Глава 46

Тайлер снова укутал меня в одеяло, я прижалась щекой к его груди, а он поглаживал мое плечо и продолжал говорить.

– После окончания Академии, сразу после распределения, каждому выпускнику дают отпуск на две недели, чтобы можно было навестить родных, перед тем как отправиться к месту службы. Я поеду на Север.

– Хочешь поглядеть на дом? – тихо спросила я.

Вся семья Тайлера погибла, но дом мог уцелеть. Наверное, он хотел забрать на память о родных какие-то вещички.

Молодой лейтенант покидал Академию с одним вещмешком, где лежали комплект формы, спальный мешок, обувь и нательное белье – и несколько милых сердцу безделушек, которые станут напоминать ему о друзьях или любимой, о годах обучения в Тирн-а-Тор. Можно забрать лишь то, что сможешь унести на плечах. После отпуска к вещам частенько добавлялись теплые шерстяные носки и рукавицы, связанные руками матушки, – такая традиция. А отцы дарили свежеиспеченным офицерам походный блокнот, обтянутый кожей или тканью – у кого на что хватало денег.

Тайлера никто не ждет в Истэде, да и дом, наверное, разграбили, но мародеры вряд ли заинтересовались старыми игрушками Майи или гребнем матери.

Мне тоже некого навестить. И некуда приехать. Гарнизон сгорел дотла, а спустя три года я вряд ли отыщу на пепелище хотя бы пружину от своей старой кровати.

– Да, домой тоже хотел заглянуть, – согласился Тай. – Но самое главное – постараюсь найти свидетелей того, что случилось в ночь Прорыва. Кто-то должен был уцелеть. Кто-то должен был что-то увидеть.

Я приподнялась на локте и поглядела Тайлеру в глаза.

– Думаешь, остались свидетели? Но почему никто не разыскал их раньше?

– А кому нужны были их свидетельства, если они не вписывались в нужную картину? Королевский советник перед смертью прямо указал на твоего отца. Какие еще требуются доказательства?

– Все равно ничего теперь не изменить, – прошептала я. – Отец обвинен и казнен, его доброе имя навеки опозорено…

– Но ты будешь знать правду, – ответил Тайлер, целуя меня в прикушенные губы. – Ты будешь знать. Разве этого мало?

– И ты сделаешь это ради меня? Потратишь отпуск на поиск свидетелей? Мы даже не знаем, остался ли кто-то в живых.

– А на что мне еще его тратить? – улыбнулся Тай. – Поехать в столицу, чтобы навестить знаменитую улицу Бархатных Грез?

Он, хитро прищурившись, посмотрел на меня. Провокатор!

– Эй! – возмутилась я и шутливо толкнула его в плечо. – Ты теперь серьезный женатый мужчина! Тебе туда ход закрыт!

Тайлер рассмеялся, опрокинул меня на постель, задразнил поцелуем.

– Жена… – промурлыкал он.

В его надежных объятиях так легко было поверить в несбыточное, представить, что мы на самом деле женаты или хотя бы помолвлены. И что каждый вечер будем засыпать в одной постели и просыпаться вместе… Сейчас я так отчаянно завидовала родителям, пусть они и прожили вместе совсем недолго.

– Отдохни, Аль, – сказал Тайлер, подгребая меня под бок и утыкаясь носом в мой затылок. – Иначе будешь засыпать на ходу, а занятия и тренировки никто не отменял.

– Ты меня кинешь на мат, а я тут же и усну, – хихикнула я, уже проваливаясь в дрему.

Не знаю, сколько нам удалось поспать. Сигнала к побудке я не слышала, да и Тайлер обещал поднять меня заранее. Но очнулась я не от его голоса, а от грохота: кто-то колотил в дверь.

Тайлер вскочил на ноги, подавая мне знак, чтобы я не волновалась и оставалась в кровати. Но как тут не волноваться, когда дверь трясется от ударов?

– Ярс, убирайся! – крикнул Тайлер.

– Кадет Эйсхард, немедленно открывайте! – раздался холодный голос, заставивший меня покрыться мурашками с ног до головы: в коридоре стоял князь Лэггер собственной персоной.

Я подскочила как ужаленная, спрыгнула на пол, кутаясь в одеяло. Один только звук высокомерного аристократического голоса повергал меня в ужас. Он здесь. Почему? Как он узнал?

– Я сейчас выйду! – спокойно ответил Тайлер и посмотрел на меня, приложив палец к губам, чтобы я не выдала себя неосторожным словом. – Мне нужно несколько минут, чтобы одеться.

– Мейстер Кронт, открывайте дверь! – приказал князь.

Ректор тоже здесь? Его вытащили из постели с утра пораньше ради визита к рядовому кадету?

Дверь в мою спальню могла открыть я сама и Тайлер – мой командир. А замок в его комнату подчинялся, видимо, руководителю Академии.

– По уставу каждый кадет Тирн-а-Тор имеет право на неприкосновенное личное пространство, – отчеканил ректор Кронт.

– Которое можно нарушить в случае чрезвычайных обстоятельств! – раздраженно рявкнул князь. – Эфор Эйсхард удерживает внутри кадета Дейрон!

Я огляделась, гадая, куда можно спрятаться. В шкаф? Слишком тесно даже для меня. В душевую? Но едва ли князь Лэггер уйдет, не осмотрев как следует каждый уголок комнаты Тайлера.

Как он узнал про нас? Как?

– Все хорошо, – тихо сказал мне Тай. – Тебе нечего бояться. Ты ни в чем не виновата.

Ректор и князь Лэггер еще спорили о пунктах устава, когда Тайлер быстро натянул брюки и повернул ручку.

На пороге возвышался князь, на шаг позади застыл ректор Кронт, а за их спинами маячила знакомая фигура. Медея вставала на цыпочки и вытягивала шею, ее распирало от любопытства. Она увидела меня: босую, растрепанную, одеяло сползло с одного плеча, выставляя на всеобщее обозрение надетую на мне мужскую рубашку. Увидела и сначала вспыхнула от злости, но спустя мгновение на ее лице расцвела мстительная ухмылка.

Князь Лэггер уставился на меня из-за плеча Тайлера.

– Что и требовалось доказать! – выплюнул он.

Он занес ногу, собираясь прошествовать в спальню, но Тай преградил ему путь.

– Я выйду к вам через минуту, только оденусь, – спокойно сказал он и захлопнул дверь перед носом сиятельства.

Меня заколотила дрожь. Я пошатнулась. Тайлер подхватил меня, усадил на кровать. Сам опустился рядом на корточки, взял мои руки в свои, заглянул снизу мне в лицо.

– Все хорошо, – повторил он. – Я сейчас оденусь и выйду, а ты оставайся. Приди в себя, умойся, оденься и иди на занятия. Дверь запирается сама собой. За меня не волнуйся.

– Они упрячут тебя в карцер.

– Я там уже бывал и, как видишь, стал только крепче. – Тай ободряюще мне улыбался и гладил мои ледяные пальцы. – Суровые условия карцера сильно преувеличены.

– Они… высекут тебя плетьми, – выдохнула я, с трудом признавая самое страшное.

Теперь Тайлеру не открутиться: меня застали в его спальне.

– Переживу, – небрежно бросил Тай.

– Это так унизительно…

У Тайлера на миг потемнело лицо. Его накажут на всеобщем построении, на глазах у всех кадетов. Привяжут к позорному столбу.

– Все из-за меня… Слишком большая плата за ночь любви.

– Даже если бы я знал, чем все закончится, я бы ничего не стал менять.

Тайлер поднес мои ладони к губам, поцеловал сначала одну, потом другую, потянулся, чтобы коснуться губ, а потом стал собираться.

Достал из шкафа висящую на плечиках форму, чистую рубашку. Тщательно и неторопливо застегнул все крючки и клепки. Он казался таким спокойным, в то время как меня почти сгибало пополам от страха.

Прежде чем выйти, Тай поглядел на меня от порога. Его уверенный взгляд и мне придавал сил.

– Вечером или завтра утром соберут комиссию, чтобы расследовать инцидент. Ты обязана будешь присутствовать, Аль. Пожалуйста, не пытайся меня защитить. По правилам устава я все равно виноват. Не унижайся перед этим чудовищем. Не плачь и ни о чем не проси. Ради меня.