёс через палубу.
- А Бьорк? - сердце испуганно сжалось от промелькнувших догадок, почему не он сейчас со мной.
Я пытливо вглядывалась в лицо только Олафу - по сторонам смотреть было страшно. И всё равно невольно выхватывала боковым зрением кровавую картину вокруг.
- Хорошо всё с нашим ярлом, а то ишь как испугалась! - хохотнул Олаф и легко перепрыгнул прямо со мной с одного драккара на другой, что было поразительно для его увесистой комплекции, - Сейчас он там с остальными дела порешает и придёт к тебе утешать.
Сказав это, Олаф аккуратно поставил меня на палубу драккара Бьорка прямо около огороженной сукном кормы. Я кивнула, не зная, что ещё сказать, и юркнула под полог. Там зарылась в шкуры и стала прислушиваться к любому шороху снаружи в ожидании ярла.
Бьорк долго не шёл. Судя по доносящимся до меня обрывкам фраз и голосам, большинство из которых я узнавала, никак они не могли решить, что делать.
Второй драккар Хольма уплыл, и большинство воинов предлагало нагнать их и убить - вдруг всё-таки без прямых свидетелей не решится конунг затевать с ними войну, а захваченную лодку, где ни одного живого не осталось, затопить и скормить трупы рыбам.
Но Бьорк с Альвом были против. Альв говорил, что неважно уже есть прямые доказательства их деяния или нет. Конунг хотел получить Унсгард. Хотел мирно, предлагая Бьорку женитьбу на дочери, но тот выбрал Киру, а значит у конунга другой возможности, как напасть, и нет. И значит он ухватится как бешеный пёс за эту кость, которую они сами ему и кинули. Так толку сейчас гнаться за ещё одним драккаром, на котором тем более нет самых близких воинов Хольма. Самых близких, включая двух сыновей Ангуса и его кровного племянника, они только что убили, а уплывают от них обычные хельмутовцы, которые ещё неизвестно кому верны.
Может и Кире присягу принесут, а значит и самому Бьорку.
Зачем же им убивать тех, кто возможно плечом к плечу с ними против конунга встанет?
После речи Альва разнесся одобрительный гул, а потом кто-то опять возразил. Потом Бьорк сказал, что не будет топить драккар - так их души долго будут искать дорогу к Ордину. Что драккар надо сжечь вместе со всеми убитыми воинами.
Кто-то предложил угнать лодку - драккар то хороший... Бьорк отказался брать. Сказал, что плевок это будет конунгу прямо в лицо. Скрывать, что они это, никто не будет. Альв прав - толку в том нет. Конунгу сейчас только повод и был нужен. И повод он свой получил. Но и гнать драккар через весь залив да менять на нем паруса - это оскорбление уже не только Ангуса, но и всех хельмутовцев. А Бьорк, как и Альв, рассчитывал, что народ новоиспеченной жены удастся поставить под свои знамена...
Тем более, что только что обезглавили они весь род Хольмов. И, кроме Киры да последнего сына Ангуса - трехлетнего сосунка, который ещё и не факт, что доживет до первой бороды, и не осталось больше никого из славного рода Хольма.
Потому и похороним мы их как должно, закончил свое слово Бьорк, пусть зарево от пылающего драккара будет видно в самом Хельмуте. И пусть знают там, что не враги унсгардцы его сынам, и лишь Ангусу были. После секундной тишины все одобрительно застучали древками топоров по палубе, показывая, что решение принято, и будет так, как сказал ярл.
А я вычленила главное для себя из этого разговора - так вышло, что из-за меня только что по сути началась настоящая война.
***
- Не спишь, Хель? - Хотборк отодвинул полог внезапно, буквально ослепляя меня ярким заревом горящего драккара Ангуса прямо за его спиной.
Нашу лодку качнуло от первого слаженного толчка вёсел. Бьорк опустился на шкуры рядом со мной и плотно задернул за собой занавесь. Стало снова темно, и я с трудом различала его черный силуэт, клонящийся ко мне всё ближе. Его рука в моих волосах, плотно перехватывающая затылок, горячее дыхание опалило кожу лица. Слабо мерцающие в полумраке глаза, пытливо вглядывающиеся, казалось, в самую душу. Сердце заколотилось часто-часто, отключая бешеным ритмом мозг, оставляя лишь рваный клубок из таких разных, горьких и сладких, противоречащих друг другу мыслей.
- Не жалеешь? - спросила уже у самых губ, когда совсем близко подался ко мне. И моментально обратилась в слух, замирая. Всё было важно. Всё. И как быстро ответит, и что, и каким тоном. Пыталась даже в его дыхании правду уловить.
- Нет.
Бьорк сказал это так просто, так естественно, что я счастливо всхлипнула, каждой клеточкой прочувствовав, что правда. На глазах тут же закипела влага. От облегчения, от любви...Хотборк перехватил моё лицо обоими ладонями и поцеловал не в губы, а в прикрытые дрожащие веки, убирая едва выступившие слёзы, не давая им пролиться. Я всхлипнула ещё раз. Громче. Совсем какой-то интимный жест. Между нами много ласк было, но сейчас в груди что-то другое звенело, что словами и не выразить, казалось, никогда.
- Люблю тебя, - забормотал Хотборк хрипло целуя меня в висок, щеку, всё крепче обхватывая руками голову, зарываясь пальцами в спутанные волосы, - Душа моя, сиэль...Ты моя сиэль, Оля.
Слёзы всё-таки опять полились. Я ведь мечтала от него это услышать, так мечтала. Даже самой себе боясь признаться, насколько. Сиэль...Душа, половинка...Зарылась носом в ярёмную впадинку у основания сильной шеи. Жадно вдохнула терпкий любимый запах его кожи, ощущая, как Бьорк целует меня в макушку. Зажмурилась от удовольствия, пытаясь навсегда сохранить этот момент. Вот только...
Я оторвала голову и взглянула Хотборку прямо в глаза. Хоть и темно было, но все же рассветные лучи уже пробивались под полог, позволяя разглядеть каждую черточку его красивого мужественного лица.
- Ты с ней спал?
Я замерла на мгновение, до боли всматриваясь в него. А потом, понимающе улыбнувшись, медленно отстранилась. Оперлась спиной о борт, сложив руки на коленях и смотря на серое сукно занавеси перед собой.
Что тут скажешь? И сказать нечего...Да даже ревновать глупо, она же жена теперь, да?
Вот только целоваться разом расхотелось...Бьорк уселся рядом так же как я, облокотившись о борт и устало потёр лицо.
- Глупо, Хель...- выдал тихо, не смотря на меня.
- Ты не подумай - я не виню, - дурацкая снисходительная улыбка так и не хотела сползать с лица.
Будто тело помимо воли защищалось и делало вид, что ему всё равно. Хотя...В груди и правда воцарилось какое-то опустошение и светлая тихая грусть. Я ведь уже приняла решение...И это просто ещё шажок к нему. Так мне будет легче. Теперь вот я точно знаю, что спал...И ещё не раз будет. Она же жена...А я - душа. А без души жить можно. А в жестоком мире Бьорка может даже и полезно...
Хотборк тяжело вздохнул и опустил свою тяжеленую ручищу мне на плечи, притягивая к себе. Я послушно уронила голову ему на грудь, нежась в безопасном тепле сильного тела.
- Хочу всё знать про тебя, - медленно проговорил Хотборк, рассеянно выводя узоры пальцами у меня на плече, - Вейла говорила, что помнишь ты, да только говорить не хочешь, а мне спрашивать не надобно.
Я потёрлась щекой о его грудь, раздумывая, стоит ли отвечать и прислушиваясь к гулким ударам его сильного сердца.
- Раз Вейла сказала, значит и не надобно...
- Нет, надобно теперь, - пальцы на моём плече сжались сильнее.
- Ты лучше мне про то, что после убийства твоей семьи произошло расскажи. Ты обещал.
Бьорк шумно выдохнул, очевидно давя в себе раздражение, что не по его выходит, чмокнул в меня в макушку и лениво согласился.
- Ладно, обещал, да.
Я улыбнулась своей маленькой победе, прикрыла глаза и приготовилась слушать. И по его манере рассказывать истории я тоже буду дико скучать.