Глава 18

Лукерья

Я вышла в приемную, плотно закрыв за собой дверь, и застопорилась, соображая, что мне делать. Перевела взгляд на Марию, сидящую за столом. Секретарь пыталась делать вид, что напряженно работала, но ее заинтересованный взгляд я кожей чувствовала.

Повернулась к ней и решилась:

– Давай сразу переступим этап, где мы друг другу не нравимся, и начнем нормально общаться, а?

Она посмотрела на меня, надула губки, подумала несколько мгновений, а потом открыто и тепло улыбнулась:

– Можешь звать меня Маша.

– А я Луша, – облегченно выдохнула я, подбираясь ближе к ее столу, – ну? Кто против кого, с кем дружить, кого опасаться?

– Тайна на тайну, – решила Маша.

– Годится. Давай, спрашивай, кто я и откуда.

– С тобой неинтересно, – засмеялась она. – Кто ты и откуда?

– Из ресторана быстрого питания, я там официанткой работала. Хочется сказать, что Эмиль Багратович оценил мой ум, память и аналитические способности, но, думаю, основная причина моего найма на работу то, что я его не боялась. Ну и мы были шапочно знакомы до этого.

– Эмиль? Не Ринат? – уточнила Маша.

– Не Ринат, – клятвенно заверила я. – Я так понимаю, младший Барсов тут везде успел тестостероном поплеваться?

– Не то слово. Ходок и бабник, но такой милый лапочка.

– На лапочку не претендую, – быстренько открестилась я. – Твоя очередь. Кстати, Эмиль Багратович очень просил забрать у тебя блокнот с его расписанием.

– Он у Рината Рамильевича. Он забирал, когда дядю подменял, и не вернул. Эмиль Багратович несколько дней был в отпуске, только сегодня снова на работу вышел. Слушай, коллектив у нас неплохой, но в бухгалтерию лучше не ходи. Там Алла Борисовна, но мы зовем ее Фрекен Борисовна, главбух наша, ее сам Барсов побаивается. Девчонки-менеджеры прикольные, но лучше не давать повода думать, что ты дружишь с Ринатом – задолбают. Поверь, там каждая думает, что сможет его захомутать.

– И что? Никто не смог?

– Куда там…

– А Роман Максимович – это кто?

– Это архитектор наш, глава отдела, они на пятом этаже сидят. Нормальный мужик, но зану-у-у-уда. Говорит так медленно, гласные растягивает и до каждой мелочи придирается.

– Он мне уже не нравится, – хмыкнула я.

– Вот и я о том же! Зануда. Но Барсов его уважает, а за занудство не увольняют. Продажники у нас на первых трех этажах кабинеты занимают, но их на месте почти никогда нет. Главнюк у них Леха, одно слово – главнюк. Подсиживает своих же, сделки отбирает.

– Почему его до сих пор не уволили?

– Барсову никто не стуканул просто. Ну и начбез, Алан Лейманович. Весь одиннадцатый этаж в его распоряжении. Зверь мужик, его все боятся и никто не связывается. Но такой…

Машенька закатила глаза и захлопала ресничками, снова создавая сквозняк.

– И что ты теряешься? Ты вон какая красивая.

– Женат, – грустно пояснила Маша.

– Ничего, и на твоей улице случится праздник, – ободрила я. – А есть в офисе кто-то, кого стоит опасаться?

– Бухгалтерию. Всю. Фрекен Борисовну лучше просто не злить, потому что отчитает как маленькую, а вот остальные ведьмы еще и гадость сделать могут.

– Поняла. А где у нас отдел кадров?

– Четвертый этаж, левое крыло. Но можно просто позвонить. Погоди.

Машенька достала из ящика обычный лист формата А4, набрала номер, сверяясь с записями на нем, и хорошо поставленным голосом потребовала:

– Эмиль Багратович просит зайти.

Положила трубку, поднялась и шагнула к копировальному аппарату. Сделала копию и протянула мне:

– Вот. Здесь номера всех отделов. Так, ты вот здесь внизу мне свой номер тоже запиши.

– Поняла.

Я взяла ручку, быстро записала свой номер, и в тот момент из кабинета вышел Ринат, который уже не был таким довольным, как несколько минут назад.

Не обращая ни на кого внимания, он мазнул по нам равнодушным взглядом и утопал в свой кабинет. А Маша взглядом напомнила, что блокнот с драгоценным расписанием начальства у него.

Пришлось бежать следом.

– Можно? – спросила я, появляясь в проеме открытой двери.

– Вход бесплатный, выход платный, – разулыбалось это тестостероновое чудо.

– Денег нет, – отмахнулась я, – мне бы блокнотик с расписанием.

– Заходи, садись, не съем, – видя, что я замялась на пороге, предложил Барсов-младший.

– Нет, конечно, я кислая и ядовитая, потом язвами покроетесь и кожа облезет, станете некрасивый.

Ринат восхищенно на меня уставился и сел за директорский стол. Выдвинул верхний ящик и достал старый потертый ежедневник.

– Погодь, – попросил он, – надо правки внести, Багратыча не было, я тут пару встреч назначил, записать забыл.

– Каменный век какой-то, все давно планшеты используют, – бурчала я, садясь на мягкий диванчик.

– Багратычу не говори, он у нас парень первобытный, из того века, когда камни на бусинки меняли, технический прогресс люто ненавидит. Он на него тоску нагоняет и эту… Ностальгию, во! По прошлому. Так, все, записал, держи. Помощь нужна? Погодь! Во, нашел. Держи визитку, наш-то худеет, еду здесь ему на обед закажи. Предупреждаю сразу: будет сопротивляться, но он сам две недели назад сказал, что нужно следить за формой. Отдаю эту почетную фигуру формы «шар» в твои заботливые руки.

Я подошла к столу, забрала блокнот и рассматривала визитку с логотипом фирмы по доставке правильного питания.

– Поняла, – важно кивнула я. – Это все, Ринат Рамильевич?

– Ой, давай «Ринат» и на «ты», – легко махнул он рукой. – Еще вопросы есть? Ты не стесняйся, спрашивай, я все подскажу. Багратыч у нас мужик суровый, но забывчивый. Так что блокнотик этот береги как зеницу ока, поняла?

– Поняла. Спасибо. Пойду я.

– Давай, если что – забегай, поболтаем, – подмигнул мне Ринат и сосредоточился на работе.

А я листала блокнот, где на первых страницах кто-то писал четким каллиграфическим почерком, а на последних словно передал эстафету поддатой курице – я с трудом разобрала, что там было написано.

– Луша, – выглянула из кабинета Марья, – тебя Эмиль Багратович зовет.

– Иду, – вздохнула я.

Прижала блокнот к груди и потопала в кабинет барина.

Барсов был не один, а в компании приятной женщины из отдела кадров. Я уже начала привыкать, что смотрели на меня все как на Лунтика, который свалился с Луны.

За час мы оформили все формальности с документами, мне выдали трудовой договор, который я забрала с собой для ознакомления, потому что пройдоху Барсова уже успела неплохо изучить.

А после подлый Барсов назначил меня савраской, заставив без конца бегать по офису, а затем и по городу. И, возможно, отомстил за все мои былые прегрешения, прихватив и будущие. Превентивно, так сказать.

Понимая, что я не успеваю к двенадцати, барский обед я без зазрения совести перенесла на час вперед. Собирая глаза в кучу, я забрала его еду у доставщика (и свою заодно) и отправилась кормить барина.

Очень недовольного барина, восседающего в своем кабинете.

– Доброго дня, – пропела я, выкладывая на стол бумажный пакет, – обЭд.

– Он в двенадцать, – напомнил мне Барсов.

– Сегодня в тринадцать.

– Всегда был в двенадцать, я так привык, – уперся он.

– Барсов, я не успела! Вы думаете, что я волшебная пони, что ли? Должна легким топотом копыт перемещаться из одной части города в другую? Планируйте и мое расписание тогда, чтобы я успевала доставлять вам еду вовремя. Или кормите себя сами. Или вообще назло мне отдайте обед другу, а ужин врагу, потому что вовремя не принесли.

Бурча себе под нос, я достала коробку и плюхнула ее перед барским носом. Следом достала пластиковую вилку и бумажный стаканчик с зеленым чаем.

– Приятного аппетита, – пожелала я.

– Со мной обедай, – видя, что я собралась уйти, приказал Багратович. – Как дела? В коллективе приняли?

– Они меня толком не видели, – отмахнулась я.

– Ясно. Что дальше по расписанию? – уточнял он.

– Точно, блокнот! Барсов, а давайте вместо блокнота возьмем планшет, а? Ну неудобно в блокноте.

– Мне удобно, а планшеты ваши ненадежные.

– Надежнее вашего сейфа в швейцарском банке, Барсов. У вас на столе ноутбук, в кабинете кондиционер, а в кармане новенький мобильный, но планшет для расписания вы брать не хотите. Как вы письма отправляете? Почтовыми голубями? Или на камне высекаете каждую фразу, а потом вызываете пять грузчиков и погрузчик?

Он выглядел серьезным, но глаза смеялись. Даже складка между бровями разгладилась.

– Ладно, абрикосик-джан, бери планшет. Но если там что-то перепутается…

– Ничего не перепутается, – счастливо заверила я, – зато все будет понятно. Я в вашем блокноте все утро пыталась разобрать чей-то отвратительный почерк, вот тут точно можно все перепутать.

– Ринат, – вздохнул Барсов, – с детства учителя плакали от его почерка.

Он открыл коробку с едой, закашлялся и брезгливо подхватил листик салата двумя пальцами, вопрошая:

– Это что?

– Лист салата. На вид очень свежий. Барсов, вы мне лично говорили, что решили правильно питаться! Врали?

– Правильно – это мясо! Мясо, а не траву, Луша.

– Трава – это клетчатка! Она для желудка полезная.

– А это что? – откладывая «полезную клетчатку» в сторону, продолжал грозно интересоваться барин.

– Мясо, как вы и просили. Котлета из индейки и гречка. А запивать все будете зеленым чаем, он бодрит.

Барсов возвел очи к потолку и что-то прошептал. Возможно, ругательное, но я не стала заострять на этом внимание.

– А ты что ешь? – напрягся он.

– Бургер и колу, – мечтательно проговорила я, заглядывая в свою коробочку и глотая голодную слюну.

Взяла булку двумя руками, вгрызлась в нее и закатила глаза. Я перенервничала и очень хотела есть.

Барсов, глядя на меня, чуточку побледнел – может, от зависти? – подумал, взял свой судок и пересел поближе ко мне.

Нашел в пакете пластмассовый нож и потребовал:

– Положи бургер.

Я набила полный рот, поэтому молча повиновалась, взглядом интересуясь, зачем ему это все.

А Барсов сосредоточенно порезал бургер пополам, пододвинул ко мне надкушенную часть и нахально отобрал вторую.

– А-а-а-а! – пыталась протестовать я.

– Ага, – согласился Барсов, – я с тобой котлеткой поделюсь, абрикосик. И зеленью.

– Прохиндей, – решила я.

– Завтра обед в моем любимом ресторане закажи, – авторитетно решил он, – номер у Маши возьми.

– А это разве не ваш любимый? – я указала на бумажный пакет, на котором красовался логотип компании. Пакет все еще сиротливо стоял на столе.

– Завтра закажи то же самое на обед, – решил Барсов, – и Рината с нами обедать позови, абрикосик.

– Ладно, – начиная подозревать неладное, согласилась я.

– Ну вот и отлично. До конца дня ты сегодня везде со мной, – щурясь от наслаждения, резюмировал Барсов, доедая мою половинку бургера.

Мы так же дружно поделили его «правильный» обед, который после неправильного был очень даже неплох. Правда, зеленый чай барин пить отказался наотрез.