Глава 12

Мы переходили из палаты в палату, привычно подпитывая пациентов своей магией. Татьяна Сергеевна уже не контролировала каждый мой шаг, видимо, совместная операция показала, что мне можно доверять.

Две палаты в полном составе готовились на выписку, но это будет только завтра, а сегодня нужно заполнить множество документов. К моему удивлению сделать это вызвались Иван и Яков.

Забрав пачки бумаг, они отправились в сестринскую, а нам с Татьяной Сергеевной осталось заглянуть в последнюю палату, ту самую, где лежал Николай Черкасов.

Во время обхода я успела попросить Зою Павловну дать больному воды, теперь на тумбочке стоял длинноносый поильник, похожий на маленький чайничек. Сам парень выглядел заметно посвежевшим, к нашему приходу его успели умыть и даже причесать.

Целительница провела диагностику, её ладонь зависло над животом больного, она на минуту замерла, потом покосилась в мою сторону, явно заметив моё вмешательство, но ничего не сказала.

- Как вы себя чувствуете? – спросила она Николая. – Жалобы есть?

- Когда мне можно будет вставать?

- Не торопитесь, полежите денек, а завтра мы переведем вас в общую палату.

- Но мне очень нужно! – настаивал он.

- Куда вы так спешите? – удивилась целительница.

Николай бросил быстрый взгляд в мою сторону и жестом поманил ее к себе. Татьяна Сергеевна склонилась над больным. Выслушав его торопливый шепот, она наклонилась, достав из-под кровати медицинское судно, прозванное в народе «уткой».

- Сегодня вам придётся воспользоваться этим, я сейчас пришлю к вам медицинскую сестру.

Чтобы не смущать парня, я сделала вид, что ничего не замечаю. Но Татьяна Сергеевна, словно нарочно позвала меня, попросив разыскать Зою Павловну, так что я вышла, оставив их вдвоём в компании с судном.

Мне пришлось изрядно побегать, пока я не нашла старшую сестру на складе. Вместе мы отправились к нужной палате, внутрь заходить я не стала, дождавшись Татьяну Сергеевну за дверью, после чего мы вместе отправились к родителям Николая.

Те смиренно ждали нас на лавочке, но увидев меня, Вера Даниловна кинулась навстречу.

- Доктор, как там Николаша?

Мне пришлось сразу перевести все стрелки на Татьяну Сергеевну. Целительница быстро справилась с чересчур беспокойными родителями нашего проблемного пациента, отправив их домой.

Получив разрешение прийти завтра в это же время, чета Черкасовых, наконец, удалилась.

Мы с Татьяной вернулись в сестринскую, помогли парням заполнить документы на выписку, а потом все вместе оправились в столовую на обед. Впервые наша бригада действовала так слаженно, это радовало, давая надежду, что мы сработаемся.

После обеда нам пришлось разделиться, сегодня была наша очередь дежурить на приёме в городской больнице. Но Татьяна Сергеевна велела мне оставаться в госпитале, присматривать за палатами, а в особенности за Николаем Черкасовым.

- Варвара Никитична, ни в коем случае не позволяйте больному вставать! – велела она. – Не хватало нам осложнений! Я на вас рассчитываю!

Что ж, придется наведываться в палату Черкасова каждые полчаса. Но свободное время следует провести с пользой.

Сначала я сунулась в кабинет, где хранились бутылочки и баночки с лекарствами, но обнаружила там Илью Ивановича. Сегодня в инфекции работала именно его бригада. Так что втихаря изучить лекарственные препараты не получилось. А ведь сейчас это было задачей номер один.

Интересно, где их производят? Должна же быть какая-то инструкция.

Я задумалась, а потом решила не ломать голову и спросить у человека, который точно всё знает. Помня, что Зою Павловну лучше всего искать на складе, я направилась прямо туда.

Старшая сестра пересчитывала полотенца, складывая их в стопки и записывая в журнал. Я предложила свою помощь, а потом завела нужный мне разговор.

Оказалось, что раньше большую часть лекарств готовили прямо тут, в госпитале. Но старый фармацевт ушел на покой, а нового так и не нашли. С тех пор лаборатория стоит закрытой.

Теперь лекарства поставляются сразу из двух никольских аптек, что-то привозят из Владивостока и даже с самого Иркутска.

Я ухватилась за новость о лаборатории. Если там производились лекарства, значит, и описание точно будет.

- И где эта лаборатория? – спросила я.

- Так во флигеле, видели там на окнах решетки?

- Это тот, что во двор выходит?

- Он самый!

- Как интересно! Всегда хотела попробовать сама составлять лекарства. Нас в лекарской школе немного учили. Как думаете, там остались какие-нибудь книги? Вот бы их почитать!

Зоя Павловна пообещала поискать ключ от флигеля, но не сейчас, а ближе к вечеру. А я вовремя вспомнила, что мне нужно заглянуть к Черкасову. Я и так задержалась.

Подойдя к палате, я почувствовала дующий из-под двери сквозняк. Нахмурившись, потянулась к дверной ручке и услышала голоса. Самое странное, их было несколько.

Помня инцидент с «уткой», я слегка приоткрыла дверь, стараясь не привлекать к себе внимания и тут же возмущённо распахнула её во всю ширь.

- Что тут происходит? – нахмурилась я, разглядывая двух парней. То, что они не пациенты госпиталя можно было понять по их одежде. Они явно только пришли с улицы.

– Как вы сюда попали?

Оба тут же покосились в сторону приоткрытого окна.

- Николай Аркадьевич, как это понимать? – я повернулась к кровати больного, под моим взглядом он натянул одеяло до самого подбородка, словно пытаясь за ним спрятаться. – Почему вы так халатно относитесь к своему здоровью? Только что перенесли серьезную операцию и при этом не желаете соблюдать режим. Хотите осложнений?

Я сердито прищурилась, в ответ Николай как-то обеззаруживающее улыбнулся, состроив глазки милого котика.

- Не ругайтесь милейшая Варвара Ильинична! Это мои друзья, я вам о них рассказывал.

- Те самые, что привезли вас на крыльцо госпиталя и благополучно сбежали?

- Мы не сбежали, - подал голос один из парней, - просто не хотели лишних вопросов. А то бы началось: кто, откуда.

- Я так понимаю, что вы просто были не в состоянии связно разговаривать! – догадалась я, припомнив рассказ Николаши об их грандиозной многодневной попойке.

Парень сразу потупился, подтверждая мои догадки.

- А в окно зачем забрались? Кстати, прикройте его, дует! Вы мне больного простудите!

- Мы переживали, как тут Николай, - ответил второй парень.

- А просто прийти через дверь не судьба?

- Так вы даже его родителей не пустили! – вскинул он голову. – И вообще чего вы тут раскомандовались! Подумаешь, пришли друга проведать!

- Фрол, замолчи! – вдруг прикрикнул на него Николай. – Варвара Ильинична меня считай с того света вытащила. Это она заметила, что со мной что-то не так, потом сама операцию делала.

- Ассистировала, - поправила я его, но на это никто не обратил внимания.

- В общем, господа, я Варваре Ильиничне жизнью обязан! - заявил Николай.

После его слов в глазах парней зажегся огонек интереса.

– Варвара Ильинична, позвольте спросить: вы замужем? – галантно поинтересовался один из парней.

- Нет, но к делу это не имеет никакого отношения! Прошу вас покинуть палату! Вы можете навестить Николая Аркадьевича завтра, ближе к обеду!

- Везёт тебе, Николаша, - завистливо пробормотал парень, как я после узнала, звали его Степан.

Оба визитера подошли к окну. Фрол ловко забрался на подоконник, выпрыгнув в окно. Степан чуть задержался, отвесив мне поклон, он последовал за Фролом.

- Куда? Есть же дверь…

Но они были уже на улице. Фрол сосредоточенно шагал в сторону дороги, а Степан стоял, глядя на окно. Заметив меня, он послал воздушный поцелуй, после чего сорвавшись с места, помчался догонять товарища.

- Весёлые у вас друзья, - вздохнула я, закрывая оконную створку.

- Мы с детства дружим! – гордо похвалился Черкасов. – Вы, Варвара Ильинична не подумайте, люди они хорошие. А что гулянку устроили, так это с нами не часто бывает. Да и повод такой, мы же год на отлично закончили. Знаете, как нас преподаватели гоняли? Настоящие звери! Вот мы немного и расслабились.

- А это у вас что? – я кивнула на тумбочку, только сейчас обратив внимание на лежащий там сверток.

- Это Степан принёс. У его родителей в Никольске несколько рестораций. Зольниковы. Слышали?

- Нет, - покачала головой, - не слышала. Я в Никольске всего несколько дней, нигде ещё не была, даже города, считай, не видела, - призналась я.

- Так давайте я вам всё покажу! – Николай даже привстал в постели.

- Вы лежите, лежите, рано вам еще вставать. А ваше предложение я обдумаю.

Я действительно тут никого не знаю, так что новые знакомства не повредят. Тем более, и сам Черкасов, и его друзья выходцы из знатного сословия.

А ведь родители Вари сами дворяне, в отличие от Ольги, отец которой был купцом. Отсюда всё больше вопросов как они отпустили дочерей в такую даль.

Вдруг перед глазами, словно кадры киноплёнки, замелькали чужие воспоминания. Начитавшись романов и наслушавшись пламенных призывов распределяющей комиссии, подруги решились поднимать медицину в российской глубинке. Им казалось, что они совершают настоящий подвиг.

Конечно, родители были против, они мечтали выдать дочерей замуж, и спокойно дожидаться внуков. Но девушки пригрозили, что просто сбегут, прекратив с родными общение.

Из двух зол, родители выбрали меньшее, снабдив дочерей деньгами, взяв обещание писать письма. О последнем, кстати, мы с Ольгой благополучно забыли. Через два дня наш первый законный выходной, нужно будет сходить на почтамт, отправить родителям весточку. Иначе, есть вероятность, что они прибудут сюда всем табором. А мне этого следует избегать, хотя бы на первых порах.

- Варвара Ильинична, что с вами? – словно сквозь вату донесся до меня голос Николая.

Я покачнулась, ухватившись за спинку кровати.

- Всё в порядке, устала немного… - я потёрла пальцами разболевшийся висок.

- Варвара Ильинична, возьмите это себе, мне всё равно нельзя, - Николай кивнул на сверток. – Или придётся это выбросить, - применил он подлый прием.

В свертке точно была еда, а у нас в доме ни крошки. Вечером, когда мы вернёмся с работы, все лавки уже будут закрыты.

- Хорошо, я разделю это с подругой.

- У вас и подруга есть? – оживился Николай. – Хорошенькая?

- Блондинка, - улыбнулась я.

Все же мальчики – такие мальчики!

Уговорив Николая поспать, я подоткнула ему одеяло и как бы невзначай провела ладонью над его головой, насылая ощущение покоя. Видимо не рассчитала дозу, потому что его глаза сразу затуманились, он глубоко вздохнул, сразу же засыпая.

Я некоторое время стояла возле кровати, прислушиваясь к его дыханию. Нужно с этими умениями быть осторожнее, так и насмерть усыпить недолго, нельзя во всем полагаться на магию.

Удостоверившись, что с Николаем все в порядке, и он просто спит, я ушла. По дороге до сестринской заглянула в другие палаты. После обеда в госпитале полагался тихий час, поэтому многие пациенты тоже отдыхали. Но кое-кто, воспользовавшись теплой погодой, грелся на солнышке, сидя на лавочках недалеко от крылечка.

Но меня среди больных интересовал один солдатик, тот, что был обмотан бинтами с головы до ног. Я обратила на него внимание ещё вчера, тогда его лечила Татьяна Сергеевна. Из медицинской карты я знала, что он сильно обгорел и восстанавливался очень медленно.

Парень лежал у окна и чуть слышно постанывал. Я подошла ближе, протянув над ним свои ладони, пальцы уже привычно закололо от крошечных магических разрядов. Перед глазами развернулась магическая проекция, выискивая проблемные зоны. Только в этом конкретном случае, проблемной зоной был весь лежащий передо мной человек. Всё его тело светилось ярко розовым, указывая болевые точки.

Бедолага! Крепко ему досталось!

Я стала вливать свою магию в самые ярко светящиеся участки, под моими ладонями они постепенно светлели. Парень даже перестал стонать. И тут меня кто-то грубо схватил за плечи, оттаскивая в сторону.

- Ты что творишь? – услышала я голос Ивана. – Варя, посмотри на меня! – затряс он сильнее, я аж зубами клацнула.

- Ты чего, отпусти! – я попыталась отмахнуться, но перед глазами все вдруг поплыло.

- Да чтоб тебя! – выругался Иван, - Сиди здесь, я сейчас!

Меня посадили на что-то мягкое, я попыталась сфокусировать взгляд, но ничего не получалось, я просто стала заваливаться куда-то вбок, благо там тоже было мягко.

Через пару минут Иван вернулся, в полголоса выругался, посадил меня, потом стал что-то пихать мне в рот. Зубы стукнулись о край стакана, и я почувствовала вкус сладковатой жидкости. Компот!

- Пей, давай!

В глазах, наконец, прояснилось, я сидела на кровати, в палате кроме нас и замурованного в бинты больного больше никого не было.

Заметив, что я пришла в себя, Иван совсем по-стариковски принялся ворчать:

- Светлова, ты чем думала? Ты зачем в него столько магии вбухала? А я если бы я не пришёл, кто бы тебя стал откачивать?

- У меня это есть, - я полезла за пазуху, вытащив кулон с небесным камнем.

Глаза у Ивана округлились, он воровато оглянулся, словно боясь, что нас кто-то увидит.

- Спрячь и никому не показывать. За такую вещь могут и убить! И скажи, Светлова, почему имея накопитель, ты им не воспользовалась?

Действительно, почему?

Только сейчас до меня дошло, что я просто не знаю, как это делать.