Глава 39.

— Что же ты молчишь, Саргос? — Даррен тихо рассмеялся. — Люди хотят знать правду. Если ты не готов ее рассказать, то это сделаю я.

Он подтолкнул вперёд Норриса. Мальчишка дрожал, но держался стойко, глядя прямо на императора.

— Вот единственный истинный наследник, — Даррен поднял руку, указывая на мальчика и обращаясь к гостям. — Ему пятнадцать лет, а значит, он уже имеет право на трон. Много лет назад Саргос де Марис отравил настоящего императора, а затем решил избавиться и от императрицы. Мой отец — Альвар Ройс — не предатель империи! И никогда им не был! Он поплатился своей жизнью за то, чтобы спасти настоящего наследника.

— Это ложь! — рявкнул Саргос, и я занервничала. Он с такой силой сжал брошь, что казалось, он вот-вот ее раздавит.

— В таком случае, проверь кровь мальчишки, Саргос. Перед всем народом. Тебе ведь нечего бояться? — ухмыльнулся Даррен. — Пусть каждый увидит, кто на самом деле имеет право на трон.

Я медленно пробиралась вдоль колонн ближе к трону. Я боялась, что Саргос совершит непоправимое…

— Разумеется, — его тонкие губы тронула ледяная усмешка. Он вытянул вперед руку и разжал ладонь, протягивая Даррену брошь.

Я нутром чувствовала, что это ловушка. Интуиция настойчиво шептала, что Саргос догадался о подмене и прекрасно понимает, что именно сейчас держит в руках.

В отличие от Амдира.

Он выглядел напряженным и не сводил внимательного взгляда с броши. Вероятно, он до сих пор считал, что она — его единственный путь к императорскому трону.

Стоило Даррену и Норрису приблизиться ближе к возвышению, как случилось то, чего я и опасалась.

Саргос ухмыльнулся и бросил брошь себе под ноги.

— Не думай, что ты самый умный Ройс, — произнес он и попытался ее уничтожить, раздавив каблуком сапога.

Я испуганно вскрикнула. И в тот же момент оживился Амдир.

— Отец! — гневно вскрикнул он и оттолкнул императора от броши, не позволив ему совершить непоправимое.

— Уйди, глупец! — взревел Саргос, едва удержавшись на ногах.

Но Амдир ловко отбил брошь носком сапога в сторону, отбрасывая ее подальше от Саргоса.

Император взревел от ярости. Его лицо побагровело, а глаза заискрились голубым свечением.

И тут я осознала, что он пойдет на все ради сохранения власти.

На всё…

Саргос резко выхватил из ножен серебряный кинжал и рванул Амдира к себе, прижав лезвие к его горлу.

— Недальновидный идиот, — прошипел он над ухом сына. — Я разочарован в тебе. Ты все испортил. Но у меня всегда есть запасной план.

Толпа в зале ахнула. Некоторые из дам упали в обморок при виде этой ужасающей сцены.

— Ни шагу! — прорычал Саргос, обращаясь к Даррену. — Одно движение — и я убью его. И тогда твой мальчишка умрет вместе с ним!

Зал застыл. Даже стража опустила оружие. Никто не осмелился пошевелиться.

Даррен хищно прищурился.

— Ты боишься, Саргос. Боишься правды. Но ты не осмелишься на убийство сына.

— Думаешь?! — голос императора сорвался на крик. — Ты сам дал мне в руки этот козырь. И поверь, я непременно им воспользуюсь.

— Не посмеешь, — настаивал Даррен и… спокойно сделал шаг.

И прежде, чем кто-то успел его остановить, Саргос с яростным рыком вонзил кинжал в грудь Амдира.

В зале раздались вопли ужаса. Женщины визжали, кто-то попытался броситься к двери, но стражники их остановили.

Я затаила дыхание. Сердце сжалось от ужаса. Я смотрела на Норриса, и на его грязную серую рубаху, ожидая увидеть на ней выступившую кровь. Ждала, что Норрис сейчас закричит и рухнет на пол…

Но Норрис стоял. Его глаза широко распахнулись от ужаса, но он был цел.

Ни боли, ни крови, ни крика.

Я покосилась на Мирай, и она довольно улыбнулась, глядя прямо мне в глаза. Словно ждала моего немого вопроса.

Она успела разорвать связь!

Саргос понял это не сразу. Он стоял, застыв и мертвой хваткой вцепившись в кинжал, который торчал из груди Амдира.

— Отец? — в ужасе и с неверием прошептал Амдир и… обмяк в руках отца.

Император выпустил сына из рук, позволяя его телу упасть на мраморный пол, и в ужасе отступил на шаг назад.

Словно только сейчас осознав, что сделал.

— Видишь, старик, — произнес спокойно Даррен. — Твоя дорога к трону пропитана кровью. И так было всегда.

Саргос вскинул голову, с ненавистью глянув на живого Норриса, и яростно закричал:

— Стража! Уничтожить их всех!

Толпа зашумела сильнее, раздираемая страхом и шоком. Пути выхода из зала были отрезаны. У одного выхода стояла дворцовая гвардия, готовая броситься на защиту своего императора, а у другого — люди Даррена. Поэтому бедным гостям ничего не оставалось, как трусливо жаться к стенам.

Раздался боевой клич — и два разных мира столкнулись. К моему удивлению, генерал Белл выступил на стороне Даррена и теперь сражался плечом к плечу с Тэрианом.

Зал мгновенно наполнился лязгом стали и вспышками магии. Гости визжали и бросались в стороны, пытаясь укрыться за колоннами.

— Я уничтожу эту проклятую брошь! — рявкнул Саргос, наращивая магическую силу в руках. — Я вас всех уничтожу!

— Попробуй! — парировал Даррен, и они сошлись в яростном бою.

Искры летели от магических ударов. Саргос обрушивал свою силу на Даррена, но мой темный повелитель стоял как кремень.

Я нашла взглядом брошь и осторожно двинулась к ней, стараясь не привлекать к себе внимания и затеряться в суматохе.

Мир вокруг превратился в гул и хаос, но я не сводила взгляда с большого красного рубина на полу.

И вот, когда я уже протянула к ней руку… Вдруг чьё-то плечо с силой отбросило меня в сторону.

Стражник, отразивший удар врага, случайно задел меня, и я рухнула на пол, захлебнувшись от боли в боку.

Носок его ботинка встретился с брошью и… моя драгоценность покатилась прямиком под трон.

— Да вы издеваетесь?! — прошипела я, поднимаясь на ноги. — Флинн!

— Что?

Он уже обратился в зубастика, вероятно, решив, что теперь ему безопаснее в этом облике.

— Достань проклятый артефакт из-под трона и принеси его Норрису.

— Да меня затопчут!

— Флинн, — протянула угрожающе.

С громкими ругательствами Флинн все же двинулся выполнять поставленную задачу.

Как только брошь оказалась в острых зубах моего фамильяра — он поспешил к мальчишке. Норрис стоял неподалеку от тронного возвышения — бледный, уставший, но его глаза были полны решимости. Когда Флинн доставил ему брошь — он посмотрел прямо на меня.

Я стиснула зубы и чуть заметно кивнула ему.

— Ты знаешь, что делать, — произнесла шепотом.

Норрис не мог меня услышать, но я была уверена, что он понял меня.

Он нервно сглотнул, и его дрожащие пальцы сжали брошь в кулаке. Его лицо побледнело ещё сильнее, но… он сделал шаг вперёд.

Норрис протянул свой указательный палец Флинну — и мой фамильяр от души припечатал в подушечку свой острый клык.

Как только капля крови капнула на рубин — зал ослепил свет.

Рубин вспыхнул ярким белым сиянием, и оно пронеслось по залу, как вихрь, отражаясь в мраморе и золотых колоннах. В этот миг мне показалось, что даже сам Норрис изменился — стал выше, крепче, черты лица стали суровее и взрослее… В его внешности словно отразился весь его род.

Все, кто сражался, замерли. Даже Даррен и Саргос остановили свой бой.

Все уставились на брошь. Красный рубин превратился в чистый прозрачный алмаз, сияющий ярким светом.

Норрис поднял брошь вверх и громко приказал:

— Армия Империи! Приказываю вам сложить оружие и преклонить передо мной колени!

Эхо его крика разнеслось по залу, и наступила полная тишина. Все взгляды были устремлены на мальчика, сияющего легким светом и сжимающего в руках брошь своего рода.

Мгновение — и весь строй дворцовой гвардии бросил оружие, опустился на колени, склонив головы.

Саргос побледнел.

По залу пронесся первый шепоток:

— Он действительно наследник.

— Он жив.

— Да здравствует Император Норрис! — послышался чей-то голос из рядов.

И тут же сотни голосов слились в единый крик:

— Да здравствует Император! Да здравствует новый правитель!

Я закусила губу, чувствуя, как в носу защипало…

У нас получилось. Мы победили!

Вдруг сквозь ликующие крики толпы раздался оглушительный яростный рев.

Саргос зарычал и, вскинув свой клинок, понесся прямо на Норриса.

Он рассекал воздух, готовясь к удару, и наконец вонзил его… В грудь Даррену, что возник прямо перед Норрисом, загораживая мальчишку своим телом.

Зал ахнул. Я вскрикнула от ужаса, а сердце застучало в усиленном ритме.

Даррен дернулся от удара, но не упал. Лезвие пронзило его насквозь, магия клинка трещала и клубилась дымом, пытаясь разорвать плоть…

Даррен посмотрел вниз — на торчащий из груди клинок, и усмехнулся.

— Всё? — с иронией протянул он и поднял глаза на Саргоса. — Доволен? Думал, я рассыплюсь в прах?

Саргос отшатнулся, но Даррен сам шагнул ближе, заставив клинок вонзиться еще глубже. Его губы изогнулись в усмешке.

— Знаешь, это даже приятно. Щекотно. Не хочешь попробовать, Саргос?

— Ты…Ты ненормальный! — прошипел Саргос, отпуская рукоять клинка и отступая на несколько шагов назад.

— Я? Ты только что убил собственного сына. Так у кого из нас проблемы с головой, падший император?

Толпа замерла, люди не верили своим глазам. Амдир лежал мёртвый у трона, Норрис сиял светом броши, а бессмертный Даррен Ройс стоял, пронзенный магическим клинком, и насмехался над императором.

Даррен спокойно вытащил оружие из своей груди и рана медленно начала затягиваться прямо на глазах, оставив лишь пятно крови на рваной рубахе.

— Видишь? — он развёл руки, как актёр на сцене. — Ты не можешь меня убить. Забыл?

Саргос задрожал, его лицо исказилось яростью и страхом.

Даррен сделал еще шаг и приставил этот же клинок к горлу императора.

— А вот я могу очень многое. Но не мне решать твою судьбу.

Он повернулся к Норрису и громко произнес:

— Скажи слово, Император Норрис. И я исполню приговор.

Норрис вновь обратился к толпе:

— Этот человек — больше не император. Его эпоха закончилась.

Саргос попытался вырваться, но клинок Даррена упёрся в его шею.

— Ты хочешь моей смерти, мальчишка? — прохрипел он. — Думаешь, ты лучше меня? Думаешь, сможешь удержать власть?

Норрис выпрямился. Черты его лица заострились.

— Я не ты. Я не стану топить империю в страхе и крови.

— Тогда… что прикажешь? — язвительно спросил Даррен, не отрывая взгляда от Саргоса. — Казнить этого идиота? Или… подаришь ему жалкую жизнь и обречешь на вечные страдания?

Норрис посмотрел Саргосу в глаза и сжал брошь так сильно, что побелели костяшки пальцев. Словно только что вспомнил, от чьей руки пали его родители. Кто именно сделал его сиротой.

Он поморщился от отвращения и презрения и твердо произнес:

— Он будет лишён всего: власти, имени и свободы. С этого дня Саргос — никто. Я обрекаю его на заточение. Пусть он узнает, каково это - каждый день видеть лишь темноту.

Зал взорвался возгласами. Кто-то кричал «Да здравствует Норрис!», кто-то просто ахал от дерзости этого решения.

Даррен оттолкнул Саргоса — и он упал к ногам стражников.

— В темницу его.

Те подхватили его под руки и поволокли прочь. А в зале всё громче и громче звучало:

— Да здравствует Император Норрис!

Мы с Дарреном встретились взглядами.

Он улыбнулся мне и… зашагал в мою сторону.

Медленно. Лениво.

Подошел почти вплотную и, обняв за талию, притянул к себе. Я осторожно коснулась его свежей раны и подняла на него взгляд.

— Ну, вот и все, — прошептала тихо. — Всё закончилось.

— Можно и так сказать.

Я смотрела на Даррена, ощущая себя слепым котенком в этом мире. Совсем не зная, что будет дальше…

— Получается, я свободна? — спросила я, разглядывая его красивое лицо.

— Кто сказал тебе эту чушь? — поморщился Даррен и подался еще ближе.

Наши носы соприкоснулись.

— Но ты же сам сказал, что когда все закончиться…

— Мало ли, что я говорил. Мне понравилось тебя защищать.

— Но теперь меня не от кого защищать…

— Булочка! Вот ты где! — писклявый голос Мулина заставил меня вздрогнуть. — Ройс, а ну уйди от нее! Убери от нее свои ручищи!

— Говоришь, не от кого? — губы Даррена тронула улыбка.

— Беру свои слова назад.

— Так-то лучше, — выдохнул он мне в губы и поцеловал.