Глава 29

— Макс, угомонись!

Широкоплечий мужик хлопает кулаком по столу так, что все, что на нем лежит, подпрыгивает.

Упираю взгляд в Огнева и выговариваю зло:

— Демид! У меня женщину похитили из-под носа, а ты мне — угомонись?!

— Невзоров, остынь, я понимаю, что наша кровь — огненная, но сейчас нужно вычислить, кому выгодно, как в Древнем Риме еще говаривали.

— Дем, ты прикалываешься?! У меня врагов вагон с тележкой, но еще никто в смертники не записывался, чтобы посягнуть на мою женщину!

— У тебя, Невзоров, если мне не отшибло память, и «своей женщины» не было еще, а разовые девки никому не нужны, чтобы их похищать.

Сжимаю зубы. Упираю взгляд в мужика с нереальными светло-голубыми глазами, которые так контрастируют с темными бровями, и делаю глубокий вдох:

— Влада для меня значима.

— Я уже понял, брат. Просто надо сообразить, кто еще это понял, потому что мне кажется, что это и для тебя откровение…

В принципе, в словах Огнева есть рациональность. Я сам вот только осознал, что моя мышка и не мышка вовсе — она та, что мне душу наизнанку вывернула, и за нее я готов врагов рвать голыми руками…

Но. Я. Сам. Осознал это вот почти только что… вернее… с первого взгляда запал на хрупкую девушку, неприметную и кроткую, но… стоило в глаза ее взглянуть, как я затонул, пошел на дно, и сейчас… сейчас меня выворачивает от понимания, что какая-то тварь Влады моей коснулась!

— Я сам поднял шумиху. Журналистов нагнал, чтобы все знали, что у меня женщина есть. Я под удар поставил…

Огнев пожимает широченными плечами. Демид — крупный мужик, мощный, раньше они с Климом занимались подпольными боями, и до сих пор страсть сохранили.

— Братья где? — наконец нарушает молчание Огнев.

— Руслан поднял своих людей, Клим уже летит обратно, он на переговорах был, но вернется к вечеру. Мы всех подняли, но… я уж не знаю, как так получилось, что все камеры были вырублены в торговом центре. Мои хакеры работают… уже отчеты скидывают. Здесь точно не профи работали, скорее похоже, что где-то кабели повредили… ночью дерево повалилось, там бригада работала, поэтому я не знаю, связано ли это все…

— Если связано, то работают командой спецов, но… есть фактор, что может быть просто все… и не так закручено, как ты себе рисуешь, Макс… и ты не там ищешь, — задумчиво отвечает Огнев, разминает шею, чешет бородку и сжимает огромную ручищу в кулак.

— Твое хладнокровие меня бесит, брат, — вворачиваю зло.

— Ну… это не моя женщина пропала… девки вообще для меня разовый материал, так что мне непонятно, что за бедствие у вас, Невзоровых, — влюбляться в фиктивных невест…

Ухмыляется, оголяет крупные белые зубы с ярко выраженными клыками. Хищный оскал у Огнева. Он вообще сам хищник, которому я доверяю, кровь, как говорится, не водица, мы все одной масти.

— Может, это проклятие и на Огневых еще падет, как знать?!

Тянет губы в ухмылке и смотрит на меня со скепсисом, а я погружаюсь в мысли, пытаюсь найти хоть малейшую деталь, чтобы понять, кто именно выкрал Владу.

— Слушай, Макс, а что, если вопрос не в тебе, а в девушке?! — вновь задает вопрос Дем.

Я вскидываю на него взгляд. Готов уже убивать и драться.

— В смысле — в девушке?! Огнев, ты выражайся конкретнее, я сейчас на пределе, и все может кончиться мордобоем.

Демид — мужик тертый, поэтому не реагирует на мой выпад, прищуривается и разветвляет мысль:

— Подумай, Макс. Мои и твои ребята всех конкурентов выпотрошили уже, никто не берет ответственность за похищение. Рус по своим каналам пробивает — глухо. В любом случае тот, кто хотел бы спросить с тебя, уже дал бы знать, что именно нужно, разве это не логично?!

Делаю глубокий вдох, фокусирую взгляд на Огневе, который слывет в мире бизнеса жестким мужиком, привыкшим рвать врагов.

— Да. Должны были дать знать что надо. Должны, — подтверждаю и ощущаю, как у меня в груди все переворачивается.

— Тогда, брат, у меня резонный вопрос: кому выгодно похищать твою мышку?

— Не называй мою женщину мышкой! — рявкаю зло и упираю взгляд в Дему.

— Ты сам ее так величаешь, — следует индифферентный ответ.

— Я могу ее по-разному называть, но фишка в том, что это моя женщина и моя мышка, усек?!

— Да понял уже я все про твой краш, не шебаршись. Макс. Просто шокотерапию включаю, чтобы ты в себя пришел и начал думать, отсекая эмоциональный фон.

Сжимаю зубы. Именно этим и хорош Демид. Он — бесчувственная машина, привыкшая работать и достигать. У него вообще нет эмпатии и сопереживания. В голове вместо эмоций цифры, которые меня сейчас подводят, потому что я… не могу не думать о своей девочке, меня колбасит только от одной мысли, что ее похитили и могу причинить вред!

— Я думаю! Дем! Хватит бесить!

— Плохо думаешь, Невзоров! Вспоминай, кому понадобилась неприметная мышка! Кто на нее зуб точил! Отсекай себя от нее! Возможно, твоя мышка не такая уж неприметная и не такая уж и безвредная. Возможно, враги как раз у нее, а не у тебя!

— Слушай. У Влады были проблемы с двоюродным братом, но с этим я решил. Там на всю голову отбитый беспредельщик, который имеет проблемы с законом и сейчас с дружками под срок подведен. Заметь. Дело вообще не с Владой связано!

— Но ведь ты помог, чтобы его запрятали в места не столь отдаленные? — холодно интересуется Демид.

Я киваю.

— У этого мужика есть мотив. Другой вопрос, есть ли шансы на реализацию? — продолжает наседать Огнев, разбирая проблему на молекулы, как привык.

— Нет. У него нет. Весь преступный синдикат, в котором этот утырок состоял, за решеткой. Плюс они перешли дорогу другим бандюкам, так что там другие терки с разборками. Конкретно сейчас уебку этому не до сестры. Ну и я с ним поговорил, если быть откровенным до конца, на пальцах объяснил, без чего он останется, если хоть задышит в сторону моей женщины…

Огнев вновь тянет губы в ухмылке и отвечает мне уверенно:

— Вот видишь, Макс, что мышка твоя не совсем мышка. Может, еще есть что-то, что ты мне забыл сказать? Может, еще кто-то точит клыки на твою лапулю, а мы не там ищем?

Слова Демида заставляют меня задуматься.

— Послушай, Огнев… Влада — простая девушка, и… у нее нет врагов.

— Не факт, Макс. Ты пойми, я не просто так свои вопросы задаю. Нам нужно докопаться до истины.

— Я знаю, Дем. Ты рационален и сейчас непредвзят. Меня захлестывают эмоции, в то время как ты сохраняешь трезвость ума.

— Хорошо, что понимаешь, а то я подумал, что у нас сейчас мордобой будет…

— Огнев. Влада простая, и единственное, что случилось в ее жизни, что могло триггернуть похищение, — это я, — отвечаю уверенно и встречаю задумчивый взгляд олигарха.

— Вот и я про то, Невзоров. Жила не тужила девочка Влада, у нее был братец-придурок, который попал на бабки или ее там развел, не суть, а потом объявился ты и прижал этого урода.

— Да. Прижал.

— И у него нет никого, кто бы остался на свободе и попытался отомстить обидчикам?! Ну до тебя, ясное дело, не дотянуться, остается девочка. На ней хотят отыграться?!

— Я уже ответил, Дем. Нет. У братца проблем полон рот, и они не связаны с моей женщиной. Там темы братков и прочее. Мои люди следят за ситуацией.

— Хорошо.

Огнев кивает и задумывается крепко. Буравит меня своим тяжелым взглядом. Пытается нащупать ниточки, а у меня впервые в жизни отказывает прагматизм. Эмоции берут верх. Меня потряхивает, потому что… мне не наплевать. Влада стала чем-то куда большим, чем просто девушка по договору.

Она стала для меня важной. И с каждым мгновением я понимаю это все четче. Шутливое проклятие семьи Невзорова на меня тоже распространилось…

Демид поднимается во весь свой немалый рост и проходится по кабинету, приближается к бару и откупоривает бутылку, наливает нам по бокалам напиток богатого чайного оттенка и со стуком ставит передо мной.

— Давай, Макс, это антистресс.

Выпиваем одним махом, Демид даже не морщится.

— Есть еще что-то, что произошло в жизни Влады с твоим появлением?

Задумываюсь крепко. Моя мышка. Милая и неприметная. Исполнительная. Она работала в моей компании помощницей и… не вызывала никаких эмоций.

Сейчас, когда смотрю назад, понимаю, каким идиотом я был… я ведь выбрал ее, потому что считал, что на нее я не среагирую как мужчина, считал, что обезопасил себя и не попадусь на удочку, как мои братья, а на деле… когда она в ресторан пришла в своем алом платье…

Именно тогда я понял, что все.

Мышка… вовсе не мышка. Ладненькая, красивая, нежная, с огромными глазами, которые смотрят на меня с какой-то надеждой…

Вроде такая наивная, но… когда у нее дома оказался, когда работу ее в руки взял, окончательно понял, что имею дело с гением… самым настоящим гением, который неприспособлен к жизни в нашем мире, отсюда и все ее беды…

Эта мысль какая-то странная. Она сильно царапает разум, словно мое подсознание о чем-то кричит. Сильно. Громко. И меня будто торкает.

Нет. Не так. Меня просто хлыстом ударяет.

Буквально ощущаю, как у меня по спине мурашки бегут, иголками распадаются по коже, и я поднимаю взгляд на Демида, который весь подобрался и на меня смотрит.

— Ну?! Надумал что-то, а, Макс?!

Киваю. Пальцы сами в кулаки сжимаются.

— Моя девочка — гений кибернетики. Она дипломную написала, очень серьезную. Там полностью новый подход и прочее, что может быть использовано в качестве новейших разработок… но ее работу у нее отжал профессор Нефедов.

— Нефедов?! — заламывает бровь Демид. Явно в курсе последних сотрясений, потому что дело имеет очень широкий резонанс в высших эшелонах власти.

— Да. Там такой улей вскрылся. Круговая порука. Чуть ли не экстремизм и продажа стратегической информации за рубеж… Все очень серьезно, и вопрос на контроле у вышестоящих структур.

— Погоди, Невзоров. Так кипиш, который сейчас происходит по всем инстанциям, он из-за твоей Влады, что ли?!

Демид выглядит просто выбитым из колеи, а я киваю.

— Скажем так, ее работа мне в руки попала, а потом я выслушал историю, как у студентки ее руководитель дипломной работы самым грязным способом отнял ее труд, присвоил и выдал за свой. Я дал команду, Дем. Мои люди начали разбираться, а там такой шлак вылез…

Кивает. Делает глоток из своего бокала. Яркие глаза смотрят на меня цепко и внимательно, даже не мигая.

— Невзоров. Ни черта у тебя мышка, однако, — улыбается и подмигивает широко, — прям как там… лягушонка в коробчонке…

— Дем, кончай прикалываться. Бесишь, — отвечаю, буравя взглядом Огнева, который неожиданно теряет всю свою веселость и фокусирует на мне свои яркие цепкие глаза:

— Значит так. Как минимум еще один обиженка в полку тех, кто точит зуб на Владу твою.

— Нефедова взяли. Его будут долго допрашивать, а с такими обвинениями, как у него, ближайшие лет этак двадцать мужик будет в местах не столь отдаленных, а учитывая его возраст… ему не выйти…

— Это все понятно. Но. Нефедов, как понимаю, был мужиком с регалиями, разве нет?!

— Регалии были краденными. Он отжимал у своих студентов их труды, присваивал, из-за него многие ребята были отчислены, много судеб переломал, и сейчас мои юристы ищут всех пострадавших от бесчинств этого урода!

Демид прищуривается, тарабанит сильными длинными пальцами по моему столу, а затем резко задает вопрос, который меня выбивает из колеи:

— А у этого профессора, может, подельники имеются, которые в тени остались и все еще на свободе?!