Глава 31

Инга

- Я поставлю чайник, – именно такими словами меня встречает Лера на пороге своей квартиры.

Ведь после посещения парка, о котором никто из моего окружения не знает, я пешком добралась до подруги, шмыгая носом и моргая наверняка очень красными глазами. Плакала я непрерывно, никак в себя не могла придти после того, что узнала о Глебе и своих родителях. Мир перевернулся за одно мгновение. Обретенное счастье уже не кажется таким безоблачным, как было в самом начале.

- Расскажешь, что случилось? – садимся в просторной гостиной с двумя кружками чая. Лера убавляет звук какой-то российской комедии и, поджав под себя одну ногу, поворачивается ко мне. – Почему твой папаша приходил тебя искать? Ты сбежала из дома?

Оградовская всегда была очень любопытной лучшей подругой, от которой не стоит ничего скрывать. Она единственная в моей жизни, кому я могу полностью доверять, не боясь получить удар ножа в спину.

- Глеб оказался первой любовью моей матери, – подруга как китайский болванчик качает головой, явно не понимая смысла моих слов. – А еще он копает под папу, целую папку компромата собрал.

- Веселенькое дело, – убирает кружку на журнальный столик. – Узнать такое…внезапно ее глаза широко распахиваются, а рот приоткрывается в шоковом удивлении. Ну наконец-то дошло. – Подожди-подожди. Так значит Глеб Александрович будучи моложе, крутил шуры-муры с твоей матерью? – утвердительно киваю. – Офигеть, – мне кажется, у нее глаза еще больше становится с каждой секундой, сейчас будут как у героев мультфильмов. – Это он тебе рассказал?

- Нет, я сама узнала недавно. Из маминого письма. Глеб даже отрицать ничего не стал.

Да и что тут можно сказать? Соврать, что писала не она? Что это какая-то другая Алла написала то злополучное письмо. Да только я узнаю ее почерк из тысячи других. За столько лет его выучила наизусть. До сих пор перед глазами его равнодушное лицо, а в голове набатом слова Глеба звучат про делишки моего отца.

- И компромат он на папаню достал, и к тебе яйца подкатил, – Лера озвучивает мои мысли. – Хорош мужик, – с сарказмом произносит, заскрипев зубами.

Будь у нее такая возможность, Оградовская бы давно ему морду набила. Она у меня немного драчунья. Я же когда-то была очень безбашенной, стараясь привлечь внимание отца. Гонки, сигареты, кислотного цвета волосы, отсутствие дома, знакомство с Димой на одной мажорской вечеринке.

Хмм, Дима.

- У тебя сейчас лицо такое, будто ты о чем-то противозаконном думаешь.

Самоуверенная ухмылка трогает мои губы, ведь я и правда придумала далеко не хорошую идею, которую каждый расценит по-своему. Кто-то очень обрадуется, а кто-то сильно так разозлится.

Но мне совершенно плевать. Пусть хоть весь мир катится в пропасть. Я пойду ва-банк, и будь что будет.

- Зачем отец меня искал? – Лера прищуривается, явно пытаясь прочесть каждую мою эмоцию, но я мастерски ее маскирую. Сейчас не время раскрывать перед подругой всех карт.

- Сказал, что ты очень крупно поссорилась с Димой, поэтому ушла из дома. Он тебя даже не останавливал, так как, по словам твоего недоумка, – любит она так Ершова периодически называть. – тебе необходимо было время, чтобы все осмыслить. Что это ты должна была осмыслить? – Лера складывает руки на груди в ожидании моего ответа. – Инга, твою мать!

- Лер, вызови мне такси, – эта фраза уже вошла у меня в привычку.

- Инга, ты мне объяснишь все или…

- Давай потом, – отрицательно машу рукой, как развивать тему именно сейчас мне не особо хочется.

Пусть я поступаю гадко, но Лера первой ничего не узнает. Чуть позже, вместе со всеми, ей все станет известно. Если я сейчас раскрою план, то она меня отговорит, не даст ничего совершить, но мне нужно пойти до конца. Сделать этот отчаянный шаг, что наверняка приведет к серьезным последствиям, но плевать мне с высокой колокольни.

- Я согласна выйти замуж за Диму!

Отец аж на стуле подпрыгивает, когда я залетаю в его кабинет и кричу что есть мочи. Секундное удивление вперемешку замешательством на лице, и вот он растягивает губы в довольной улыбке, а взглядом так и буробит с ног до головы. Мол, я же тебе говорил, что все будет по-моему, а ты не слушала умного человека.

- Долго же ты думала, дочка, – встает из-за стола и, обойдя его, возвышается надо мной. Показывает свое преимущество, мужские силу и власть.

И я показываю ему свою якобы покорность, ни слова в ответ не говоря. Все же должно идти четко по плану, никаких отступлений. На несколько дней, а то и недель закрою на замок свою дерзость и непокорность, лишь бы показать себя примерной девочкой, которой легко управлять.

- Завтра же поедешь с Аделаидой за платьем, – мысленно расчленяю стерву, что наверняка будет мне советы давать по поводу торжества. – В прессе напишем о вашей с Димой помолвке, организуем масштабное празднование. Ведь не каждый же день дочь известного в городе бизнесмена выходит замуж за сына прокурора. Такая новость должна долго освещаться в прессе. К тому же…

Отец строит планы, совсем забыв о моем существовании. Он настолько погружен в собственные размышления, что вряд ли заметит мой уход. Моя миссия выполнена, теперь нужно готовиться к свадьбе.

Оставив папу одного, выхожу из кабинета, тут же прислоняясь к двери. Дыхание затрудненное, перед глазами все плывет, сердце бьется набатом, того и гляди выпрыгнет из груди и отправится на прогулку. Легкая паника проникает вовнутрь, готовясь там надолго поселиться, но я резко беру себя в руки, чтобы никто не заметил моего блефа.

Намечается же торжество, а невеста должна быть очень счастлива и постоянно витать в облаках.

Да только вот масштабы свадебных приготовлений я как-то не подрасчитала, так как они с каждым днем все больше меня уверяли в неправильности принятого решения. Месяц пролетел как по мановению волшебной палочки.

Платье было куплено за пару дней непрерывных примерок, споров с дизайнером и швеей. Особняк преображался со скоростью света ради выездной церемонии. Дотошные журналисты и вездесущие фотографы наведывались к нам словно мы какие-то кинозвезды, получившие престижную награду за роль в нашумевшем фильме.

У меня уже лицо болеть начало от широкой улыбки, которой я блистала перед камерами. Телом постоянно вздрагивала от прикосновений Дмитрия. Придурок так часто лапал меня, что приходилось подолгу в ванной отмокать, лишь бы смыть с себя его запах.

Отец даже добился моего дистанционного обучения в ВУЗе, так как мне необходимо было появляться то на интервью, то на каком-то телешоу, то вообще принимать участие в организации свадебного банкета. Как будто мне все это вот интересно. Плевать я хотела, что его и прокурорские друзья в рот себе засунут. Фуагра или бутерброд с повидлом.

Поэтому после небольших истерик вся организация была отдана Аделаиде, которая аж засветилась от счастья, тут же взявшись за дело. Вот будет номер, когда все ее труды пойдут прахом, так как весь этот спектакль долго не продлится. Помолвка окажется началом конца.

- До сих пор не верю в происходящее. Ты точно из ума выжила, Инга!

- Все будет хорошо, подруга, – подмигиваю Лере, осуждающе качающей головой.

Сегодня официальное празднование нашей с Димой помолвки. В особняке собралась уже куча народа, с первого этажа звучит легкая, ненавязчивая музыка. Столы расставлены в гостиной для избранных людей. Работает множество официантов, снующих туда-сюда. Как будто настоящая свадьба.

Дмитрий ждет меня в коридоре, чтобы проводить на совместную помолвку, я же все кручусь перед зеркалом в длинном платье насыщенного синего цвета, одновременно поедая уже четвертое пирожное с кремом. В последнее время мне так сильно есть хочется, просто жуть. Потом только от переедания тошнить начинает, и голова периодически кружится.

Долбанный стресс из-за дурацкой свадьбы мне покоя не дает. Мне кажется, что я даже потолстела практически на килограмм, раз рот не закрывается. Ну ничего, скоро все кончится, стану потеть в спортзале.

- Глеб Александрович про тебя спрашивал на днях.

При упоминании любимого имени комок в горле застревает, от чего чуть не давлюсь сладким. По телу приятное тепло расползается, а сердце ускоряет ритм. Даже ладошки потеют, чего уж говорить о глупой улыбке на улице.

Я не видела его ровно месяц, с того самого момента как покинула дом. В универе тоже не появлялась все эти дни. Лишь Лера рассказывала мне, как он срывался на студентах, давая им невыполнимые задания и заваливая их сложными вопросами. Как один раз поссорился с другим преподавателем прямо в коридоре учебного заведения.

Наверняка он и мне часто звонил, но я как-то разбила телефон и порезала сим-карту, дабы оставить счастливые моменты с дорогим для меня человеком позади. Хоть сердце и обливалось кровью, а слезы не прекращали литься из глаз.

- Идем, – не развиваю тему Глеба, а просто тяну подругу в серебристом мини-платье из комнаты. – Дима, – приветствую жениха, протянувшего мне согнутый локоть.

- Любимая, – сзади фыркает Лера, от чего Ершов крепко стискивает челюсть и скрипит зубами.

Не долго тебе меня так называть.

Едва мы достигаем ступенек, каждый гребанный фотограф щелкает своей камерой наш спуск на первый этаж. Даже гости все замолкают, обращая внимание в нашу сторону. Как же хочется заорать, что все это фарс, спектакль, что никакой свадьбы не будет.

Но я растягиваю губы в ненавистной широкой улыбке, мастерски играя свою роль счастливой, всем довольной невесты. Даже позволяю Диме дольше обычного «насиловать» мой рот своими губами и наглым языком. Фу, аж рот захотелось с мылом помыть от такого лобызания. Нужно глотнуть шампанского для полного расслабления.

Как раз проходящая мимо черноволосая официантка несет поднос с искрящимся напитком. Да только вместо того, чтобы обслуживать хозяев и гостей, она передает поднос молодому человеку в белой форме, забирает у ловящего ворон журналиста микрофон и ошарашивает всех присутствующих:

- Добрый вечер, – разом разговоры прекращаются. – Меня зовут Ангелина. И я бы хотела сообщить вам одну важную новость, – рядом со мной напрягается Дима, смотря на девицу злобным взглядом. Неужели, он ее знает? У него аж глаз дергается, и губы сжимаются в тонкую линию. – Я жду ребенка от Дмитрия Ершова.

Бум! Ее слова вызывают эффект взорвавшейся бомбы. Прокурор пытается увести девушку прочь с праздника, журналисты как получившие вкусную кость собаки переключаются на неожиданную гостью. Мой отец с Аделаидой начинают успокаивать народ, хотя скандала уже не избежать.

Весь город будет знать о сорвавшейся свадьбе дочери владельца фармацевтической фирмы и сына прокурора. Сенсация на несколько месяцев. Хотя я и не так планировала все прекратить, выставив всех вокруг идиотами, в первую очередь жениха, налегающего на очередной стакан с виски.

Сама же я делаю один глоток шампанского, от которого мутить начинает, а перед глазами появляется какая-то пелена. Ноги меня совершенно не держат. С грохтом, потянув за собой столик с напитками, падаю в обморок, слыша чей-то визг.

- Что с ней доктор? - сквозь затуманенный мозг прорывается чей-то до боли знакомый голос.

- Поздравляю вас… – в себя отчего-то придти не могу. – Инга ждет ребенка.

Что? Ребенка? Какого еще ребенка? Неужели я беременна от Глеба?

Мама дорогая! Мое маленькое чудо от любимого мужчины. Тепло разливается по телу, вызывая неподдельную радость, а руки ложатся на плоский живот. Уже представляю, как его или ее ножки будут пинаться, а мы с будущим папой…

- Доктор, эту проблему необходимо срочно уладить, – холодный, пробирающий до мурашек взгляд отца не предвещает ничего хорошего.

Начало конца чудесной новости.