Глава 22

Эмиль

Работа, как обычно, отвлекла. Через пару часов напряженных переговоров я наконец смог разжать челюсти и перестать пыхтеть, как придурочный бык на корриде.

Остыл даже немного, а то Машенька немного заикаться начала поутру и побледнела так, что румяна не спасали.

Отложил бумаги, телефон и глянул на часы – восемнадцать ноль одна. И чертовка моя не появилась. Не позвонила. И даже почтового голубя ко мне не отправила. И это было странно.

Все ее поведение в тот день вызывало тревогу и желание разобраться. Что-то было не так, и моя интуиция подсказывала мне, что сюрпризов не избежать. Вот только каких? И что она придумала?

Подумал и набрал номер племянника:

– Где ты есть, засранец? Опять без штанов у бабы развлекаешься?

– Эмиль Багратыч, зуб даю, в штанах. Работаю я, на выезде с Шишкиным.

– Бросай все и давай сегодня к мэру сгоняй вместо меня. Документы забери и к себе в сейф спрячь. Понял? Головой отвечаешь. Хотя нет, не головой, она у тебя для красоты и для еды. Другим причинным местом. Охрану возьми проверенную.

– Сделаю, шеф, не волнуйся ты так. Ты сегодня вообще какой-то нервный. Что-то еще случилось? Поделись, облегчи душу.

– Иди ты, – выдохнул я.

– Куда?

– На хутор, бабочек ловить!

– Тебе дневных или ночных? – заржал мелкий засранец. – Все, еду к мэру, на обратном пути захвачу тебе парочку бабочек. Оревуар!

Я встал, размял затекшие мышцы и зачем-то вышел в приемную. И обомлел. Лукерья сидела за столом Машеньки в компании моего секретаря и, высунув язык от усердия, копировала в планшет мое расписание под диктовку Маши.

При моем появлении обе подняли головы и напряглись.

Чертовка была на себя не похожа, сравнявшись цветом лица с белой стеной, и продолжала прятать глаза.

– Почему обе еще в офисе? – не зная, что сказать, грозно уточнил я.

И сердце так нехорошо в груди забилось.

– Расписание вот… – как никогда раньше растерянно ответила мне Лукерья. – А вы? На встречу не идете?

И тут бы мне напрячься, но мозг был занят тем, что пытался успокоить нервную систему.

– Нет, поработаю еще. Допоздна буду, а вы обе можете идти домой.

– Конечно, Эмиль Багратович, – агрессивно махая ресницами, пропела Машенька.

Лукерья тактично промолчала. А должна была съязвить. Или ответить. Как она обычно это делала.

Я развернулся на пятках, заперся в кабинете, забыв, что, вообще-то, хотел кофе, и набрал Алана, снова приказав следить за чертовкой в оба. И отвлекся на очередной деловой звонок, но фоновая тревога не проходила.

Слишком подозрительно вела себя чертовка, и это не выходило у меня из головы. Время за работой летело стремительно, и когда мне позвонил Алан и попросил зайти к нему, я с удивлением понял, что прошло уже три часа с того момента, как я выглядывал в приемную.

– Иду, – буркнул в трубку.

Поднялся, вышел в приемную и застопорился, когда за Машиным столом снова увидел ту, что весь день не выходила из головы и как заноза болела в сердце.

– Луша, ты почему еще здесь? – не понял я.

– Уже заканчиваю, – бойко отбила она.

– Я спросил, что ты здесь делаешь? – повторил я, вглядываясь в ее лицо.

Лукерья расправила плечи и впервые за день посмотрела мне прямо в глаза. Упрямица. И все-таки чертовка. Глаза наглючие, ведьминские, огнем решимости странной горели.

– Жди меня здесь, через пятнадцать минут вернусь, – велел я, сглатывая ком в горле.

Спустился на одиннадцатый этаж и вошел в кабинет начбеза, который с умным видом глазел на экран большого монитора.

– Глянь, шеф!

Он ткнул пальцем в экран, увеличивая изображение с камеры, стоящей в моей приемной.

И мы оба обалдели то ли от наглости, то ли привлекательности Лукерьи, которая рыбкой скользнула в мой кабинет, а вышла оттуда, прижимая большой баул к груди.

И быстро засеменила к выходу!

– Ловить? – уточнил Алан. – Там пацаны у входа.

– За ней, – решил я, видя перед глазами только красные от ярости круги, – не трогать. Пока не трогать…

Такого я от нее не ожидал. Словно ножом в спину ударила – прицельно, прямо в сердце.

И больно. Так больно было, что дышать трудно стало.

Доверился. Приблизил. Влюбился как пацан. А она просто нагло меня обокрала. Сидела в приемной и ждала, пока я уйду, чтобы что-то украсть.

– Поехали, – велел я, неистово желая разобраться, – ты за рулем.

– Понял. Шеф, она такси вызвала, пацаны ведут, – отчитался начбез.

– Давай за ними, – решил я.

Мы спустились, сели в тачку, где, казалось, подогрев сидения был напрямую из ада. Или меня штормило так, что я спокойно на месте усидеть не мог.

Маленькая вороватая сучка. И наказания своего она не избежит, слово даю.

Ехали долго. Я молчал, а Алан был на связи со своими пацанами, которые координировали наш маршрут.

– Шеф, она домой приехала, – отчитался Алан, – нам за ней? Брать?

– Ждем, – отрезал я, – кому она эти документы отдаст. Сразу всех и возьмем, а что дальше, будем решать по ходу дела.

– Есть! – по-военному отчеканил начбез, сворачивая в неприметный переулок за квартал от дома Лукерьи.

Припарковался, включил радио и сосредоточенно отдавал распоряжения парням, пока я, облегченно выдыхая, читал сообщение от Рината, что все пучком, документы он забрал, спрятал в утку, утку в зайца, а зайца в сейф под кодовый замок.

Не налажал, молодец.

Я прикрыл глаза, упираясь головой в подголовник, и пытался мыслить здраво – отбросить, что мое самолюбие растоптала зеленоглазая вороватая чертовка, и накидать в уме варианты развития событий.

Но то, что случилось, даже я предугадать не смог.

Алан завел мотор, машина резко сорвалась с места, а начбез быстро отчитался:

– Пацаны Умара взяли с папкой.

– Папку мне, Умара в офис, я с ним там переговорю, – быстро решил я.

– Девчонку?

– Сам разберусь.

Алан снова остановился на углу дома чертовки, из машины охраны вышел наш парень и передал мне папку. Синюю. Очень знакомую.

– Это все? – обалдел я, когда увидел ее содержимое.

– Обыскали, больше ничего нет. В квартиру к Лукерье, кроме него, больше никто не заходил.

Шестеренки завертелись, а логическая цепочка – ее поведение сегодня, кража и содержимое папки встало в одну логическую цепочку. Возможно, я немного завис и выглядел как дегенерат, пока соображал.

– Вот… ну, чертовка! – определился наконец я, – ну… ведьма!

– Эмиль Багратович? – позвал меня обалдевший Алан.

– Давай с пацанами езжай, Умара допроси, мне ключи от машины оставь.

– Что будешь делать?

– Чертовку одну наказать надо, – весело хмыкнул я.