Глава 21

Валя, кряхтя как старый дед, выбрался из машины. Идти на «фуршет», а на самом деле на элитную попойку, ему страсть как не хотелось, но двадцатиминутные уговоры по дороге на мероприятие ничего не дали, потому душераздирающе зевнув и запахнув плотнее пальто, Валька понуро поплелся за Марком.

Это был не первый Валин «выход в свет», потому он уже успел разработать собственную стратегию поведения, которой и собирался следовать весь вечер. Для начала нужно было вместе с Марком поздороваться с «важными людьми», обязательным в этом пункте было не зевать, пока идет процесс приветствия и обмена «любезностями», большего смирившийся Марк от него и не требовал. Потом шел самый сложный этап: незаметно улизнуть от Марка. Тут просто так не выкрутишься, нужно выждать удачный момент, когда Марка затянут в какую-нибудь оживленную беседу, и осторожно перебраться подальше от «начальства» и поближе к столовой.

Тут важно тоже соблюсти все тонкости: пробовать закуски нужно как можно более оперативно, чтобы никто (в том числе и Марк) не успел заметить его в одиночестве и пристать с разговорами, от которых у Валентина Викторовича наступал особый приступ зевоты, грозивший вполне реальным вывихом челюсти. Если все же поесть в желанном одиночестве не выйдет, предприимчивый Валентин и тут разработал особую технику скрытого сюрикена: напихать в рот как можно больше еды и усиленно ее пережевывать, когда с ним будут пытаться завести беседу.

Если и это не поможет и прилипала окажется слишком настойчивым, то у Вали был еще один туз в рукаве: дожевав тарталетки, Валя, хрипя простуженным голосом, заботливо сообщал, что, кажется, в инфекционке, которую буквально на днях вынужден был посетить по работе, подхватил какую-то заразу, и лучше бы рядом с ним сейчас никому не находиться. Срабатывало это обычно безотказно, но, кажется, те, кто знал его достаточно давно, уже начали подозревать неладное.

В общем, избавившись от «хвоста», Валя, найдя взглядом укромный уголок, оперативно туда перемещался. Чаще всего это были балконы, ниши с плотными шторами, а лучше всего какой-нибудь неприметный диванчик, на котором еще и вздремнуть можно (особая супер-способность Вальки – это спать сидя и, если необходимо, стоя).

В этот вечер Валентин планировал придерживаться заранее выбранной стратегии, и первый этап прошел вполне удачно, вот уже и Марк зацепился с давними знакомыми языком, оставалось только осторожно высвободить ладонь из Марковой руки (Марк тоже не дурак, знал прекрасно все Валины фокусы, потому в последнее время водил его за ручку, но рано или поздно отвлекался и терял бдительность, чем пользовался ушлый доктор) и тут случилось непредвиденное:

– Романов! – Мощный бас заставил вздрогнуть не только Валю, но и Марка.

Валя, как по канонам классического ужастика, медленно развернулся и узрел своего бывшего одногруппника, который вообще непонятно как поступил в мед и, что еще загадочнее, непонятно как там доучился, умудрившись получить диплом. Из тридцать двух человек в группе к концу учебы остались семнадцать самых стойких головастиков заучек, в ряды которых каким-то чудом затесался Сашка Щербаков, хитрый делец по призванию и удачливый бизнесмен по профессии с дипломом хирурга.

Не знающие люди при первом знакомстве думали, что перед ними рубаха-парень, который за своих волосы на жопе порвет и последнюю рубаху отдаст, но на деле Шурик если и рвал волосы, то точно не на своей жопе, а на чьей-нибудь удачно подвернувшейся. Валя, в силу своей натуры, не склонен был кого-то осуждать, потому оценку этому парню никогда не давал, а после того, как узнал из какой жопы тот выбрался, вообще все его причуды не вызывали в нем отторжения.

Возможно, Валя даже обрадовался бы этой встрече, если бы не интрижка, которая между ними произошла. Случилось это на предпоследнем курсе института, странный, неумелый перепихон раскрыл Валентину глаза не только на одногруппника, но и на собственную ориентацию. Наутро они оба сделали вид, что ничего не помнят, и разошлись как в море корабли. И если до конца учебного года Валентин с облегчением думал, что инцидент исчерпан, то с началом последнего учебного года Щербаков развеял его иллюзии.

Видимо, весь год одногруппник примирялся со своей ориентацией, за это же время он определился со своими чувствами, о которых и поспешил оповестить нечаявшую такого «счастия» свою будущую половину. Валя, к удивлению Шурика, радости не продемонстрировал и стал под разными предлогами избегать общения. Поводы и выдумывать оказалось не нужно, учеба на последнем курсе была не сахар, а ординатура серпом шлифанула их отношения.* В общем, отношения между ними так и не завязались, хотя упрямый как баран Щербаков обещал на редких встречах и в смсках, что так просто Вале от него не отвязаться. Благо конец учебы и потерянный мобильник решили эту проблему, которая вот теперь неожиданно нарисовалась.

– Глазам своим не верю! – Щербаков лучился счастьем и скользил по Вальке жадными глазами, не замечая сатанеющего Марка. – Сколько зим, сколько лет!

– Привет, Саш. – Валька кисло улыбнулся, понимая, что вечер перестает быть томным. – Да, давно не виделись.

Дальше все как-то стремительно закружилось и завертелось. Шумный одногруппник быстро привлек к себе внимание, и вот уже несчастный Валька сидел на диване между восторженным Щербаковым и раскаленным до предела Марком, вокруг них толпились почти все гости и задорно хохотали над рассказами Сашки, которые, в основном, касались его учебы с Валькой.

– А что было на выпускном?!

Щербаков опрокинул еще одну рюмку и, зажевав лимоном, принялся за историю, о которой Валька старался забыть как страшный сон.

– Валентин Викторович у нас человек ответственный, потому последний год жил в библиотеке, времени на отдых не было совсем, и вот наконец все экзамены позади, дипломы в руках, можно расслабиться!

– Если ты не замолчишь… – зашипел Валька, уже ни на что не рассчитывая, даже Марк сбавил температуру гнева и заинтересованно прислушивался.

– Поздно, Валя, пить боржоми, когда почки отказали! Эта история стала легендой института!

Щербаков зажевал тарталетку и принялся за рассказ.

– В общем, сняли мы домик на одной из баз отдыха недалеко от института. Все как положено, приехали туда уже навеселе. Бухла море, все шальные и счастливые, девчонки на все готовые. А там на воде были батуты, на один из которых можно прыгать с вышки и, отпружинивая, лететь в воду, но в этот день он был полуспущен, потому никто им и не пользовался.

В общем, куролесили мы весь день, пили, жарили шашлыки, купались, драли глотки под гитару, к нам как раз компания из соседнего дома присоединилась – там тоже студенты выпуск отмечали. В общем, на улице наконец ночь, романтика, песни задушевные, и тут Ритка спрашивает:

– А где Валя?

Валька обреченно закатил глаза, обиженно отворачиваясь от заводилы. Марк, к огорчению Вали, имел такой же заинтересованный взгляд, как и все остальные.

– Что тут началось, поначалу мы думали, он по нужде ушел, но когда и через полчаса Валя не обьявился, а в доме и вокруг дома мы его не нашли, тут-то все запаниковали и принялись искать. К утру на ушах стояла вся база отдыха, включая администрацию. Когда рассвело, у берега в воде мы сланцы Валины нашли… Что тут началось! Девчонки рыдают, да я сам чуть не поседел.

Щербаков и правда прекратил смеяться и хмуро взглянул на потупившегося Вальку.

– Вызвали полицию, а те водолазов. Начали прочесывать озеро. Я уже слова подбирал, чтоб бате его сообщить, и тут часам к трем, когда мы уже окончательно отчаялись, свершилось чудо!

Щербаков театрально всплеснул руками и закатил глаза.

– Воскрес наш утопленник! Выспался на полуспущенном батуте и как ни в чем не бывало под ошарашенным взором водолазов, полиции, администрации, преподавателей, которые с нами тоже отмечали, своих одногруппников, ну и прочих неравнодушных неспешным брассом причалил к бережку.

В уже знакомой тишине, прям как в тот день, Валя обреченно вздохнул и закрыл лицо ладонями. Через несколько секунд грянул смех. Все заливались хохотом, подтрунивая над незадачливым доктором.

– Если ты расскажешь финал этой истории… – зашипел Валя на ухо Щербакову. – Я не знаю…

– Дай свой номер, и я могила, – без тени юмора ответил одногруппник, впившись в Валю острым взглядом.

Валька предпринял попытку отвертеться, но ничего не вышло, потому, проблеяв свой номер, добрый доктор Айболит ретировался на веранду, откуда его через двадцать минут забрал заревновавший Марк, пытавший Вальку всю оставшуюся до дома дорогу о том, что их связывало. Валька как мог отпихался, но чуйка Марка никогда не подводила, потому уже в квартире загнанный в угол доктор, распсиховавшись, проорал:

– Да трахнулись мы разок, блин! Сколько можно?! – Валька стянул ботинки и, сняв пальто, бросил на скамейку у двери.

– Разок? – Будто выслеживая добычу, Марк весь напрягся, плавно следуя за взвинченным Валькой, который вроде как переодеться пытался, но лишь нервно метался по гардеробной, хаотично перекладывая вещи с места на место.

– Представь себе! – огрызнулся Валька, дергая застежку часов на запястье.

Марк подошел вплотную и, перехватив Валину руку, расстегнул часы, снял их с запястья, но ладонь из своей не выпустил.

– Трудно поверить, что такой, как Щербаков, мог тебя упустить…

Валька почти забился в угол между комодом и стеной. Марк сжимал ему запястье и нависал угрюмой скалой над ни в чем неповинным доктором.

– Я не безвольный идиот, чтобы это зависело только от него!

– Может быть…

Марк навалился на Вальку и, сжав волосы на затылке, осторожно потянул, заставляя Валю запрокинуть голову, открывая беззащитную шею с родинкой под челюстью, которую Марк особенно любил. Нежно коснувшись ее поцелуем, Марк приблизился к заалевшему уху. Валя к этому времени учащенно дышал и возбуждено ерзал, уменьшая и без того остатки выдержки Марка.

– Если я узнаю, что ты с ним наладил контакт, а он попытается, я уверен, и ты мне об этом не рассказал… Я тебя запру в доме!

Марк, обхватив Валин подбородок, повернул его лицом к себе и заглянул в блестящие от возбуждения, но тем не менее настороженные Валькины глаза.

– Я так уже делал, когда ты больной таскался на работу, и сделаю так вновь, только на этот раз это будет не неделя.=