Глава 15

– Хочешь не хочешь, а надо, Варя. Ты же знаешь, мама любила свою работу, и ты не можешь пустить весь бизнес под откос.

Глеб разместился на диване в мамином кабинете, а я… я сидела в ее кресле и чувствовала себя не в своей тарелке. В последний раз я здесь была, когда мама пыталась научить меня уму разуму. Но, кажется, ничего не получилось, потому что сейчас я с ужасом смотрела в документы и понимала, что для меня это темный лес.

Кажется, я никогда не смогу руководить компанией. Совсем не мое это.

– Глеб, – я повернулась к мужчине и только хотела озвучить свои мысли, когда в кабинет постучали. – Войдите.

Дверь открылась, и в кабинет вошел давно позабытый Лебедев. Я ошарашенно уставилась на наглую ухмылку Артема, выбритый наголо подбородок и в принципе лощеную физиономию.

Какой же мерзкий отвратительный тип.

– Здравствуйте, голубки, – неприятным голосом произнес он, проходя по кабинету, не закрывая за собой двери.

– Какого черта ты здесь делаешь? – Савин тут же поднялся из кресла и поравнялся с Лебедевым, не позволяя тому пройти дальше. – Разве ты чего‐то не понял тогда, еще в тот вечер?

– Не кипятись, я не к тебе пришел.

Глеб резко перехватил Артема за горло и потянул вперед, прижимая его спиной к стене.

– Глеб, пожалуйста, я прошу, не надо, – мужчина перевел на меня непонимающий взгляд, а я продолжила: – Пусть этот мерзавец скажет, зачем пришел, и проваливает отсюда.

– Ты слышал, что сказала блондиночка? – язвительно произнес Артем, на что Глеб с силой толкнул его в стену, крепче сжимая горло.

– Ты уверена, что хочешь слушать эту гниду?

Я кивнула.

– Говори! – рыкнул Глеб, продолжая удерживать Артема за горло.

– Сначала отпусти.

– Глеб, пусти его.

Я не испытывала к Артему жалости, просто хотела, чтобы он поскорее убрался из офиса. Видеть его не могла.

Савин с ненавистью одернул руки и отошел буквально на полметра. Я знала, он боялся, что Артем может мне навредить, и потому не хотел, чтобы тот приближался.

– Говори и проваливай.

– Какая ты грубая, Варенька. А так ли ты заговоришь, когда узнаешь новость, с которой я пришел?

Я прищурилась? Что ему еще от меня нужно?

– Плясать под твою дудку я точно не буду. Говори, с чем пришел?

– У меня есть акции компании.

Удар под дых.

– На мое имя.

– Хорошая попытка, но это ложь.

– Уверен? – он перевел взгляд на Глеба и хитро улыбнулся. – Документы в сейфе.

– Допустим, что это правда. Откуда у тебя акции?

– И тебя не интересует, сколько процентов?

– Варвара Сергеевна задала четкий вопрос, будь добр, ответь на него, – Глеб снова двинулся на Лебедева, но тот выставил руки ладонями вперед, как бы защищаясь.

– Какие вы здесь нервные. Наташа мне сама отписала акции. Десять процентов.

Я нахмурилась, откидываясь на спинку кресла и сверля его ненавистным взглядом.

– Как она могла тебе их передать? Мама была в здравом уме и не могла такое сделать.

– Малышка, ты еще слишком юна и наивна для таких вещей. Бывают случаи, когда женщины не контролируют себя.

Мне захотелось вмазать ему по наглой холеной роже. Он пришел оскорблять мою покойную маму? Да как он смеет?

– Еще одно слово, и я тебя лично придушу, ты понял, подонок?

Я поднялась из кресла и руками уперлась в столешницу, едва сдерживая порыв расцарапать ему морду.

– Почему ты думаешь, что твоя мать не могла под воздействием наркотиков…

– Заткнись! – закричала я и швырнула в него ручкой. – Ты ничего не знаешь о моей матери, и не смей открывать свой поганый рот в ее сторону.

– Ты все сказал? – рявкнул Савин, переводя на него взгляд.

– Все, – хмыкнул идиот и, развернувшись, прошел к двери, когда вдруг вспомнил и обернулся, – думайте, сколько хотите заплатить мне за эти акции.

Нагло ухмыльнулся и закрыл за собой дверь.

Я, тяжело дыша, прикрыла глаза, пытаясь унять свои эмоции.

Какой же ублюдок.

– Варя, успокойся. Я прошу тебя, пожалуйста, всегда помни о том, что внутри тебя ребенок. Думай о нем и о вашем общем состоянии.

Я слушала Глеба и кивала, а сама не могла успокоиться. Ненавижу ублюдка, ненавижу.

Савин осторожно усадил меня в кресло. Я открыла глаза и лбом уткнулась в ладонь, не понимая, что мне нужно делать дальше. Глеб налил в стакан воды и подал его мне. Я кивнула и немного отпила.

– Прости. Я…

– Успокойся и не позволяй эмоциям овладеть твоим разумом.

– Да, ты прав. Просто он говорил такие вещи о маме.

– Мы с тобой оба знаем, что он врет. А если бы даже это и оказалось правдой, разве это могло бы повлиять на твое отношение к маме? Разве ты перестала бы ее любить?

Я посмотрела на него удивленным взглядом.

– Нет, конечно. И я знаю, что это неправда. К тому же она лечилась от онкологии, и врачи бы точно знали. Я даже думать об этом не хочу.

– Ты знала Наташу, как маму, а я знал ее, как подругу. И обычно друзья говорят о том, о чем не скажут детям. И она никогда ничем подобным не увлекалась. К тому же это было бы заметно. Потому мы с тобой даже мысли подобной допускать не можем.

Я кивнула и бросила взгляд на фотографию в рамке. Мама давно ее поставила, я знала. Мы вдвоем, счастливые, улыбаемся и радуемся жизни. Тогда мы не подозревали, что нас ждет в будущем.

– Я не знаю, что делать, Глеб. Просто не знаю. Это все не мое, не для меня. Я не хочу этим заниматься, но я не могу бросить мамино дело. Я не могу поступить так.

– Акции мы в любом случае заберем. Все до единого процента. Это твое, Варя, и только ты полноправная хозяйка компании.

Я перевела взгляд на Глеба и хмыкнула.

– Какая из меня хозяйка. Я даже мысли собрать в кучу не могу. Ладно мысли, я же во всем этом тугая до безобразия. А малышка? Что я буду делать, когда родится дочка?

– Я помогу тебе, Варя.

Я смотрела в его глаза и понимала, что этот человек действительно тот, кто не бросит меня в трудную минуту. Именно он всегда был с мамой и ни разу ее не предал, а значит…

– Глеб, женись на мне.

Глеб удивленно посмотрел на меня, или скорее как на умалишенную, и, взяв мою руку, бедрами уперся в стол.

– Ты не подумай, что я хочу тебя на себе женить и таким образом привязать. Я уверена, что мужчину ничем к себе не привязать. Более того, ты сможешь жить как захочешь.

– Варя, портить паспорт печатью я точно никогда не собирался, – произнес он, заставляя меня почувствовать себя неловко.

Я опустила взгляд и медленно покачала головой.

– Прости, я просто хотела…

– Варя, не извиняйся. Скажи прямо.

Я подняла взгляд и глядя ему в глаза произнесла:

– Я только тебе могу доверять. Я хочу, чтобы ты женился на мне для того, чтобы я передала тебе компанию.

– Ты с ума сошла? Это дело всей жизни твоей матери.

Я покачала головой.

– Да, ты прав, но… главной в жизни у нее была всегда я, а потом работа. Глупо звучит, но даже так получится, что я буду под твоим крылом. Маминых два любимых дела. Повторюсь, я не обязываю тебя любить меня и быть верным супругом. Я хочу передать тебе бизнес. А жениться… просто чтобы компания была под двойной фамилией, но принадлежала полностью тебе.

– Вот это ты загнула.

– Я знаю, что ты сможешь отнестись серьезно к бизнесу, а я… мне бы только пирожные и торты печь.

– Не знаю, Варя, это все сложно. Я в ступоре, если честно. Никогда не думал, что девушка будет предлагать мне жениться на ней.

– Понимаю, – кивнула и поднялась из кресла, как неожиданно была перехвачена в крепкие мужские руки. – Ты чего?

– Ничего. Хочу обнять свою девочку.

Я посмотрела в его глаза и утонула в ласке. Не верила, что на меня будет смотреть таким нежным взглядом Глеб. Мой любимый мужчина, человек, который мне очень дорог все эти годы. Он смотрел так, что мне хотелось плакать от счастья. И даже если он не согласится на мою авантюру, я все равно не перестану его любить. Я пойму и приму любое его решение.

Я потянулась к его губам и почувствовала на затылке крепкую руку. Прикрыла глаза и поцеловала его. Нежно, не спеша, наслаждаясь его губами, его близостью, его нежностью. Я сама руководила процессом, и Глеб позволял мне быть главной. Я обхватила его верхнюю губу и слегка потянула. Отпустила, проделала то же самое с нижней и углубила поцелуй, вовлекая наши языки.

Глеб простонал мне в рот и одной рукой сжал ягодицу, прижимая меня к своему паху. Я охнула, но целовать не прекратила. Руками схватилась за его плечи, а в следующую секунду попой сидела на столе.

Было ли мне стыдно? Нет. Я мечтала об этом, ждала этого и желала получить мужчину в полное пользование. Это же не слишком грубо звучит?

– Варя, что ты со мной делаешь? – прошептал Глеб мне в губы, прокладывая дорожку из поцелуев по щеке к ушку.

– Ничего. Я же…

– Ты соблазнительница. Я схожу с ума от одного твоего поцелуя. Твои губы, – он лбом уткнулся в лоб и большим пальцем надавил на нижнюю губу, – какие они нежные, малышка.

– Не думала, что тебя можно этим удивить.

– Почему?

– Кажется, у тебя было много девушек, и куда опытнее, чем я.

– Разве дело в опыте? – он пальцами убрал прядки волос за ухо, продолжая внимательно рассматривать мое лицо. – Дело в самой тебе. Ты не такая, как все.

– Ты о чем?

Наверное, я спрашивала только потому, что хотела услышать от него ласковое слово. И, скорее всего, я понимала, о чем он говорит.

– Я даже никогда таких красивых не встречал. Нежная моя, добрая, чувственная, ранимая… Мне кажется, твои достоинства можно перечислять вечно.

Я прикрыла глаза и, прикусив губу, пыталась не расплакаться.

– Знаешь, о чем я жалею?

Я открыла глаза в ожидании ответа.

– О том, что позволил тебе уйти к другому. Пусть и не в прямом смысле, но я буквально толкнул тебя тогда в руки Алекса.

Он сожалел, что не стал моим первым мужчиной?

– Я все равно всегда была твоей, даже если бы ты меня не принял.

– О чем ты говоришь, глупышка? Это ты меня приняла, дурака. А я теперь забираю тебя себе.

– Это значит, что ты согласен на мне жениться? Ради бизнеса, конечно.

Глеб покачал головой.

– Сейчас я не готов ответить тебе. Мне нужно время все обдумать. Черт! Как глупо звучит. Будто это я девушка, а ты мужчина. Мы с тобой обязательно вернемся к этому разговору, чуть позже. Ладно?

– Конечно.

То, что Глеб говорил мне сегодня, и так выбило меня из колеи. Я не ожидала услышать всех этих слов и сейчас находилась в таком состоянии, что мне большего и не требовалось. Я была счастлива и знала, что мама на небесах радуется за меня. И пусть прошло слишком мало времени и мне все еще очень больно осознавать, что ее больше нет рядом физически. Я хотела… хотела жить дальше, зная, что ее душа всегда со мной рядом.

И Глеб, он сегодня удивительный. Все его слова звучали как признание, и мне этого было больше, чем достаточно. Этот мужчина всегда был и будет для меня особенным, даже если однажды он захочет уйти.

– Ты уже думала о том, как хочешь назвать дочку?

Неожиданный вопрос прозвучал от Глеба, но я улыбнулась и пожала плечами.

– Если честно, нет.

– Мне нравится имя Любочка. Как ты смотришь на это?

– Мне тоже нравится. Любовь Александровна, звучит красиво. Но все же, я должна буду спросить у Алекса. Он отец и тоже имеет право выбирать имя малышке.

– Конечно.

– Ты не обидишься, если ему не понравится?

– Нет, если что, вторую дочку назовем Любочкой.

– Что?

Слова Глеба повергли меня в шок. Что он имел в виду, говоря о второй дочке? Он уже что‐то решил для себя, или просто оговорился?

– Это я так, к слову, – тут же поспешил оправдаться, быстро целуя меня в губы.

– Не знаю, забеременею ли еще раз. По крайней мере, не от любимого больше не собираюсь, – хмыкнула я и, выбравшись из объятий Глеба, прошла по кабинету.

Налила в стакан воды и сделала несколько больших глотков.

– Я хочу домой, Глеб. Беременность делает из меня ленивую женщину. Сейчас бы надеть теплый домашний костюм и испечь вкусного тортика. А потом пить чай под какой‐нибудь фильм.

– Желания должны сбываться, – произнес Глеб, остановившись позади меня и обхватив мою талию руками. – Поехали в магазин, купим необходимые продукты и вместе что‐то приготовим. Кстати, я умею готовить вкусную пасту со сливочным соусом и креветками. Мог бы порадовать тебя.

Я развернулась в его руках и улыбнулась.

– Правда? Я бы с удовольствием попробовала блюдо в твоем приготовлении.

– Тогда решено. Едем за продуктами и домой.

Я кивнула и, потянувшись, поцеловала Глеба в губы, каждый раз радуясь, что не нужно ждать его разрешения. Или не нужно бояться, что он оттолкнет меня.

Глеб снова оставил все дела на своего помощника. Мне было немного стыдно, но я понимала, что сама не справлюсь с делами компании. И не хотела лезть в то, чего совершенно не понимала. Я только поверхностно знала, с чем имею дело, но этих знаний очень мало для того, чтобы грамотно вести бизнес вверх.

В итоге в магазине пришлось покупать не только продукты, но и множество различного инвентаря.

Когда я начала спрашивать у Глеба о том или ином предмете на его кухне, в ответ получала удивленный взгляд. Кажется, он иногда не понимал, о чем я спрашиваю. И при этом он выглядел забавно. Я смеялась и получала нежный поцелуй в нос. Он не обижался, принимал мои добрые шутки и улыбался в ответ.

Домой мы приехали с кучей пакетов! Благо были на машине и не пришлось вызывать такси. Мы бы просто не унесли все купленное в руках.

Дом. Так странно называть домом квартиру Глеба. Я и подумать не могла, что когда‐то буду жить здесь. А теперь это случилось, и я даже чувствую себя здесь на своем месте. И с удовольствием возвращаюсь каждый раз.

Уверена, живи я здесь одна, было бы не так уютно и тепло. Ведь куда приятнее, когда вы живете с любимым мужчиной, который с радостью открывает свои объятия, особенно в тяжелые минуты жизни. Когда ты возвращаешься домой и знаешь, что тебя ждут, когда хочется торопиться, чтобы успеть приготовить любимому человеку ужин. Все это вызывает приятные эмоции.

И сейчас сгрузив все пакеты с покупками на кухне, я устало выдохнула и, улыбнувшись, прижалась к Глебу. Он тут же раскрыл свои объятия и носом уткнулся мне в макушку.

– Хочу тебя на этом столе, испачканную в муку, – прошептал он, вызывая по телу приятные мурашки и волну от ожидания обещанного.

– Как мы успели заметить, любовница из меня никакая, но я буду исправляться.

– Не говори глупости. Тебе все простительно.

Глеб поцеловал меня сладко, что даже пальчики на ногах подогнулись от настигнувшей истомы в моем теле. Мне захотелось, чтобы он коснулся меня между ножек и доставил удовольствие, чтобы ласкал языком мои набухшие складочки и дарил наслаждение, от которого буквально сносит крышу.

– Я знаю, о чем ты думаешь, – прошептал любимый, рукой сжимая мою грудь.

– И о чем же?

– О том, как я буду ласкать тебя.

Я посмотрела в его глаза и смутилась. Откуда он знает?

– Не переживай, я сделаю это, чуть позже. Ты же не против?

Я медленно покачала головой, в предвкушении прикусив губу.

– Иди в баню, нам нужно готовить ужин, – выдохнула я и, поцеловав его в нос, принялась разгребать покупки.

Глеб улыбнулся на мою реакцию и вышел из кухни.

Весь инвентарь для начала нужно было помыть. Потому я, переодевшись в домашнюю одежду, занялась делами на кухне. Позже присоединился Глеб, собираясь приготовить обещанную пасту и соус. Насколько я поняла, он по телефону решал вопросы по работе, потому не стала его отвлекать своими просьбами. Хотя признаюсь честно, что мне без него было грустно. Единственное, что грело мою душу, так это понимание, что он здесь, в квартире, и сейчас присоединится ко мне. А еще я дурела от того факта, что собираюсь готовить именно для него.

Мамочка, неужели ты была права? Я до сих пор поверить не могу, что Глеб со мной, и пусть он не говорит о любви, но я вижу, как ему нравится быть рядом со мной. Да и, если бы он не хотел, вряд ли бы предлагал серьезные отношения. А он предложил. Значит, хоть что‐то, но чувствует. И пусть это будет только страсть, я все равно счастлива рядом с ним.

– Ну что, позволишь доставить тебе удовольствие?

Глеб неожиданно сбросил со стола тарелки, и те со стуком разлетелись о кафель на мелкие осколки. Я перевела взгляд на один кусочек и улыбнулась. Ну и фиг с ними! Если мой мужчина настолько страстный, что готов бить посуду в своем доме, почему я должна об этом волноваться?

Он усадил меня на стол и, руками раздвинув колени, разместился между ног. Я в предвкушении прикусила губу, а Глеб, не собираясь томить меня в ожидании, набросился на меня с властными поцелуями. Я сходила с ума от губ, которые мяли мои. Один его поцелуй доводил меня до безумия и заставлял почувствовать между ног желание. Трусики намокли от его ласки, и я рукой накрыла пах Глеба, показывая, что желаю поскорее получить его в себя. Но мужчина, кажется, был настроен на немного другой расклад. Он подцепил мою кофту и стянул ее через голову, оставляя меня в лифчике и штанах.

Я облизнула губы и игриво улыбнулась, отметив счастливый блеск в его глазах.

– Не носи дома лифчики, прошу, – прохрипел он и, заведя руки мне за спину, расстегнул крючки и отбросил лифчик в сторону, – смотри, какие отметины на коже. К черту эту тряпку.

– Ладно, как пожелаешь.

Глеб склонился и, обхватив губами сосок, втянул его в рот. Я простонала, закидывая голову назад и чувствуя напряжение внизу живота.

Почувствовав боль в локтях, я медленно опустилась спиной на столешницу и тут же услышала дикий рык. Глеб обхватил двумя руками грудь и принялся с жадностью ласкать каждую по очереди. Я ногами обхватила его бедра и, простонав от очередной ласки, прижала его ближе к себе.

Между нами давно не было секса. Только тогда, одна ночь и утро. Знаю, что запомню это на всю жизнь, ведь именно тогда сбылась моя маленькая мечта. А сейчас я понимала, что мужчина не передумает, сославшись на мою девственность или на свой страх быть в ловушке серьезных отношений. Он уже попал в эту ловушку. Согласился на нее. А я в свою очередь сделаю все, чтобы эта «ловушка» стала для него настоящим счастьем. Я подарю ему всю свою любовь, только бы он понял, как может быть хорошо мужчине и женщине под одной крышей.

А еще иметь постоянную девушку и не тащить в свою постель каждый раз новую. Ведь страсть можно пронести через всю жизнь, если между двумя взаимная любовь.

Глеб проложил дорожку из поцелуев в ложбинке, спустился ниже, к пупку, и бережно дотронулся рукой до животика.

– Никогда не трогал беременяшек. Прикольно осознавать, что внутри тебя находится ребенок.

– Еще прекраснее будет ощущать его. Когда он начнет пинаться, это будет очень интересно.

– Ты позволишь мне проживать эти минуты вместе? – он посмотрел на меня из‐подо лба таким взглядом, будто думал, что я осмелюсь отказать ему.

– Конечно, позволю. Разве я буду вызывать тебя на встречу для этих минут? Мы ведь вроде вместе жить будем?

– Это даже не обсуждаются. Просто я слышал, что некоторые беременные женщины не позволяют трогать их живот.

– Скорее я тоже одна из них. Но ты ведь мой мужчина и…

– Папа для малышки?

– Папа? Два.

– Что два?

– Папа два. Ведь Алекс, он отец ребенка и…

– Конечно.

Больше мы разговаривать не стали. Глеб стянул по моим ногам спортивные штаны, отбросил их в сторону и подцепил пальцами красные трусики.

– Твои трусики промокли, – прошептал он и, склонившись, поцеловал в самую сердцевину через тонкую ткань.

Внизу живота прострелило сладкой болью. Я приподняла бедра в ожидании дальнейшей ласки и почувствовала прикосновение горячих пальцев к оголенной плоти. Глеб сдвинул трусики и, склонившись, языком прошелся по набухшим складочкам. Я простонала.

Сумасшедшие эмоции ощущать на себе его язык.

– Ты любишь такие ласки?

– Наверное, каждая девочка их любит.

Глеб улыбнулся на мой ответ и языком прошелся прямо по входу.

Я руками схватилась за столешницу и прогнулась в спине, понимая, что его язык быстро приведет меня к оргазму. Мурашки по коже, тугой узел внизу живота, горячие прикосновения и обжигающее дыхание. Это все в совокупности доводило меня до безумия. А когда его пальцы коснулись клитора, я почувствовала дрожь в теле и лишь убедилась в своих мыслях.

Вот что значит чувствовать любимого мужчину.

– Тогда готовься получить удовольствие.