Глава 16

НИКА

Я молчала не потому, что обиделась. Или же посчитала себя действительно украденной против воли. Вовсе нет. Если подумать, в глубине души я об этом мечтала. Ещё в деревне я поняла, свои чувства. Марк… До знакомства с ним никогда не думала, что однажды одиночество будет для меня некомфортным. Но когда представила, что он уйдет и оставит меня, стало вдруг так страшно. Это оказалось моим едва ли не единственным страхом. Кажется, я больше не представляю своей жизни без него. Я действительно последовала за ним сама. Он нужен мне. Вот только… нужна ли ему я? Пока не могу однозначно ответить на этот вопрос. Он явно мной заинтересован. Но каковы причины этой заинтересованности? Как скоро я ему надоем, и он захочет от меня избавиться? Потому и молчала. Пыталась оценить обстановку. В Москве меня осенило, что вот-вот мы уедем заграницу, и оттуда я уже не доберусь автостопом до дома. Если Марк поступит так же, как мой биологический отец, то мне останется только скитаться по чужой стране. Решение сбежать далось мне нелегко, поэтому, когда Марк поймал меня в холле, пусть и при абсолютно постыдных обстоятельствах, я была счастлива. Больше не сбегу… Пока у меня будет сохраняться хоть призрачная иллюзия, что я ему нужна, не сбегу.

Я действительно счастлива. Быть с ним рядом. Оказаться подальше от места, величаемого домом. Марк пообещал, что я пойду в университет, он сделает мне гражданство, права. Однажды я уже все это слышала. Потому-то и не могу расслабиться. Каждую секунду жду подвоха.

— Кастрюлю-то я нашла. А что готовить?

Я покосилась на диван, на котором должен был лежать Марк, и, не обнаружив его там, осмотрелась. В этот самый момент сильные руки подхватили меня за талию, и моя пятая точка оказалась на разделочном столе.

— Что ты делаешь?

— Я все же быстренько приготовлю сам, — пробормотал он, вытаскивая какие-то продукты из холодильника. — Поедим, а потом позволю тебе поиграть в строгого доктора.

— Я могла бы сама…

— Успеешь ещё. Немного пообвыкнешь, и эта кухня будет в твоём полном распоряжении.

Я окинула взглядом просторное помещение. У меня весь дом раза в три меньше, чем у него одна кухня.

А Марк оказывается не из простых. Вот и спрашивается: на кой я-то ему сдалась?

— Нравится? — Марк проследил за моим восторженным взглядом.

— Ещё бы, — благоговейно прошептала я. — Да о такой кухне каждая хозяйка наверно мечтает.

— Теперь она твоя, — он улыбнулся.

Конечно, он преувеличивает. Но я все же смутилась. Было приятно, что он хочет мне угодить. Кроме того, кухня действительно восхитительна. Деревянная столешница, на которой я сидела, была точно подобрана под цвет пола. Роскошно. Но вот темно-серые матовые шкафчики внизу и белые глянцевые наверху вызвали у меня некое недоумение.

— Так задумано? Или просто закончились одного цвета… — неуверенно пробормотала я. — Конечно, все равно классно получилось, но…

Марк проследил за моим пальцем, указывающим на цветовое многообразие, и рассмеялся.

— Если тебе так не нравится, то я могу дозаказать фасады в цвет?

— Глупости. Вот ещё мебель менять, от нечего делать, — буркнула я. — И так понятно уже, что у вас денег куры не клюют. Ни к чему выпендриваться…

— Мы снова на «вы»?

— Чем вы вообще занимаетесь? — проигнорировала я его замечание.

По мере того, как мне стала открываться обычная жизнь Марка, я почувствовала себя такой мелкой и незначительной, что стало неловко ему ТЫкать. И ещё я поняла, что толком ничего не знаю об этом человеке.

— Я программист, — коротко ответил он, нарезая овощи.

Потянувшись, я взяла с доски дольку помидора, и положила в рот.

— Я поняла, что вы постоянно на компьютере работаете и все такое, но что конкретно? Программисты же пишут всякие программы, сайты. А что делаете вы?

— Для человека, у которого даже компьютера никогда не было, ты неплохо осведомлена.

— В теории я довольно много знаю. В библиотеке же не только художественная литература. Там и всякие журналы познавательные попадались.

— Журналы, говоришь, — задумчиво пробормотал он, высыпая овощи на сковороду.

Наполнил водой кастрюлю и поставил на огонь. Потянулся в мою сторону и, взяв полотенце, стал неторопливо вытирать руки, неотрывно глядя на меня.

— О чем ты мечтаешь, Ник? Кем бы ты хотела стать? Может, есть что-то, что тебя зацепило в этих твоих журналах?

— Мы же вроде только что о вас говорили? Мою жизнь вы повидали уже достаточно. Теперь я хочу хотя бы немного узнать о вашей. Или… это что-то незаконное? — насторожилась я.

Он засмеялся, и я выдохнула.

— Может, встречала в своих журналах название что-то типа «умный дом»?

— У-умный дом? — переспросила я, пытаясь вспомнить что-то похожее, но ничего так и не приходило на ум.

— Активация, Бивис! — вдруг громко сказал Марк.

— С возвращением, хозяин! — послышался вдруг из ниоткуда голос.

Я вздрогнула от неожиданности.

— Поздоровайся, Бивис. Это новая хозяйка дома. Вероника Шолух. Позже она продиктует тебе свои данные. Предоставь ей полный доступ к управлению.

— Как прикажете, хозяин. Если я буду вести себя хорошо, вы больше не станете меня отключать?

— Ты слишком болтлив. Вот дойдут руки тебе настройки поменять, тогда и перестану выключать.

— Ч-что это? — шокировано прошептала я.

Казалось, Марк говорил с неким невидимым глазу человеком, наблюдавшим за нами через какие-нибудь скрытые камеры.

— Искусственный интеллект. Подобными моя компания оснащает дома. Этим я и занимаюсь. Когда пришёл на рынок, их уже было дуром. Но я добавил некоторые фишки в свои программы, отчего они стали как бы более очеловеченными. Шутят, могут поспорить, съязвить или же похвалить. Поэтому они стали разлетаться, как горячие пирожки.

— Хозяин, важная информация! — снова заговорил электронный голос.

— Что ещё?

— Вы просили сканировать все программы, при каждом включении.

— Допустим.

— Я не могу обнаружить сигнал Бата в доме мистера Артонта. Последние сохранённые данные о том, что сработала противопожарная сигнализация.

Марк нахмурился, и задумчиво покачал головой. Казалось передо мной сейчас совершенно другой человек. Такой серьезный и деловой, что я почувствовала себя неловко. Ещё недавно он с трудом уговорил меня впустить его пожить в свою лачугу. Собственными руками зарубил петуха, которого я боялась. Потом по моей воле спал в палатке. И куда делся этот «свой парень», которого я могла заткнуть за пояс? Ну, или хотя бы попытаться. Сейчас даже язык не повернётся.

Марк достал из кармана брюк телефон. Я собиралась уже слезть со стола, чтобы не мешать ему работать. Но он вдруг положил свою ладонь мне на бедро.

— Не сбегай, — провёл пальцами у меня за ухом, вызывая мурашки. — Это быстро.

Кажется, он идеален во всем. Каждое движение, слово… Разве могу я рассчитывать на «долго и счастливо», когда и в подметки ему не гожусь?

— Привет, Эйден. Что с Дубиной? Ко мне поступили данные, что в твоём доме был пожар? — он помолчал, слушая собеседника. — Вот как… Хорошо. Восстановим, без проблем. Как только закончится ремонт, звони. У меня к тебе тоже просьба будет. Обсудим при встрече.

Он положил трубку.

— Давай ужинать?

Даже готовит прекрасно. Едва четверть часа прошла, как он приготовил пасту не хуже, чем в ресторане того отеля в Москве. Ещё и потушил овощи, сделав что-то вроде тёплого салата. Затем усадил меня за стол, так и не позволив помочь с сервировкой:

— Ты за мной ухаживала, пока я был гостем в твоём доме. Моя очередь.

— Вы мне ещё и денег давали. А мне нечем отплатить.

— Где это видано, платить похитителю за проживание? Забыла: ты мой заложник, — он усмехнулся, опускаясь за стол напротив меня. — Приятного аппетита. Конечно, это не сравнится с твоей картошечкой, но хоть что-то…

За едой я то и дело поглядывала на Марка. Такой заботливый, что я теряю всю свою собранность. Мне бы трезво оценивать ситуацию, в которой я очутилась. Но голова забита лишь мыслями о нем. Сколько ещё сюрпризов скрывает этот мужчина?

— Спрашивай уже, — вдруг сказал Марк, отложив вилку.

— Что?

— Ты так смотришь неспроста. Тебя явно что-то интересует. Спрашивай. Я готов честно ответить на любые твои вопросы.

— Что я за это буду должна? — я подозрительно прищурилась.

— Ну, если за это можно просить что-то взамен… тогда — вопрос за вопрос. Ты мне, я тебе. Пойдёт?

Немного обдумав, как много я хотела бы утаить, я все же кивнула. Если он прямо спросит насчёт моего биологического отца — я отвечу. Хотя сама эту тему поднимать не рискну. Я все еще не разобралась с источником его привязанности. А вдруг он видит во мне дочь? Потому и заботится? И едва узнав, что это не так, выставит на улицу? О прочих же моих скелетах он не сильно осведомлён. Надеюсь. Значит вроде, и волноваться не о чем.

— Тогда мне стоит начать… — пробормотала я. — Как так вышло, что вы настолько хорошо меня знаете, что по одному взгляду понимаете, чего я хочу? При том, что я толком ничего о вас не знаю.

Он так пристально смотрел мне в глаза, что, показалось, будто я сморозила какую-то глупость.

— Я просто наблюдаю. Ты ещё слишком молода и порывиста. Нередко мысли расходятся со словами, а ещё чаще язык работает вперёд мозгов. Перерастешь. Я тоже таким когда-то был. Теперь предпочитаю помалкивать и наблюдать.

Он описал меня достаточно точно. Но я была бы не я, если бы спокойно восприняла критику в свой адрес.

— Вы мухлюете! Это вообще можно считать ответом? Какие-то общие слова!

— Ты ведь все прекрасно поняла, — усмехнулся он. — Но возмутиться обязана.

Я прикусила губу. Он действительно слишком хорошо меня знает.

— Лааадно, — протянула я, стараясь игнорировать уязвлённую гордость, — ваша очередь.

— Первое, чем ты хотела бы сейчас заняться? — выпалил он, явно подготовив вопрос заранее. — Только честно. Пусть то будет поступление в универ, возвращение домой или просто прогулка в парке — скажи мне. Я хочу сделать это для тебя.

Я задумалась. Домой я точно не хочу. Кроме того, Марк просил дать ему месяц. Я никуда не спешу. Но об универе ещё явно рановато говорить. Как минимум уровень моего разговорного английского оставляет желать лучшего. О!

— Честно? Мне бы язык подтянуть. С письменным нет проблем вроде, а вот устная речь хромает. В деревне особо не с кем было практиковать.

Казалось, Марк улыбнулся во все тридцать два. Кивнул. Неужели он так счастлив, что я попросила его о чём-то?

— Значит, наймём репетитора!

— О, нет! — я замахала руками. — Никаких репетиторов. Подумала, может Уолт, как носитель языка мог бы помочь. Или ещё кто. Мне просто немного практики… Бесплатной.

Неизвестно, сколько тут обойдутся услуги репетитора. Я же потом вовек не расплачусь.

— Это ещё лучше, — просиял Марк. — Тогда тебе будет достаточно моей помощи. Устроит?

Я кивнула, стараясь удержаться от сытой ухмылки. Значит, займётся со мной языком лично…

— Спрашивай. Твоя очередь, — подтолкнул меня Марк.

— Про работу я вроде как поняла. А что ещё? Хобби, увлечения? Чем занимаетесь в свободное время?

— Обычно в свободное время я работаю. Есть конкретные мероприятия, под которые я выделяю окно в своём графике. К примеру, разного рода приемы. Но это тоже можно отнести к работе. Всякие деловые встречи и прочее. Моя отдушина — мотоцикл. Бывает после напряженного трудового дня, погоняю с ветерком по ночному городу и спать. Раньше ещё боксом увлекался. Но на это требовалось времени больше, чем я готов был потратить. Знаешь ли, весь этот восстановительный период, когда ломают нос, дело довольно энергозатратное… Что? — видимо он уловил вопросительные нотки в моем взгляде.

— Если вы такой занятой, откуда было время, чтобы торчать в деревне? Ещё и меня с собой потащили. Чтобы я тут одна в квартире чахла, пока вы вечно на работе?

— Волнуешься, что у меня не будет хватать на тебя времени? — Марк ухмыльнулся. — Во-первых, чаще всего я работаю дома. Не вижу смысла пылиться в офисе, когда вся моя деятельность заключается в этой серебристой коробочке, — он кивнул на ноутбук, лежащий на журнальном столике перед диваном. — А во-вторых… не знаю, поймёшь ли ты. Но я все равно попытаюсь объяснить. Я всегда занят, не потому, что у меня много работы. Для этого у меня есть целая команда разработчиков. Мое дело нехитрое. Знай себе проверяй, как они справляются с обязанностями. Это скорее… от скуки что ли?

Он тяжело выдохнул и, взяв в руку вилку, принялся ковыряться в своей тарелке. Мне почему-то стало так грустно. Как же так? Он такой… такой… даже слов не подобрать. Но как так вышло, что от него веет одиночеством? Похоже, именно это он спрятал за словом «скука». Повинуясь внезапному порыву, я вдруг потянулась через стол и накрыла его руку своей. Марк поднял на меня взгляд полный смятения.

— Ник… ты чего?

— Просто. Захотелось потрогать тебя.

«Чтобы ты знал, что я рядом. Значит ты больше не один…»

— Мы снова на «ты»?

«Да, потому что сейчас ты снова кажешься мне более реальным человеком. Со своими тараканами и душевными ранами».

Я отпустила его руку и неловко поерзала на стуле.

— Моя очередь, — ему явно не терпелось задать свой вопрос.

Я кивнула.

— Где твоя медаль?

— Что? — я удивилась, откуда он вообще о ней знает.

— Я видел на фотке. Просил Уолта ее поискать, посчитав, что это будет очко в пользу успешного зачисления в универ. Он не нашёл.

— Кхм, — теперь я отложила вилку, и принялась ковырять край стола, стараясь что-то придумать.

Погорячилась я со скелетами. Что-то он все-таки да разведал. Весьма неожиданный вопрос. И что я должна сказать? Потеряла? Украли? Хотя, это отчасти правда…

— Отвечай быстрее. Нечего выдумывать небылицу, — строго велел Марк.

Все-таки поражает, насколько хорошо он меня изучил.

— М-мама отдала ее…

— Кому? — потребовал он.

— С-стасу.

— Это тот мальчишка, которого она у тебя увела? — немного брезгливо выдавил он.

О Боже, он и это помнит? Вот же язык-помело у меня!

— Отвечай, Ника.

Я кивнула.

— Сссука, — прошипел он.

Я подняла на него испуганный взгляд.

— Тебе стоило раньше мне все рассказать. Я бы разобрался!

— На правах кого, Марк? — ляпнула я, не подумав.

— Да плевать! — взорвался он. — В данном случае, хоть отец, хоть парень… Раз тебя больше некому защитить, это буду делать я!

Он был так зол. Из-за того, что меня обидели. И эти его слова… Его взгляд вдруг смягчился.

— Ну что ты? Плакать собралась? Напугал тебя. Черт. Ник, я не хотел. Давай продолжим? М? Или спать хочешь?

Я шмыгнула носом. Прочистила горло и задала вопрос, терзавший меня уже не первый день:

— Почему ты до сих пор один?

— Женщины? — уточнил он, откидываясь на стуле.

Я кивнула.

— Знаешь ли… хотя, пожалуй, ты-то знаешь. Одиночество такая штука… к нему привыкаешь. И потом сложно впустить кого-то в свой панцирь. Да и… до недавнего времени не было человека, которого я захотел бы впустить…

— Значит поэтому и неважно, в каком качестве я оказалась в твоем доме? Я просто лекарство от одиночества?

А Марк был прав, когда сказал, что язык работает вперёд мозгов.

— Поверь мне, важно. Но… — он нахмурился, и я заметила, как на столе сжались его кулаки, — я буду любить тебя в любом случае.

Что… Что он только что сказал?! Я же не ослышалась???

— Не бойся только! — он замахал руками, явно оценив мое ошарашенное выражение лица. — Это не то, что ты подумала. И тебя это ни к чему не обязывает. Что-то вроде родной души… Понимаешь? Ты стала важна…

Он все бормотал какие-то невнятные оправдания, а мне хотелось, чтобы он просто заткнулся и позволил все понять так, как мне того хотелось. Но я сделала вид, что приняла его нелепые объяснения.

— Завтра мне нужно будет съездить в офис, — Марк поспешил перевести тему.

— Ты ведь болеешь!

— Пустяки, — отмахнулся он. — К тому же, думаю, к обеду уже вернусь. Я оставлю тебе немного денег. Если чего-то захочется, — он указал на телефон, висевший на стене, — попросишь Бивиса позвонить Уолту. У него завтра отсыпной после командировки, но он все равно вечно бездельничает. Пусть хоть с тобой повозится.

Я лишь улыбнулась в ответ, и уже собиралась закрыть дверь, но Марк остановил меня: (3303c)

— Я надеюсь, то, что я ляпнул, не подумав, не станет тебя беспокоить?

— Все в порядке.

Его глаза метались по моему лицу, будто он норовил прочитать ещё какой-то ответ помимо данного вслух. Но я не позволю. Покер-фэйс. Не хочу, чтобы он знал, что я буду теперь каждую ночь вспоминать эти его слова. Раз это не то, что я подумала, то и ему знать не о чем…