Глава 15. Шампусик

Я беру чашку в руку и вижу входящего в ресторан доктора. Могу и в него кинуться. Я же психованная, ненормальная нимфоманка с электронным браслетом не правом запястье. Решетов идёт своей уверенной походкой, приподняв подбородок и слегка размахивая руками. Как будто он идёт по ковровой дорожке за вселенской наградой. Удивительно, но мне становится спокойнее. Ставлю чашку на место.

— Хочу вам предложить прогуляться, Лиля. Погода чудесная, чистый воздух, да и довольно любознательно для первого раза, — такое впечатление, что говорит исключительно мне и не замечает мою собеседницу.

— Я не против, доктор, только у меня тут завязался интересный разговор с бывшей одноклассницей, — отвечаю, как ни в чём не бывало.

— Да что вы! Дать вам ещё полчаса? — спрашивает Решетов.

То есть мы играем пьесу, и никто не против.

— Нам хватит? — спрашиваю Натали.

Она кивает. Доктор сразу пошёл куда-то в сторону, увидел знакомого и так далее.

— Сколько проектов ты получила от Германа? — смотрю ей в глаза.

— Несколько, — тихо произносит Натали.

— А точнее?

— Четыре, кажется.

— Нет, прекрасная, тебе не кажется. Их было четыре.

Она не смотрит на меня. Остатки совести явно ей немного мешают расслабиться и чувствовать себя свободнее.

— Тебе стоило мне позвонить. Такое в голову не приходило? — я зову официанта, — Как минимум, тебе это должно было показаться любопытным. А что Герман?

— В смысле?

— Откуда товарец? Он как это объяснял? Ты же спрашивала.

— Он ничего в этом не понимает. Ему лишь бы заработать. Он вечно в своих проектах, которые стоят всегда больше, чем могут принести прибыль. Художник от слова худо.

Подошёл официант.

— Хочешь выпить? — спрашиваю Натали.

— А доктор? — кивает она в сторону Решетова, который сидит на другом конце зала с двумя мужиками.

— А что он нам сделает? Тебе-то точно ничего.

— Давай шампусика.

— Бутылку брюта и оливок, — заказываю я никого не спросясь.

— У нас только крымское шампанское, — чуть ли не извиняется официант.

— Лучше и быть не может, — я поглядываю на доктора, но он делает вид, что увлечен беседой.

— Я сразу догадалась, что это твои проекты. Но почему так дёшево, никак не могла понять, — она так тихо стала говорить, что мне приходится напрягаться, чтобы услышать каждое слова.

— Натали, мне придётся тебе помочь. Вот в этом месте ты врешь. Тебе трудно почему-то врать, хотя раньше я за тобой этого не замечала.

Она вообще замолкает и смотрит на меня чуть ли не со слезами на глазах. Просто сидит и смотрит.

— В чем дело, Натали?

— Я… не знаю, как тебе это сказать.

— Что сказать? — тут я уже нервничаю. Неспроста вся эта экскурсия, ой, неспроста.

— Ты должна мне пообещать одну вещь… — она опять тянет кота за яйца.

— Что пообещать?

— Что дослушаешь всё до конца и постараешься понять.

Появляется официант с ведёрком на ножке, пристраивает его около нашего столика, ставит нам бокалы, вазочку с оливками и начинает открывать бутылку. Даёт мне попробовать, разливает и наконец сваливает. Доктор знаков не подаёт. Не видеть официанта, который открывает шампанское, невозможно.

— Твоё здоровье! — Натали поднимает бокал, — всё образуется.

— Твоё тоже, — отвечаю.

Мы чокаемся и пьём.

— Позвонила твоя мама и рассказала про аварию. Попросила, чтобы я наладила с тобой отношения и не бросала тебя на съедение одиночеству и интернету. Она даже была готова мне приплачивать, чтобы я к тебе регулярно ходила и носила разные вкусности, которые ты любишь. Или брала бы тебя на прогулку вместо Вероники, с которой не о чем разговаривать, кроме как о бытовухе.

— Но ты ей отказала, верно?

— Да. Я ей предложила другое. Держать тебя под контролем.

Я беру бутылку и наполняю бокалы.

— Я знаю, как ты выстраиваешь разговор, Натали, когда тебе надо чего-то добиться. Я ещё всё очень хорошо помню, — шампанское катится по горлу, покалывая пузырьками, — Ты умышленно путаешь меня. В данном случае хронологически. Но не только. Я же попросила тебя рассказывать в соответствии с тем, что было на самом деле, а ты мою просьбу игноришь. Обычное дело, — я опять делаю глоток, — Мне кажется, тебе действительно был нужен ландшафтный проект и тебе действительно хотелось заработать, как всегда тебе хочется, и это нормально. Но тебе был нужен не один, а несколько проектов. Так сложились обстоятельства.

— Вот говорят же, что шизофреники отличаются острым умом, — бросает Натали.

Узнаю дорогую подругу. Наконец-то! А то сидит, строит из себя какую-то стесняющуюся девушку, впервые попавшую в метро.

— Тебе исключительно повезло с клиентами тогда, и всем нужны были облагороженные участки. Новый дорогой посёлок, скорее всего. А тут маман со своей просьбой. Деньги сами просятся на счет. Просятся, но как точно туда попасть, не знают. Первое, что ты сделала, это пообещала озабоченной родительнице со мной связаться и взять под контроль. Сразу скажу, ты действовала не одна. Герман ли, что вероятнее всего, или кто-то другой, но не одна. Знаешь, почему я так считаю?

Натали таращит на меня свои огромные серые глаза. Она не знает, что сказать доктору, который ждёт её отмашки, вставать или ещё сидеть. Возможно, она жалеет, что согласилась прийти. Недооценила шизофреничку.