Глава 11

МАРК

Не прошло и пары дней, как у обветшалого забора остановился Майбах.

— Хозяин! — явно переигрывая, бросился ко мне Пол. — Как вы тут? Я вот вкуснях привёз? Пицца, ваша любимая, пепперони. А ещё карбонара из ресторана. Правда, все остыло. И не уверен насколько в русских ресторанах хорошо готовят пасту. Но, по отзывам в интернете, должно быть неплохо…

— Одна порция? — я проглотил слюну.

— А надо было больше?

— Конечно, надо было, идиотина. Я же тут не один живу. Следовало подумать и о благодарности хозяевам дома.

— Хозяевам бутылочку виски подарите. Я там вам положил парочку для разогрева. Что ещё в деревне делать? А ещё говядины кусок. Не знаю, как вы тут питаетесь, и есть ли где приготовить. Вот ещё лапшу быстрого приготовления на всякий случай…

— Понял я, понял, разберусь.

Я передал Полу пакет с образцами ДНК и он тут же попытался запилить туда своё лицо.

— В глаза смотри, — прошипел я. — Заглянешь в пакет — ты труп! И не надейся это скрыть, я все узнаю! Езжай уже. Доберёшься до аэропорта, машину обратно пришли…

— А где испытуемые-то? — секретарь заинтересованно озирался по сторонам.

— Ты об свое любопытство не спотыкаешься, часом? Везде засунуть его пытаешься.

— Да интересно, просто. Для кого вы так расстараться решили.

— Интересно-интересно, — пробормотал я, на автомате придумывая оправдания.

Наше внимание привлёк шум из двора через дорогу. Пьяный мужик орал что-то неразборчивое, стоя на пороге дома. Женщина, подпиравшая калитку, слезно запричитала:

— Ванюша, ну люблю я тебя, люблю…

Завидев нас, она замолчала.

Вот и спектакль в тему. Я кивнул, здороваясь с соседями.

— Видал? — пробормотал я тихо. — Вот и испытуемые.

— Так, а ребёнок-то где?

— Может их специально для тебя всех сюда позвать? Чтобы ты познакомился, как следует?

— Мам, пап! Ну вы опять? — в калитку ворвалась девушка, ровесница злючки.

— Вика, поговори с папой, он мне не верит…

Вика? Похоже та самая «подруга» Вероники. Как вовремя она появилась.

— Хм… — хмыкнул Пол. — Так девчонка вроде и похожа на отца.

— Вот и я о чем… А жизни семье не даёт…

— Добрый вечер, — рядом с машиной вдруг возникла Ника.

Я надеялся разобраться с Полом до ее возвращения с работы. Не вышло. Похоже, они с Викой вместе пришли, а мы так увлеклись созерцанием чужой драмы, что и не заметили, как хозяйка дома вернулась.

— Доообрый… — протянул Пол, едва не пуская слюни при виде моей злючки.

— В глаза! — рыкнул я. — Помнится, у тебя девушка была.

— Мы расстались, — задумчиво пробормотал помощник, не в силах оторвать взгляда от Ники.

Я его вроде понимаю. Она так естественно красива в этом своём бежевом платье. Будто древнегреческая богиня. Но сейчас я готов был его убить. Обычно я не очень ревнив. Но тот факт, что мне нельзя, а кому бы там ни было можно, сводил меня с ума.

— Я тебя вместо системы в следующий заказ установлю, если сейчас же не перестанешь пялиться! — прошипел я.

— А вы гостей решили пригласить? — ухмыльнулась Ника.

Слегка наклонилась и кивком поприветствовала водителя. И тот придурок тоже зарделся, как школьник.

— Вы тоже с собой палатку прихватили? А то у Марка там тесновато, вдвоём с трудом поместиться, а вас вон трое.

— Мы в машине поспим, — тут же нашёлся Пол. — Если позволите остаться?

— Помнится, ты только что торопился свалить отсюда подальше, — напомнил я.

— Так это… мы весь день в дороге, то самолёт, то машина… А уже поздновато. Переночуем и завтра в путь. Если хозяйка разрешит, то…

— Конечно, оставайтесь. Тем более в машине вы мне никак не помешаете. Можете и удобствами пользоваться. У меня скромно, но все лучше, чем ничего.

— Спасибо, хозяюшка!

Пол вдруг вырвал из моих рук еду и протянул Нике.

— А я вот тут пиццу привёз! Любите пепперони?

Я закатил глаза.

— П-пепперони? Это вроде колбаса такая? — Ника неуверенно глянула на меня.

Пол рассмеялся, но осознав, что она серьезно, заткнулся и кивнул.

— Одной пиццы на четверых маловато будет, — спохватился я, забирая «гостинцы» обратно. — Пол сказал, мяса кусок привёз. Ник, давай замаринуем. Устроим барбекю-пати.

Я не стал прогонять своих навязчивых работников восвояси. Надеюсь, при них Ника станет вести себя как гостеприимная хозяйка. Это позволит мне с ней хоть немного пообщаться в спокойной обстановке. А если повезёт, то она ещё и провоцировать меня при гостях не станет. Хотя, куда там… Один ее вид уже является для меня провокацией. А сейчас я ещё и негодую от ревности. Хотя и права на это не имею.

Стемнело довольно быстро. Мы сидели у костра. Водитель уплетал за обе щеки. Пол расспрашивал Нику о жизни в деревне. Она травила ему местные байки. А я внимал каждому ее слову. Как-то даже обидно. Когда я пришёл в ее дом она сразу мне свои колючки показала. А с ним едва ли не флиртует. Может дело в алкоголе? Ника выпила уже пару бокалов виски с колой. Глядя на неё, я опустошил свой стакан и налил новую порцию янтарной жидкости. Может дело и не во мне вовсе, как в личности? Возможно, ей просто нужен адекватный мужик? В этой деревне таких не сыскать, а тут я притащился! Вот она и запала. Был бы на моем месте Пол или кто другой, в ней бы тоже «женщина проснулась»? Вот черт! Это ведь хорошо? Если мы окажемся родственниками, то ей ни к чему эти душевные метания!

— Так вот где прячутся красивые и одновременно хозяйственные девушки? — Пол перешёл к откровенным подкатам. — В избушках на курьих ножках у самого леса, — усмехнулся он.

Ника смущенно потупила взгляд, а затем коротко глянула в мою сторону.

— Не рекомендую с этим шутить, — строго сказала злючка, явно желая отвести внимание от своей персоны. — Избушка на курьих ножках это место перехода в царство мертвых, — авторитетно заявила она.

Пол присвистнул:

— Вот это фантазия!

— Так это не я придумала, — пожала плечами Ника. — Я лишь читала об этом. Язычники хоронили умерших в тесных домиках — домовнах. Устанавливали их на высоких пнях, чтобы дикие звери не достали. В домиках этих были отверстия, которые обращали в противоположную от поселения сторону. Поэтому в сказках герой обычно просит избушку повернуться к нему передом, а к лесу задом.

— Да ты ещё и умная, оказывается? — восхищенно покачал головой Пол.

Тут даже я рот раскрыл.

— Не то чтобы умная. Начитанная просто, — возразила Ника.

Хмуро глянула на меня, а повернувшись к моему секретарю, расплылась в улыбке. Мною снова завладел гнев, граничащий с необузданной ревностью. Кажется, я готов был сейчас убивать. Лишь бы она не улыбалась, кому попало. Я поднялся, и, покачиваясь, пошёл к туалету.

Бл*дство! Вовсе не я ей нужен!

Отлил, застегнул ширинку и вышел из туалета. Сомневаюсь, что хочу туда возвращаться. В груди будто дыра образовалась, когда я понял, что имею для неё ровно такую же ценность, как и любой другой городской мужик.

Похоже, я маленько перебрал. Ноги не слушаются. И мозги тоже. Я неторопливо приблизился к костру. Пол потянулся, и, коснувшись щеки Ники, стал что-то шептать ей на ушко. Черт! Не могу на это смотреть. Но продолжаю.

Что он ей говорит? Она ответит ему?

Однако Ника продолжала сидеть неподвижно. Я не мог видеть ее лица. В отличие от лица Пола. Он отстранился и удивленно воззрился на девушку.

— Вероника? — поводил ладонями перед ее глазами.

Когда злючка так и не отреагировала, с его лица наконец сползла дибильная ухмылка. Пол отшатнулся от девчонки, будто привидение увидел.

— Что ты ей сказал, придурок? — я бросился к Веронике. — Ник? Все хорошо. Он не хотел тебя обидеть.

Я обнял ее за плечи и насилу поставил на ноги. Она покачивалась в такт мне. Глаза стеклянные. Дьявол, надо было следить за тем, сколько она выпила. А я как дурак зарылся в свои ревностные мысли и не замечал ничего вокруг.

— Тебе плохо? Может воды? Ник, не молчи только, — прошептал я, поглаживая ее лицо. — Что ты наговорил?! — рявкнул я не подумав.

Ника вздрогнула, и будто выйдя из оцепенения огляделась по сторонам. Я обнял ее, извиняясь за то, что напугал.

— Да ничего, — мямлил оправдания Пол. — Предложил уединиться…

— С водилой уединяйся, придурок! Тут тебе клуб, где можно девушек на ночь цеплять?

Чувствуя, что Ника не в состоянии сдвинуться с места, я подхватил ее на руки и понёс в дом.

— Он тоже приятно пахнет, — пробормотала вдруг злючка, когда я опускал ее на кровать.

— Что?

— Пол. Он тоже приятно пахнет.

— Вот и я о том… Тебе не я нужен, а чистый мужик, — укрывая ее пледом, ревниво буркнул я.

— Но… — она поймала мою руку, — я снова цепенею, когда речь идёт о сексе.

Она сплела свои пальцы с моими и повела ладонь по своему телу. Чувствовал я все отлично. Зато почти ничего не видел в темноте, и это помогало моей совести дремать.

— Но не с вами…

Черт. Похоже я сам того не желая угодил в ловушку. Я напряг руку, когда мы подошли к линии ее трусиков.

— Нет… — шепнул я, стараясь сдерживать свои нетрезвые порывы. — Я не могу сейчас сделать этого.

Ника шумно всхлипнула в ответ. Бросила мою руку и порывисто отвернулась к стене.

Бл*дство! Я же не могу оставить ее вот так? Вернее именно так и следовало бы поступить в наших обстоятельствах. Будь я хотя бы трезвым. И то не факт… Разве я мог обидеть ее и уйти? Слышал, от неудовлетворенности много разных болячек может случиться. А о ней и позаботится некому. Никто не научит, не объяснить… Что за бред у меня в голове???

— Тебя это беспокоит? — я неторопливо придвинулся к ее затылку.

— Угу, — промычала она жалостливо.

— Болит? — хмурясь, спросил я.

Она отрицательно покачала головой, и я облегченно выдохнул.

— Н-но… я больше думать ни о чем не могу, — она снова всхлипнула.

Плачет??? Я уткнулся носом в ее шею. Хотя бы это я могу себе позволить?

— Прости… — шепнул я, оставляя легкий поцелуй на ее коже. — Скоро во всем разберемся, и…

— Да не дочь я вам! — она завыла в голос. — Не дочь!

— Ладно-ладно, — я погладил ее волосы. — Я буду счастлив, если это правда.

— Ну, правда же! — она захлебывалась от слов. — Я точно говорю вам…

— Не плачь только, не плачь.

— Не могу не плакать. У меня там… все тянет…

— Малышка, — я погладил ее предплечье, и замер, поражённый тем, что собрался делать.

Моя ладонь скользнула по ее руке. Я накрыл ее пальчики, спрятанные под тонкой тканью.

— Я научу тебя, — выдохнул, направляя ее пальцы ниже.

Ее трусики уже были влажные. Это сводило с ума. Однако я сжал зубы, дабы не позволить себе лишнего. Куда уж ещё больше. Как бы я ни старался себя оправдать, я осознавал, что это уже далеко за гранью допустимого.

Я не прикасался к ней. Лишь слегка направлял ее пальцы. Вряд ли это может считаться адекватными взаимоотношениями, окажись мы родственниками. Но на меньшее я не был готов.

Видимо ее желание переросло в невыносимое напряжение. Она беспрекословно подчинялась моим наставлениям, и уже через пару минут в награду за чуткое руководство до моего слуха донёсся сдавленный стон.

— Мааарк…

О, Боже. Мои чресла уже болели от напряжения. Я старался думать на отвлеченные темы, чтобы успокоиться, но так или иначе мысли возвращались к ней.

Получив искомое удовольствие Ника притихла. Явно не спит. Может снова злится? Я все ещё сидел на полу за спиной у злючки. Сжав хрупкое предплечье, я решился нарушить тишину:

— Ника, — прошептал я, целуя ее шею. — О чем ты думаешь?

Она молчала. Я было подумал, что ошибся, и девочка давно спит.

— Не знала, что бывает так хорошо… — смущенно прошептала она.

А ведь это ещё цветочки.

— Разве ты никогда не получала оргазм?

Она отрицательно покачала головой:

— Когда пыталась сделать это сама, у меня ничего не выходило…

— Хочешь сказать…

Я засомневался, что стоит задавать крутившийся на языке вопрос. Но алкоголь явно отключил мне тормоза.

— Ты девственница?

Ника снова помедлила. Мне стало стыдно, что я так нагло вторгаюсь в ее личную жизнь.

— Угу, — промычала она.

— Как же… — я заткнулся.

Я не имею права спрашивать о тех видео, где сосед заключает свои грязные сделки. Она снова разозлится. А ещё хуже — станет стыдиться. Погодите-ка. Что?! Так выходит… она ещё ни с кем не была? Я погладил ее волосы. И улыбнулся в темноте, услышав, как Ника мерно засопела.

Первый… Первый. Я могу стать…

Марк, ты идиот?! Оставь ее уже! Вот сейчас сделаешь тест, тогда и будешь фантазировать. И без того уже наломал дров.