Глава 15

МАРК

Машина тронулась с места. Напоследок я окинул взглядом обветшалый дом, ржавый москвичонок и покосившуюся калитку. Наконец-то… Надеюсь, больше никогда сюда не вернусь.

По инерции погладил шоколадные кудри, и залип на стройные ноги рядом с собой.

— К-какого черта мы делаем? — наконец подала голос опешившая Ника, когда мы выехали за пределы деревни.

— Как бы это сказать… эмм… я тебя похитил, — пожал я плечами.

Злючка явно растерялась.

— Я едва успел все собрать к вашему возвращению, — влез обычно молчаливый Уолтон: видимо под действием адреналина, вызванного нашим неожиданным побегом, в нем тоже бурлили эмоции. — Хорошо хоть палатку разбирать не пришлось. И ваш чемодан был упакован. Вот с поиском документов Вероники пришлось немного повозиться.

— Яну без проблем выкурил из дома?

— Конечно! Сделал все, как вы велели. Едва я передал ей ваши извинения и намек на свидание, она упорхнула из дома. Я вручил ей денег, чтобы она затарилась провизией, и сказал, что вы желаете приготовить ей ужин.

— Ее ждёт разочарование, — усмехнулся я.

— Кто-нибудь объяснит мне что происходит?! — взорвалась, наконец, Ника, осознав серьезность своего положения.

— Ты ведь сама пошла за мной, — я поймал ее руку.

— А если бы не пошла??? Свалили бы восвояси, даже не удосужившись объясниться?

— Нет уж, — я покачал головой. — Пришлось бы снова тащить тебя на плече. Спасибо, что облегчила мне участь. Дорога-то не близкая…

— Вы действительно… — перебила она меня, — похитили меня?! Не спросив моего мнения, не позволив собрать вещи, попрощаться… — в ее глазах стояли слезы.

Это был дурной знак. Но я очень надеялся, что это слёзы облегчения.

— Твоё мнение я слышал не раз, — спокойно начал я. — И, по-моему, то, что ты говоришь вслух, сильно разнится с тем, что думаешь. Вещи тебе не нужны. Мы все купим. Уолт прихватил твои документы. А прощаться тут и вовсе не с кем.

— Да что вы о себе возомнили?! Считаете, что вправе вот так распоряжаться чьей-то жизнью??

— Успокойся, Ник, я слегка сжал ее пальцы. — Дай мне месяц. Если тебе не понравится у меня, то я… как бы мне того не хотелось… доставлю тебя обратно.

Я подразумевал, что она бурно отреагирует. Все, что мне оставалось, это попытаться успокоить свою норовистую пони и дать ей время, чтобы остыть.

Ника замолчала. Я думал, что это не продлится слишком долго. Надеялся. Но мы успели добраться до Москвы, а она так и не проронила ни слова. Раздумывает ли она все это время о моем недостойном поступке? Или просто обижается? Рано или поздно она ведь должна заговорить? На душе кошки скребли. Я понимал, что поступил как безумец. Как чертов собственник. Но другого выхода я уже не видел. Оставить ее там было выше моих сил…

— Самолёт завтра. Я заказал еду и кое-какую одежду. Поедим, переночуем и полетим домой, — сказал я, когда мы вошли в люкс.

Ника стояла посреди просторной гостиной, опустив голову. В моей толстовке, моих трениках и в моих кедах. Даже трусы на ней сейчас были мои. Похожа на беспризорницу в этой одежде на несколько размеров больше. Я едва ли ни как маленькую одевал ее, когда мы остановились на первой же заправке. Она не сопротивлялась, но и практически не принимала участия. Все молчит. Бунтует? Или я что-то сломал в ней? Ведет себя, словно безвольная кукла, которую принуждают к чему-то нехорошему. А от того у меня на душе гадко. Я так боялся, что она попытается сбежать, что забронировал нам общий номер. Чувствую себя последним ублюдком. Оправдывает меня только то, что Ника ни разу так и не потребовала вернуть ее обратно. Пройдёт месяц, и я спрошу… Может она все же захочет остаться со мной?

— Поздно уже, — пробормотал я, подходя к ней ближе. — Иди спать. В твоей комнате есть душ и туалет. Халат и тапочки найдёшь? Или тебе показать?

Я хотел было коснуться ее щеки. Просто удержаться не мог. Но Ника увернулась и скрылась за дверью одной из комнат. Все верно. Не заслужил.

Я никак не мог уснуть, раздумывая, как бы мне разговорить свою злючку. Мне необходимо знать, что она думает о моем спонтанном решении. Лучше бы она ругалась, кричала. Такое наказание слишком жестоко. Была уже глубокая ночь, когда мне показалось, что щёлкнула входная дверь. Я поднялся с кровати и направился в гостиную. Осмотрелся. Ничего подозрительного. Черт! Меня вдруг осенило. Кроссовок, в которых сюда пришла Ника — нет! Я бросился к ее комнате. Как и ожидалось… ее там не оказалось. Дьявол! Она меня решила окончательно с ума свести? Глупенькая, куда же она пойдёт? У неё даже денег на дорогу нет. Я поспешно влез в свои кеды и поспешил из номера. Нетерпеливо мялся у лифта, пока чертова кабина соизволила, наконец, приехать. Сердце колотилось как бешеное. Блядство! Если бы я знал, что так получится, то оставался бы рядом с ней в деревне! Ни на шаг бы не отошёл. Дождался бы, когда Пол сообщит результаты и… За*ебись! И при любом раскладе все равно захотел бы увезти ее. И все по кругу! Тогда, чем раньше мы это переживем, тем лучше.

Как же мне уберечь ее??? Нет. Для начала как мне теперь ее найти?! Что если я потеряю ее? Москва большая! Даже если предположить, что она подастся на вокзал, то на какой? Я пошарил по карманам халата и, выудив мобильник, принялся судорожно искать номер водителя. Надо поручить ему, немедленно узнать адреса всех вокзалов в городе. Черт! Так ведь нет денег у неё! Может она автостопом собралась? Выходя из лифта, я шлепнул себе ладонью по лбу, и вдруг замер. Прямо передо мной на ресепшн собралась толпа. Пара охранников, администратор, управляющий. Я склонил голову, пытаясь понять кого они там отчитывают.

— Воровка, не иначе! — завопила менеджер, помогая мне понять ситуацию.

Я быстро признал вишневые Ньюбэлансы на стройных ножках. Подкатанные треники, и толстовка сильно не по размеру.

— Так-то у вас принято обращаться с гостями? — громко сказал я, привлекая всеобщее внимание.

— Простите, — ко мне, сутуля спину, кинулся администратор. — Мы немедленно устраним это недоразумение!

— Номер вашего начальства! — безапелляционно потребовал я.

— З-зачем?

— Недоразумение будем устранять! Вернее, — я указал пальцем на каждого присутствующего служителя отеля, — целых пять недоразумений! Кто посмел останавливать мою… женщину?

Конечно, я был этому рад. Если бы эти идиоты не приняли Нику за какую-то бродяжку, она бы беспрепятственно свалила из гостиницы. А там… ищи-свищи.

— О! Не может быть… П-простите!

— Ник, — наконец обратился я к сжавшейся в углу девушке, — пойдём.

Я протянул ей руку. Секунда ожидания показалась бесконечно долгой. Я боялся, что сейчас Ника скажет будто я действительно ее похитил. И по сути будет права. Полиции вряд ли удастся задержать меня надолго. Доказательств особо нет, да и я гражданин другой страны. Однако мысли о том, кому мне стоит позвонить, чтобы быстрее выпутаться из этой ситуации, успели проскользнуть в сознании. А все ради того, чтобы не упустить ее…

К моему удивлению Ника вдруг шагнула мне навстречу. Послушно подошла и взяла мою ладонь. Как же хорошо… Мы вошли в лифт под неустанные извинения управляющего. Двери закрылись. Облокотившись о стенку, я облегченно выдохнул. Подтянул дрожащую ручку к губам и поцеловал пальцы.

— Бестолковая девчонка, — прошептал я, понимая, что не имею права ее отчитывать. — Если ты хочешь домой, просто скажи. Я отвезу тебя. Только не сбегай больше.

Я ожидал, что она что-то ответит. Пусть даже выразит желание вернуться в деревню. Но она все молчала. Не могу больше этого терпеть. Резко повернулся, собираясь сказать что-то о том, что она не сможет бесконечно молчать, и осекся… На лице Ники была едва уловимая улыбка. Она смотрела на свои пальцы, зажатые в моей ладони. Затем ее взгляд скользнул по моему халату, и улыбка стала чуть заметнее. Ника снова уставилась на свои пальцы. Я сжал их чуть сильнее и снова поцеловал. Кажется, попался… Едва встретившись со мной взглядом, злючка посерьезнела. Спрятала свою очаровательную улыбку и выдернула руку.

— Я все видел, — ухмыльнулся я.

Ника отвернулась. Но в стеклянной стенке лифта я видел, что она пытается сдержаться, чтобы снова не улыбнуться. Все не так уж плохо? Значит, она не возненавидела меня? Просто бунтует? Тогда пускай. Лишь бы не убегала больше от меня.

Я сжал ладонью ее плечо и чмокнул в макушку.

— Спасибо, малышка. Если ты дашь мне шанс, я докажу, что мне можно доверять…

Наконец я дома!

Ника неуверенно переступила порог моей квартиры. Она все ещё молчала. Но я то и дело ловил на себе ее задумчивые взгляды.

Злючка наклонилась прямо передо мной, чтобы снять новые кроссовки. И я приоткрыл рот. У меня прямо-таки глаз-алмаз. Джинсы, которые я для неё заказал ещё в Москве сели как будто для неё сшиты. Обтянули все изгибы… Рано, Марк, рррано! Насилу отвёл взгляд от аппетитной задницы. И уставился в дверной косяк, будто там притаился лучший вид в доме.

Ника неуверенно переминалась в коридоре. А я бросал на неё короткие взгляды, не веря своему счастью. Моя злючка в моей квартире.

— Теперь это твой дом, — тихо сказал я. — Поздновато уже. Сегодня отдохнём. С завтрашнего займёмся документами.

Она злобно глянула в мою сторону. Я было растерялся, но затем вспомнил, наш давний разговор.

— Никаких отказов от наследства мне от тебя не нужно! — заверил я. — Тебе надо сделать гражданство. У меня есть знакомые, которые помогут решить это вопрос в кратчайшие сроки. В этом году ты опоздала на зачисление в универ. Поэтому будет время, как следует подготовиться, определиться и в следующем году пойдёшь. В дальнейшем если захочешь, ещё и права тебе сделаем. Хочешь?

К моему удивлению, Ника вдруг отрицательно покачала головой. Вау! Это уже что-то!

— Правильно. Не нужны они тебе. Пусть Уолт тебя катает, — я улыбнулся, надеясь растопить сердце злючки. — Насчёт универа думала? Если знаешь, куда хочешь поступать, могу договориться. Тебя возьмут хоть завтра. М?

Ника пожала плечами. И я был счастлив хоть какой-то реакции.

— Я приготовлю ужин. А ты отдохни пока. Может, что-то хочешь? Пить? Полотенце дать?

Я открыл холодильник и достал баночку колы. Глаза Ники загорелись. Не хочет говорить — и не надо. Я без слов ее понимаю. В носу засвербело. Видимо ночевки в палатке все же дают о себе знать. Дернул ключик на банке и… чихнул. — Вот черт. Больно. На пальце проступила кровь, и я замер в растерянности.

— Марк!

О, наконец-то… Я прикрыл глаза от удовольствия услышать этот голос.

— Ты в порядке? — Ника бросилась ко мне.

Схватила мою ладонь и потянула к раковине.

— Перекись есть? Бинт нужен! Где аптечка?

Пока она суетилась, я с улыбкой смотрел на неё. Неужели все можно было решить всего лишь незначительным членовредительством?

— Чего уставился? Где аптечка, Марк?

— Если мне придётся травмироваться, чтобы слышать твой голос, то я готов…

— Что ещё за глупости? О, Боже!

Мягкие ладони скользнули по моим рукам, затем обхватили шею и потянули вниз. Губы Ники коснулись моего лба. Я едва не застонал от наслаждения, до конца не осознавая, что происходит.

— Ещё этого не хватало, — буркнула Ника. — Температура. Не следовало оставлять тебя в палатке, нужно было забрать в комнату, — сетовала она. — Значит так! Ты в кровать, а ужин приготовлю я.

— Не могу оставить тебя одну.

— По-твоему я маленькая, что меня в одиночестве оставлять нельзя??? — она не на шутку разозлилась.

Будь у меня чуть больше чувства самосохранения, я бы безоговорочно подчинился приказу разгневанной злючки. Но я ведь не из робкого десятка…

— Маленькая, — я погладил ее щеку.

Ника прикрыла глаза. Как же я хочу побыстрее решить терзающие душу вопросы. Она уже здесь, у меня дома. Теперь даже говорит со мной. Но я все ещё не знаю, как себя с ней вести. Потянулся, и, прихватив ее затылок, коснулся губами ее лба.

— Скучал по твоему голосу. Больше не наказывай меня так. Не-то придётся и дальше болеть.

— Немедленно ложись в кровать, иначе снова перестану с тобой разговаривать, — пробормотала она.

Отпустил Нику и направился к дивану, что стоял посреди зала:

— Тут полежу. Вдруг тебе помощь понадобится.