ГЛАВА 10. Память Пламени

Эран хотела спросить, что значит это — «последний шанс», но на другом конце пещеры послышался нарастающий шорох.

Наместница обернулась и увидела эльфийку, выбирающуюся из-под одеяла.

— Сколько времени? — спросила Элиана, потирая глаза.

— Уже рассвело, — ответила Эран, отстраняясь от Лиама.

Элиана встала и потянулась.

— Думаю, солнце уже дало ответ.

Она накинула плащ и побрела к выходу из пещеры.

— Мне её проводить? — спросил Лиам.

— Да, — Эран ухватилась за соломинку. Ей мучительно необходимо было ненадолго остаться одной.

Лиам понимающе кивнул, встал и пошёл следом.

Вернулись исследователи совсем скоро, Раманга едва успел продрать глаза и мрачно посмотреть на Эран.

— Вот, — Элиана раскатала свиток, который несла в руках и положив его на пол, придавила камешками по углам. Ткнула пальцем в чёрную точку посреди океана.

— Надеюсь, теперь нам не придётся ждать? — Раманга поднял глаза от карты и посмотрел на другую наместницу.

— Может быть, — уклончиво ответила Эран.

— Наместница, мы отправимся ночью. Вы идёте с нами, или не идёте вовсе.

Эран прищёлкнула языком.

— Да что вы заладили?

Эран мрачно посмотрела в темноту в глубине туннеля.

— Ладно. Ночью. Если у вас будут силы после долгого пути. Тогда в крепость отправимся немедленно, может быть, успеем немного отдохнуть.

***

Всю дорогу назад Эран молчала. Лиам старался держаться поблизости, но тоже ничего не говорил, ожидая, когда наместница смирится с тем, что узнала.

Уже в крепости, едва оказавшись в своих покоях, Эран кликнула Вайда и попросила принести обед. Увидев напряжённое лицо Лиама, та лишь усмехнулась.

— Я смою с себя пыль, — сказала она, делая шаг к купальне.

— Помочь?

— Нет! — ответ самой наместнице показался слишком резким. Как она ни старалась вернуть всё в своё русло, считать Лиама рабом больше не получалось. Она поспешно закрылась в купальне и зашелестела водой, а Лиам скинул плащ и встал у окна, разминая одной рукой затёкшие плечи.

Раньше, чем Эран вернулась, вошёл Вайд с серебряным подносом в руках, а через пару секунд появилась и наместница — в пушистом светлом халате, оставлявшем открытыми верх груди и щиколотки.

— А… спасибо, Вайд. Иди, — сказала она, отпуская слугу, а затем повернулась к Лиаму. — Что стоишь? Не себе же я всё это заказала.

Лиам усмехнулся.

— Спасибо.

Оба сели за небольшой столик у окна, выходившего на море, и пока Лиам раскладывал жаркое по тарелкам, Эран откупорила бутылку вина и разлила по бокалам.

— Итак… — сказала Эран, делая первый глоток, — я обдумала то, что ты мне сказал. Пока из того, что я видела, я могу лишь сделать вывод, что ты можешь проникать в мои сны. Собственно, об этом я догадывалась с первой ночи. Всё остальное пока лишь твоя версия событий.

Лиам тоже сделал глоток.

— Как мне тебя убедить?

Эран пожала плечами.

— Я вообще не уверена, что ты должен меня убеждать. Моя жизнь идёт спокойно и размеренно не один год. Вдруг появляешься ты и пытаешься перевернуть её с ног на голову.

— Понимаю, — сказал Лиам, поставил бокал на стол и сцепил пальцы, — но, боюсь, так не получится. Потому что долго ты так не проживёшь.

— Вот как? — Эран подняла бровь.

Лиам кивнул.

— Дело в том, что нам была отпущена тысяча лет. Сколько тебе лет, Эран?

— Четыреста семьдесят, — наместница наморщила лоб, догадываясь, к чему клонит собеседник, — ещё пять сотен — не такая уж плохая перспектива, даже если ты и прав.

— Пять сотен? — Лиам невесело усмехнулся. — Ты забыла посчитать те, что прошли до твоего рождения. Когда мы умерли в первый раз, мне было 23, а тебе 21. Во второй жизни мне было 36. В общем, план был неплох, ведь тысяча лет — это… Дай подумать…. Не менее двадцати шансов. Но кто из нас мог знать, что мы переродимся в телах бессмертных?

Эран облизнула губы.

— Так сколько нам осталось?

— Год.

Эран почувствовала, как кровь отливает от её лица. Недавние рассуждения о бесконечности дней показались ей внезапно наивными.

— Год, — повторил Лиам. — Поэтому я пришёл сюда. В этом мире я не мог найти тебя, хотя помнил всё. Это первый раз, когда мы родились так далеко друг от друга. Я уже решил, что это конец. Я смирился с тем, что бесконечная гонка закончилась. Я хотел лишь посмотреть тебе в глаза и умереть. Поэтому я обратился к Оракулу Солнечного Города. Это было… Как последний бросок костей для проигравшегося вдрызг. Я не верил, что увижу тебя снова и спросил у духов лишь о том, где обрету покой. Они указали мне на север, и я пошёл.

Лиам снова взял бокал, сделал глоток и пожал плечами.

— Странно… Единственный раз в моей жизни духи мне не солгали.

Он внимательно смотрел на Эран.

— Красиво, — сказала та, и тоже пригубила вино.

— И только?

Эран посмотрела за окно.

— Я не хочу умирать. Но и бросаться на каждую угрозу сломя голову не могу.

— Ты обещала мне шанс.

Эран кивнула.

— Я помню, — она помолчала. — Предположим, всё это правда. Ты… помнишь прошлые жизни? Или тоже всего лишь видишь сны?

— Я помню, — сказал Лиам и почему-то отвернулся.

— С рождения, или память пришла потом?

— Кусками. Я и сейчас не уверен, что помню всё, но ведь и ты не помнишь всей своей жизни?

Эран кивнула.

— Первое воспоминание было… Отец учил меня выживать в пустыне. Он помог мне собрать мешок, завязал глаза и руки и вывез в пески. Когда я освободился и снял повязку, на много миль вокруг не было никого. Я пошёл по солнцу и шёл три дня. Как оказалось — не туда. Вместо родного города я пришёл к развалинам, почти целиком засыпанным песком. И тут началось это. Я бродил по руинам в поисках места, где мог бы укрыться от солнца и забрёл в один из домов. — Лиам на секунду замолк, а затем продолжил медленно, будто погружаясь в воспоминания целиком. — Дома там совсем другие. Они высокие, но не похожи на эльфийские башни. Я плохо помню их даже сейчас. Когда я был там в прошлой жизни, они уже были заброшены, только на нижних этажах жили люди. Много людей. И многие из них умирали. На улицах повсюду поджидали банды разбойников с цепями и дубинами в руках, и люди заколачивали большие окна своих высоких домов, чтобы никто не мог проникнуть внутрь. В тот раз первой, что я увидел — была ты. Как на яву ты лежала на покосившейся узкой кровати, накрытая рваным шерстяным пледом, и лицо твоё было почти таким же бледным, как сейчас.

— Галлюцинации? — Эран усмехнулась.

— Я думал так же. Я сбежал из того дома и нашёл другое укрытие, но что-то неумолимо тянуло меня туда. И я пришёл туда снова. Иллюзий больше не было. Просто это место казалось дьявольски знакомым. И дом, и улица… У меня заканчивалась вода, а я, вместо того, чтобы искать путь домой бродил по этому разрушенному городу, выискивая другие места, которые отзовутся эхом в моей душе. В тот раз я вспомнил немного, а вернувшись рассказал обо всём отцу и он долго проклинал мою мать, соблазнившую его, и обзывал меня отродьем демонов. Наши отношения так и не стали прежними после того дня, и едва появилась возможность я ушёл, став янычаром.

Лиам сделал паузу и прикрыл глаза, вырываясь из воспоминаний.

— Второй раз был спустя два десятка лет. Я уже был воином привыкшим к мечу. В Кучук-Кале шла война, но я не хотел возвращаться в дом, где был чужим. Эльфы собирали экспедицию на поиски церковных реликвий. Они считали, что старые железки помогут им справиться с набирающей силу империей. И я нанялся в охрану отряда. Здесь, на севере, среди скал… Мы нашли остатки старинного монастыря. И… — Лиам облизнул губы и тряхнул головой. — И здесь я вспомнил те дни. То, что снилось тебе.

Он облизал губы ещё раз. Отвернулся. Затем снова посмотрел на Эран.

— Я не мог понять, — сказал он с упором. — То, первое видение наполняла нежность, граничащая с отчаяньем. Ты умирала, но твоя болезнь была моим личным адом. Я не знал твоего имени, только лицо, но я чувствовал, что твоя смерть убила и меня…. — Он резко выдохнул. — В этот раз всё было иначе. Ненависть… Холодная. Рваные раны на твоих плечах… Алая кровь на белой коже… — Лиам не заметил, как пальцы его сжались в кулаки. — И я хотел этого. Это дикость. Я убивал, но убивал честно. Я наслаждался смертью, но смертью врага. А этого я не мог понять.

— Ты оправдываешься, — сказала Эран холодно, сама не понимая до конца, почему последние слова привели её в ярость.

— Прости, — плечи Лиама опали. — Я просто… — он снова покачал головой. — Тогда я понял, что внутри меня сидит то, чего я не могу понять. Это было страшно… Но это влекло, потому что давало мне цель. И ещё я понял, что эти видения приходят, когда я нахожу новые места. Старые и покинутые людьми, — он снова отвернулся к окну, не в силах смотреть в ледяные глаза Эран. — И я стал странствовать… — закончил он. — Я странствовал и раньше, но лишь потому, что мне нужны были деньги. Теперь само путешествие стало смыслом. Я стал искать новые места. Изучать историю. Говорил с Оракулами и предсказателями… Поначалу я полагался на судьбу, но она часто вела меня окольными путями. И вот… я здесь.

Лиам повернулся к Эран.

— Новые места, — задумчиво сказала та. — Это интересно. Значит, в этих местах и я могла бы увидеть что-то?

Лиам кивнул.

— Если бы ты согласилась отправиться со мной…

— В тот монастырь? — на губах Эран заиграла злая усмешка.

— Нет… — перебил её Лиам. — Только не туда. Здесь рядом есть и другие места.

Эран помрачнела.

— Ты слышал, я должна отправиться во дворец Владыки Вод на закате.

Лиам осторожно протянул руку и накрыл ладонью пальцы Эран.

— Я понимаю. Но кто знает, когда ты вернёшься? Может быть… всего в одно место? Если ты позволишь мне лететь с тобой на виверне, мы окажемся там через четверть часа. Если за час ты не узнаешь ничего, мы вернёмся назад.

Эран закусила губу.

— Хорошо. Я прикажу седлать.