Глава 30

Глеб

- Сука! – ору на всю гостиную, стоит Инге уехать на этом чертовом желтом такси.

Толком меня не выслушав, девушка уже сделала свои выводы и попросту сбежала. Наверняка вернулась в красивый, богатый дом, где живет этот ублюдок, загубивший столько невинных жизней из-за бешеной алчности. В папке все про него написано, каждый проступок запечатлен, но Инга предпочла мне не верить, чему еще и письмо Аллы поспособствовало.

Черт! Хватаю со столика стакан с водой и со всей силы швыряют им об стену. Мелкие осколки разлетаются по всей комнате, на которые так легко наступить. Да только мне совершенно на них плевать. Это меньшее из всех зол.

Ну почему я не избавился от этого чертового письма еще несколько лет назад? Зачем хранил его у себя все это время? Как воспоминание о любимой девушке, которую навсегда потерял? Ее почерк, запах ее духов, поцелуй в конце письма и образ в памяти. Больше ничего от Аллы Ветровой не осталось. Даже личной фотографии, где она улыбалась, держа в руках сахарную вату и воздушный шарик. Как ребенок, обрадовавшийся теплым денькам в сентябре.

Снимок уже давно потерян, как и запечатленная на нем девушка. Чужая жена, мать девушки, что использовал в качестве оружия мести, а в итоге все испортил. Оттолкнул от себя единственную, кто стал мне по-настоящему дорог за практически двадцать лет.

Сумасшедшая девчонка, чуть было не получившая воспаление легких, сидя на холодном крыльце под проливным дождем. Хорошо хоть на дороге не оказалось пробок, а иначе по моему возвращению меня бы встречала глыба льда. Вот так хотелось ее за это придушить, а потом прижать к себе и больше никогда не отпускать. И будь что будет.

Сигнал дверного замка раздается на весь дом, потом еще раз и еще. Наивно полагая, что это Инга может вернуться, как глупый подросток спешу впустить ее обратно. Только вот едва открыв дверь, не сразу замечаю трех мужчин на пороге, один из которых выставляет вперед кулак. Удар приходится прямо в солнечное сплетение, от чего сгибаюсь пополам, завыв от боли. Не ожидал.

Кто-то из двух амбалов дергает меня за волосы, чтобы распрямить, и я вижу перед собой довольно ухмыляющегося Павла Аркадьевича, вальяжно прохаживающего по моему дому. Какого черта здесь забыл этот ублюдок? Как вообще адрес узнал?

- Пусти, – выворачиваюсь, освобождаясь из хватки, и встаю в защитную позу, подняв кулаки вверх. Пусть только попробует еще меня ударить, отправлю на больничную койку.

- Не трогайте его, парни, – хозяин отгоняет своих псов, отошедших на небольшое от меня расстояние, но пристально наблюдающих за каждый движением. – Неплохой ты дом себе приобрел, Глеб. Уютный, светлый, так еще и задний двор весь такой ухоженный.

- Может ты прекратишь вести светский разговор, Чернышов, – шаги причиняют легкий дискомфорт. Может и здоровенный синяк появиться. – Что тебе нужно? Очередными угрозами будешь сыпать?

- Где она, Глеб?

- Кто? – забираю папку со столика и кладу на книжную полку, дабы компромат на Павла Аркадьевича не попал ему на глаза.

- Моя дочь Инга, – бесцеремонно открывает мой мини-бар и наливает себе стакан дорогого бренди. Хороший вкус у ублюдка. – Я знаю, что она к тебе сбежала. Приведи ее. Девочке нужно домой возвращаться…к своему жениху, – с наслаждением делает глоток алкогольного напитка, словно бы живительный нектар попробовал.

- К тому парнишке, которому ты дочь родную продаешь, Павел Аркадьевич.

- Тебя это совершенно не касается, Богатырев, – надо отдать ему должное: на лице не дрожит ни один мускул. Он спокоен и собран.

К тому же тут его прихвостни, способные в любой момент решить самые большие проблемы. Даже избавиться навсегда от человека. Частенько такое случается в мире доброго предпринимателя, жертвующего круглые суммы на благотворительность, прикрывая тем самым свои грязные делишки.

- Даже если бы я и знал, где Инга, все равно бы не сказал тебе, Чернышов.

- Защитник нашелся, да? – криво усмехается, на пару секунд о чем-то задумываясь.

Мне совершенно не нравится его выражение лица. От такого гавнюка как Павел Аркадьевич нельзя ждать чего-то хорошего. Я уверен, что он начнет снова угрожать, а может и чем-то шантажировать. Рискну предположить, что работой в университете или же адвокатской фирмой в Риме. Но буду вынужден его разочаровать. И там, и там у него руки коротки.

- Похоже я единственный из мужского окружения Инги, кто не дрожит в страхе, а встает на ее сторону.

Если бы можно было убивать глазами, от меня бы осталась лужа крови. Взгляд мутно-голубых глаз Павла буквально метает острые ножи, каждое ранение которыми приближает к мучительной смерти.

- Советую позвонить ректору МГИМО, – Чернышов наступает носком туфель на осколок стекла, создавая режущий по нервам звук. – Оскар Петрович о многом тебе расскажет. В том числе и о том, что тебе надлежит покинуть университет в самое ближайшее время.

Делаю шаг навстречу своему злейшему врага, растоптавшему меня в восемнадцатилетнем возрасте, как слепого котенка, но в то же время и изменившего жизнь. В зеркалах его темной души вижу отчетливый страх. Он чего-то очень сильно боится, но старательно это скрывает.

Да только вот у меня есть удивительная способность прочитывать настоящие эмоции людей. Вполне возможно Антон уже сделал первый ход в шахматной партии, где победителю достанется «труп» поверженного врага.

Я с превеликим удовольствием буду наслаждаться, как Чернышова Павла Аркадьевича сажают за решетку лет эдак на пятьдесят, наказывая за совершенные злодеяния. Жаль будет во всей этой истории Ингу, которой придется пройти через арест отца и небольшие допросы.

Как бы я хотел отгородить ее от этого, но такие процедуры необходимы. Они снимут с нее все подозрения спецслужб, а ведь они всегда бывают в таких крупных делах.

- Всенепременно, Павел Аркадьевич, – не будь с ним рядом этих амбалов, давно бы пинками выставил с частной собственности. – До скорых встреч, – приторно-дружелюбно прощаюсь с хозяином цепных псов, выходящих на улицу.

Спустя пару минут раздается визг шин, лай соседской собаки и чьи-то маты. Похоже Чернышов нарушил покой мирных граждан района. Но и дал мне пищу для размышлений. Раз Инга домой не вернулась, как и не пошла к подруге, то вполне возможно решила где-то одна побыть.

Время. Вот что ей сейчас так нужно. Девушке необходимо все обдумать, взвесить и принять единственно верное решение, которое перевернет всю ее жизнь. А вот мне предстоит кое с чем разобраться сию же минуту.

Не так я себе представлял сегодняшний день, когда проснулся в пустой кровати и не обнаружил девушку рядом.

- Глеб, ты ввязался в серьезные неприятности? – вместо приветствия произносит ректор МГИМО. – Почему ко мне приезжал один из наших главных спонсоров и настоятельно просил тебя уволить?

- И что же вы ему ответили, Оскар Петрович? – ублюдок все-таки влез в мою жизнь, думая, что и сейчас может ей распоряжаться. Не на того напал.

- Что могу уволить тебя за непристойное поведение со студентками.