Глава 13

Эмиль

– Твой личный Добби приказ выполнил, Эмиль Багратович, может, уже носок выдашь? – с довольной харей отчитывался племянник, вальяжно падая на диванчик в моем кабинете.

– Никаких носков! скажи спасибо, что в Магадан не едешь, – отрезал я и глянул на календарь, висящий на стене. – Молодец, за четыре дня управился.

– Знал бы ты, каких усилий мне это стоило!

– Ничего с твоим нефритовым жезлом не случится, ты в основном им договариваешься, – отмахнулся я.

– Ты бы завязывал романы читать про жезлы, ни к чему хорошему они тебя не приведут. Чтобы ты отполировал свой, я работаю не жалея сил. Меня Фрекен Бок так любила, так любила, проказница, что у меня до сих пор уши болят, – заржал Ринатик.

– Даже представлять не буду, что она делала с твоими ушами.

– Она в них орала. Возможно, я контужен. Мне нужен отпуск.

– Собирайся в Магадан, – разрешил я, – там и отдохнешь.

– Эмиль Багратович, я тут в стахановца играю, ночами не сплю, пока ты развлекаешься. А ты вместо благодарности меня в Магадан все грозишь отправить. А ты без меня как без рук.

– Тут ты прав, – согласился я, – поэтому принимай командование, а я в отпуск.

– Свят-свят-свят, – бессовестно заржал племянничек. – Ты бы завязывал с догонялками или переключился на кого-то менее проворного. Бабулька вот давеча тебя пирожками кормила. Ты подумай, шеф: бегать она не будет, а ты всегда накормлен, обогрет и обласкан. А прикинь, как она офигеет, когда защиту светящуюся увидит? Торшером тебя назначит, включать и выключать будет.

Ринат захрюкал, ладно хоть от громкого ржача удержался.

– Поздно, у бабули уже есть один кавалер, а у него ружье, Лукерья и двое близнецов на подхвате. Я боюсь, – засмеялся я.

– Давай, шеф, но если тебя побьют – домой не приходи, понял? – вернул он мне мои же слова, сказанные когда-то.

– Мал еще меня учить, жезл не до конца вырос, а все туда же – умничать.

– Все там выросло, никто не жаловался, – легко махнул рукой Ринат, – шеф, может, тебе помочь? Ну три раза девчонка убежала прямо из-под носа.

– Тем интереснее, – сознался я. – Ты вот трахаешь все, что в юбке и движется, а ни одну всерьез не воспринимаешь, потому что они тебе достаются легко. Сами ложатся, ноги раздвигают и радостно стонут. А то, что легко в руки идет, не ценится. А теперь вопрос: вспомни быстро, кто тебе отказал?

– Родионовна, – сжал зубы племянник.

– Вот! Ее ты помнишь. Стой! Родионовна – это которая у тебя в универе преподавала? Которой ты зачет никак сдать не мог? – обалдел я.

– Со стояком сильно не поумничаешь. Забудем это досадное недоразумение, Родионовна – птица редкая, нитакуся, и вообще, она замуж вышла и уволилась давно. Да и преподавала она всего год.

– Ты умный парень, делай выводы, – посоветовал я. – Все, садись в мое кресло и рули. Мне звонить только в самых экстренных случаях, с остальным ты сам справишься, я в тебя верю.

– Даю тебе неделю. Не догонишь – сам дурак, – без обиняков предупредил Ринат.

– Все-таки ты пока еще дурной. Не догоняю я ее, а приручаю, даю привыкнуть к мысли, что не уйдет никуда теперь, моя будет, и точка.

– Да-да, я так и думал, – разулыбался этот засранец, – иди уже, Золушка, возвращай принцессе ее туфельки.

– Кстати, о туфельках. Я всерьез задумался сменить имидж и начать носить резиновые тапки. Удобно, блин.

– Уж полночи близится, а старость подгребает… Молчу.

Я взял со стола ключи от машины и вышел из кабинета, со спокойным сердцем оставляя Ринатика за главного.

В его умении решать проблемы я не сомневался, сам учил.

А мне нужно было свободное время, я в полноценный отпуск уже лет двадцать не ходил. Всегда, даже на отдыхе, вынужден был работать, пока не вырастил себе достойную замену. Достойную, пусть и языкастую не в меру.

Крутя на пальце брелок с ключами от машины, по дороге зарулил к своему начбезу.

– Эмиль Багратович? – вниманием я его не баловал, но и он свою работу знал.

Алан умудрился послужить в отряде спецназа, а потом я за огромные деньги переманил его к себе из небезызвестной организации с названием в три буквы.

– Алан, дело есть.

– Слушаю, – напрягся он.

– Григорий Иванович Штер по кличке Умар – слышал о таком?

– Он же карманник и форточник, ничего примечательного.

– Это ты так думаешь, что ничего. Давай очень тихо собери мне на него все, что сможешь.

– Срочно?

– Не горит.

– Что случилось? У нас с ним проблемы?

– Пока нет. Девчонка моя у него в банде была, понять хочу, будут ли у нее с ним проблемы. И если варианты есть – принять превентивные меры.

– Девчонку как зовут? – тут же включился Алан.

– Михайлова Лукерья. Луша.

– Понял, узнаю по своим, – сурово кивнул начбез. – Все?

– Все. Я в отпуск, все вопросы к Ринату, а вот по этому персонажу отчет лично мне. И, Алан, не мне тебя учить, но сделай все филигранно, чтоб никто не напрягся раньше времени.

– Сделаю.

– Работай, – решил я, разворачиваясь.

Вышел на улицу, сел в машину и глянул на часы. Через час у чертовки должен был закончиться рабочий день.

Сам себе кивнул и порулил в сторону едальни, где она работала. Но стоило свернуть за угол, как мобильник ожил, а я немного разозлился.

– Что? – ответил Ринату.

– Шеф, на завтрашнюю презентацию пойдешь? Лукерью нанимать? Ты просил, – напомнил он.

– Нет, не нужно ей в том обществе как официантке светиться. Других возьми и сам там развлекись, – решил я.

– А у тебя серьезные намерения, – снова заржал мелкий говнюк и быстро отключился.

Ехал навстречу своему личному искушению и мысленно ржал, вспоминая анекдот, когда курица сама у себя уточняла, а не слишком ли быстро она бежит.

По примеру пернатой сам себе ответил, что если не догоню, так хоть согреюсь, и улыбнулся своему отражению в зеркале заднего вида.

Я, конечно, предполагал, что слегонца палку перегибаю, но и оставить ее в покое уже не мог.

Как говорил Ринат: «Это фиаско, братан» и полная эмоциональная капитуляция.

Не встречал я еще таких, как она, хотя жизнь меня помотала в свое время. Да и не убегал еще от меня никто так целеустремленно, вызывая нездоровое желание догнать. И влюбить.

Почему-то именно ее хотелось добиваться. Мы, мужики, несмотря на уверенность женщин в их чарах и умении виртуозно играть в любовь, всегда чувствуем искренность. Забавный факт, но когда много лет самые искушенные в вопросах секса и отношение барышни пытались сделать из меня кошелек с ушками, внутри срабатывал протест, и девочки оставались с тем багажом, с которым и появились, а Луша…

Луша не хотела ничего, но тем ценнее она была для меня. Я не хотел любви за деньги, надоело, противно было.

Я, как и все нормальные мужики, хотел домашнего тепла и уюта. Хотел любви, эмоций и чтобы меня любили не за мой счет в банке.

Но, вопреки всему, ей я готов был дать все, что она захочет. Но она не хотела, вызывая диссонанс и пробуждая того, кто хотел добиваться, охотиться и любить.

С этими мыслями я подъехал к едальне, припарковал машину на другой стороне улицы и пешком прогулялся до служебного входа.

Немного подождал, напрягся, когда из помещения начали выходить работники, а чертовки моей не было.

Снова сбежала? Это теперь наш с ней обновленный девиз? Убеги, пока можешь?

Подошел к двери аккурат вовремя, когда из ее недр выплыла расписная, по-другому не назвать, чертовка.

Она немного пошатывалась, глазки затуманились, а сама Лукерья выглядела весьма довольной и немного нетрезвой.

– Вы! – заметив меня, она сфокусировала взгляд, надула губки и свела бровки вместе.

– Я! – радостно согласился я.

– Барсов! – Лукерья пыталась выглядеть строгой. – Знаете что?

– Не знаю. Что? – умилился я.

– Вы… вы… Буржуй вы, вот вы кто! Думаете, что сможете меня купить, да? Раз денег много, то все можно, да? Ан нет. И квартиру я приму, даже не надейтесь, что мы откажемся, потому что вернули вы ворованное десять лет назад. Но меня не купить!

– Какую квартиру, неподкупная моя? – показательно удивился я.

– Которую вы вчера Марте вернули.

– Я никому ничего не возвращал. Более того, абрикосик-джан, я ничего и не крал.

– А… Вчера кто приходил? И сертификат этот? – она дважды моргнула и пошатнулась.

– Не знаю, абрикосик, я такими вопросами не занимаюсь. В отпуске я. А ты от радости, что квартиру вернули, налакалась, да?

– Барсов, – взвыла она, – что вам надо?

– Ты нужна, абрикосик, – честно ответил я, – пойдем, я тебя домой отвезу.

– Нет! – взвилась она. – Гулять хочу!

– Пойдем гулять, – развеселился я, – есть предложения куда? Понял, откажешь. Из вредности, да?

– Да! – честно согласилась она и кивнула.

– Еще в догонялки поиграем? – азартно предложил я.

– Легко! – махнула она ручкой. – Догоняйте.

Попыталась рвануть в сторону, но не рассчитала степень своего опьянения, запуталась в собственных ногах и чуть было не встретилась носом с полом, но я успел схватить ее за руку, дернул на себя, прижал к груди и прошептал:

– Далеко убежала?