Глава 18

Радость тут же сменилась злостью. Она рванулась к парню, счастливая оттого, что он пришел в себя, а это чмо огородное начало претензии предъявлять. Вот пусть полежит один и помучается.

Не обращая внимания на возмущенные крики Петра, Лиля поела и только после этого вошла в комнату. Он уже не лежал на полу. Похититель сидел, прижимаясь спиной к кровати, и смотрел на нее голодными глазами. Девушке стало стыдно. Она вернулась в кухню, сделала еще одну порцию лапши.

— Если будешь хорошим мальчиком, — сказала она, — я тебя покормлю.

— Вот ведьма!

— Как хочешь!

Лиля сделала вид, что уходит.

— Хорошо, — согласился Петр. — Корми.

Она отошла на расстояние вытянутой руки (кто его знает, вдруг он бросится на нее, если она будет ближе!) и поднесла к его рту вилку с намотанной на нее лапшой. Похититель взял ее губами и втянул внутрь. Работали только его челюсти, и всем своим видом Петр показывал, какой он смирный и вежливый похититель.

«Нет, ты меня не обманешь невинным личиком!» — думала Лиля, протягивая ему очередную порцию лапши. Наблюдать за мужчиной вблизи было очень интересно.

Он ел и смущенно отводил взгляд. И правда, ситуация патовая: взрослый мужчина со связанными руками и ногами (голыми причем) сидит на полу, и его кормят с ложечки.

«Наверное, ненавидит меня сейчас за унижение, — думала Лиля. — Ничего, вот пусть побудет в моей шкуре! Хотя… Он говорит, что ничего не помнит. Притворяется небось! И как проверить?»

Она упрямо поджала губы.

— Чай будешь?

— Давай.

— А где он лежит?

— Кажется, в черной сум… — начал отвечать машинально Петр и замер на полуслове, сообразив, что выдал себя с головой.

Его зеленые глаза, только что светлые и прозрачные, с искорками смеха, потемнели, брови сошлись к переносице, губы сжались в тонкую нить. Лиля довольно улыбнулась.

— В черной сумке, значит, — отреагировала она. — Ну-ну. Память, похоже, к тебе вернулась.

— Не совсем… Я не понимаю, почему я связан и без штанов.

— О, это прием.

— Какой?

— Психологический. Я же учусь на этом факультете в МГУ, или ты не знал?

— И что за прием?

— Называется «эмпатия». Чтобы человек понял пережитые его противником ощущения, его нужно поместить в ту же психологическую ситуацию, какую он создал сам.

— Ничего не понял. Вас в университете ясно рассказывать не научили?

— Короче, Склифосовский! — вскинулась Лиля, а похититель усмехнулся, искорки так и посыпались из глаз, но он тут же стал серьезным. — Мне было плохо, а теперь плохо и некомфортно тебе. Понял?

— Куда уж яснее. Око за око, зуб за зуб. Только зря все это.

— Да пошел ты! — рассердилась Лиля.

У этого козла длинного еще и язык хорошо подвешен. Вот наказание!

— Я тебя связал, потому что хотел пойти позвонить и боялся, что ты сбежишь в лес и себе навредишь. Но теперь, — Петр поднял руки, — не могу.

— Связи же нет. Куда ты собирался пойти? — Лиля недоверчиво уставилась на похитителя.

— Правильно, — спокойно ответил он. Ни один мускул не дрогнул на его лице. — Здесь нет. Но если на машине подъехать ближе к трассе, она, думаю, появится.

Лиля растерянно смотрела на него. Как все просто! Черт! И почему она не захотела ходить на курсы вождения, когда ее Настя с собой звала? Вот идиотка! Девушка окончательно расстроилась. Решение проблемы было прямо у нее под носом, но она, как тупая корова, не сообразила вовремя, а теперь страдает.

— И ты собирался меня здесь бросить и уехать? Я так понимаю.

— Это ненадолго. Но из-за твоей строптивости мы теперь остались без связи. Мало того, ты умудрилась поджечь дом, а я получил сотрясение мозга. Можешь принести мне таблетку от головной боли? Сил уже нет терпеть.

Лиля покраснела. Что-то часто она смущается в последний час. Она вышла в кухню, прошуршала упаковками таблеток в аптечке, нашла нужную и вернулась обратно со стаканом воды. Петр выпил таблетку и откинулся назад, закрыв глаза. Видно было, что ему еще плохо.

— Тогда, может, расскажешь, зачем ты меня сюда привез? — вздохнув, спросила она, подождав немного. — Все равно делать нечего. Я не готова пока тебя отпустить.

— Я тебя спас.

— Что-о-о?

— Я тебя спас, — повторил похититель.

Такого ответа Лиля не ожидала. Что за новости? Как спас? От кого? И кто его просил это делать?

Чтобы прийти в себя от гипнотизирующего зеленого взгляда, она посмотрела в окно. Во дворе еще больше стемнело. Небо уже полностью было затянуто черными тучами. Раскат грома заставил девушку вздрогнуть. Она невольно придвинулась ближе к Петру.

— Ничего не понимаю. Странное спасение: связать девушку и запихать ее в багажник.

— Если ты помнишь, я сначала посадил тебя в салон, но ты вела себя как ошпаренная кошка, вот и пришлось сменить тактику.

— Ага! Теперь это так называется! А я разве нуждалась в спасении?

— Это ты так думаешь. На самом деле твой Рокотов — тот еще пиз…к.

— Не ругайся! — Лиля вскочила, выбежала в кухню и сразу вернулась: — Ты понимаешь, что натворил? Мои родители с ума сейчас сходят. Папуля поднимет на уши всю страну, чтобы меня разыскать.

Порыв ветра подхватил кухонную занавеску, закрутил ее в штопор и швырнул на окно. Створка со всего размаху стукнулась о раму. Лиля взвизгнула и бросилась закрывать окно.

— Развяжи меня!

— Обойдешься!

— Надо запереть ворота и машину и закрыть ставни. Не бойся, я тебе ничего не сделаю. Развяжи.

— Ага! — Девушка появилась в комнате. — Слушаю и повинуюсь. Ты, наверное, эти слова ждешь от меня? Обломись!

Лиля кинулась к окну в комнате, тоже захлопнула его и задернула шторы. Тревожная полумгла спрятала в тени пыль, мелкие вещи, только глаза похитителя блестели. Ветка дерева ритмично стучала о стекло и нагоняла еще больше ужаса. Лиле казалось, будто кто-то ломится в окно.

— Дура! Ты одна не справишься, если что-нибудь случится.

— А что может еще произойти?

Лиля села напротив на лежанку и посмотрела остановившимся взглядом на мужчину. Внутри все дрожало от страха. Она с детства боялась грозы. Дома во время разгула стихии она забиралась под одеяло или бежала к маме в комнату и сидела рядом, пока пик ненастья не проходил.

Повзрослев, Лиля уже не так остро реагировала на бурю, но все равно старалась быть ближе к людям в этот момент. Вот и сейчас она с трудом подавляла желание сесть рядом с Петром и прижаться к его теплому боку.

— Посуди сама: если раскрыты ворота, любой зверь может забежать во двор, спасаясь от непогоды. Если не заперта машина, дождь зальет двигатель, и мы не сможем еще долго уехать. Если распахнуты окна, сильный ветер может выбить стекла, и мы останемся без защиты.

— Х-хорошо, — заикаясь, пробормотала Лиля и метнулась в кухню за ножом.

Девушка перерезала стяжки на руках — похититель сидел смирно и не пытался ее схватить. Она уже опустила нож к его щиколоткам, как он сказал:

— Давай я сам.

— Нет!

Лиля вскочила, бросилась к стене и прижалась спиной, спрятав нож за спину.

— Глупая. Я тебе ничего не сделаю.

— Я не верю. Ты сказал, что Рокотов — подонок, но ничем не доказал это.

— Неужели ты не слышала ничего о нем?

— Ну-у-у…

— Вот именно. Ты девственница?

— Что за вопрос? — Лиля почувствовала, как запылали щеки.

— Твой Рокотов охотится только на девственниц. Соблазняет их, поит в клубе, даже подмешивает наркотик в напитки…

— Мне ничего не подмешал.

— Это потому, что ты сама в руки шла, не сопротивлялась.

— Допустим! — Лиля не хотела слушать Петра, но невольно заинтересовалась рассказом. Пока его версия не расходилась с тем, о чем поведала Настя. — И что дальше?

— Он дефлорирует очередную дурочку и отдает друзьям для развлечения. Вот и все.

— Ты дурак? — Лиля подскочила к похитителю и стукнула его по плечу. — Димка не такой!

— Господи! Да ты еще наивнее, чем я думал, — вздохнул Петр. — Ты зачем вчера в клуб притащилась?

— У Димки был день рождения.

— Точно. А ты, значит, его подарок на днюху?

— Подарок?

Лиля глупо повторила за Петром, еще не совсем понимая, куда он ведет. Разгадка возникла из глубины сознания и скоро заполнила весь мозг, но Лиля отказывалась в нее верить.

«Нет! Не может быть! Димка не такой!» — кричал по инерции ее влюбленный внутренний голос. Но память тут же подсказала слова Насти, которая внушала ей что-то подобное.

Лиля поникла.

Чума наблюдал за Лилей и делал свои выводы. Несмотря на кажущуюся разнузданность поведения, она еще сохранила детскую наивность и чистоту. Особенно его удивило, что девушка из такой семьи еще сохранила девственность. Хоть она и не призналась, когда он спросил об этом, но по ее покрасневшему лицу и смущенному взгляду можно было сразу догадаться.

А это значит…

Игорь боялся даже подумать, что это значит. Получается, Лиля получила хорошее воспитание от пуританки матери и для нее не пустым словом является семья. Это обстоятельство только радовало Чуму. Владимирский точно кинется разыскивать дочь и отдаст за нее все, что Игорь потребует.

Черт! Надо позвонить. Но как заставить девчонку снять с него стяжку? Можно, конечно, броситься на нее, когда она приблизится. Вон как вздрагивает и испуганно оглядывается, когда слышит раскаты грома. Сразу понятно, что грозы боится.

Но, несмотря на свой страх, она все равно держалась подальше. Вот бы выпроводить ее за дверь под каким-нибудь предлогом, но ведь ни за что не пойдет. И что делать?

— И еще один неприятный момент, — сказал Игорь, и Лиля подняла на него глаза.

Информацию о Димке Рокотовом она восприняла болезненно. Не верила, дурочка, что у этого парня на уме только развлечения. Наверное, думала, что она — именно та, единственная, которая укажет ему праведный путь.

«Тьфу! Бабы — дуры! Ничему их жизнь не учит!» — Чуме хотелось выругаться, но он сдерживался. Сейчас не до этого. Надо как-то снять пластиковую полоску с ног.

— Какой? — голос девушки прозвучал приглушенно.

Она вообще выглядела потерянной и расстроенной. Игорю даже жалко ее стало. Не всякая правда-матка на пользу идет, поэтому люди часто прячутся от неприятных новостей. Но если начал откровенничать, надо заканчивать. Лучше пусть девчонка узнает о подонке Рокотове, чем о мести ее отцу. В ее глазах он предпочитал выглядеть спасителем, а не похитителем.

— Этот ублюдок не пользуется презервативами.

— Ой! Ты о чем?

Игорь, не обращая внимания на смущение Лили, продолжил:

— Девушки после общения с ним залетают. Вот и представь картинку: пузатая дурочка думает, что принесет счастье любимому, сообщив, что носит его ребенка. А он ей в ответ: «Гуд бай, май беби, гуд бай».

— Нет, не может быть, — едва размыкая губы, прошептала Лиля.

— Может, — резко ответил Чума, вбивая последний гвоздь в сознание девушки. — Это особый шик: расстаться на драматичной ноте. Это козел просто тащится, создавая такие ситуации, а его папаша потом заглаживает ошибки подлого сыночка деньгами.

— Но наши родители — друзья. Димка не дурак, он же должен понимать, что мой отец не простит ему такую подлость.

— Ты все еще сомневаешься? Ну-ну. Развяжи меня, и я отвезу тебя в то же место, откуда забрал вчера.

— Ты не обманешь?

— А зачем мне это? Если ты сама суешь голову в петлю, я с удовольствием понаблюдаю, как удавка затянется на твоей тонкой шейке.

Удар грома разрешил все сомнения девушки. Она вскрикнула и бросилась к похитителю. Он забрал у нее нож, разрезал стяжку и помассировал затекшие ноги. Лиля молча принесла ему брюки. Петр оделся и вышел во двор. Лиля бросилась следом. Он окинул девушку взглядом и сказал:

— Ты в таком виде ехать собралась? Там, в шкафу, есть женская одежда и обувь. Подбери себе что-нибудь, я подожду.

Лиля вернулась в дом, не заметив, как победная улыбка мелькнула на губах похитителя. Чума сразу метнулся в машине. Срочно нужен телефон. В бардачке лежал его смартфон. Только открыл дверцу джипа, и тут словно споткнулся: Лиля знала об отсутствии связи. Откуда?

Черт! Он совершенно точно помнил, что отключил телефон девушки, но забыл, куда его положил. Это дурацкое сотрясение сбило все планы. А вдруг мобильник лежит на месте? Игорь кинулся к багажнику и стал лихорадочно искать его, но он будто сквозь землю провалился.

— Так, спокойно! — уговаривал он себя. — Ничего страшного не случилось. Даже если девчонка нашла свой смартфон и включила его, отыскать их убежище по геолокации без загруженных карт вряд ли смогут.

Слабое утешение, но все же.

«Нужна информация. Срочно!»

Чума не мог придумать выход из положения, мозги отказывались работать. И хоть он поел и выпил таблетку, все равно чувствовал себя плохо. Так и хотелось лечь на кровать и заснуть. — Но как сбежать от девчонки? Опять связать ее? Так и будем бороться: то я ее, то она меня. Нет, это не выход!

Начал накрапывать дождь. Пока еще редкие капли ударяли по машине, оставляли следы на досках крыльца, но по поднявшемуся ветру и черному небу было понятно, что скоро начнется буря. Лиля показалась на пороге дома, одетая в старенький халат поверх платья и обутая в домашние тапочки. Волосы она перевязала лентой, которую неизвестно где откопала.

Игорь невольно отметил, что даже в таком уродливом наряде она выглядела милой и хорошенькой.

«Чума, не сходи с ума! — приказал он себе. — Ты целую неделю трахал буфера. Сперма в мозги не бросается. Дело прежде всего. Надо узнать, что происходит в Москве».

— Страшненькая, да? — спросила Лиля, оглядывая себя.

— А тебе важно мое мнение? — угрюмо буркнул Чума.

— В целом нет, — вздохнула девушка. — Ты что ищешь?

Она опасливо посмотрела на небо, но спустилась с крыльца и встала рядом.

— Ты куда спрятала мой телефон?

— А зачем тебе?

— Хочу позвонить.

— И меня здесь бросишь?

— Если ты не будешь капризничать и лягаться, как молодая кобыла, возьму с собой.

— Может, мы тогда сразу домой поедем? Я уже все поняла про Рокотова, больше с ним не буду встречаться. Дома родители наверняка с ума сходят.

— Ты хочешь пробираться по лесу в такую грозу?

— Ой! А если молния в машину ударит? — Девушка испуганно обхватила плечи ладонями и выглядела такой потерянной и несчастной, что Игорь едва сдержал порыв, чтобы не прижать ее к груди.

«Умеет, зараза, надавить на мужские слабости!» — вздохнул он и пошел закрывать ставни. Лиля помогала.

Они закончили это дело уже под проливным дождем. Когда прямо над головой сверкнула молния, девушка взвизгнула и побежала в дом, Чума кинулся за ней. Он задержался на крыльце, и вдруг новая мысль ударила в виски. «А что, если?..»

— Лиля, так все-таки куда ты убрала мой телефон?

Девушка посмотрела на него из-под перекинутых на грудь волос, которые она вытирала полотенцем, и показала рукой на шкафчик с посудой. Чума забрал мобильник и положил его в карман. За чашками он обнаружил и ключи от машины.

«Точно наивная, — усмехнулся он, незаметно пряча ключи в кулаке. — Вроде бы и не глупышка, на психолога учится, а жизненного опыта ноль».

Это ему было только на руку. Конечно, наивность не порок. Ему было стыдно каждый раз обманывать девушку, но все же…

Он подошел к ведру, опустил ковшик, но Лиля вдруг вскрикнула:

— Ой, а воды нет. Прости.

— Куда же она делась?

— Ты забыл? Сам тушил ею пожар. А остатками я вымыла пол от копоти.

Чума взял ведро в руки и направился к двери.

— Ты куда? — вскинулась девушка.

Ее огромные глаза блестели от испуга. Она, кажется, даже дрожала. И опять жалость к ней сдавила его сердце. Он не привык поступать подло, но сейчас сделает именно так. Он не может взять ее в машину и не хочет, чтобы она слушала его разговор с Петрухой.

— Я принесу воды, это быстро. Не волнуйся.

— Ты только сразу вернись.

— Хорошо, — буркнул он, закрывая дверь.

Чума выскользнул из дома (хорошо, ключи были спрятаны в сенях) и запер замок. Старался не шуметь, чтобы она сразу не спохватилась. Он бегом бросился к воротам, распахнул их, потом к машине. Завел мотор под удары грома и постоянно думал: услышит или нет?

Игорь выехал со двора, выскочил, запер ворота и вновь запрыгнул в машину.

— Полчаса, подожди меня только полчаса. Я быстро…