Глава 41

Богрид

Богрид никогда раньше не бывал в горах. Почему-то он думал, что здесь будут лишь голые скалы, но нет. Деревьев здесь и вправду росло мало, но вот травы и кустарников — в избытке. Он заметил даже цветы! Это стало для него неожиданностью. Если бы не ситуация, в которой он оказался, впору залюбоваться видами.

Солнце клонилось к вечеру и освещало красноватыми лучами камни, облепленные зелеными островками трав с вкраплениями разноцветных соцветий.

Тяжело дыша, Бо упал на землю и провалился спиной к каменному выступу. Воздух здесь был странным, от него слегка кружилась голова, а тело казалось непривычно легким. Он безумно утомился.

Теперь, прокручивая в голове все, что произошло, он понял, что лучников было двое. Получается, всего четверо врагов застали их врасплох и за несколько щепок уничтожили половину его отряда. Что случилось с остальными, Бо не знал, но надеялся, что им повезло не меньше, чем ему.

Во рту стоял привкус крови. Бо сплюнул на землю окровавленную слюну. Он и не заметил в пылу битвы, как от сильного удара прокусил язык. Теперь он противно саднил, и хотелось пить, но вода и все припасы лежали в седельных сумках на лошадях. При нем был только меч да кинжал в голенище сапога, а еще плащ поверх куртки.

По крайне мере, Богриду удалось сохранить жизнь, чего не скажешь о людях, с которыми он выехал из Вольмиры. Их кровь навсегда останется на его руках. Он несет за них ответ. Бо на миг прикрыл глаза, грудь распирало от обиды и злости непонятно на кого.

— Помоги мне, помоги же… — прошептал он, посмотрев на розовые облака. — Эти жертвы не должны быть напрасными!

Прислушиваясь к здешним звукам, он все ожидал погони, но ее не было. Тело не желало слушаться приказов, как бы Богрид ни старался. Он хотел встать, хотел продолжить путь, но оказался обессилен и полностью вымотан.

Он отполз в тень между двумя валунами и затаился там, не пряча оружие в ножны. Стремительно темнело, и Богрид подумал о том, что ночью в незнакомой местности очень легко свернуть себе шею. Теперь он мог рассчитывать только на свои силы, нельзя рисковать жизнью, зная, что Ринара ждет помощи. Положительная сторона все же нашлась: одного пешего человека гораздо сложнее обнаружить, чем целый отряд конников. Теперь главное напасть на след Рины.

Он вытащил из кармана ее кольца и вертел их в руках до тех пор, пока совсем не стемнело. Нужно поспать хотя бы несколько лучин. И хотя мысли беспокойно бились в голове, усталость взяла свое: закутавшись в плащ, постепенно он расслабился и начал погружаться в сон. Нагретые солнцем камни медленно отдавали тепло, одновременно защищая от горного ветра. Если бы он мог нарвать себе лапника, было бы еще лучше, но даже без веток оказалось вполне сносно, или Бо просто смертельно утомился.

Проснулся он от того, что кто-то трогал его одежду. Он дернулся, резко открыв глаза и сжав рукоять меча. Рядом с ним стоял козел и невозмутимо пытался съесть кусок его плаща.

— Мэ-э-э? — будто удивился козел.

— Мэ. Что — мэ? — немного раздраженно произнес Бо и попытался отпихнуть наглое животное. Козел повертел головой, но отходить не спешил. — Кыш! — Бо замахал руками. — Брысь отсюда!

Ему показалось, что козел посмотрел на него с обидой в жутко странных глазах с горизонтальным зрачком, но все же отошел, напоследок снова заблеяв.

Уже рассвело, и Богрид на удивление чувствовал себя сносно. Настолько, что смог без труда подняться и размять затекшее тело. Оно, разумеется, болело, но не настолько, чтобы он не продолжил путь.

Ночью ему чудилось журчание воды где-то неподалеку, и теперь он шел прямо на этот звук. Через несколько щепок он вышел к небольшому горному ручью, жадно напился ледяной водой, роняя капли на одежду, а потом умылся. Богрид сразу почувствовал прилив сил.

Он готов! Искать Ринару и княжича, сражаться хоть с сотней врагов, выцарапать дорогих ему людей из лап у похитителей. Да даже у самой смерти! Только ему нужно знать направление.

Оглядевшись, Бо никого не обнаружил, кроме уже знакомого козла. Тот стоял неподалеку и не спеша жевал какие-то колоски. Тогда Богрид сел прямо на камни и, глубоко вздохнув, снял с себя амулет.