Глава 87

Адила Кажется, что мир рассыпается на куски. Слова Марьи все еще вибрируют в груди отдаленным эхом. Ее тело обмякает, тьма в глазах рассеивается. Кожа подруги становится белой, как мел, и она оседает на снег. Драган, используя волчьи инстинкты, бросается к любимой и успевает поймать до падения. — Милая… — бормочет суровый волк. Он держит ее так осторожно, словно она хрупкий сосуд. В целом так и есть. Внутри нее растет новая жизнь. Наше будущее. А по иронии судьбы именно Марья должна быть в авангарде защиты нашего мира. Моё сердце разрывается: она должна беречь себя и малыша, но Мороз не оставил нам выбора. Драган нежно прижимает жену к себе. Он даже не сдерживает дрожь. Суровый альфа боится за любимую и их малыша. Если бы я могла их всех защитить… то жизнь бы отдала за это. Но в нашем случае один в поле не воин. Внезапно огромный разлом схлопывается со скрежещущим звуком. Он исчезает, словно его и не было. Лишь мрачные серые облака нависают над лесом. Влад стоит рядом. Мой истинный неподвижен. Но я замечаю, как играют его желваки, и кулаки сжимаются. В глазах моего дракона самый настоящий шторм. — Трусливый ублюдок, — цедит он сквозь зубы, — захлопнул разлом прямо перед нашим носом. Испугался, что мы придем к нему… теперь придется идти обходными путями. Как только мой истинный произносит последнее слово, мир сотрясает жуткий вой. Не звериный… не человеческий… Словно сама преисподняя обрушилась на замерзающую землю. Он наполнен такой запредельной скорбью, что я начинаю дрожать всем телом. Кажется, что все мертвые разом взывают к нам. По телу бегут холодные мурашки. Все внутренности сжимаются в узел. А мой дракон… мой первородный зверь пытается забиться в самый дальний уголок души, чтобы не слышать этот плач… — Кто это? — шепчет Наиль, и мы все переглядываемся. — Одно из древних чудовищ, — произносит Влад, — до пленения Мороз пытался разбудить их, но сил не хватало. Думаю, сейчас уже хватило. Повисает тишина. Густая, гнетущая, наполненная отчаянием. — Времени у нас нет, — жестко произносит Влад, — если он призвал этих существ, и они сейчас в нашем мире… то они сметут нас. Полчища теней и мертвецов прокатятся по земле, как стая саранчи. Вздрагиваю, представив эту ужасающую картину. — План прежний, — чеканит мой дракон. — Оборотни держат город. Драган, приводи Марью в чувство. Она наш единственный шанс. Только её танец затормозит древних. Влад делает паузу, глядя волку прямо в глаза. — Помни про четыре удара. Три мертвецов не удержат. Четыре, Драган. Либо она выстоит, либо мы все умрем здесь. Драган сжимает челюсти до хруста. Он знает, что это значит. Альфа берет на руки свою жену, понимая, что сам подписывает ей приговор ради спасения остальных. Волк прижимает любимую к себе и широким шагом заходит в дом. Его стая следует за вожаком. Я не хочу прощаться… но… Мама и папа подходят ко мне. Али обнимает меня так крепко, что вот-вот треснут ребра. Он дрожит… отец всегда был моим защитником. Но теперь он ничего не может сделать. — Малышка моя… — шепчет мама, — помни, кто ты. В твоих жилах течет кровь Древних и Первородного. Ты — само пламя. Не бойся льда. Ты ему не по зубам. Вернись к нам, девочка моя. Мама… Тихо всхлипываю. Киваю. — Слушай меня, Валах, — слышу голос отца. Тот подходит к моему истинному и тычет пальцем ему в грудь, — заканчивай это поскорее. И тащи свой драконий зад домой. Я уже… почти смирился с тем, что скоро стану дедушкой. Не смей портить мне этот статус, ясно тебе? Влад ухмыляется. — Клянусь, папа, — еле сдерживает смех, мой отец закатывает глаза, — защитите ведьму. Марья — ключ к защите города. Не дайте тварям Мороза добраться до нее. Тем временем Егор сминает меня в объятиях. — Разбей сердце этого ублюдка, Адила. А мы будем ждать тебя… — Обязательно, — обнимаю друга в ответ. Все уходят обратно в дом, чтобы подготовиться к решающему сражению. Мы остаемся вчетвером. Влад подходит ко мне. Притягивает меня к себе. И его губы накрывают мои с отчаянием и болью. Мой истинный… мой ледяной господарь… Мы целуемся яростно, с такой жаждой, словно этот поцелуй способен разогнать тьму. Язык истинного сплетается с моим. Мы стонем друг другу в губы, словно больше никого вокруг не существует. Я зарываюсь пальцами в его густые волосы, в последний раз вдыхаю любимый аромат. Хочу раствориться в нем… исчезнуть… чтобы всего этого просто не было. Вжимаюсь в любимого, словно желая стать его частью и никогда не расставаться. Его обычно ледяные ладони сейчас жгут мою кожу сквозь одежду. Я чувствую его судорожный вдох, вкус грядущей битвы на губах и немую мольбу — выжить любой ценой. Горан прокашливается. Мы отстраняемся друг от друга. В глазах своего дракона я вижу то, что до безумия пугает… там страх за меня. — Когда доберешься до сердца, — Влад очерчивает мое лицо кончиками пальцев. Я прикрываю глаза, впитывая его хриплый шепот, — подумай обо мне. Лишь обо мне. Я почувствую тебя. Обещаю, я прорвусь сквозь любую завесу, но услышу тебя, моя девочка. Затем он резко разворачивается, обнимает Горана, и они взмывают в небо. Мы с Наилем остаемся вдвоем. Несколько секунд он молчит, давая мне перевести дух. — Нам нужно на юг, за городскую черту. Там есть небольшой разлом. Мороз стянул все силы к большому, так что там может быть чисто. Киваю. Пробую расправить крылья, но ничего не происходит. Еще раз… и еще. По телу прокатывается лишь тупая боль. Мое пламя едва тлеет внутри. Как вовремя! Видимо, исцеление истощило меня. С губ срывается отчаянный рык. — Черт! — бью ногой по сугробу. Снег разлетается во все стороны, но легче не становится. — Не получается! Крылья не слушаются. — Значит, пойдем на своих… четверых, — Наиль спокоен, в отличие от меня. Он обращается в белого волка. Я забираюсь сверху, впиваюсь пальцами в серебристую шерсть. Шаман срывается с места. Город пролетает, как смазанное пятно. Заброшенные дома с пустыми глазницами окон, промерзшие пруды, фонтаны. Всюду зловещая тишина, только вой холодного ветра. Мы быстро преодолеваем город, но, когда приближаемся к разлому, наш путь преграждает стена из спящих. С губ Наиля срывается низкий рык. — Слушай меня, Адила, — в голове возникает голос шамана, — беги в разлом. А я отвлеку их. — Я не брошу тебя одного! — Это была не просьба! Ты единственная, кто способен добраться до сердца! Верь своим инстинктам! Своему дракону! Они приведут тебя к Чаше! Иначе мы все умрем. Я спрыгиваю с могучей спины и бегу в сторону разлома. Мыслей нет. Я не знаю, что ждет меня там. Есть лишь цель. Наиль обгоняет меня, врезается в стену спящих. Он рычит, кусает, и его тёмная аура вспыхивает, притягивая мертвецов, как маяк. Они забывают про разлом и следуют за ним. Я бегу. По щекам текут слезы и тут же замерзают на коже. Буквально запрыгиваю в разлом. И последнее, что доносится до меня из темного разрыва в реальности — это полный боли и отчаяния волчий крик… Затем наступает тишина. Я одна…