Глава 79

В салоне машины пахнет холодом и освежителем с ароматом хвои. Дворники истерично мечутся по лобовому стеклу, но едва справляются с налипающими хлопьями снега. Впереди сквозь мутную мглу проступает очертание дома Драгана. И он сияет. — Дом в ледяном коконе, уже хорошо, — отмечает Наиль, вглядываясь в магический лед. Его волосы слиплись от пота, но глаза шамана видят то, что скрыто от остальных. — Энергия Влада… она чистая. Это очень мощный щит. Никогда не видел ничего подобного. — Да, — Егор нервно чешет затылок, постукивая пальцами по рулю. Он бросает быстрый взгляд в зеркало заднего вида. Там Алекс прижимает к себе бледную, перепуганную Динару, а рядом Настя… Его Настя. Она кусает губы, но в глазах решимость настоящей волчицы. Несмотря на то, что она человек… — Ты сказал, там ледяной дракон… — продолжает Наиль, напряженно всматриваясь в темноту. — Да, — рычит Ярцев, наблюдая, как из метели к ним приближается нечто громадное, кривое и скрипучее. — Только вот тут у нас драконов нет. Зато две беременные и одна консервная банка… Договорить он не успевает. БАМ! Удар чудовищной силы сотрясает внедорожник. Огромная, покрытая ледяными шипами ветвь рушится на капот, оставляя глубокую вмятину в сантиметре от лобового стекла. Машину швыряет в сторону. Динара вскрикивает, Настя хватается за спинку переднего сиденья. — Держитесь! — ревет Егор, давит на газ. Он выкручивает руль. «Тойота» виляет задом, поднимая фонтан снега. Этот маневр спасает их от второго удара, но привлекает внимание остальных стражей. Исполинские ледяные деревья, что еще секунду назад штурмовали купол дома, замирают. Их стволы со скрежетом, похожим на стон мертвецов, разворачиваются. Пустые глазницы на коре вспыхивают синим. Они нашли новую цель. Легкую добычу. — Уводи их от дома! — кричит Алекс с заднего сиденья. — Я пытаюсь! — огрызается Егор. Он резко тормозит метрах в тридцати от ворот, разворачивая машину боком, чтобы прикрыть собой девчонок. — Из машины! Живо! — командует альфа. — Наиль, Алекс — со мной! Девочки, сидеть тихо и не высовываться! Мужчины вываливаются в глубокий снег. Времени на раздумья нет. Воздух разрывает треск ломающихся костей. Трансформация болезненная, быстрая, яростная. Секунда — и на снегу уже стоят три зверя. Егор. Массивный серый волк с разноцветными глазами — один зеленый, другой карий. Его холка вздыблена, из пасти вырывается пар. Рядом вырастает гигантский белый волк. Наиль. Он больше обычного оборотня, его шерсть светится мягким внутренним светом, отгоняя подступающий мрак. И третий — поджарый бурый хищник Алекс. Они бросаются наперерез ожившему лесу. Егор в прыжке сбивает ледяной сук, нацеленный в боковое стекло машины. Его челюсти смыкаются на мертвой древесине, кроша лед. Наиль действует иначе. Он не просто рвет когтями — он бьет магией. Темный шаман врезается в корни ближайшего монстра, и по его шкуре пробегает волна тьмы. Дерево визжит, когда она выжигает скверну, заставляя ледяную кору плавиться. Но их слишком много. Лес живой. Он давит массой, холодом, загоняя волков в глухую оборону. Серый альфа пропускает удар. Острый ледяной шип вспарывает плечо, пригвождая его к земле. Егор рычит от боли, пытаясь вырваться, но корни, словно удавы, обвивают его лапы и шею. — ЕГОР! — крик Насти разрывает салон машины. Она видит это. Видит, как её волка вжимают в снег, как над ним заносится гигантская ледяная дубина, готовая размозжить череп. Страх исчезает. Остается только ярость. Первобытный инстинкт, защищающей своего истинного. — Настя, нет! — кричит Динара, хватая её за руку. Но она уже перелезает на водительское сиденье. Её руки дрожат, но движения четкие. — Я не буду смотреть, как его убивают! Она вдавливает педаль газа в пол. Мотор ревет, колеса буксуют, выбрасывая кашу из снега и грязи, а затем цепляются за грунт. «Тойота» прыгает вперед, как разъяренный бык. Удар бампером приходится прямо в ствол дерева, которое держит Егора. Хруст, скрежет металла, звон разбитой фары. Ледяной захват слабеет. Егор, воспользовавшись моментом, вырывается, перекатывается и вгрызается в «горло» обидчика. Но теперь машина оказывается в центре кольца. Деревья, разъяренные наглостью этой «жестянки», забывают про оборотней. Все они разворачиваются к автомобилю. — Настя, назад! — мысленно кричит Егор, бросаясь к машине, но путь ему преграждает стена из колючих веток. Девушка пытается включить заднюю передачу. Машина дергается… и глохнет. Тишина. Зловещая, звенящая тишина накрывает поляну. — Нет… нет, нет, нет! — шепчет Настя, поворачивая ключ зажигания. Стартер натужно хрипит: вжик-вжик-вжик. И ничего. Панель приборов мигает и гаснет. Аккумулятор сдох. Тень от гигантской лапы-ветки накрывает лобовое стекло. Настя поднимает глаза. Прямо перед ней сияющие мертвым льдом глаза ледяного монстра. Динара на заднем сиденье закрывает живот руками и кричит. — Ну же, миленький… пожалуйста… — плачет Настя, в последний раз поворачивая ключ. Бесполезно. Смерть уже здесь. И в этот миг ночь разрывает свет фар. Яркий, ослепительный, режущий глаза. С фланга, снося сугробы, на поляну вылетает тяжелый бронированный внедорожник. За ним второй, третий, четвертый. На черных бортах серебряные эмблемы. Охотники. Из первой машины на ходу вылетают Ксения и Богдан. В их руках тяжелые автоматические винтовки. — Огонь! По сучьям! — орет Богдан, передергивая затвор. Пятнадцать бойцов высыпают из машин, занимая круговую оборону. Залп. Единый слитный грохот выстрелов заглушает вой вьюги. Серебряные пули, заговоренные против нечисти и начиненные зажигательной смесью, впиваются в ледяную плоть. Деревья ревут. Места попаданий вспыхивают белым пламенем, древесина чернеет, идет трещинами. Монстр, нависший над машиной Насти, дергается в конвульсиях, роняя ледяную лапу в сантиметре от капота. — Работаем! Не жалеть патронов! — командует Ксения, посылая очередь в центрального гиганта. Лес пытается ответить, но магия охотников — это сталь и огонь. Деревья шатаются, их движения становятся дерганными, хаотичными. А затем внезапно они замирают. Словно кто-то перерезал нити марионеткам. Синий огонь в глазницах гаснет. Исполинские стволы с сухим шелестом осыпаются, превращаясь в серую пыль, которая тут же смешивается со снегом. Тишина возвращается. Но теперь это тишина победы. Егор, уже перекинувшийся обратно в человека, рвет на себя помятую дверь «Тойоты». — Настя! Он вытаскивает истианную из машины, его руки дрожат. Настя всхлипывает и утыкается лицом в его голую грудь, не обращая внимания на холод. — Ты сумасшедшая… — шепчет он, целуя её в макушку, в висок, в губы. — Моя сумасшедшая девочка… Алекс помогает выбраться Динаре. Наиль, тяжело дыша, опирается на капот джипа охотников, кивая подошедшему Богдану. Ледяной купол над домом трескается и осыпается. С крыльца к ним уже бегут. Влад несется первым, лицо мрачнее тучи. За ним Адила, Драган и Марьяша. — Вы целы? — выдыхает Драган, оглядывая горы серой пыли и изрешеченную машину. — Охотники… не думал, что скажу это, но… вы вовремя, вашу мать! — Мы решили, что у вас будет последний оплот, — коротко отвечает Ксения, опуская оружие. — И приехали, как только смогли. Адила прижимается к Владу. — Они просто… рассыпались? — тихо спрашивает она, глядя на останки деревьев. — Почему? Никто не успевает ответить. Воздух вдруг становится плотным. Звуки исчезают. Ни ветра, ни дыхания, ни стука сердец. В голове каждого, от альфы до человека, раздается голос. Скрипучий, древний, промораживающий душу. — Это было весело, детишки. Но, думаю, нам пора встретиться лицом к лицу. Марьяша вздрагивает и прижимается к Драгану. Влад сжимает кулаки так, что костяшки белеют. — Буду ждать вас в Колыбели, — продолжает голос, явно наслаждаясь каждым словом. — Если вам хватит духу явиться на битву. Зловещий смех наполняет морозный воздух и душу каждого оборотня и человека. Герои переглядываются. В глазах Влада застывает ледяная решимость. Он поднимает взгляд к небу, где тяжелые тучи закручиваются в воронку. — Мороз, — произносит он. — Он зовет нас. Финальная битва началась.