Глава 19

Саша

Распрощавшись с доктором, захожу в свой номер. Закрываю дверь. Включаю везде свет. Сразу же звоню соседу, договариваюсь насчет кота. Он обещает уладить все до утра. Даже знать не хочу, что он собирается делать для спасения питомца Воронцова.

Главное, чтобы кота не отравили, уверена, когда Света проснется, она будет рвать и метать от бешенства.

Созваниваюсь со своей второй мамой. Она показывает мне Дениску, сообщает, что он в порядке: отлично кушает, неплохо спит и регулярно ходит в туалет. Они много гуляют. А я очень скучаю.

В какой-то момент мне кажется, что кто-то стучит в дверь. Особенно сильно это чувство давит, когда я принимаю ванну. Я стараюсь расслабиться, но в голове пульсирует мысль о том, что ко мне снова может прийти таец, угрожающий пистолетом. Тут же вспоминаю, что мы нажили еще одного врага, и воображение подкидывает картинку уже целой банды возмездия под моей дверью.

Вообще, идея жить одной в номере в чужой стране больше не кажется мне такой уж привлекательной.

Но есть еще кое-что. Меня возмутили поползновения Воронцова, мне не нравится его ветреность: он приехал сюда со Светой, потом переключился на продажных девок, в перерывах приставал ко мне, затем снова тумблер на девиц, хоп — и вновь я... Но, несмотря на все это, только в его обществе я чувствую себя в безопасности.

И вроде бы я сама себе верю и считаю, что поступила правильно, высказав ему, что думаю, но все равно что-то не то. Мысли зудят и никак не дают успокоиться.

Поэтому я снова захожу в мессенджер и выбираю номер своего психолога. С Дашей мы познакомились, когда умер Виталик. Она очень помогла мне пережить трагедию. И сейчас мне просто необходима ее помощь.

— Привет, — зевает в кулак Дашка. — Я думала, все проблемы решаются морем, а ты зачем-то снова звонишь мне, — шутит она, потому что на самом деле предупреждала, что я могу набирать ее в любое время.

— Доктор, — выдыхаю я, вытирая полотенцем волосы.

— Так, мне нужно заварить кофе. — Встает она с места. — А ты пока подумай, для чего улетела на отдых. Дай мне три четких ответа.

Она исчезает. Слышен звон посуды, тарахтящий звук кофемашины и шипящий капучинатора.

— Итак. — Заполняет собой пустой стул. — Жду твои ответы.

— Отдыхать. Расслабиться. Подтянуть здоровье.

— Как этому всему способствуют мысли о человеке, который находится в тысячах километров от тебя?

— В том-то и дело, что он здесь!

— В смысле?! Воронцов здесь? То есть там? Ты пригласила с собой ненавистного врача?

Ненавистного?! Это теперь звучит в моей голове не так уверенно, как раньше. Рассказываю ей про самолет, ограбление, тайца…

— Выходит, наш дорогой доктор желает вступить с тобой в интимную связь. А ты?

А я не могу усидеть на месте: то встаю, то снова опускаюсь на сиденье. Задумывавшись, ищу подходящие слова.

— Я ему благодарна.

— Тогда просто скажи ему об этом. Спасибо вам, доктор.

— Нет, я не могу.

— Почему?

— Это будет своеобразным унижением. Потому что мне не нравятся мужчины, которые спят с кем попало. Неразборчивые и…

— То есть ты отпустила Виталика?

— При чем здесь мой жених, Даша?! — злюсь я.

Так бывает. Я выхожу из себя, каждый раз, когда кто-то говорит про моего жениха плохо.

— При том, что Виталик как раз и оказался тем самым неразборчивым мужчиной, которые тебе так не нравятся. Он предал тебя, выбрав незнакомую женщину вместо ваших отношений. Почему тогда ты делаешь различия между неразборчивостью Виталика и Воронцова?

Отведя взгляд от экрана, ковыряю неровность на столе.

— Если Валентина Ивановна узнает, что я с ним общаюсь, она умрет от горя.

— Так. — Отпив кофе, Даша громко глотает. — То есть выходит, это не твое желание. Тебе просто удобнее любить Виталика, учитывая, что его мать стала для тебя родным человеком? Она помогает с сыном. С внуком. Она тебе как мать. Воронцов сюда не вписывается. Он для вас обеих враг номер один. И маме, конечно же, удобнее винить плохого доктора, чем признать, что ее сын оказался настолько глупым и упрямым, что делал все, чтобы умереть.

Опять взлетаю со стула как перепуганный голубь с подоконника. Не нахожу себе места.

— Поговорим о докторе, — настаивает Даша. — Он тебя интригует или возбуждает? Выбери.

— Он меня бесит!

— Нет, надо выбрать из моих вариантов.

— Ты меня сейчас тоже бесишь.

Даша хохочет.

— Второе, — отвечаю, скрипя зубами.

— Черт! Я была уверена, что ты выберешь первое!

— Да что там интригующего? Все как на ладони. Гулящий развратный грубиян и бабник!

— Он нравится тебе внешне?

— Немножко. Зря я затеяла этот разговор! — Мне почему-то стыдно. Надо поскорее лечь спать, а утром начать жизнь заново: купаться, загорать, ходить в рестораны, покупать местные деликатесы.

— Он сильный? — интересуется психолог.

Причем спрашивает это с очень необычной интонацией, примерно с такой же режиссеры взрослых фильмов на кастинге осведомляются о допустимых границах. То есть они как бы для себя уже все решили и спрашивают скорее для галочки. Хотя откуда мне это знать? Понятия не имею.

— Мы уже разобрались, что ты боишься взглянуть на доктора из-за того, что можешь расстроить мать умершего жениха. А сейчас давай поковыряемся в твоих собственных ощущениях и чувствах.

— Нет у меня к нему никаких чувств!

Стою и мнусь перед телефоном как нашкодивший подросток. Двумя руками опираюсь на спинку стула, нервно дергаю ногой. Хочется послать свою подругу-психолога далеко и надолго.

— Если ничего нет, почему мы тогда его обсуждаем?

— Потому что он единственный, кого я знаю на этом чертовом острове.

Даша допивает кофе и убирает чашку.

— Ну пусть будет так. Надеюсь, я тебе помогла. Спокойной ночи, Саш, удачного отдыха.

И отключается. Чего?!

Я от злости валю на бок стул. Опять она со мной играет. Эти ее уловочки мне хорошо известны. Вот чего она добивается? Чтобы я признала, что, когда доктор меня трогает, я горю во всех местах? И каким бы он ни был козлом, этот факт нельзя отрицать?

Нет. Я люблю Виталика, и точка. Он просто ошибся, возможно, у него были причины. Он оступился. У него сломалось мировоззрение на фоне какой-нибудь неудачи. Не думаю, что он прям жаждал мне изменить!

Разволновавшись, ложусь спать прямо так: в халате, не высушив и не расчесав волосы. И пусть утром на голове будет гнездо. Плевать, не перед кем мне тут красоваться.

Обняв подушку и повернувшись на бок, только и делаю, что прислушиваюсь к звукам в коридоре. Даже свет боюсь выключить. Надо было еще немного поболтать с Дашей. Соглашаться, что обожаю доктора, и не думать о том, что я тут совсем одна.

Ворочаюсь с боку на бок. И постепенно отключаюсь. Мне снится жуткий кошмар. Я кричу! Мне кажется, я даже физически ощущаю свой ужас. Во сне ко мне приходит целая толпа тайцев, и у всех у них есть оружие…

А дальше… Проснувшись, я осознаю себя в чьих-то объятиях. Этот кто-то гладит меня по голове и уговаривает успокоиться.