Глава 14
Тар. Каэтарская Империя
Декабрь, 1056 г.
Уже к концу первого месяца учебы вдруг сделалось не до шуток и стало понятно, зачем нужна руна концентрации. Без этой закорючки мозги наотрез отказывались принимать и усваивать те горы информации, что вываливали на нас наставники. Досточтимые магистры усердно пытались перещеголять друг друга длиною и невразумительностью лекций, невыполнимостью домашних заданий и ежедневно грозили неминуемой практикой, по результатам которой намеривались отсеять первых неудачников. Должна с прискорбием сообщить, что мое имя вполне может оказаться в начале списка на отчисление.
Я неплохо знала теорию, особенно с историю и "Великие Расы", которые отчего-то пугали моих приятелей. Но в то время как все мои товарищи давно уже определились со стихийными началами и практиковали простенькие заклинания вроде обливания водой, швыряния огнем и сдувания всего, что плохо лежит, я продолжала оставаться в неведении по поводу своей предрасположенности и собственно будущего. Если верить учебникам, преподавателям и Лайсу, то у каждого мага есть "своя" стихия, та, с которой ему проще всего работать. А мне ни с какой не проще! Со всеми одинаково, то есть никак. Эн-Ферро надо мной издевается, говорит, если со всеми одинаково, значит ты — универсал. Ха-ха. Очень смешно. Я что универсалов не видела? Вот Ферт и Риса — это универсалы! С ними сам магистр Марко занимается. А я — недоразумение сплошное.
Бытует мнение, что у полукровок способности к волшебству развиты сильнее. И в связи с этим наставники первое время настороженно косились в мою сторону, ожидая чуда. Но, увы и ах, незабываемое "приподняло и шлепнуло", благодаря которому меня приняли в Школу, так и осталось моим единственным чудом.
Тэсс Гейнра, которой выпало счастье вести мою практику, закатила глаза к потолку.
— Галла, ты же умная, способная девушка. Соберись и зажги, в конце-то концов, эту свечку!
— Я вам не Алатти, — огрызнулась я.
— Да при чем здесь Алатти? — всплеснула руками наставница. — Не обязательно быть адептом Огня, чтоб выполнить простейшее магическое действие. Это же все могут! Даже целители.
Действительно, Дан с первого раза справился, а он вообще водник. И Мила смогла. И Вришка-травница. Что же я за неумеха такая?
— Сконцентрируйся. Почувствуй источник.
Почувствовала. Зачерпнула до краев — вот-вот лопну от избытка силы.
— Давай со Словом.
Можно и со Словом.
— Гори!
А фигушки. Не горит, проклятая! Может Слово не то? Хотя я за последние пол часа, кажется, все синонимы перепробовала. На двух Тарских языках.
— Тэсс Гейнра, а может, вы меня разозлите?
Улыбка у практички понимающая, видать, не только Лайс с этим способом знаком.
— Спонтанные проявления дара в состоянии нервного возбуждения — это не тот эффект, которого я хочу добиться. Пробуй еще.
Интересно, какой раз по счету? Хорошо. Обращаемся к источнику, впитываем потоки энергии. Открываем чакры. Тьфу ты, опять ерунда всякая в голову лезет! Серьезнее надо быть, тэсс Эн-Ферро, серьезнее. А то так и просидите семь лет на общем отделении. И за окном уже темнеет, и впрямь, не мешало бы свечечку зажечь.
Ой!
— Вот видишь, получилось.
— Это не я, тэсс Гейнра, правда, не я!
— Ты-ты. Просто захотела и сделала. И Слово не понадобилось. Теперь потуши, и можешь идти домой.
— Честно?
— Честно.
Не мудрствуя лукаво, я подошла к столу и дунула.
— До завтра тэсс Гейнра!
А теперь ноги в руки, и бежать, пока колдунья не опомнилась и не заставила повторить то же самое, но уже с помощью магии.
Яшка, кер, которого Лайс расщедрившись купил мне для поездок в Школу, скучал к керсо в полном одиночестве. Хорошо хоть ребят отговорила меня ждать — умерли бы со скуки, пока мы с этой свечкой друг друга мучили. А так, наверное, в кабачок после зачета пошли, или к Алатти, как обычно. Мы у нее часто собираемся — она целый дом сама снимает. Пробовали как-то у меня посидеть, так Лайс потом скандал закатил, что я со своими дружками выспаться ему не дала. Он, видите ли, в лесничество устроился — водит высокородных тэров на охоту, вследствие чего у него, как у того пса мультяшного к вечеру "лапы ломит и хвост отваливается". А я в Школе, значит, не устаю? Мне отдых не нужен? Эгоист!
Хорошо хоть к мальчишкам уже не придирается. А то пристал как-то к Сэллеру Кантэ: какие, мол, у вас, юноша, намерения относительно моей дражайшей сестрицы? Сэл, бедняга, и так не слишком разговорчивый, а после того раза чуть было заикаться не начал. Умеет братишка страху нагнать.
А вот и он, легок на помине! Встречает на полдороги, волнуется.
— Ты чего так долго?
— Практику сдавала. А что?
— Ничего. Сдала хоть?
— А то! Вот домой придем, покажу, как я теперь умею!
— Ну-ну. Заодно покажешь, куда ты окорок перепрятала.
Вот тебе и трогательная братская забота.
* * *
Эн-Ферро с тревогой поглядывал на оставшиеся свечи, прикидывая в уме, хватит ли имеющихся запасов до конца длани, или нужно завтра же ехать в город. Галла наконец-то освоила простенькое заклинание и теперь радовалась как ребенок, в сотый раз демонстрируя свои способности.
Он бы разделил ее восторги по этому поводу, случись такое на первой длани обучения. Или хотя бы в первый месяц. Но после того, как девушка провела в Школе почти три месяца, магистр Пилаг вправе был ожидать от нее большего.
"21 декабря. Галла успешно сдала практику, так что отчисления можно не бояться. Но, тем не менее, для нее это слишком мало. Я все так же чувствую в девочке огромную силу, и просто не могу не удивляться тому, что эта сила до сих пор не нашла выхода. Видимо школьных занятий недостаточно. Нужно что-то большее. Нужен толчок".
* * *
— Ольга.
— М-м…
— Спишь?
— Уже нет.
— Я все хотел спросить и забывал: откуда ты? Из какого Мира?
— Не знаю.
Он приподнимается, заглядывает в заспанные глаза.
— Как не знаешь?
— Не знаю, и все.
Прижимается ближе, трется щекой о его плечо.
— Я года в три на Кайру пришла. Откуда — никто не понял. Скорее всего, в спонтанный портал провалилась…
Он вздохнул. Бывает. Гуляла себе девочка с родителями в парке, листики-цветочки собирала, а тут дяденька-дракон не уследил, сместилась пространственная кривая на два градуса от заданных координат, открылось на мгновенье "окошко" — и нет девочки. Девочка уже на другом конце Сопределья, на Кайре…
— Даже имени своего не помнила. Ольгой меня в сиротском приюте назвали. Десять лет жила там. Потом ушла. Сначала, когда денег не было — ходила, куда повезет. После устроилась. То в одном Мире работа подвернется, то в другом. Я рисую неплохо. Видел на Хилле в Эвтасе Стену Матерей? Я западное окно расписывала!
Что? Стену Матерей?
— Ольга, — он взял ее за подбородок, вгляделся в лицо, — сколько тебе лет?
— Такие вопросы, — улыбается она, — женщинам не задают.
— А если я угадаю?
— Попробуй.
— Пятьдесят?
— Холодно.
— Шестьдесят?
— Теплее.
— Семьдесят?
— Еще теплее…
* * *
Не успела Яшку в керсо поставить, Ферт уже несется. И довольный такой, что можно подумать, Триар заболел, и "Великие расы" отменили.
— Привет!
— Привет.
— Ты что, правда, на свечку дунула?
— Чего? — опешила я.
— Гейнра сказала младшим наставникам, младшие наставники рассказали старшим ученикам, а старшие ученики…
Понятно. Всю жизнь мечтала стать героиней школьных анекдотов.
О, вот и Вришка мчится.
Рыженькая целительница затесалась в наши ряды последней из всех, примерно месяц назад, когда Риска все-таки нашла в учебнике подходящее для отмщения заклинание, и Дану срочно понадобилась врачебная помощь. С тех пор было решено, что такое полезное приобретение, как прибывшая из глубинки травница, мановением руки снимающая боль и заживляющая кровоточащие раны, нужно держать при себе.
— Галла, привет! А ты, правда, свечку…
— Правда.
У нас что, других тем для разговоров нет? Видимо нет. Эти двое уже убежали, наверно места на трибунах занимать — у старших сегодня открытый практикум по общей некромантии: "воззвание" и "упокоение". Говорят, вчера еще мертвяков специально для этого привезли. Ну, пойдем, поглядим. Ни разу еще зомби не видела.
Интересно, Мила с Алатти уже пришли? Дан и Риса вон, под аркой любезничают. Да-да, все как у самых обычных земных детишек: сначала портфелем по голове или десяток ледяных игл пониже спины, а потом глаза в глаза, громы и молнии, и вот она — самая настоящая магия. Не удивлюсь, если они меня даже не увидят.
— Галла!
Все же заметили.
— Привет, влюбленные!
И зачем же так краснеть? Тем более парню.
— Галла, а ты…
— Правда, — привычно отрапортовала я.
— Что правда? — не понял Данвей.
— А что "ты"?
— Сэла с Наем не видела? Кьярна водников собирает.
— Кьярна? — удивилась я.
Тэсс Кьярна вела у нас "нечисть" и демонологию. Зачем ей водники?
— Рыбаки вчера приходили, — объяснил друг, — говорят, в заливе шалит кто-то. Толи русалки, толи Змей морской объявился…
— Толи брага дошла, — закончила я.
Жалобщики в Школу являлись регулярно. Согласно тем расчетами, что шутки ради ведут Ферт с Наем, практически три четверти жителей Марони и близлежащих сел регулярно страдают от разгула "нечистой силы". Кстати, по данным городской стражи, так оно и есть. Братья Кантэ как-то поведали, что их отец неоднократно жаловался на привычку нерадивых блюстителей закона списывать все нераскрытые преступления на нечисть. Помимо стражников свою лепту в невеселую статистику вносили местные пьянчуги, нервные дамы и сбежавшая месяц назад из заезжего зверинца обезьянка.
— Если встретишь близнецов, скажи, чтоб шли в Восточную башню.
— Так вы что, и некромантов смотреть не будете?
Дан взглянул на меня как на дуру.
— Какие некроманты?! Здесь же реальный шанс самому попрактиковаться!
— А. Ну тогда удачи!
Хороший он парень, только наивный еще. Жаль будет, если вместо морского Змея водники столкнутся с происками "зеленого змия".
— Риса, а ты?
— Я иду. Давай только девочек дождемся.
Огневичка с провидицей приходили обычно вместе, через связывающий город и Школу портал, и нередко опаздывали. Причины у них были, конечно же, самые, что ни есть уважительные — то у Милы видение, то у Алатти самовозгорание. Сегодня, видимо, тоже. Нет, сегодня как раз вовремя. У Милары шляпка новая, такая же нелепая, как и предыдущие. У Алатти дырка на платье, тоже новая — еще дымится немного, видно только что прожгла.
— Ну что, все в сборе? Тогда пошли!
Трибуны уже забиты под завязку, но Ферт с Вришкой успели занять нам места.
— Первый ряд?! — ужаснулась Риса. — Да кто ж садится на некромантии в первый ряд?
— Да не бойся ты, — успокоил ее Ферт. — Сам Медведь контур ставил. Ближе, чем на десять гиаров ни один мертвяк к тебе не подойдет.
Медведь — это тэр Марко, наш Старший наставник. Между прочим, самый сильный маг в Кармоле.
Прямо напротив нас, по другую сторону поля высокая трибуна для учителей и почетных гостей. Гости сегодня — почетней некуда — сам тэр Велтар Катара, герцог Марони пожаловал.
— Видишь того красавчика рядом с герцогом? — зашептала мне в ухо Мила.
Если честно, то не вижу. С такого-то расстояния! Поле широченное, триста гиаров, как минимум, а я в отличие от подруги не ясновидящая.
— Его сын. Тоже Велтар — это семейное имя. Только недавно стал на люди выходить. У него в прошлом году жена при родах умерла. Говорят, любил ее сильно, долго от горя опомниться не мог.
— А сейчас снова женился? — поинтересовалась я, углядев рядом с Велтаром-младшим пушистую белую шубку.
— Ты что, совсем слепая? Это же Мара, наставница с целительского!
На Южной башне ударили в колокол. Бом-м-м! Начинается.
На утоптанном снегу в центре поля лежали в рядок четыре трупа. Мужские или женские — не понятно: все обряжены в одинаковые серые робы, а на головах плотные холщевые мешки, чтоб не было видно лиц. Так и практикантам не слишком страшно, и опасаться не приходится, что кто-нибудь из зрителей узнает в "пособии" недавно почившего дедушку.
Тэр Келай, наш распорядитель, объявил первого ученика, но имени с нашего края поля было не разобрать.
От толпы старшеклассников отделился парень. Наша компания с ним несколько раз сталкивалась — не редкость неприятный тип, один из тех, кто постоянно цепляется к первогодкам. Он подошел к ближайшему телу, простер над ним руки и что-то затараторил. Продолжалось это минут пять. Напряженное ожидание на трибунах успело смениться раздражением. И почему Медведь не уберет этого неуча, понятно ведь, что ничего у него не выйдет!
Наконец-то. Келай рукой машет: свободны, тэр ученик, незачет. Так тебе и надо!
Следующий!
Следующей оказалась тощая девица в бесформенном балахоне. Ее воззвания были более продуктивными — покойник после трех минут визгливых выкриков все же пару раз конвульсивно дернулся.
Следующий!
Прошло еще три мага-недоучки, прежде чем мы поняли, что наставники намеренно выставили в начале слабаков, приберегая достойных претендентов для финала. А поскольку этот самый финал обещался быть еще не скоро, все занялись своими делами, в полглаза следя за происходящим. Риса разложила на коленях конспект. Алатти пыталась упрятать в складках платья свежепрожженную дыру. Провидица или провидела, или просто задремала. А Ферт и Вришка затеяли спор о несовершенстве системы образования.
— Ты сам подумай, зачем мне, целительнице, та же некромантия? Зомбировать тех, кого вылечить не удалось?
— Можно и так, — хихикнул универсал. — Или вот, например, станешь ты великой врачевательницей, а я прославленным боевым магом. И дойдет до тебя скорбная весть о том, что любимого твоего соученика Фертрана Великолепного предательски ранил отравленной стрелой коварный враг. Сядешь ты на своего верного кера и помчишься мне на помощь… Ведь помчишься?
— Помчусь-помчусь! — уверила Великолепного Ферта будущая великая целительница.
— Молодец! Помчишься ты, значит, а кер твой споткнется на каменистом склоне и свернет себе чешуйчатую шею.
— Скорее я себе шею сверну, если он споткнется.
— Не, ты в норме, а кер откинулся. Что делать будешь?
— Пешком, наверное, пойду.
— Ага. А пока идти будешь, приму я смерть мучительную и бесславную. А учила б некромантию — зомбировала бы кера, быстро доехала и спасла меня несчастного!
— Для таких случаев, — вклинилась я, — лучше левитацию освоить. Или сразу телепортацию.
— А можно кера запасного с собой брать, — добавила очнувшаяся Мила.
— Или еще… — хотела было подкинуть идейку Риса, но отвлеклась на практикантов. — Глядите-ка, у этого получилось!
Один из старших учеников, добродушного вида толстячок с уже наметившейся лысиной сумел-таки поднять одного из жмуриков, и тот бродил, покачиваясь, перед трибуной наставников. Теперь посмотрим, как скоро его упокоят. Упокаиваться зомби не хотел, и толстячку потребовалось минут пять, чтобы вернуть его в исходное положение.
— Теперь веселей пойдет! — обрадовался Ферт.
И правда. Следующий практикант поднял сразу двоих, чем сорвал бурные овации зрителей, уставших от слабеньких потуг предыдущих участников.
Я тоже похлопала, но не слишком энергично. Было во всем происходящем что-то неуловимо неправильное. Переглянулась с ребятами — ничего. Только прорицательница наша как будто нервничает.
— Слушай, Мила, — осенило меня вдруг. — Он же к одному покойнику взывал! А второй что же, за компанию встал?
Глаза у Милары сделались совсем уж тревожные. С другой стороны от меня испугано ойкнула Вришка, за нашими спинами прокатился взволнованный шепоток.
Я снова взглянула на поле. Парнишка-некромант все так же водил перед учительской ложей своего зомби, не замечая, что второй из восставших мертвецов бодрыми шагами, почти срываясь на бег устремился в противоположную от них сторону. В противоположную — то есть в нашу!
Сзади пронзительно завизжали девчонки с целительского. Перепуганная Риса с ногами влезла на скамью. Алатти напряглась и подняла руку, приготовившись в случае чего кидаться огнем. Вришка попросту зажмурилась. Из всей нашей компании один только Ферт был спокоен, если не сказать — доволен.
— Смотрите, как его сейчас об контур жахнет!
Наверное, уверенность приятеля передалась и нам, по тому что, в то время как все сидящие на нашей трибуне разбегались от греха подальше в разные стороны, мы хоть и вскочили на ноги, мчаться сломя голову никуда не собирались. Разве что огневичка скатала в ладони увесистый огненный шар, да боязливая Вришка юркнула за спину застывшему в предвкушении увлекательного зрелища универсалу.
— Добегался! — радостно воскликнул Ферт, указывая пальцем на мерцающую полоску защитного контура. — Еще два шага, и полное упокоение!
Либо у меня с глазами что-то, либо… Я смотрела на серый мешок, скрывавший лицо ходячего трупа, а видела злобную черную рожу, узкие глаза без зрачков цвета кипящей лавы и широкую пасть с двумя рядами длинных игольчатых зубов.
— Это не зомби, — прошептала ошарашено Мила.
По-видимому, кроме меня, ее никто больше не услышал. Или не понял. То, что сумели разглядеть мы с ясновидящей, остальные, судя по всему, не заметили и по-прежнему глядят на приближающееся к линии защиты тело, внутри которого удобно устроился…
— Джевул!
Спасибо, Милара. А то я икак не могла вспомнить, как зовут одного из низших огненных демонов, который легко перешагнул рассчитанный на зомби контур.
Ферт от такой неожиданности буквально окаменел. Закричала Вришка. Попятившись назад, полетела вверх ногами наткнувшаяся на скамью Риса. И только отважная маркиза Весара сделала шаг, отводя для размаха руку.
— Нет! — заорала я. — Не надо!
Огневичка меня не поняла. Зато поняла провидица, успевшая в последний момент изо всех сил толкнуть Алатти в сторону, и огненный шар, пролетев в опасной близости от головы демона, с шипением упал в неглубокий снег. Умница, Мила! Нельзя бросаться огнем в огненного же демона — это только придаст ему силы. Только как побыстрее объяснить это двум десяткам мальчишек, решивших что настал и их черед сразиться с силами зла, и бегущих сейчас к нам со всех сторон, видя перед собой лишь вышедшего из-под контроля зомби, отталкивая действительно могущих помочь наставников?
Никак. Первый огненный снаряд ударил джевула в грудь. Демон довольно оскалился, ярче разгорелись глаза. И почему все начинающие маги так обожают спецэффекты? Отчего бы им просто не закидать непокорного "мертвяка" камнями, а еще лучше — залить водой?
— Бежим! — потянула меня за руку Риса.
И тут в голове как будто щелкнул невидимый тумблер. Паника сменилась злостью. Я, дочь дракона, буду бежать от низшего демона?! Не дождетесь!
Еще три пылающих шара практически одновременно достигли цели, и Милара, от всепроникающего взгляда которой не укрылось радостное злорадство темной твари, в отчаянии вцепилась себе в волосы. Придурки! Что же они творят? Еще пара таких попаданий, и напитавшийся силой джевул здесь камня на камне не оставит. Нет, этого уж я не допущу!
Я с силой вырвалась у все еще пытающейся утянуть меня Рисы и шагнула вперед. Ну что, друг мой пламенный, посмотрим кто кого? Огоньку тебе еще? А не лопнешь?
Горящие снаряды очередного залпа бессильно разбились об воздвигнутый мною купол. Я хотела оградить лишь себя и демона, но в запале не рассчитав сил, накрыла энергетическим колпаком еще и Алатти с Фертом и Рисой. Снаружи, за мерцающей пленкой заламывала руки Вришка, все так же схватившись за голову, сидела прямо на снегу Мила, и растеряно переминались с ноги на ногу подбежавшие "помощники". Вот-вот подоспеют наставники, мудрые сильные маги, без которых я сегодня как-нибудь обойдусь.
— Ну здравствуй, дорогой! — ласково обратилась я к черной роже.
Услышав кассаэл, демон дернулся, словно от пощечины.
— Ты хоть знаешь, огненный мой, против кого попер?
И без того узкие глаза недобро сощурились.
— Шиисса! — прошипело страшилище.
Чего? Как этот урод меня обозвал?
— Шиисса! Абба сак'ур!
Не знаю, что он там лопочет, но что-то явно обо мне нелестное. В голову словно хмель ударил и, осмелев окончательно, я обеими руками сцапала джевула за грудки: я тебе покажу, черноротый, как трупом прикидываться и народ пугать!
Схватила и тут же об этом пожалела. Пальцы обожгло, по телу прошла судорога. Силен, урод!
— Шиисса…
— Да пошел ты!
Со стороны, наверное, казалось, что ничего не происходит: стою я, чуть пошатываясь, схватив мертвяка за холщевую рубаху. А на самом-то деле всеми силами пытаюсь удержать внутри начавшего толи разлагаться, толи уже жариться трупа свирепую, чуждую всем живущим силу, пытающуюся вырваться и испепелить посмевшую встать у нее на пути зарвавшуюся девчонку. Хоть бы кто-то из ребят понял, что на самом деле случилось.
— Джевул, — шепчу я пересохшими от жара губами. — Риса…
— Алатти! — кричит из-за границы защитного поля Милара. — Это джевул! Джевул! Огонь! Помоги ей!
Алатти? Чем может помочь огневичка? Но она, похоже, знает, что делать — протягивает к демону руку, почти касаясь надетого на голову трупа мешка.
— Огонь!
В синих глазах девушки вспыхивает золотистое пламя. И я ощущаю удивление демона, осознавшего, что эта изящная ручка тоненькой струйкой вытягивает из него силу. Огонь. Для мага избравшего эту стихию он может быть орудием, а может быть и источником, из которого он станет черпать энергию. Спасибо, Мила, в который раз за этот день — спасибо.
— Все, — выдыхает Алатти. — Больше не смогу, я полная…
А больше и не надо. Сейчас нужно другое.
— Вода.
— Вода! — подхватывает стоящая ближе всех огневичка. — Ферт, Риса, нужна вода!
Только бы у ребят получилось. Если я отвлекусь на то, чтобы снять защиту и пропустить наставников, джевул успеет вырваться, а он все еще достаточно силен. Снег расплывается под его ногами грязной жижей.
— Снег! — наконец-то прорезался голос. — Топите снег!
Универсалы нерешительно взмахивают руками. Им тяжело. Это Весара владеет огненной магией с детства, а у этих дар хоть и сильный, но проявился совсем недавно и все еще очень плохо поддается управлению. Но они стараются. Видят, что помочь больше некому и очень-очень стараются. Под ладонью Ферта рождается крохотная воронка, разгадав его задумку, подруга напитывает своей силой маленький смерч. Воздух. Молодцы ребята, надо же было додуматься использовать Воздух, для того чтоб получить воду. Разросшаяся воронка кружит волчком внутри купола, взметая вверх белые хлопья, втягивая их в себя, чтобы, вобрав как можно больше, вывалить свою добычу на рвущегося из моих рук демона. От порождения огня валит обжигающий лицо и руки пар, и я слышу его протяжный, полный бессильной злобы вой. Теперь не вырвется.
— Шиисса тана…
Тэр Марко все-таки пробил поставленную мной защиту. Недаром он Старший наставник, а я всего лишь ученица первогодка. И очень вовремя. Обожженные руки еще пол беды, но сил держать джевула у меня уже не осталось.
— Отпускай, — говорит мне Медведь. — Я держу его.
А кто будет держать меня?
Желающих не нашлось, и, выпустив из рук дымящуюся рубаху мертвеца, я рухнула на землю.
— Нужен целитель! Гират, Мара!
— Не надо, — это Вришка. — Я сама. Я могу.
Она сбрасывает варежки, и я чувствую на пульсирующих висках ее мягкие ладошки…
* * *
Тэр Велтар Катара, герцог Марони, нервно вышагивал по просторному, избавленному от лишней мебели кабинету, бросая взволнованные взгляды на закрытую дверь. Стоило Старшему наставнику войти внутрь, как встревоженный правитель набросился на него, едва ли не вцепившись руками в просторную мантию мага.
— Что все это значит, тэр Марко? Что это было?
— Демон, — невозмутимо отвечал чародей.
Таким же тоном он мог бы сообщить о том, что это была добрая лесная фея, явившаяся в Школу с мешком подарков, или пресветлый аур, спустившийся с небес, дабы благословить всех присутствовавших.
— Демон?! Настоящий демон?
Чародей смерил тэра Велтара недоумевающим взглядом. А какие еще бывают демоны?
— Настоящий. К сожалению, тэсс Кьярна, наш ведущий демонолог отсутствовала в Школе на тот момент, а остальные не смогли вовремя определить, кто вселился в мертвое тело. Но, хвала богам, все обошлось. Так что ваши волнения уже не уместны, и о случившемся можно забыть…
— Забыть? — прошипел герцог. — Да вы что, не видели, кто был на том краю поля, куда помчался этот ваш демон? И я должен забыть?
— Тэр Велтар, поверьте мне, у волшебников случается и не такое. Риск — неотъемлемая часть нашей работы, будь ты боевой маг или просто целитель. А подобные происшествия поучительны и воспитывают в наших детях ответственность…
— Кстати, о детях, — перебил магистра тэр Катара, — что с той девочкой, которая умудрилась изловить это отродье, покуда вы бездействовали? Она в порядке?
— Да, и уже дома. К слову, неожиданно способная ученица. Я всегда присматриваюсь к новичкам, оцениваю силу дара и вероятные возможности, но, должен признать, Галлу сразу не заметил…
— Вы и демона сегодня не заметили, — вставил насмешливо герцог.
Постепенно беседа двух не первый год знакомых друг с другом мужчин перетекала в мирное русло. На невысоком столике появилась бутылка вина, и успокоившийся герцог терпеливо выслушивал пространные рассуждения чародея о непонятной и недоступной ему магии.
Когда он наконец-то ушел, Медведь убрал в бокалы, и отослал мысленный вызов.
Кьярна явилась незамедлительно. Вошла в кабинет без стука и опустилась в предложенное кресло. Лицо женщины блестело от пота, а между бровей пролегла глубокая складка — все же джевул оказался силен, раз уж разговор с ним, уже плененным, настолько измотал чародейку.
— Искажающие чары, — выдохнула она. — Сомневаюсь, что сама заметила бы его.
— Чего он хотел?
— Сложно понять. Он был неразговорчив.
— Был?
— Да, — поморщилась заклинательница. — Пришлось его уничтожить. Тупая агрессивная тварь, но достаточно сильная, чтобы удержаться в мертвом теле и закрыться от наших магов.
— И как только у него хватило наглости забраться в Школу?
— Вряд ли он сам этого хотел. Следует получше проверять трупы, которые мы берем для своих работ. Думаю, джевул уже был внутри и его разбудили воззвания. Я расспросила целителей, и мне сказали, что тот бедолага умер вскорости после возвращения из предгорий. Наверняка подцепил эту заразу где-то у Кара.
— Думаешь, снова открылся разлом?
— Возможно. Вы не будете возражать, если я отменю свои занятия на длань и съезжу посмотреть? Возьму своих старших, устрою им небольшую практику.
— Или внеурочные выгулки, — усмехнулся Старший наставник. — Если бы было что-то серьезное, Школу давно уже завалили бы жалобами. Но все же съезди. Сомневаюсь, что Орден пошлет кого-нибудь еще разбираться с этим делом.
Покончив с недлинным отчетом, наставница собиралась уже уйти, но у самой двери вдруг остановилась.
— Простите, тэр Марко, но та девушка, ученица с общего отделения, она действительно смогла удержать джевула?
— Да. Минуты три, это точно. А что?
— Ну, я подумала, что если девочка способна на такое, то у нее врожденный дар заклинательницы, и я с удовольствием взяла бы ее на свой курс.
Старший наставник весело рассмеялся:
— Увы, моя дорогая, увы! Пока вы беседовали с нашим пленником, ко мне приходила тэсс Дэвина, и уверяла, что девочка не смогла бы увидеть демона, не будь она ясновидящей. А Гейнра настаивает, что ее место на отделении боевой магии. Всем нужны сильные ученики, Кьярна, не только тебе.
— Всем? — улыбнулась женщина.
— Всем, — серьезно ответил маг.
* * *
Я проснулась среди ночи. Нет, меня разбудил не кошмарный сон, не какой-нибудь неожиданный в пустом доме звук. Просто проснулась и лежала какое-то время, прокручивая в голове случившееся сегодня в Школе. А случилось что-то странное.
Во-первых, я увидела демона.
Как я его увидела?
Потом я вспомнила, что это за демон, и как с ним бороться. Вот это-то как раз не удивительно, на память я не жалуюсь, а демонология и "Нежить" — мои любимые предметы, и оба учебника я прочла от корки до корки еще в начале обучения. Поэтому, чтобы джевул не набрался силы от бросаемых в него огненных шаров, я накрыла его отражательным куполом.
Каким куполом, когда я только вчера научилась свечки зажигать?
А после вообще схватила его, и пока ребята пытались его немного притушить, удерживала демона до прихода наставников.
Как удерживала, каким образом?
Три вопроса, на которые имелся всего один ответ. Как Гейнра вчера сказала? Спонтанные проявления дара в состоянии нервного возбуждения? Хотя надо будет завтра после занятий братишке все рассказать, может, у господина магистра найдутся другие объяснения?
Эту ночь Лайс провел в лесничестве, и слава богу! Видел бы он, какой я была вчера после близкого знакомства с представителем местного демонического сообщества, добил бы, не раздумывая. А так отделалась строгим выговором.
— И что на тебя нашло?! — отчитывал меня он. — Это какой надо быть идиоткой, чтобы, не зная элементарных основ, выйти против демона, пусть и низшего! Гордость в ней, видите ли, взыграла! Кровь древняя проснулась! Да мне представить страшно, что он мог с тобой сотворить. А еще страшнее думать о том, что сделал бы со мной Рошан, если бы что-то случилось с тобой.
— Ты ужинать будешь? — как можно спокойнее поинтересовалась я. Что толку продолжать эту тему, когда он только и знает, что орет?
— Буду, но ты от этого разговора все равно не уйдешь.
— Уйду. За мной Вришка заедет, я пообещала с ней к дяде сходить.
— К какому дяде? — подозрительно прищурился Лайс. — Ты же говорила, что она не местная, с севера вроде как, из Каронга.
— Ну да. А дядя у нее в Марони живет. У кардов родственники в разных городах не селятся?
— Селятся. Но зачем к нему на ночь глядя идти? Как ты возвращаться собираешься?
— А я и не собираюсь. У Вришки переночую. Завтра выходной, с ребятами в городе встретимся, погуляем. Вернусь к обеду.
— Что?! — взорвался Эн-Ферро. — Намереваешься неизвестно где шляться всю ночь и полдня и думаешь, что я стану это терпеть?
Ну все. Этого уже я терпеть не стану!
— Лайс, а ты не забываешься временами, а? Не путаешь сказку с былью? Или нужно ежедневно напоминать, что на самом деле мне давно не семнадцать лет, а ты мне не брат? Я взрослая женщина и у меня есть своя личная жизнь! Рошан попросил тебя охранять меня, вот и охраняй. От врагов, если таковые появятся. Но не вздумай лезть в мои отношения с друзьями!
Эн-Ферро открыл было рот, но говорить ничего не стал, только рукой махнул и ушел к себе. Когда приехала Вришка, он даже из комнаты не выглянул, чтоб поздороваться с нею и проститься со мной.
С утра подруга удивила меня своей просьбой наведаться с ней к живущему в городе родственнику. Как она сказала, дяде интересно познакомиться с кем-то из ее школьных друзей, но почему выбрала из всей компании именно, не объяснила. А я и не допытывалась, отвлекшись на проблемы совсем иного рода. В один день превратиться из затюканной первогодки в героиню Школьного масштаба — это вам не шутки! И если еще вчера я шарахалась от зловредных старшекурсников, то сегодня приходилось скрываться от восторженных поклонников и десяток раз выслушивать Фертрана, пересказывающего пропустившим "все веселье" водникам историю нашего совместного подвига. Так что на предложение Вришки я ответила поспешным согласием и забыла бы о нем благополучно, не вернись она к этой теме после занятий.
Чтоб сэкономить время, решили оставить керов в Школе и воспользоваться телепортом. Вошли под высокую радужную арку у северной башни замка и вышли на маленькую круглую площадку в пустом заснеженном скверике рядом с магом-фонтаном.
Я почему-то считала, что мы отправимся в квартал ремесленников или торговцев, но подруга повела меня совсем в другую сторону.
— Твой дядя живет в Верхнем городе? — растерялась я, оказавшись в районе аристократов. — Или работает?
Второе казалось более вероятным, если вспомнить ту комнатушку, что Вришка снимала на Школьной улице.
— И то и другое, — кивнула она. — И живет, и работает.
Минут десять мы шли по широким расчищенным от снега улицам, изредка раскланиваясь с немногочисленными прохожими, пока не остановились у ворот великолепного дворца. Сквозь обманчиво хрупкое кружево решетки открывался вид на три этажа белоснежного камня. Шедевр местной архитектуры невероятным образом сочетал в себе легкомысленность великосветского особняка и незыблемость замковой цитадели. Из высоких окон, рассекая сгустившиеся зимние сумерки, лился ровный золотистый свет, даваемый то ли тысячей свечей, то ли сотней магических светильников. И в этом волшебном сиянии восседающие по обе стороны ворот мраморные волки казались живыми стражами, готовыми в любой момент спрыгнуть со своих постаментов и наказать того, кто рискнет потревожить покой их хозяина.
— Он живет здесь?!
— Ага.
Хорошо хоть Вришка повела меня от центрального входа чуть дальше к скромной металлической калитке. Я может и способна сломя голову кинуться на демона, но вот так запросто войти в главные ворота герцогской резиденции не решилась бы. Калитка тоже охранялась — у кирпичной стены навытяжку стоял сурового вида стражник, но подругу он, вероятно, знал, так как пропустил нас без возражений.
— Ты сюда часто приходишь? — поинтересовалась я.
— Раз в длань, наверное. Дядя сердится, если долго не показываюсь.
От калитки шла узкая тропинка, заканчивающаяся у черного хода в дом. Черный не черный, а сапоги от снега и грязи я оттирала минут пять — не хватало еще наследить на натертом до блеска паркете или одном из роскошных ковров с мягким высоким ворсом.
— Вриш, — позвала я шепотом, — а нам сюда можно?
— Можно-можно, — тоже шепотом успокоила она меня.
Широкий коридор, освещаемый подвешенными к потолку стеклянными шарами с вложенным заклинанием "холодного огня", вывел нас к огромной двустворчатой двери, у которой скучал молодой гвардеец.
— Привет, Кар! — улыбнулась ему целительница. — Скажешь дяде, что я пришла?
Ну да, так он и побежал — видно же, человек при исполнении!
Действительно, не побежал. Степенно развернулся к двери, распахнул тяжелые створки и ровным голосом доложил вглубь комнаты:
— Тэр Катара, к вам тэсс Верилья с подругой.
Я так и замерла, хорошо хоть рот успела прикрыть. Ну, дела! Вот вам и Вришка-травница! Племянница герцога — не больше, не меньше. И кто бы подумал? С виду обычная девчонка: маленькая, худенькая, с чуть вздернутым носиком и задорными ямочками на щеках. И одета не пойми как: куцая лисья шубка потерлась на рукавах, из под вязаной шапочки выглядывают непослушные рыжие кудряшки. А глаза хитрые, довольные.
— Идем уже, — усмехнулась она, сбрасывая на руки гвардейцу свою шубу и помогая мне избавиться от пальто.
А что еще остается? Идем.
Велтар Катара, герцог Марони принимал нас в своем рабочем кабинете. Расцеловав в обе щеки бросившуюся ему на шею племянницу, он повернулся ко мне.
— А ты, должно быть, Галла?
Я присела в таком глубоком реверансе, что проще, наверное, было стать на колени.
— Оставь эти церемонии, — отмахнулся он. — Здесь все свои, так что давай по-простому?
Я огляделась вокруг. Боюсь, что по-простому, здесь, в окружении высоких книжных полок, дорогой мебели и огромных панорамных полотен в золоченых рамах, у меня не получится.
— Я видел вчера твою работу и скажу честно, был немало поражен.
— Я тоже, — призналась я.
Тэр Катара понимающе улыбнулся.
— Это наверно, так странно и волнительно ощущать в себе пробуждение дара? Сам-то я не наделен никакими особыми талантами, но мои мать и сестра, да и Вриша тоже имеют некоторые способности, и я помню все их связанные с этим переживания.
Хоть в одном подруга была честна — когда говорила, что все женщины в ее семье были целительницами. И еще кое в чем: судя по обращению герцога, дома тэсс Верилью действительно зовут Вришкой.
— Вот я и решил познакомиться с тобой поближе, — продолжал хозяин.
— Но почему только со мной? Мы же все там были.
— Может когда-то я и надумаю пригласить в свой дом всю вашу компанию. Через год-другой, когда тэсс Весара начнет в достаточной степени контролировать свою "вспыльчивость", или близнецы Кантэ будут достаточно сильны, чтоб потушить в случае чего мой дворец.
— А Мила? — лукаво поинтересовалась Вришка.
— Ну, дорогая моя, я же все-таки политик, и не рискну общаться с ясновидящей, способной раскрыть все мои коварные планы.
Улыбка у герцога хитрая, но добрая, располагающая. Да и сам он вполне ничего. В прошлом месяце тэру Катара исполнилось шестьдесят три года, но выглядел он для своего возраста просто великолепно. Высокий, худощавый, по-молодецки подтянутый, осанистый. В темно русых волосах затерялись серебряные нити седины, а на еще довольно-таки привлекательном гладковыбритом лице, испещренном паутинками неглубоких морщин, блестят по-мальчишески такие же, как и у Вришки янтарно-карие глаза. И говорить с ним, вопреки моим опасениям, оказалось легко и приятно.
— А, я догадалась! Вы позвали меня, так как твердо уверены, что демонов в вашем доме точно нет.
— Вообще-то, есть один. Но она уже спит.
— Дядя, как ты можешь?! Не слушай его, Галла, наша Линка очень милая девочка.
Вспомнилось, как жаловалась Милара на простодушных селянок, меняющих аристократические имена на свой лад. Интересно, что бы она сказала, если б слышала, как называют друг друга члены первой семьи герцогства. Верилья у них — Вришка, а полуторагодовалая внучка тэра Велтара Лианарра — просто Линка. Как интересно зовут домашние самого герцога?
— Честно говоря, я выбрал именно тебя, Галла, потому что тебя выбрал тэр Марко.
— Тэр Марко? — переспросила я, ничего не понимая.
— Ой, — герцог прикрыл рот ладонью. — Кажется, я только что испортил большой сюрприз.
Еще непонятнее.
— Старший наставник Школы сказал мне вчера, что хочет взять тебя в личные ученицы.
— Старший наставник будет со мной заниматься?! Как с Рисой и Фертом?
Я на такое счастье даже не рассчитывала.
Тэр Катара покачал головой.
— Нет, это не совсем так, как с вашими друзьями. С ними Марко только проводит отдельные занятия, как и с другими особо одаренными ребятами. А личное ученичество, это несколько иное. После он объяснит тебе поподробнее. Но, скорей всего, ты, как и прежде станешь изучать теорию на всеобщих курсах, а вот практиковаться будешь отдельно. Знаю только, что при подобном подходе значительно сокращается срок обучения. Когда последний раз, лет десять назад, Марко брал себе ученика, парень окончил Школу за три года, вместо положенных семи.
Три года! Да это же просто предел мечтаний! Всего три года — и я высококвалифицированный маг, вольный идти куда угодно. Как говорил Рошан, хоть на Вилиль!
Я чуть было не запрыгала от радости и не бросилась, подобно Вришке, герцогу на шею.
Вришка? Для нее это видимо тоже стало сюрпризом, только чего это она кислая такая?
— Вриш?
— А как же мы? — всхлипнула целительница.
Герцог ласково обнял ее за плечи.
— Не расстраивайся, милая. Старший наставник не может уделить достаточно внимания всем и потому выбирает наиболее достойного.
— Да я же не об этом, дядя! — вырвалась от него девушка. — Я говорю о нас, обо всех нас. Все ведь было так хорошо! Мы так быстро и так крепко успели подружиться. А что теперь? Если Галла уйдет, все развалится! Ферт и Риса держатся к тебе поближе, потому что ты, как и они, с Саатара. С Алатти некому будет говорить обо всех этих заумных обрядах. Сэл — тот совсем говорить не будет. И вообще, мы все без тебя завалим "Великие расы"!
— Вришка! — бросилась я к подруге. — Ну что ты такое говоришь? Ну как же, скажи, все развалится? Ведь никуда же я от вас не денусь! Не денусь же? — с надеждой спросила я герцога, сама готовая в любой момент разрыдаться.
— Эх, дети-дети, — покачал головой тэр Катара. — Все ведь только от вас и зависит.
Ночь мы с Вришкой провели во дворце. Долго не могли уснуть, все гадая, как сложится теперь наше будущее, и вконец успокоившаяся подруга взахлеб фантазировала о том, как же будет здорово, когда я быстренько выучусь, получу диплом и сама стану наставницей — буду вести вместо Триара "Великие расы" и избавлю друзей от единственной преграды на пути к успешному окончанию Школы. Какое-то время я, забывшись, вдохновенно ее поддерживала, пока вдруг не спохватилась и не почувствовала себя самой бессовестной лгуньей во всем Сопредельи. Ну как же, "Великие расы" я буду вести! Ага. А кто, чуть ли не до потолка прыгал, уже представляя, как слиняет с Тара и устроит себе полугодовые каникулы на Пантэ, прежде чем отправиться покорять неизведанные Миры? Нет, Вришка, не стать мне свидетельницей вашего триумфа, не узнать о великих свершениях боевого мага Фертрана Великолепного, не дождаться исполнения Милиных пророчеств, не покутить на свадьбе Дана и Рисы. Вы уж как-нибудь сами, без меня. Потом, может быть, при случае, наведаюсь опять в этот Мир, разузнаю, как вы здесь. И сущим издевательством возникла перед глазами картинка, где стою я рядом с поседевшей, ссутулившейся Вришкой и, закатив скорбно глазки, выдаю знаменитую эн-ферровскую фразу: "О, вы, наверное, знали мою маму. Увы…"
Я поспешно отогнала зловредное видение, решив сменить тему:
— Вриш, скажи, а к чему весь этот твой маскарад? Комнатка на Школьной, лиса твоя облезлая?
Целительница улыбнулась, пожала худенькими плечиками:
— Ну, это мы с мамой придумали. Чтоб мне легче было. Мама ведь тоже эту Школу оканчивала. Младшая сестра герцога! Представляешь, каково ей было? Вот мы и подумали, что Вришке Тини учиться будет проще, чем тэсс Верилье Тини Ал-Ази Каронга. Дядя поначалу был против, говорил у него не будет возможности меня защитить, а потом понял, что Вришку-травницу в отличие от графини Каронга охранять не нужно. А мне даже имя особо менять не пришлось. Поместье Ази отец получил за воинские заслуги в последней кампании на севере, а графство Каронга — приданое мамы. Отбросим титулы — остается просто Тини. А этих Тини по всей Империи…
— Так твой отец, он что не… — я поспешно прикусила язык. Такта мне всегда недоставало.
— Не дворянин, — нимало не смутившись, закончила за меня Вришка. — Он, правда, получил этот нелепый титул лет десять назад. А когда познакомился с мамой, был всего лишь сержантом Северной армии.
И как, интересно, на Каэтаре знакомятся сержанты и принцессы?
— А мама была целительницей в лечебнице Белых сестер. Папу тогда ранили опасно, и она его лечила. Больше месяца, — плутовато уточнила подруга. — А когда вылечила, вышла за него замуж.
— А твой дядя, он не возражал?
— С чего бы? Марони — не Империя, и не нуждается в заключении многовыгодных брачных альянсов, — судя по всему, она повторяла слова герцога. — Велт, между прочим, вообще женился на дочери своего учителя.
Велт? А, ну да, сын герцога. Так вот как звучит сокращенное "Велтар".
— А теперь и не знаю, на ком еще.
— В смысле? — о разбитом сердце Велтара Катара-младшего в Марони чуть ли не легенды ходили, а он все-таки снова женится?
— Это еще не точно, — смутилась Вришка. — Я случайно… узнала.
Подслушала, безошибочно определила я.
— Понимаешь, Велт — последний мужчина в роду. И без наследника ему никак нельзя. Вот если б у нас, как у эльфов или у Северных баронов было, чтоб и девочки тоже наследовали, то и Линка подошла бы. А так только сын должен быть. У Велтара. Или у меня, на крайний случай. Но я-то вообще замуж не собираюсь! — сбросила с себя ответственность за наследование девушка. — Я к Белым сестрам уйду.
Все целительницы младших курсов рвутся в прославленный орден "непорочных дев". Но как рассказывали ученики постарше, именно девчонки с этого отделения оканчивают Школу, с выразительно-округлыми животиками, а то и вовсе с парочкой детишек на руках.
— Значит, придется Велту опять жениться, — заключила с вздохом подруга. — Дядя на него пока не наседает, но он и сам знает: надо.
— Вриш, а может все-таки ты?
— Не, я к сестрам.
На том и порешили.
— Ты только ребятам пока про меня не рассказывай, — попросила Верилья-Вришка. — Я сама. Потом.
— Ты тогда про ученичество это тоже не говори. Вдруг тэр Марко передумает? И вообще, Вриш, я с вами завтра не пойду. Мне домой надо, хочу с братом поговорить, пока он в свой лес не уехал.
— Ой, Гал, брат у тебя такой!
Ага. Кто куда, а вот эта рыжая особа с томным взглядом — к Белым сестрам!
Лайса я поймала уже в дверях.
— Ты ведь не очень спешишь? — затараторила я, впихивая его назад в дом. — У меня столько новостей. Вришкин дядя, оказывается, знаешь кто? Герцог! Я с самим герцогом, представляешь, вчера познакомилась!
— Рад за вас, — кивнул кард. Хотя радости в голосе ни капельки. Не выспался что ли?
— Но это не главное. Он, то есть герцог, сказал, что захотел со мной встретиться, как с новой личной ученицей Старшего наставника Марко. А личная ученица это знаешь что? Вот. И я не знаю. Но герцог сказал, что личные ученики быстрее других Школу заканчивают. Намного быстрее! Три года! Ну, может, чуть больше. И все! Понимаешь, Лайс, все! Мы сможем уйти с Тара, куда захотим!
— Рад за вас, — снова повторил он.
— Да что ты заладил: рад, рад? И за каких таких "вас"? Мы с каких пор на "вы"?
— Со вчерашнего дня, — не отводя тяжелого взгляда, заявил Эн-Ферро. — С тех самых пор, как вы напомнили мне о моем положении наемника при вашей особе. Безмерно счастлив, что вам придется в два раза меньше времени провести в этом Мире под моей охраной, и со своей стороны обещаю, что постараюсь впредь не докучать вам своими неуместными замечаниями.
— Знаешь, что действительно неуместно, Лайс? Твой идиотский выпендреж!
— Простите, больше не буду! — рявкнул он, захлопывая за собой дверь.
— Лайс! — я как последняя дура кинулась следом и, конечно же, растянулась на обледеневшем крыльце. — А-у!
Наверно и в Рыбацком услышали, а Эн-Ферро тот чуть ли не подпрыгнул.
— Что?! — только что стоял у дверей в сарайчик, а теперь уже рядом, с радующей сердце тревогой на физиономии.
— Прости меня, — выдавила я сквозь слезы, выступившие то ли от раскаянья, то ли от пронзившей подвернувшуюся ногу боли. — А-ай! — видимо все-таки второе. — Я вчера не это имела ввиду. Просто ты… А-у-у!
— Вставай уже, болезная, — вздохнул кард, протягивая мне руку помощи.
Одной рукой не обошлось, и ему пришлось задействовать обе, дабы поднять меня, внести в дом и под мой жалобный скулеж уложить на диванчик в гостиной.
— Что болит?
— Душа. А, ой! И нога. Правая.
Он стянул с поврежденной конечности сапог.
— А-а-а!
— Здесь? — от его ладони пошла волна тепла. — Лучше?
Я неуверенно кивнула.
— Встать сможешь?
— Наверное. А надо?
— Ну хоть пальто сними! — возмутился мужчина, на глазах превращаясь в прежнего Лайса. — Чай будешь, пока горячий? А то нос вон совсем посинел. Шапку тебе зачем покупали, если ты ее не носишь?
Слушая его недовольное, но такое родное ворчание, я с умилением думала, что не в меру заботливый брат все же лучше равнодушного наемника. Интересно, насколько бы его хватило?
— Дура ты, Галчонок, — без обиняков заявил он, появляясь в дверях с наполненной ароматным травяным отваром чашкой. — Я же на самом деле за тебя переживаю.
Я виновато шмыгнула, подтверждая правоту всех его обвинений, включая единожды одетую за весь прошедший уже декабрь беличью шапку и отмороженный нос.
— Ну рассказывай уже, что там с личным ученичеством? Это серьезно?
— То что я хочу тебе предложить, Галла, очень серьезно.
Тэр Марко, действительно, похож на медведя: высокий, не толстый, но крупный, широкоплечий. Густая шапка седых чуть вьющихся волос, коротко, но небрежно остриженная борода и всклокоченный мех широкого воротника довершали образ, создавая эффект повышенной лохматости.
— Прошу тебя хорошо подумать, прежде чем дать окончательный ответ. Предупрежу сразу, если ты согласишься, но на ближайшие несколько лет твоя жизнь изменится. И не только в лучшую сторону.
Примерно об этом меня предупреждал и Лайс.
— Я уже подумала, тэр Марко. И согласна.
Большие, чуть на выкате черные глазища удивленно зыркнули из-под кустистых бровей.
— Я правда подумала. Хорошо.
— Ну раз хорошо, — протянул Медведь, видимо никак не рассчитывавший на продолжение этого разговора уже сегодня. — Я должен для начала объяснить, почему выбрал именно тебя. У тебя очень сильный дар, и сильная кровь.
Кровь? Он что заметил?!
— Полуэльфы…
Фух!
— …как правило, обучаются быстрее и легче, чем обычные люди. Древняя кровь упрощает работу со стихиями, делает магические источники более доступными и многократно усиливает проявления дара. Взять, к примеру, ту защиту, которой ты оградила джевула тогда на поле. Я с трудом ее снял. Ты, кстати, знаешь, что выставила мощнейший купол Гиафа?
Я энергично замотала головой. Какого еще Гиафа?
— Я так и думал, — довольно усмехнулся наставник. — И в этом не так уж много удивительного. Гиаф тоже не был первым, кто применил это заклинание, он был лишь первым, кто записал и обосновал формулу. По идее, любой, обладающий даром, даже не прибегая к помощи книг и манускриптов, способен со временем самостоятельно освоить любые действия. Нужно только очень захотеть. А ты, помимо желанья имеешь еще и достаточно сил и, что немаловажно, очень быстро пополняешь растраченный резерв. При том комплексе, который я хочу на тебе опробовать последнее как нельзя кстати.
Стоп! Не нравится мне эта фраза. Это в каком же смысле, опробовать?
Медведь поймал мой встревоженный взгляд и сосредоточенно кивнул:
— Да, это новая программа. Я не работал по ней еще ни с одним учеником. Не было достаточно сильных. Но ты должна справиться. Весь курс рассчитан на два года.
Два года! — ликовало сердце.
Но все-таки "опробовать", — обеспокоено напоминал разум.
— А при удачном стечении обстоятельств, возможно и на полтора.
Разум, прости, но мы и раньше не очень ладили.
— Правда, о летнем отдыхе придется забыть.
А и ну его! Я на Тар не отдыхать пришла. Мне бы это, того… Овладеть скорей!
— Завтра же и начнем. У вас первыми уроками идут "История" и "Великие расы Тара". Оба предмета ты и без того неплохо знаешь, я справлялся, так что жду тебя сразу с утра в малом испытательном зале. Да не пугайся ты так сразу — физические упражнения я почти все исключил. А сразу, честно скажу, целый курс расписал — на парня рассчитывал, но тебе они думаю без надобности. Так что начнем сразу с основ, и не слишком резво — тебе еще в класс вернуться надо будет, на "Травы и зелья".
— А как же…
— "Теоретические основы работы со стихиями" я из твоего расписания вычеркнул. Приступим сразу к практическим. Из теории, кроме "Трав", "Нежить" и "Демонов" тебе оставил. Хотя ты успела и с последними попрактиковаться.
Три предмета? Всего три из восьми? Здорово!
— "Начертание графических символов" в библиотеке возьмешь, — погасил мою улыбку наставник. — Почитаешь. А там, может, и "Оборотную магию" начнем. И "Управление помыслами".
Шесть? Все же лучше, чем восемь. Если забыть о том, что "оборотку" и "помыслы" обычно начинают изучать на втором, а то и третьем году обучения.
— И Галла…
Что еще?!
— …позавтракай хорошо. Я потом еще и питание тебе распишу — не пренебрегай. И… — тэр Марко слегка смутился, — если есть, лучше штаны надень. Какие не жалко.