Глава 29

Неважно, сколько еще придется ждать, неважно, что стоявшие в коридоре лечебницы часы давно уже отсчитали полночь, спать Иоллар не собирался. Да и как уснуть, сидя на жесткой скамье опершись на холодную шершавую стену?

Оказалось, можно.

Только о том, что он все же заснул, эльф догадался, уже открыв глаза и судорожно глотая ртом воздух. Ну и сон! С детских лет не случалось подобных кошмаров: виделись потоки лавы, похожие на реки кипящей крови, непроходимые джунгли, кишащие хищными зверьми и скользкими змеями. И будто бы он шел по этим джунглям, продираясь через сплетения тугих стволов и колючих ветвей, уворачиваясь от цепких когтистых лапок бросающихся в лицо гигантских летучих мышей, к побережью мутно-зеленого моря. Туда, где вырастала над пышной зеленью нелепая и пугающая башня. И рад был бы развернуться и бежать от этого места прочь, хоть обратно в дикий тропический лес, хоть с обрыва в море, а то и вовсе броситься в раскаленную лаву — лишь бы не слышать мерзкого скрипучего голоса, зовущего его с верхнего этажа блестящего зеркальными стеклами небоскреба. Так нет же — распахнулись широкие двери, подкатила услужливо прозрачная кабина лифта, и понеслись перед глазами полоски-этажи. И нет спасения, как и нет сочувствия в прекрасных и безразличных глазах фальшиво улыбающейся девушки: "Господин Дивер ждет вас". А в просторном, обитом деревом, кабинете, когда, кажется, даже сердце перестало биться, тот же скрипучий зловещий голос, что привел его сюда: "Ты забыл о своей клятве, мальчик?"

Сон? Или напоминание? И оборвалось все так внезапно, что не успел ничего и сказать, объяснить, что хоть и просьба эта нелепая, ничего он не…

— Ил!

…забыл.

Забыл обо всем и сразу.

Видимо, неприятные пробуждения станут теперь нормой. В предыдущий раз очнулась на холодном камне, скрученная по рукам и ногам, сейчас с трудом продрала глаза на чужой кровати в чужой же комнате. Хвала богам — не связанная и относительно живая. Сквозь высокие, ничем не занавешенные окна падал тусклый утренний свет, а на маленьком столике все еще трепетали лепесточками желтого пламени несгораемые магические свечи. Поднапряглась и села, уже более-менее понимая, где нахожусь — только в одном замке Марони на резных межкомнатных дверях висят такие вот звукоизоляционные заклинания. Ну и герб Школы на украшающем стену гобелене тоже подсказка. Но я отчего-то первым делом заметила именно это заклинание — аккуратненькое, как по учебнику, плетение. Странно, до этого ведь спокойно через такие двери проходила и никаких заклинаний не видела. Я вообще раньше заклинаний не видела, до того как…

О, боги, Ил! Он же…

Нет. Глубокий вдох. С ним все хорошо. Выдох. Хорошо. Я же сама видела, как он открыл глаза, а потом поднялся. Через силу, но поднялся. Даже сказал мне что-то, кажется. Ведь не приснилось же мне все это? Не приснилось?!

Только начала паниковать, как тихо, без скрипа приоткрылась дверь.

— Наставник!

Тэр Марко еще более взъерошенный, чем обычно. Глаза уставшие, покрасневшие. Но в целом вид вполне довольный. Даже улыбка на губах.

— Выспалась? — он прикрыл за собой дверь и опустился на стул рядом с постелью. — Как себя чувствуешь?

— Живой, — сказала я честно. — А как там… ребята?

Хотелось расспросить об Иле, но я не решилась.

Медведь нахмурился, отвел взгляд.

— С твоими друзьями все в порядке, — произнес он медленно.

И от этих слов мне стало очень не по себе, потому как четко в тот момент осознала, что под моими друзьями учитель подразумевает только Рису и Ферта.

— А с остальными?

Он снова опустил глаза. И я поняла.

— Сколько? — голос прозвучал глухо и сдавлено.

— Двое. Кайт Неви и Томас Элфи.

Томас Элфи, так его и звали. Томас. Парень-целитель, лежавший на каменном надгробии слева от меня. Первый, кого я увидела, очнувшись на затерянном в холмах кладбище. Еще имя его вспомнить не могла, хотя, казалось бы, что может быть проще — Томас — имя, принесенное на Саатар из другого Мира, с родимой моей Земли, Томасом из Эрсилдуна, которому в так и не прочитанных мной до конца "Записках об Идущих" посвящена целая глава. А Кайта я помню очень хорошо — один из старших учеников, специализировался на бытовой магии, часто ассистировал разным преподавателям на практических занятиях. Рыжий такой, веснушчатый, совсем ничего не унаследовал от отца-эльфа — обычный человеческий мальчишка: круглые оттопыренные уши и неизменная улыбка во весь рот.

Томас Элфи и Кайт Неви — я запомню.

— Не нужно, — легла на плечо рука наставника, — не плачь. Они бы этого не одобрили. К тому же, если бы не ты, то погибших было бы намного больше.

Если бы не я? Неужели тэр Марко ничего не знает? Да если бы Ил не пришел в себя, не вызвал клинки Т'арэ, не освободился бы сам и не освободил меня, вот тогда бы никто не выжил. Только его и нужно благодарить за спасение. А я даже спросить о нем боюсь. Боюсь услышать что-нибудь ужасное в ответ.

— Наставник, — все же решилась я, — с нами был один…

— Эльф, — улыбнулся Медведь. — Мы уже познакомились.

— А он… с ним все хорошо?

— Хорошо. Он здесь, в коридоре. Ждал, пока ты проснешься, и сам задремал.

Здесь! Ждал меня!

Думаю, когда тэр Марко перейдет со мной к основам левитации, проблем с этим разделом волшебства у меня не возникнет, так как, только заслышав, что ОН там, за этой дверью, буквально взлетела над постелью и, кажется, едва касаясь босыми ногами холодного пола, домчалась до выхода. Но все же нашла в себе силы сдержаться, подавить первый отчаянный порыв выскочить за дверь и броситься ему на шею, и осторожно выглянула в коридор.

И вовсе он не спал. Сидел, откинувшись на стену, и сосредоточенно рассматривал висящую под потолком люстру. Левая бровь разбита, глаз чуть заплыл. Рубашка на груди разорвана. Правая штанина висит лохмотьями, под которыми просматривается белая повязка. Но главное — живой!

Дура я, дура! И отчего бы, в самом деле, не кинуться сейчас к нему, не обнять, не расцеловать на радостях? А я лишь еще шажок сделала и позвала несмело:

— Ил.

* * *

Совсем не так произошла их встреча, как Иоллар себе представлял — ни тебе радостных возгласов, ни жарких объятий — просто смотрели друг на друга, ничего не говоря, у нее слезы в глазах от чего-то, он улыбается, как дурак. Да еще и наставник рядом маячит, что тут скажешь? К тому же слова все, что про себя повторял, пока сидел здесь, в голове перемешались, перепутались.

А едва решился, шагнул ей на встречу, распахнулась ведущая из холла в лечебницу дверь.

— Галла!

И вот тут-то всего было с избытком: и крики, и объятья, и слезы. Не только Ферт с Рисой пришли, как обещали — вся их компания собралась и те ребята, что вчера спаслись. В коридоре стало не протолкнуться.

Вот он и вышел. Остановился в холле у раскрытого окна, вдохнул полную грудь свежего, пахнущего морем воздуха.

— Вам нужно отдохнуть, сидэ, — произнес вышедший вслед за ним Марко. — С девочкой, как видите, все в порядке, думаю, долго ее целители не продержат — к вечеру привезем домой. А вы езжайте сейчас, выспитесь. Я скажу, вам кера дадут.

— Нет, — заявил эльф непреклонно. — Я подожду. Я брату ее обещал.

Старший наставник поглядел на него внимательно, кивнул:

— Хорошо. Я узнаю у тэсс Мары, когда Галле можно будет идти. Может, ждать придется не так уж долго.

Больше всего хотелось сейчас вернуться в лечебницу, разогнать шумную мелюзгу и остаться наедине с ней. Обнять, ничего не говоря, запустить пальцы в растрепавшиеся светлые волосы и легонько коснуться губами ее припухших разбитых губ (за одно это стоило отрубить тому уроду руку!). Иоллар уже всерьез вознамерился так и поступить, резко развернулся…

— Паршиво выглядишь, сидэ эльф.

Когда он успел подойти и встать у него за спиной, Иоллар не видел.

— Были причины, тэр ученик.

Короткое рукопожатие. Долгий задумчивый взгляд.

— Я знаю, — произнес Сэллер, обернувшись к окну. — Ферт приезжал к нам вечером. Рассказал, что случилось. Хорошо, что вчера ты оказался там. Без тебя они бы не выбрались. Спасибо. За ребят, за всех…

— Сэл, прости, но я еще вчера наслушался благодарностей. А сейчас мне нужно…

— У нее Мара, тебя все равно не пустят. Так что есть время поговорить.

— О чем?

— Ты знаешь, эльф.

— Не знаю, — бессонная ночь не побуждала к вежливости, — и желания разгадывать твои недомолвки у меня совсем нет. Говори прямо, или вообще ничего не говори.

Молодой чародей глянул на него так же грустно и задумчиво, а после отвел глаза и тихо, словно сам себе, сказал:

— Я бы не хотел, чтобы ты испортил ей жизнь, эльф. Прости, что не называю тебя по имени, но в данном случае совсем не важно, как тебя зовут. Ты — эльф, а она всего лишь квартерон. Четвертинка. Больше человек, нежели эльфийка. Так что сам понимаешь…

Иоллар почувствовал, как вспыхнули щеки. Совсем как у мальчишки, которого уличили в чем-то постыдном. Ну, пускай не в постыдном, но уличили. И кто? Такой же мальчишка, который сам еще недавно так же краснел при разговорах о той же девушке.

— Тебя выдают глаза, — выговорил тот другой мальчишка, вдруг став похожим на кого-то взрослого и умного. На Лайса, наверное. — Ты так на нее смотришь. И уже давно. Ты неплохой парень, Иоллар, и я не желал бы ей никого лучше, если бы ты только был не…

— Эльф? Плевать! — он схватил водника за руку, приблизился, и наверное даже сердце его перестало биться, когда он взволнованным шепотом спросил о том, что было ему действительно важно: — А она? Она смотрит?

Сэллер с улыбкою покачал головой.

— Не знаю. Иногда мне кажется, что нет…

Сердце снова остановилось.

— А иногда, что смотрит.

Забилось сильнее и чаще.

— И вообще, я наверное зря начал этот разговор. Ты ведь все равно не станешь меня слушать. Просто хотел, чтобы ты знал, что я знаю. И если ты ее обидишь когда-нибудь…

— Сэл, не мели ерунды.

А если все-таки не смотрит?

* * *

— Удивительно, — в который раз повторила целительница, глядя в окно на выезжающих за ворота керов. — В самом деле, удивительно. Если бы вчера меня прямо спросили, не дала бы никаких гарантий, что девочка вообще встанет. Она была абсолютно пустая. И менее чем за четырнадцать часов восстановиться практически полностью? Нет, это просто удивительно! Магистр Триар?

Старый наставник усмехнулся, потер задумчиво лоб:

— Знаете, милая моя, пожалуй, нам стоит учиться не удивляться всему, что связано с этой девочкой. В моем возрасте крайне вредно так вот, как вы сейчас, волноваться, а тэсс Эн-Ферро, чует мое сердце, преподнесет нам еще не один сюрприз. Ты так не думаешь, Марко?

Его вопрос остался без ответа — откинувшись на спинку кресла, сложив на груди руки, Старший наставник Школы магических искусств герцогства Марони крепко и безмятежно спал.

* * *

Ночью в лесу было холодно и сыро. Влажные ветки не раз хлестали по лицу и вцеплялись колючками в волосы, ноги скользили по грязи, а озябшие пальцы, казалось, намертво приросли к рукояти ножа — результатов, как и предполагалось, никаких.

Спугнули укрывшихся в ельнике бродяжек.

К утру набрели на браконьеров, обходивших свои ловушки, и Лайс с удовольствием пару раз врезал кулаком по обрюзгшей физиономии их вожака. Может быть, для того, чтобы снять напряжение последних часов. Может быть, за молодую волчицу, чьи щенки, должно быть, уже издохли от голода, не дождавшись матери.

— Брайт сказал, из лесничества ты ушел, — капитан Марега подошел, когда он отмывал в холодном ручье, разбитые руки — магов в отряде не было, и перчатки остались в седельной сумке.

— Ушел.

Брайт был хорошо осведомлен.

— А ко мне не пошел бы? Тоже охота. Только зверь другой — двуногий. И мне кажется, ты в этой охоте не новичок.

Эн-Ферро выдержал долгий испытывающий взгляд и покачал головой.

— Не выйдет, — сказал он, ничего больше не объясняя.

— Как знаешь. Но если надумаешь, возьму…

Не надумает. Через несколько дней их уже не будет в Марони. На Таре после всего случившегося Галла не останется — лучше вернуться на Землю, чем подвергать девочку риску в этом Мире, где быть полукровкой не только не престижно, но и опасно для жизни. А ни за кого другого ее здесь не примут.

— Эге ж, — усмехнулся худой и седоволосый, хоть и не старый еще мужчина, которого товарищи называли Змеем, — возьмем, тэр Алез. Нам девица в компании не помешает. В лес ее, правда, брать опасно. Того и гляди, косами за кусты зацепится, али в юбке запутается.

Видимо, прозвище он получил за змеиный язык.

Волосы у Лайса были не такими уж длинными, даже в хвост собрать еще не получалось. А к шуточкам насчет широких штанов он давно привык — в любом Мире находился подобный остряк.

— Так что не боись, красавица, — продолжал насмехаться человек, — в обиду не дадим!

Марега не вмешивался. Было ли это какой-то проверкой, или охотники за головами после неудачного ночного рейда решили поразвлечься, но остальные члены маленького отряда уже занимали зрительские места по краям неширокой полянки, разделенной надвое серебристой лентой ручья.

Только у Эн-Ферро не было никакого желания становиться шутом в этом балагане. Молча проглотив оскорбление, кард отер влажные руки о свою "юбку" и развернулся к насмешнику спиной, показывая, что не намерен с ним спорить.

— Э-э, ты куда? — растерялся тот.

А дальше все было до обидного предсказуемо: охотник перепрыгнул разделявший их ручеек, но прежде чем успел что-либо сделать, кард с разворота не кулаком, а открытой ладонью толкнул его в грудь, и мужчина, не удержавших на ногах в прямом смысле сел в лужу.

— Что, Змей, не за той юбкой погнался? — рассмеялся кто-то из его товарищей, и этот смех подхватили остальные.

Может быть, он и попытался бы напасть снова, чтобы отомстить за свое унижение, но появление нового действующего лица внесло свои коррективы.

— Давненько мы все же не виделись, Лайс. Раньше за тобой только девки бегали.

Удивительно, как Брайту при его внушительной комплекции удавалось передвигаться так тихо, что даже слух карда едва различал его шаги.

Слова подошедшего мужчины вызвали новый приступ хохота, и даже Змей неожиданно усмехнулся:

— Обознался, — комично развел он руками.

— Легко отделался, — без улыбки отметил Брайт и повернулся к Эн-Ферро. — А тебе я новости из Школы привез. Так что, если закончил ребят купать, отойдем.

— Отойдем.

Ушли подальше, туда где никто не услышал бы непонятных, но отчего-то обязательных для них слов:

— Ну, здравствуй, Идущий.

— Здравствуй, Идущий.

Они познакомились тридцать семь лет назад на Навгасе. Брайту Клари, сыну тарейского интенданта, было чуть больше двадцати, и Врата лишь недавно позвали его. Эн-Ферро был уже Идущим со стажем, имевшим к тому времени немалый опыт и определенную репутацию, а так же зудящую занозу пониже спины, в широких кругах именуемую Иолларом Ваол. Именно Ил близко сошелся тогда с любопытным и азартным, как и он сам, парнишкой с Тара, с восторгом знакомившимся с новым для себя Миром.

После, как это часто случается у Идущих, их дороги еще не раз пересекались, и с последней встречи прошло не более пяти лет. За это время Тарский Идущий изменился несильно — тот же рыжий ежик коротко остриженных волос, насмешливые зеленые глаза с разбегающимися во все стороны лучиками морщинок, круглое, добродушное, а если в эти самые глаза не смотреть, то и простоватое лицо селянина. Разве что похудел тэр Клари, подобрался, здоровяк, конечно, каким и был, но брюшка уже не видать — оно и не удивительно при такой работе.

А вот на того парня, которым кард навсегда его запомнил, не походил теперь вовсе.

— А вот ты не изменился, — словно прочел мысли Лайса охотник.

— Изменился. Все меняются, Брайт. Так что там в Школе?

— В порядке твоя девчонка. В себя пришла. Слышал, ее уже сегодня домой отпустят. Так что зря вчера горячку порол.

— Может, и зря. А может, и нет. Иначе с тобой бы не встретились бы. Ты ведь не вчера узнал, что я на Таре? Отчего ж в гости не зашел?

— Не вчера, — не стал отказываться человек. — Но и не так давно, как ты решил. Дней пять-шесть назад записку от старика получил…

— От какого старика?

— От Гвейна, естественно. Или ты думал, он мне личную аудиенцию устраивал? Письмецо черкнул: так мол и так, Эн-Ферро на Таре, как раз в твоем районе, если что, помоги, а сам не сможешь, дай знать… А мы с лета на дальнем рубеже стояли, я в Марони от силы пару раз появлялся, так что даже понятия не имел, что ты тут. А то бы зашел, конечно. Не веришь?

— Верю. Знаю, что зашел бы. Мне в твоем рассказе другое не понравилось. С чего это Гвейн меня тебе поручил? Или он так о каждом чужом Идущем печется?

— Не о каждом. Но ведь и ты у нас не простой Идущий. Проводник все-таки. Единственный и неповторимый.

— Раньше ко мне охранника не приставляли.

— Так и теперь не приставили, — улыбнулся охотник. — Сказал же, старик просил помочь, если понадобится, а не стеречь тебя денно и нощно. Вчера как раз случай представился. Я как имя девчонки узнал, сразу подумал, что у тебя может наглости хватить в Школу сунуться. А наши маги — это тебе не купские шаманы, из не так просто с толку сбить, доказывал бы потом, что не демон из разлома и не "тварь зело опасная, в науке пока неизвестная". Правильно я запомнил?

— Правильно.

В тот раз Брайт тоже помог. Но указаний Хранителя у него на этот счет тогда не было.

— А что до охраны, — тон человека стал серьезным, — то с сегодняшнего дня она у тебя и всей твоей странной семейки будет. Личное распоряжение герцога. Правда, на ближайшие два дня, пока город и поселки не прошерстят. Но если нужно, я пару ребят выделю. На любой срок.

— Не нужно. Двух дней вполне хватит.

— Уходите? — догадался Брайт. — Жаль. У меня мысль была тебя к нам зазвать. Работенка неплохая. Платят хорошо. Риск есть, зато магов в отряде нет. И от Школы был бы подальше. Как раз то, что тебе нужно.

— Уже не нужно. А тебе, смотрю, нравится. Даже чин, судя по нашивкам, выслужил. Дсятник?

— Полусотенный.

— Не плохо, — улыбнулся кард. — Давно на родине осел?

— Три года.

— Сколько? — ахнул Лайс.

Невероятно. Мало какой Идущий станет оставаться на одном месте такой срок.

— Ну, безвылазно не сижу, — понял его недоумение Брайт. — В лагере смены по длани через длань, а то и через две. В выходные выбираюсь в Саел. Официально тетушку навестить, на деле — по знакомым местам прошвырнуться, новости послушать.

— Но все равно надолго не уходишь.

— Есть причины, — ответил охотник, и по тону было понятно, что о причинах этих он распространяться не намерен. — Ты мне лучше о себе расскажи. Как живешь? Ил как? И что за девица с вами, из-за которой ты вчера к джину на рога полез?

Джинов на Таре не было, наверняка Брайт подцепил это выражение в чужом Мире, но по смыслу оно неплохо подходило. Ведь, действительно, неизвестно, чем мог закончится визит в Школу для Эн-Ферро.

— Сестра моя, — улыбнулся он, вспомнив девочку, тревожась о которой, готов был рискнуть даже собственной жизнью.

— Сестра? — усмехнулся охотник. — Родная? У нее, должно быть, и хвост имеется?

— Названая, — отрезал кард. — И хвоста у нее нет.

И добавил, во избежание двусмысленных недоразумений:

— Но все равно, сестра.

— Ясно, — продолжал веселиться тэр Клари. — И ты так о ней печешься, и о здоровье, и о чести, что Иоллара в дом притащил? Или он у тебя уже перевоспитался?

Не похоже было, что Брайт пытался вытянуть из него какие-нибудь подробности о Галле, просто шутил, памятуя о похождениях Ила.

— Угу, — хмыкнул кард в ответ. — Монахом заделался. Заезжай к нам, он тебе проповедь о нравственности прочтет.

— Заеду, — пообещал полусотенный. — Может, завтра и заеду. Как раз недавно одного приятеля встретил из наших. У него с Эльмара любопытные новости были. Илу, наверное, будет интересно.

— А что за новости? — заинтересовался Лайс.

— После того, как ты принца нашего неугомонного из под носа родителя увел, шум в Долине поднялся нешуточный. Отец невесты требует сатисфакции. Конкуренты готовятся примерять корону. Но Окнир мужик ушлый, уладил все в лучшем виде: и оскорбление роду Каэл искупил, и о новом наследнике позаботился.

— Это как?

— Да очень просто. Старик подумал-подумал, и пока его злопыхатели не собрали Совет для смены династии, подсуетился и сам женился на малышке Триллин, не дожидаясь Келвай. Через пол года ожидает прибавления в семействе, вроде бы астрологи обещали сына. Как думаешь, Иоллар сильно расстроится?

— Из-за неверной невесты? — уточнил Лайс. — Или из-за уплывшей короны? Думаю, он только обрадуется. Невест у него в каждом Мире по десятку, а корону найти в нашем случае не проблема.

— Это точно, — согласился Брайт. — Рик вот снова королем стал.

— Где на этот раз? — без особого интереса уточнил кард.

— На Бейсе, в какой-то Тизании. Я про такую страну даже и не слышал. А ты?

Магистр Пилаг только плечами пожал — он и на Бейсе бывал от силы пару раз.

А вот беседа грозила затянуться — когда двое Идущих встречаются спустя несколько лет, у них, как правило, хватает тем для разговоров. В другое время он был бы рад, но сейчас хотелось поскорее вернуться домой, возможно, Галла и Ил уже там.

— Брайт, я…

— Поедешь? Ну давай. Иоллару привет передавай. А лучше не надо, помолчи обо мне пока. Я сам завтра заеду. Надеюсь, вы еще на месте будете…

* * *

Чтобы добраться до дома, нам с Илом выделили ящерок из школьного керсо. А еще приставили к нам двух дюжих мужиков в темно-зеленых куртках: то ли для охраны, то ли, чтобы они этих самых ящерок потом назад отвели. Может, из-за их присутствия и любопытных настороженных взглядов (а как же, чудом выжившая колдунья и настоящий эльф!) за всю дорогу мы с эльфом и словом не перемолвились. Да и в лечебнице толком поговорить не удалось — то ребята налетели, то Мара накинулась: чуть ли не все отделение целителей привела на меня поглазеть. Только-только от них вырвалась, Медведь нас для разговора позвал. Правда, надолго не задержал: рассказал, что удалось выяснить, успокоил по поводу непредвиденных встреч — сказал, орденские обереги за сто с лишним лет, как их используют, еще ни разу не подводили, и Феаста этого нам опасаться не стоит, вряд ли он теперь в Марони сунется. Но что у мага в городе могли остаться сообщники, не отрицал, так что осторожность в любом случае не помешает. И с этими словами отдал нам мечи. Наши же мечи, "эльфийские"! Оказывается, как только вчера выяснилось, что пропадают ученики, наставник сам за мной ездил и, не знаю как, до полянки нашей добрался. Но оружие я пока в Школе оставила, чтоб домой с ним не заявляться, и Ила попросила все равно Лайсу о занятиях наших не рассказывать. Мало ли где нас поймали, вряд ли Эн-Ферро будет этим вопросом особо интересоваться. А уроки мне хотелось в секрете сохранить. Но уже совсем по другой причине — в последнее время стала о наших встречах думать больше не как об обычных тренировках, а как о тайных свиданиях, что ли. Глупо, конечно, но ничего другого у нас все равно ведь не было. Пока.

Это "пока" грело меня изнутри и позволяло отвлечься от грустных мыслей о сбежавшем колдуне и погибших ребятах. Но все же не настолько, чтобы совсем не думать о них. Никому, даже наставнику, я не смогла признаться, что чувствую и себя виноватой в их смерти. Как бы странно это не было, но я отчего-то была твердо уверена, что не сделала всего, на что была способна. Словно кто-то, живущий внутри меня, тот, кто бросался навстречу огненному демону, тот, кто ожесточенно ворочался при виде лежащего на полу студенческой квартирки тела и не позволил сбежать с превращенного в жертвенник старого кладбища, укорял меня теперь в недостойной слабости. Напоминал о небрежно выполненных домашних заданиях, прослушанных лекциях и отложенных на потом книгах. Я превратила учебу в развлечение, и та огромная сила, доставшаяся мне с отцовской кровью, все еще была недоступна мне, позволяя пользоваться лишь скудными крохами, которых не хватило, чтобы спасти двух хороших ребят. "Ты сделала все, что могла", — сказал мне Медведь. Но я знала, что это не так. И это знание не прибавляло мне радости.

Но теперь все будет по-другому…

Въезжать на школьных ящерках во двор не стали, передали поводья своим сопровождающим и вежливо распрощались. А едва подошли к крыльцу, как из дома выбежал, видимо в окно нас заметивший кард.

Эн-Ферро даже по ступенькам сбегать не стал — перемахнул через перильца, в один прыжок очутившись напротив нас, сгреб обоих в охапку, стиснул так, что чуть ли ребра не затрещали.

— Живые.

И от того, как он нас обнял, как дрогнул его голос, когда он произнес одно-единственное это слово, сердце у меня сжалось, а на глаза набежали слезы.

Потом, разомкнув объятья, он отошел на шаг назад, глядя попеременно то на меня, то на Иоллара, и сказал тихо:

— Знаете, только вчера понял, что у меня кроме вас двоих во всем Сопределии никого нет.

А вот дальше этой трогательной фразы разговор не пошел. Лайс и без нас уже знал о вчерашнем происшествии, а делиться кровавыми подробностями ни мне, ни эльфу не хотелось. Рассказали о предпринятых магами мерах, поделились небогатыми результатами проведенного расследования, и все. К тому же я до сих пор ощущала слабость и легкое головокружение и безумно хотела хотя бы прилечь, а Иоллару после проведенной в коридоре лечебницы ночи тем более не мешало бы нормально выспаться. Эн-Ферро это понял и самолично довел меня до спальни.

— Нужно уходить отсюда, Галчонок, — сказал он, когда я уже собиралась закрыть за собою дверь, — с Тара. Ты сейчас отдыхай, набирайся сил, а потом…

— Давай, действительно, потом, — перебила я его.

Потом. Так как сейчас мне очень не хочется спорить и доказывать что-либо уже принявшему, судя по уверенному тону, решение карду. Отдохну, отосплюсь, тогда и поговорим серьезно. Может быть даже покричим, поспорим. А может и поссоримся.

Потому что я тоже приняла решение…

* * *

— Нам сказали, ты с охотниками в рейд ходил, — Иоллар подавил зевок.

— Было дело. Никого не нашли, просто по лесу погуляли.

"Вот и погулял бы подольше", — с раздражением подумал эльф. Уже второй раз Лайс оказывался дома в самый неподходящий момент. Он-то рассчитывал, что сможет поговорить с Галлой, но объяснение, как назло, откладывалось. Хоть наплюй на все и делай официальное предложение в присутствии любящего брата!

— Зато у меня для тебя сюрприз есть, — улыбнулся Эн-Ферро.

— Какой? — Ил все-таки зевнул.

— Хороший. Но ты, наверное, тоже спать хочешь. Подожди, сейчас раны твои гляну…

— Галле бы лучше помог.

— Галле? — кард удивленно приподнял бровь. — Приятно, что ты в кои-то веки о ней переживаешь. Только ей моя помощь уже не нужна. Отоспится и будет как новенькая. Галчонок — сильная девочка, я тебе уже говорил. Она и не с таким справится.

Не нужно ей больше ни "такого", ни "не такого"! Только попробует еще кто-нибудь хоть пальцем к ней прикоснуться!

— Ил, ты уснул что ли? Повязку сними, я рану посмотрю.

— Сейчас, — аккуратно, так как нога еще болела, эльф принялся сматывать бинты. — Все говорят, что она сильная, — бросил небрежно. — Особенная. А по мне, так обычная девчонка.

— Не обычная, — кард повел рукой над свежим рубцом. — Неплохо тебя местные целители обработали. Но сейчас еще лучше сделаем.

— И чем же она такая необычная?

Дивер напомнил о себе, а значит, обещание придется выполнить. Следует только разузнать, чем это может грозить Галле… Дьёри. "Дьёри" ему нравилось больше. И так никто не станет ее звать, кроме него.

— Ил, ты дурак? Ты же своими глазами видел, на что она способна. Какие еще доказательства ее необычности тебе нужны? Сидэ Т'арэ, — Эн-Ферро сменил тон на насмешливо-официальный, — однажды вы будете рассказывать своим детям о том, что САМА Галла Эн-Ферро когда-то готовила вам обеды!

— А она тогда все еще будет Эн-Ферро? Я считал, это временное имя.

Лайс неожиданно помрачнел:

— А по-моему, хорошее имя. И Галчонку нравится.

— А я считаю, нельзя отказываться от своего собственного имени — этим ты предаешь память предков.

— Ил, как часто ты пользуешься именем Ваол? — огрызнулся кард.

— Никогда, если это возможно. И у меня есть для этого причины. Хочешь сказать, у Галлы тоже есть причины отказаться от имени отца?

— Нет. У нее таких причин нет. Отец Галлы был моим другом и замечательным… человеком. Он умер вскоре после ее рождения…

— Разделенное сердце? Она спрашивала у меня.

— Возможно. Сейчас уже никто не скажет наверняка.

— Ты никогда не рассказывал мне о нем.

— А нужно было? — как будто удивился маг. — Как нога, лучше?

— Да, спасибо. Просто странно немного. Мне казалось, что я все о тебе знаю. А потом вдруг нахожу тебя на Таре в компании дочери умершего друга, о котором никогда не слышал, — Иоллар на полную использовал шанс получить объяснения. Давно пора.

— Ничего странного. Тебе не рассказывал, потому что незачем было — ты ведь был с ним незнаком. И с Галчонком я после его смерти не часто виделся. Девочка ведь могла оказаться самым обычным ребенком, зачем пугать ее хвостатыми дядьками? А вот когда выяснилось, что она — Открывающая, стало попроще. Тогда и видеться стали регулярно.

— А меня ты на ваши встречи не брал, — все еще пытался выискать подвох эльф.

— Знаешь, Ил, — усмехнулся кард, — ты не тот парень, которого стоит знакомить с девушкой, если, конечно, не желаешь ей лишних проблем. А я этой девочке проблем не желаю.

Вот, значит, как? Ну ладно…

— Еще какие-то вопросы?

— Да нет. Это я так, разговор поддержать. А вообще, спать хочется.

— Я сам с ног валюсь, — признался Эн-Ферро. — Давай еще ожог твой гляну, и на боковую. Это тебя слезой демона? Занятный камушек, я бы от образца не отказался…

Спрашивать у друга о его названой сестре напрямую Иоллар снова не решился, но если собрать воедино все факты, вытянутые из подобных сегодняшней бесед, выходило, что Дьёри — самая обычная-необычная девушка-волшебница, пришедшая на Тар с единственной целью: выучиться в местной Школе. И никаким образом и нигде перейти дорогу Хранителям она не могла. Неужели Дивер просто ошибся? Драконы ведь тоже не застрахованы от ошибок.

Иоллар закрыл глаза и пожелал увидеть ее во сне. И никаких больше джунглей и башен…

* * *

Меня разбудил шум в гостиной. За окнами темно: значит, уже поздний вечер или даже ночь, а у нас, судя по радостным голосам, один из которых был мне не знаком, — гости. Я еще немного поразмышляла, выйти или повесить полог тишины и снова завалиться в постель, но вдруг помимо голосов услышала еще кое-что. И на это кое-что определенно нужно было взглянуть!

Перед гостем я предстала заспанная и растрепанная, но эффекта это не ослабило. Крупный, круглолицый мужик лет пятидесяти в такой же, как у наших утренних сопровождающих, зеленой куртке, выглядел более чем удивленным. Я позволила ему с минуту рассматривать меня с раскрытым ртом, прежде чем стандартной фразой окончательно развеять все его сомнения:

— Здравствуй, Идущий.

— Здравствуй, Открывающая. Как у вас однако все закручено!

Вряд ли бы он меня узнал, если бы я не работала с Вратами в Паленке — Тарский Идущий не почувствовал бы след Открывающей с Земли.

— Брайт Клари, — представился он.

— Галла Эн-Ферро.

Ну не Галиной Ивановой, в самом же деле, представляться?

— Точно, — усмехнулся гость, а простодушное лицо на мгновение приобрело хитрющее выражение. — Сестра бесхвостая.

— Могу отрастить, если очень надо, — пожала я плечами.

— Не надо, — ответил за тэра Клари Лайс. — Ты лучше глянь, что у нас из еды готового есть.

— Угу, — как распоследняя Золушка я поплелась на кухню.

— А правда может? — с любопытством поинтересовался гость за моею спиной.

— А кто ее знает? — с опаской произнес Эн-Ферро.

Нужно будет попробовать при случае.

* * *

Брайт приехал не на следующий день, как обещал, а в тот же вечер.

Ил был ему рад, хоть в первые минуты испытывал некоторую неловкость. Лайс понимал его: нелегко видеть, как стареют те, кого ты помнишь совсем юным, в то время, как сам ты совсем не меняешься. Мальчику еще предстоит научиться с этим жить. Хотя когда-нибудь, может, уже через пару лет он ведь все равно вернется на свой Эльмар, и там, в окружении вечно молодых эльфов, этот опыт ему не понадобится.

Галле Брайт, кажется, понравился. Она с улыбкой принимала его неловкие комплименты, смеялась над нехитрыми шутками и живо интересовалась охотниками Марега.

— Алез этот отряд собрал, — объяснял полусотенный, — оттого и Марега, его значит. Официально у герцога нашего на жаловании, а так бывает, и другие вотчинники обращаются. Занимаемся, чем прикажут. Бежим, куда пошлют. Преступников сбежавших ловим, браконьеров в лесу гоняем. Разбойничьи банды, если где появляются, тоже нас зовут… Разные дела попадаются. Гвардии не с руки. Стража только внутри городских стен действует. А мы — везде!

— Интересная, наверное, работа, — улыбнулась Галла.

— Нескучная, — признал Брайт. — Риск, конечно, есть, но за него неплохо платят. Братцу твоему, думаю, подошло бы, если б вы не уходили…

— А мы никуда не уходим, — заявила вдруг девушка.

— Гал, я же тебе сказал, — начал Эн-Ферро.

— Вот именно, Лайс, — она посмотрела ему в глаза, — ты сказал. А я ничего подобного не говорила. И уходить с Тара не собиралась.

Над столом, за которым они сидели, повисла неловкая тишина. Ил выжидающе смотрел на друга, Брайт, чувствуя себя виноватым, что завел эту тему вилкой гонял по тарелке одинокую горошину, оставшуюся от рагу.

— Не собиралась? — переспросил кард, стараясь не повышать голос. — А что ты собиралась? Ходить в Школу, как ни в чем не бывало, и дожидаться пока объявится более удачливый колдун и закончит то, что не удалось магистру Феасту?

— Послушай, Лайс, — произнесла она твердо, — не трать время. Есть тысяча причин, по которым нам стоит уйти отсюда. И если ты станешь перечислять их все, я опоздаю к началу занятий.

— Ты права, — все же вскипел он. — Причин действительно не мало. И перечислять я их не стану, так как ты и сама все понимаешь. Так почему бы не остаться дома, не упаковать свою злосчастную чашку, а завтра поутру не двинуть отсюда куда подальше?

— Потому что я остаюсь. Я так решила. А ты, если хочешь, уходи. Я и сама справлюсь, без твоей опеки.

У нее глаза отца, подумал вдруг Эн-Ферро. И когда она смеется, и они светятся серебряными искорками. И когда она так вот серьезна и уверена, а во взгляде сверкает сталь. Кир бы ею гордился.

Но вряд ли друг хотел бы, чтоб девочка подвергала свою жизнь опасности. Не найдя нужных слов, обернулся за поддержкой к эльфу. Пусть до вчерашнего дня Галла с ним и не очень ладила, но вдруг Иоллар, побывавший с ней в этой переделке, сумеет все же убедить упрямицу.

— Ил, ты же там был. Скажи ей.

Парень на мгновенье задумался.

— Ты прав, Лайс. Я там был, — произнес он раздельно. — И я считаю, что мы не должны уходить. Трусы бегут. А мы не трусы.

— Ясно, свободен. Речи о доблести и чести в другом месте произносить будешь.

— А ты ему рот не затыкай! — взвилась девушка.

— Засиделся я у вас, — пробормотал, вставая, охотник. — Пойду уже.

— И я пойду, — вскочил кард. — А вы двое можете пока поговорить на возвышенные темы героизма и даже придумать несколько планов великого возмездия колдуну, от которого вас спасло лишь чудо! А когда поймете, что все это полная ерунда, начинайте собирать вещи! Потому что я так сказал!

Он вышел вместе с Брайтом на крыльцо и захлопнув дверь от всей души выругался на старом килойском — весьма богатом на бранные слова языке Тиопы.

— Не переспоришь ты их, Лайс, — сказал прослушавший этот монолог охотник. — Ила я неплохо знаю, и сестренка твоя ему под стать. Не уйдут. А силком через Врата не протащишь, сам знаешь.

— Знаю, — вздохнул Эн-Ферро. — И про Врата. И про этих двоих.

— Возвращайся уже к ним. А то, глядишь, и впрямь планов настроят, не расхлебаешь потом. А я тебе адрес оставлю, по которому я в городе квартирую. Может, действительно, к нам пойдешь, ты подумай. Маги сейчас сеть раскинут на пять парсо от города, не исключено, что и за Галлой твоей особый присмотр будет. Не рискуй понапрасну.

— А зачем я тогда вообще тут нужен? Я же за упрямицей этой вроде как присматриваю!

— Как знаешь. Но адресок все же возьми…

* * *

Когда Эн-Ферро выскочил за дверь, Галла поднялась из-за стола и ни слова не говоря ушла в свою комнату. Иоллар посидел еще немного, собираясь с духом, выпил еще вина, для храбрости, и пошел за девушкой. Момент был вполне подходящий.

Пока он раздумывал, стоит ли стучать или просто войти, дверь распахнулась и Галла удивленно уставилась на мнущегося на пороге ее спальни эльфа.

— Ил?

— Я… я хотел сказать… тебе…

О боги, как же это оказалось трудно!

— Если ты останешься, я тоже останусь. Вот. Потому что… я…

— Значит, остаемся? — раздался за спиной недовольный голос Эн-Ферро.

Лайс как всегда появился не вовремя, но сейчас Иоллар был этому даже рад — нужных слов не нашлось, так и стоял бы перед ней как дурак.

— Остаемся, — твердо ответила девушка.

— И даже если я сейчас отправлюсь к Рошану…

— А смысл? Он на Тар не пройдет, я к Вратам не поеду. Можешь сам сходить. Пообщаетесь, привет от меня передашь.

Галла уже поняла, что выиграла этот маленький бой.

— А если я возьму в заложники твою ненаглядную чашку и пригрожу снова разбить ее вдребезги? — с грустью и остатками надежды в голосе попытался пошутить кард.

— Я снова ее склею, — пообещал Иоллар, чем заслужил благодарный и даже, как ему показалось, ласковый взгляд предмета своих грез.

А большего пока и не надо. Теперь осталось убедить Лайса принять предложение Брайта. И только тогда, когда он будет твердо уверен, что Эн-Ферро находится за десятки парсо от них, в лесном лагере охотников, и не появится в самый ответственный момент разговора, можно будет предпринять новую попытку объясниться. А перед этим прорепетировать не мешало бы. А то выйдет как сегодня…

* * *

В рассказах о драконах больше вымысла, нежели правды. Например, говорят, что все они, как один, пророки и ясновидцы. Чушь. Рошан такими способностями не обладал никогда. Оттого смутное беспокойство последних дней не сразу нашло у него объяснение. А когда Хранитель, наконец, определился со своими чувствами, пришел за ответами к Гвейну.

— Предчувствие, говоришь? — зевнул старый дракон. — Возможно. Родная кровь все-таки. В какой-то степени.

— Я давно ее не видел. Если бы ты позволил…

— Не позволю. Не теперь.

— Почему?

— Сейчас судьба ее лишь начинает вершиться, любое вмешательство способно изменить ее непоправимо и нарушить ход грядущих событий. Тебе не нужно видеть и знать того, чем она сама не желает делиться с тобой. Если ты станешь ей нужен, она позовет сама.

— А если не позовет? Если не сможет?

— Значит, такова судьба, — отвечал Гвейн спокойно и отрешенно.

Спорить со стариком было бесполезно. К тому же тревога, терзавшая еще вчера, уже отступила. А значит, на этот раз все обошлось.

На это раз…