Глава 55

Знакомый дом и почти не изменившаяся гостиная. Мягкий диван и куча подушек под поясницей несколько смягчили ощущения в спине и уняли режущую боль в бедре.

– Ты заговорила! Заговорила! Заговорила! Наконец-то!.. Вадим!

Мама наконец выпустила ее, перестав покрывать поцелуями лицо, то и дело отстранять, а потом вновь пачкать лицо блеском для губ.

– А где Марина Константиновна? Хочу поблагодарить ее за свое исцеление!

Мама сошла с лица и отвернулась, забарабанив по подлокотнику кресла пальцами.

– Там, где ей и нужно быть – в тюрьме.

Она подобрала со стола смартфон, принявшись крутить его в руках.

– Почему? Она ведь вылечила меня!

– Она оказалась сумасшедшей! После того как ты свалилась с лошади она бросилась бежать. Ее смогли задержать на Ярославском. Она, видите ли, к родственникам собралась! Ее быстро определили куда следует. Олег позаботился! Следователи говорят о психиатрической экспертизе, но поверь мне: если ее определят в лечебницу, то на ее окнах будут самые крепкие решетки.

Ситуация выходила странной. С одной стороны все сказанное Мариной Константиновной оказалось правдой, но с другой стороны об этом знала только Лира и теперь, в данное мгновение в ее голове пронеслась одна страшная мысль: а не привиделось ли ей все это? Не было ли это всего лишь образом глубоко потрясенного организма?

– Ты помнишь что-нибудь?

Лира кивнула. Она не забыла ничего. Тот день прочно врезался в ее память. Вот только теперь ей нужно решить, что делать с пренеприятной особой по имени Марина Константиновна и, вообще, стоит ли лезть во все это?

– А причем здесь папа? Ты сказала «папа!»

Мама сошла с лица, а потом бросила быстрый взгляд в сторону Вадима.

– Вадик, ты не мог бы распорядиться, чтобы нам подали чай?

– Да, Вадим, ты не мог бы оставить нас? – подхватила мамин тон Лира, нацепив на лицо самую милую из своих улыбок. – Это глубоко семейные дела.

Вадим поднялся, психанув. Лира знала это выражение лица, блеск глаз и даже короткий, но резкий выдох, которым он наградил их, прежде чем выйти из просторной гостиной.

– Хорошо!

Чацкий здорово изменился за последнее время. Раньше он бы просто ушел, сел в машину и покинул их дом, стоило хотя бы намеком послать его в какое-нибудь захватывающее путешествие.

– Зачем ты так? – проговорила мама тут же, соскальзывая с щекотливой для нее темы. – Он ведь не отходит от тебя все это время!

Прежние попытки отослать Вадима не увенчались успехом. Мама держала Чацкого при себе, не поддаваясь на непрозрачные намеки Лиры, что ему пора, то и дело повторяя одну и ту же фразу: «он только приехал!»

– Смотреть на меня такую можно, а вот…

– Он, между прочим, сам приехал! Сам! Я его об этом не просила.

Лира осталась невозмутимой. Прошло то время, когда она хотела видеть этого человека. Ей даже извинения его не нужны, хоть он и говорит, что она простила его. Легко было получить прощение у ничего незнающей Марты. Надо или выпроводить его, или узнать зачем он приехал и все равно выставить вон. Что за балаган он тут устроил? Что ему нужно то теперь?

– Может мне «спасибо» ему сказать за то, что он снизошел до меня?

– Перестань!

Мама заметно нервничала, и Лира прекрасно понимала ее. Благодаря ей дочь исцелилась, но благодаря ей же перестала быть собой.

– Давай я позвоню Глебу Аганезовичу? Он твой врач. Пусть осмотрит тебя!

Пусть вызывает кого хочет, а вот Лира хочет понять, что за цирк она тогда устроила! Она переживала, думала, что с папой случилось что-то! За время отсутствия Эверта в голову лезли всякие мысли. Одна безумнее и невероятнее прежней. Один лишь Джонатан радовал ее тем, что с ним было все хорошо.

– Мама! Я в порядке.

– Ты столько молчала! – мама продолжала гнуть свою линию и набирать сообщение на смартфоне. – Что-то ведь произошло?

– Считай, что я приходила в себя и наблюдала за всеми вами.

– Но ведь что-то произошло? Надо узнать причину!

Лиру почувствовала, что сатанеет. Ей надоели эти кошки-мышки.

– Мне нужно вновь замолчать? Это тебя устроит? Тогда тебе не нужно будет объяснять мне ничего.

Это были жестокие слова. Но Лире произнесла их. Ей необходимо понять отчего мать уверовала в гомеопатию, заговоры и тантрическую гимнастику! О чем она думала, когда повелась на россказни о небесных пирожках?

– Олег подал на развод. Сказал мне об этом в тот день, когда заговорил об Ольге.

– Почему ты не сказала мне ничего?

Лира ощутила себя обманутой. Храм и «куклы» в нем смогли успокоить ее. Отец был жив и вроде как здоров. Этого было достаточно, чтобы успокоить первую волну страха. Но она даже предположить не могла, что все настолько… Просто?

– Ты всегда любила его больше, чем меня.

– Мам!.. Не начинай.

– Это правда! Я испугалась, что он заберет тебя.

Объяснение было странным, если не сказать, что диким.

– Я ведь не ребенок. Что значит заберет? Вот прям возьмет на руки и заберет? Ты как это представляешь?

– Не так! Я испугалась, что захочешь остаться с ним. Я бы не стала приходить в дом, где я уже не хозяйка!

– Мам, ты извини, но ты говоришь совершенно дикие вещи. Это всего лишь связь. Интрижка!

Лира спустилась пониже и потянулась к стакану с водой. Боль отступала, но не так быстро, как ей хотелось бы.

– Тебе не понять, дочка., – проговорила мама с горечью, на мгновение поморщившись и став такой какой ее видела Лира в последний раз. – Я думала, что это всего лишь интрижка, но потом узнала, что тот подарил ей кольцо, а после и вовсе повез на Сейшелы.

Сейшелы и кольцо ничего не значили. Отец мог позволить себе дарить любовницам какие угодно дорогие подарки. Просто он мог позволить себе это.

– А еще Ольга… Ты ведь так привязалась к ней за этот год, что нет совершенно никаких сомнений, что ты бы осталась с ним. Я только рада, что все получилось…

Она запнулась, отвернулась на мгновение, а потом наградила ее самой лучшей из своих улыбок. Вот только Лире она не понравилась. Она поняла, что именно не договорила мама. Она рада, что все произошло именно так. Судя по тому, что она говорит обо всем в прошедшем времени, все наладилось. Развод отложен, если не сказать, что отменен. Вон она какая стала! Вернулась к своему прошлому образу.

– Погоди. Марина появилась раньше. Много раньше того дня!

– Я знала об этой, – мама поморщилась, а потом потянулась к принесенному чаю, – Сабрине.

Вошедшая в гостиную горничная с любопытством взглянула на нее, но внимание Лиры заняло произнесенное имя. Сабрина?!

– Как-как?! Как ее зовут?

– Сабрина Мельникова. Ты знаешь ее?

Лира покачала головой. Просто невероятное совпадение. Девушки с именем Сабрина приносят разлад в ее семью в одной и в другой реальности.

– Я надеялась, что Марина понравится тебе и вы хоть немного да подружитесь, – продолжила объяснять ей мама. – Но эта ее вечеринка испортила все.

Да уж! Слова, брошенные подругой сиделки, оказались совсем не кстати и навсегда отвернул Лиру от этой неприятной женщины. Почему она должна была подружиться с ней? Только потому, что она рядом?

– Но ты оставила ее.

– Да. Я была убита новостями и не знала, что мне делать дальше.

– Мам, многие разводятся!

– Но не Вишневецкие!

Мама пила чай некоторое время ничего не говоря ей. Она подбирала смартфон, вновь швыряла его на подушки, включала и выключала экран.

– Олег вызвал Ольгу, а сам улетел на Сейшелы.

– И не сказал мне.

Мама скривила губы и, чуть погодя, кивнула ей. Лиру не устроило это объяснение.

– Ты заменила сим-ку? Заблокировала его звонки? Что ты сделала?

– Да, а еще почистила сообщения пока ты принимала душ. Вот такая я плохая мать! Да, Лира! Мне нужна была поддержка, а не понимание и слова, что развод – это нормально!

Лира допила чай. Мама, как была эгоисткой, так и осталась ей, а она даже не догадалась о ее ухищрениях. Потому что просто не ждала этого.

– А Ольга Витальевна?

– Приехала. Я не стала встречать ее. Это сделала помощница Олега.

Ужасное поведение.

– А что сказал папа? Он ведь должен был позвонить тебе?

– Я сказала, что затеяла ремонт, потому и оставила ее в квартире.

Мама наконец поднялась, отодвинула стол и, опустившись перед ней на колени, взмолилась:

– Не знаю о чем я думала тогда. Мне было страшно, Лируль. Я не хотела остаться одна. Ты должна понять меня! Я правда-правда не хотела всего этого!

Лира не знала, что сказать ей на это. Практически все сделанное и сказанное ею было в духе Алины Вишневецкой – хитро, умно, жестоко и продумано. С одним лишь «но» – раньше подобные вещи практиковались с посторонними людьми в светской жизни, а теперь перенеслись в семью.

– Видела машину Вадика, – донеслось со стороны двери обеспокоенным, но совершенно незнакомым голосом. – Куда это он? Сам уговорил меня спечь…

Лира отвлеклась на говорящую, отняла взгляд от сидящей в ногах мамы и взглянула на высокую женщину, появившуюся на пороге комнаты. Она выглядела необычно и очень просто для окружающего их сверкающего великолепия – крупные, но очень приятные черты лица, светлые глаза, «пшеничная» коса на плече, ситцевое платье в мелкий цветочек, натруженные икры и старомодные, но отчего-то такие милые сандалии на ногах.

– Алин?.. – протянула она и бросила быстрый взгляд в сторону Лиры. – Алина, что случилось?

Мама пришла в себя, быстро поднялась с колен, отдернула футболку и только потом повернулась к женщине. Лира была уверена, что сделала она это с улыбкой.

– Ничего, Оля. Ничего страшного. Просто Лира пришла в себя.

Тетка из Саратова. Вот значит какая она. Лира запомнила ее немного другой, но ведь столько времени прошло и все имеет свойство меняться. Лира выросла и перестала быть маленькой девочкой, а вот некогда спортивная и подтянутая женщина заполучила в свой арсенал морщины и прибавила несколько сантиметров в талии.

– Она и была в порядке, – проговорила та во все той же медленной манере. – Правда, милая?

– Именно.

Лира поняла, что Ольга знает куда больше, чем говорит маме. Чувство возникло не на пустом месте. Затянувшаяся пауза между двумя ее эмоциями – обеспокоенностью и какой-то натянутой радостью подсказали ей это.

– А почему ушел Вадик?

– Наверное, у него образовались дела.

Лира повертела в руках ручку клюки, собираясь подняться.

– Наверное, срочные?

Лира вновь пожала плечами. Ей не стыдно. Она ощущала себя ненужной целый год, а он пару минут. Не стоит быть таким нежным.

– Промчался мимо меня, даже не остановился! А я ему машу, кричу! Трубку и то не взял.

– Он ушел? – мама наконец пришла в себя и, повернувшись к ней, бросила укоряющее. – Лира!

Она знала маму всю свою жизнь, но та продолжала удивлять ее. Даже сейчас она переживала о том, что о ней подумают другие.

– Посвящать в свои тайны его не пожелала ты, а Вадик ушел, так сразу «Лира!»?

– Ты как всегда! Он ведь старался!..

Мама фыркнула, подхватила с дивана телефон и умчалась с ним на улицу.

– Обещала, что научу тебя готовить «шарлотку», – продолжала говорить женщина, подбирая с пола оброненный пакет и несколько высыпавшихся фруктов. – Прогулялась до рынка, выбрала самые спелые яблоки, без химикатов и воска. Сейчас только освежусь и примемся за дело.

Лира нахмурилась. Ее никогда не привлекала готовка, кроме ну самых-самых простых рецептов. Ей хотелось узнать обо всем произошедшем с Мартой в этом мире, понять, что она представляет от тех, кого Лира любит и кому доверяет, а вот притворяться и устраивать спектакли – нет. Это ее дом и ее родные. Достаточно того, что она не может довериться маме.

– Теть Оль? – Лира дождалась, когда та поднимет на нее глаза. – Я – не Марта, а настоящая Лира.

Тетка приблизилась к ней, отставив пакет на стол, проследила за ее взглядом и ухмыльнулась. Лира была уверена, что они подумали об одном – о любимой вазе мамы с пышным букетом пионов в ней. Дизайнерская вещь стоила как поддержанный «москвич», но мать отчего-то очень сильно любила ее. Наверняка, тетя Оля выполняет этот трюк с покупками не в первый раз и каждый раз получает нагоняй от мамы.

– Когда-нибудь избавлюсь от нее, – проговорила та довольно и тут же, нахмурившись, вытерла ее лоб от липкой испарины. – Болит?

Лира кивнула, медленно поднявшись со своего места. Несмотря на осторожность боль все равно завладела ее сознанием, заставив забыть обо всем на свете.

– У Марты тоже болела? – проговорила она хрипло, сжав ручку трости и горячую ладошку тетки. – Как она чувствовала себя?

– Нет. Она чувствовала себя нормально.

Тетка еще что-то шептала ей, гладила по спине, согревая и расслабляя осторожными движениями.

– Я дала ей трость, чтобы исцеление не выглядело таким уж подозрительным. Хотя, на ее долю хватило страшилок.

– Страшилок? Это вы про врачей?

– Врачи, приборы, анализы. Напугала ты родителей, Лира. Они и не знали к кому вести тебя, то ли к хирургам, то ли к мозгоправам, то ли к попам.

Это что-то значило. Марта и Лира чувствовали себя гораздо лучше в чуждых для них мирах. Лира перестала выглядеть, как субтильный подросток, а Марта могла ходить, словно и не было никакой аварии, паралича и боли в спине.

– Попам? – Лира заставила себя улыбнуться. – Бесов собрались из меня изгонять?

– Думала об этом, – проговорила женщина, укладывая ее и подсовывая под ноги подушки. – Алинка бы не позволила и…

– И?.. – поторопила она ее.

Ей нужно было, чтобы говорили и было что-то, о чем бы она смогла подумать. Это было лучшим обезболивающим для Лиры на все времена.

– Ночью ты пробиралась на конюшни, взбиралась на лошадь, гоняла на ней по проклятому загону и так до самого утра. Каждый раз ты твердила мне, что тебе нужно домой, что тебя зовут Марта и просила отпустить обратно. Потом она стала падать. Ума не приложу, как ей удалось выйти целой после этих падений, но я пообещала ей, что обязательно помогу ей. С одним условием: она будет делать все, что я ей не скажу.

Ее речь прервали. Входная дверь хлопнула. Раздались голоса, среди них особенно сильно выделялся голос мамы, а потом в комнате появился отец. Лира молчала. Она и сама не знала почему. Она так хотела обнять его, сказать, что вернулась(или что-то типа того), а в итоге вновь встречала его, как и полгода, то есть год (по времени Земли) тому назад в полусогнутом положении.

– Что случилось, Алина?

Он остановил на ней взгляд, а потом закрыл глаза. Лира знала, что все это значит, вкупе с с дернувшей щекой и коротким выдохом.

– Что ты сделала на этот раз?!

– Олег!.. Я ничего не делала. Вадим привел ее!

– Вадим?! Я просил?! О чем я просил?! Не впускать этого щенка!

Лира вздохнула.  Две разные по эмоциональной близости женщины отчего-то сплотились в одном решении: они забыли о словах папы и продолжали держать рядом Вадика.

– Пап, она ничего не сделала. Я попросила ее позвонить тебе.