Глава 42

Такой стресс не мог пройти бесследно, и ночью мне снилось, будто я бегаю по лечебнице в поисках детей, зову их, но никто не откликается. Потом я распахиваю дверь и бреду по длинному коридору с сотнями дверей. Ветер их открывает, заставляет хлопать, и за каждой я вижу кусочки из своей прошлой жизни. Останавливаюсь перед одной и решительно захожу внутрь.

И задыхаюсь. В глаза бьет яркий дневной свет, я слышу гул машин, вижу такую знакомую дорогу, которой ходила домой. Вдоль нее тянутся тополи и высажены аккуратные подушки белых цветов. Прямо передо мной красным пятном выкатывается мячик, а за ним несется мальчишка в шортах так похожий на Лика, только младше.

Сердце на миг замирает, я кидаюсь следом и хватаю за майку, чтобы отшвырнуть прочь с проезжей части. Потом чей-то крик, визг тормозов. Рывком оборачиваюсь и вижу, как на меня несется что-то большое и серое.

Распахнув глаза, я увидела Уголька. По-хозяйски рассевшись у меня на груди, он внимательно разглядывал мое лицо.

— От тебя шел такой сильный магический фон, что я проснулся.

— Слезь, пожалуйста. Дышать нечем, — прохрипела, пытаясь спихнуть его, но наглый фамильяр и не думал шевелиться.

В голове творилась какая-то каша, тело била дрожь, а кольцо-артефакт было нестерпимо горячим. Что со мной было? Я вспомнила свои последние секунды жизни в старом мире? Что-то такое и предполагала, но увидеть и вспомнить было все равно жутко. Все равно что дважды пережить смерть.

И тот мальчишка с мячиком… Я всегда мечтала спасать детей.

— Смотрю на тебя и думаю, что кажется, барьеры твоей памяти пали, как и инстинктивная защита. Что ты видела во сне?

Я рассказала Угольку все. Он слушал, не мигая.

— Ну что ж, я тебя поздравляю. Теперь ты утолила свое любопытство.

Да уж, утолила. Хотя бы эту дверь для себя можно закрыть. Но если вдруг мне предложат вернуться в более спокойный и привычный мир, дадут еще один шанс, другое тело и судьбу, я откажусь. Я и тут неплохо обжилась.

— Интересно, а возможно увидеть жизнь хозяйки этого тела? Эллен говорила, что она видела ее сны.

— Думаю, она их видела, потому что та девушка тоже была магом, а тебе досталось простое тело. Но можешь попытаться, — Уголек вздохнул. — Но ты уверена, что оно тебе надо? Говорил ведь, некоторые двери лучше не открыть. Вот любопытные людишки.

— В самом начале нашего знакомства Истен упоминал, что с развитием моего дара блок, который мешал ему проникнуть в мои воспоминания, уйдет, — проговорила задумчиво. — А это значит…

— Это значит, что, вздумай Шерриан снова залезть к тебе в голову, сразу поймет, что ты не из этого мира. Прежде тебя защищал сам дар, а теперь этой защиты нет. Конечно, можно попытаться дать Шерриану ментального пинка, если он вздумает полазить в твоих воспоминаниях. Но не думаю, что ты справишься с менталистом такого уровня.

Я тяжело выдохнула и пересадила фамильяра на постель.

— Ладно, будем решать проблемы по мере поступления. Все равно я планирую ему все рассказать, когда случай подвернется. Желательно, до свадьбы.

Уголек посмотрел со скепсисом, но промолчал.

Утро я встретила в палате, где раньше жили мы с Марусей. На долю мгновения ощутила укол совести, потому что малышка опять ночевала без меня. Скорей бы настали спокойные времена! В моих мечтах все было так розово и сладко, но до этих времен еще пахать и пахать.

В лечебнице оставался один из менталистов в качестве охраны, и первым делом я отправилась на разведку. Хотелось скорее узнать, чем закончился допрос. Истен просил держать случившееся в тайне, сказали только нейту Энкелю. Лекаря это известие выбило из равновесия, он долго не мог успокоиться. И винил себя в том, что столько времени провел в своем маленьком хирургическом мирке, не замечая, что творилось буквально перед носом.

Менталист не горел желанием делиться тайнами и отвечал только из вежливости:

— Я еще не получал новостей от нейта Шерриана. Он не связывался со мной с тех пор, как преступника увели.

Не было сил терпеть и ждать, поэтому я снова решила испытать артефакт связи. Истен ответил почти сразу. Только услышав его голос, я испытала облегчение. Откуда-то знала, раз он взял это дело под свой контроль, все обязательно будет хорошо.

— Аннис, мне надо будет уехать, — послышалось из броши. — В Сторру. Это город не так далеко от столицы, именно оттуда прибыл твой ночной гость. Мы готовимся накрыть организацию, которой он руководил. В ней замешано несколько менталистов, лекари и аптекари.

Сердце холодело, пока он говорил.

— Что им было нужно? Терина увезли туда?

— Да. Они уже несколько лет похищают людей, чтобы проводить запрещенные исследования. Жди меня и не бойся, слышишь? Все будет хорошо.

Я проглотила вставший поперек горла комок и сжала брошку. Все как обычно: девочек не берут на опасные задания, остается мучиться ожиданием.

— Я тебя поняла.

— А по голосу не похоже. Аннис… — мне показалось, что связь пропала, потому что несколько секунд висело молчание. — Ты замечательная. И мне с тобой очень повезло.

Наверное, так он пытался подбодрить меня, и уголки губ сами по себе дернулись в слабой улыбке.

— Мне тоже, — успела сказать перед тем, как артефакт перестал нас связывать.

Пару минут я стояла, прислонившись к стене, пока в коридоре на меня не наткнулась Дайна. Жена Тенсона теперь трудилась у нас. Она быстро училась и выполняла свои обязанности с огромным рвением, как бы стараясь показать, что приняли ее не зря.

— Муж вам привет передавал, — сказала она, поправив форменный передник с красным крестом. — Заходите как-нибудь на чай. А еще Тенсон готовит для вас какой-то сюрприз, но пока просил не говорить!

Прошло совсем немного времени с тех пор, как она уволилась из прачечной, но вид женщины уже изменился. Исчезли мешки под глазами и дерганность движений, а руки больше не были красными и опухшими.

Интересно, что же такое задумал Тенсон?

— Мне уже любопытно! Спасибо за приглашение, Дайна, — вместе мы дошли до развилки коридора и направились в разные стороны.

Нельзя показывать, что меня что-то беспокоит, дел по горло, а пациентов больше с каждым днем, как и обязанностей. Ремонт потихоньку продолжался, в таких условиях принимать больных затруднительно, и я утешала себя мыслью о том, что скоро все это закончится.

Рабочий день пролетел незаметно, и я решила, что сегодня не пойду на лекцию по целительству. Да, было дико стыдно, но мой бедный мозг уже не мог усваивать информацию. Зато в сумке шуршали эскизы инструментов, которые мы разработали вместе с Эллен, и лежала карточка с адресом литейщика.

Быстренько забегу к нему, а потом домой. Домой.

* * *

Визит к литейщику прошел спокойно. Мастером оказался мужчина в летах: ширококостный, грузный и очень веселый. Он шутил на каждом шагу, долго рассматривал мои эскизы и заверил, что скоро все будет готово в лучшем виде.

— Ах, помню, как мне поступил заказ от нейры Эллен. Ей поручили вооружить местные госпиталя новейшими инструментами. И для вас сделаю, будьте спокойны.

Хоть за это теперь можно не волноваться. Интересно, как там Истен? Когда я получу от него весточку? Но брошь молчала, а сама я не решалась связываться с ним. Вдруг отвлеку в самый неподходящий момент?

Конечно, Уголек не мог не отличиться. Когда мы ушли, я заметила, как он что-то проглатывает.

— Обнаружил на столе недоеденную отбивную и решил помочь. Чего добру пропадать? — и невинно хлопнул глазенками.

— Мне за тебя стыдно, клептоман хвостатый, — сказала, представив, какое лицо будет у литейщика, когда он обнаружит пустую тарелку. Придется компенсировать при следующей встрече.

Входя в дом нейры Мирилис, я предвкушала, как свалюсь на кровать. Увидев меня, Маруся мгновенно забыла, что учится ходить. Поползла навстречу на коленках, улыбаясь во весь рот и издавая радостное: “Ыыы… ма-ма”.

— Здравствуй, мое солнышко. Прости, что меня не было так долго, — я взяла малышку на руки, она по привычке схватила меня за волосы и зарылась в них лицом.

Перед сном мы успели немного поиграть, а потом я уложила ее спать в новую кроватку и спустилась к нейре Мирилис. Магическое зрение показало, что ее каналы и источник очистились, стенки выглядели тонкими и абсолютно прозрачными. Пустыми. Дар в них больше не циркулировал, но и пугающей темноты не было.

— Аннис, дорогая, скоро к нам нагрянет мой старый друг, — сказала бабуля с довольной улыбкой. — Он ужасный скептик, но ты не обижайся, если Вэйн ляпнет что-то грубое. Они, эти вояки, такие. Зато когда поймет, что твоя магия помогает, будет тебя восхвалять и советовать другим. А как у вас с Истеном? Скоро свадьба?

Я вздохнула и рассказала, что сейчас он отбыл по важному делу, не раскрывая деталей.

— Хочется поскорее на вашей свадьбе погулять. Кажется, я поняла, почему от меня так быстро сбегали квартиранты. Потому что я устраивала им смотрины невест и женихов, — бабуля хихикнула. — А они были недовольны, проказники! Все никак нагуляться не могли.

Я невольно подумала о том, что мне предстоит более близкое знакомство с родителями Шерриана. Если мы станем семьей, хочется поддерживать хорошие отношения. Интересно, почему сам Истен не попросил меня заняться выгоревшим источником его отца? Может, тогда его матушка изменит мнение обо мне.

Впрочем, сейчас это не самое главное. Я не золотая монета, чтобы всем нравиться, надо бороться с вколоченным в подкорку желанием быть для всех удобной. Травма детства, чего уж. Всегда считала себя недостаточно хорошей для того, чтобы мама могла меня любить. Ей я мешала строить личную жизнь.

Хоть глаза и слипались, я достала подаренную Истеном книгу по целительству и погрузилась в чтение. Привлекла глаза о лечении инфекций, однако там было то же, что и в других книгах. Большое внимание уделялось устранению симптомов, а не самой причины. И ни слова о гигиене! Учебник был выпущен до того, как ученый и друг нейры Эллен открыл болезнетворные частицы.

Зато книга Алеста Байна о мозге была изучена почти до конца. Если в теории я чувствовала себя подкованной, то применять его методы на практике боялась. Они были не самыми простыми, а рисковать детьми я не могла. И все же когда-нибудь придется это сделать. Начну, пожалуй, с самого простого.

* * *

В лечебнице дела шли своим чередом: практиканты трудились, не разгибая спины — нейт Энкель быстро взял их в оборот. Правда, время от времени хватался за голову от их самодеятельности. Рабочие починили крышу, кое-где сменили рамы на окнах взамен сгнивших, в коридоре перестелили полы.

Недавно я отправляла заявку на средства, подаренные Истеном, на фабрику, производящую магические аппараты. И уже этим утром нам привезли две печи на кухню и три стиральные машины. Заряда магии в них хватало на несколько месяцев, после чего следовало вызвать бытовиков для пополнения резерва. Наши работницы охали и ахали от восторга, правда, им еще предстояло приноровиться к работе с новыми приобретениями. Зато печи для стерилизации работали на славу, и я надеялась, что ни одним микроб не побеспокоит наших пациентов.

В палате дети играли с новыми игрушками. Я заметила на них и новую одежду — это добрая Лилит отправила клич своим знакомым, и те отдали вещи, из которых уже выросли их дети. Хорошие, добротные, хоть и не дорогие. А платье для Эллин она сшила сама, и теперь девочка радостно показывала мне обновку.

Мне понравилась идея Лилит. Можно объявить о сборе пожертвований, чтобы привлечь внимание к брошенным детям. Может, нейра Мирилис тоже решит подключить свои связи.

Было волнительно, но я взяла Эллин за руку и отвела ее в свой кабинет. Он был маленьким, но уютным: вдоль стены шкаф с лекарствами, в том числе там хранились снадобья из магической аптеки. Обычный и смотровой столы, весы и ростомер. Все документы по своим больным я тоже перенесла сюда, памятуя о случившемся в ту ночь.

В своей книге Алест Байн писал о стимуляции мозговых центров. Наблюдая за Эллин магическим зрением, я просила ее мысленно пересказать одну из сказок, создавая яркие и подробные мыслеобразы. И представлять, что она произносит слова вслух. Местная сказка, аналог Золушки. Она ее хорошо знала.

Стараясь не беспокоить девчушку, я аккуратно коснулась ее затылка кончиками пальцев, не используя кольцо. Увиденная картина не была статичной: алое поле пульсировало, некоторые участки вспыхивали ярче, потом гасли, а темное поле как будто колебалось. Я очень аккуратно, наощупь, направила к нему тонкую ниточку дара. Уголек сидел рядом, контролируя мои действия. Целительская магия впиталась в этот участок, как вода.

Это продолжалось несколько минут, перед мысленным взором мелькали картинки из сказки — Эллин удалось передать их мне.

— На сегодня хватит, пожалуй. Не хочу тебя перегружать, — дотронулась до плеча своей маленькой пациентки. Она так увлеклась, что не сразу это заметила.

“Спасибо,” — я больше ощутила, чем услышала ее послание. Эллин смотрела на меня и робко улыбалась.

— И тебе спасибо, что доверяешь.

У меня возникла спонтанная мысль устроить что-то вроде выходного, праздника, чтобы мои подопечные развлеклись. Можно взять их и сходить куда-нибудь всем вместе, ведь они уже долго не были за пределами лечебницы. Только я закончила с Эллин и отвела ее обратно в палату, чтобы пригласить следующего ребенка, брошь на груди вдруг ожила — я ощутила легкое тепло и вибрацию.

Это точно Истен! Но какие у него новости?

— Аннис, ты меня слышишь? — раздался знакомый голос.

— Да… Как все прошло? Все уже закончилось?

Я даже зажмурилась от волнения, ожидая ответ.

— Все хорошо, — сказал он, и у меня отлегло от сердца. — Мы нашли змеиное логово, оно было замаскировано под госпиталь, а власти города закрывали глаза на то, что там творилось. Взяли всех причастных.

— А дети? Вы нашли Терина?

Больше всего я боялась услышать, что мальчик пострадал. А Истен, как назло, медлил. Сомневался? Не хотел ранить правдой?

— Да, с ним все хорошо. Осталось привести дела в порядок, — он немного помолчал. — Я ведь обещал, что верну ребенка. Придется немного задержаться, постараюсь вернуться как можно скорее. Тогда все тебе расскажу.

Я стояла, сжимая в кулаке брошку и борясь с желанием сползти на пол. Таким сильным было облегчение после всех тревог. Одна бы я не справилась. И как повезло, что в этом мире у меня есть такая мощная поддержка. Плечо, на которое можно опереться.

— Кстати, ты задолжала мне свидание.

— Это когда я успела?

— Неважно. Пока подумай, куда ты хочешь сходить. Нам обоим не помешает немного расслабиться.

Я не могла не согласиться! После таких событий развеяться — самое лучшее, что можно сделать. А то и поседеть недолго.

* * *

Остаток рабочего дня я занималась детьми, используя методы Байна. Дело как будто сдвинулось с мертвой точки, но я до сих пор не была уверена в причине недуга. Чтобы проверить свою догадку, отправилась к лекарю, о котором говорила смотрительница приюта на улице Синих Птиц.

То лекарство, мильтона, было сделано на основе снотворного мака. А млечный сок или опий с давних времен был известным наркотиком. Если мне удастся собрать сведения и доказать вред таких лекарств для беременных и маленьких детей, можно добиться запрета на их применение. Да, мильтону уже запретили, но оставались и другие. Я надеялась, что в этом мне поможет Эллен. Все-таки беременные — ее область.

Повезло, лекарь как раз был дома. И, когда я постучала в дверь аккуратного небольшого домика, открыл сразу.

— Что у вас случилось? Мигрень, ушиб, общая слабость? — спросил скороговоркой. — Понос, запор, беременность или все сразу?

Это был мужчина лет тридцати с хвостиком на вид. Светлые короткие волосы были зализаны назад, он застыл напротив меня с полотенцем, которым только что вытирал руки.

Я представилась, немало его удивив. Лекарь даже рот приоткрыл. Привык, что посещают его только пациенты.

— Нейт Мариус. Рад познакомиться. Проходите, — он галантно поклонился, пропуская меня вперед.

— Я хотела поговорить с вами на одну деликатную тему, — начала я и достала из сумки бумаги, которые дала смотрительница приюта. Там были указаны имена родителей сирот и причины отказа от детей. Их близкие погибли, у кого-то остались дальние родственники, но они не пожелали взять их под опеку.

Он задумчиво хмурился, выслушивая цель моего визита.

— Да быть такого не может! — воскликнул эмоционально, когда я замолчала. — Ребенок в утробе матери защищен богами, как простое лекарство могло принести ему вред?

Чтобы не травмировать лекаря своими религиозными взглядами, я терпеливо пояснила свою позицию. Наверное, будь на его месте какой-нибудь противный закостенелый старикан, меня бы уже выставили вон. Но Мариус слушал внимательно, а потом произнес:

— Я помню всех своих пациентов. Я работаю здесь после выпуска уже больше десяти лет, знаю всех на этой и соседних улицах. Конечно, матерей этих сирот я тоже знал.

Оказалось, Мариус скрупулезно вел записи, где отмечал, кому и какое лечение выписывал и сколько денег заработал. У него было исписано девять толстенных журналов.

— Мильтону я выписывал многим, она на протяжении нескольких лет считалась лучшим снотворным для беременных женщин. Никто мне не говорил, что она может быть опасной. Я действовал так, как меня учили наставники.

Он показал журнал со всеми отметками, позволяя убедиться в правдивости его слов. Выходит, матери Эллин, Милы, Терина и Сая получали этот препарат, когда носили их под сердцем.

— Я знаю еще несколько детишек с похожим недугом, — сказал нейт Мариус на прощание. — Если вы его изучаете, то я стану отправлять к вам таких детей для наблюдения и последующего лечения.

На том и порешили. Теперь у меня появился еще один лояльный знакомый в лекарских кругах. Было заметно, что Мариус заинтересовался темой, и я надеялась, что мы хорошо сработаемся.

Это был еще один шаг, еще один сторонник в новом мире.

* * *

Утро у нейры Мирилис было тихим и ленивым. Я взяла в лечебнице выходной, чтобы провести день с Марусей. Малышка радовала своими успехами, а в розовом платье с оборками была похожа на маленького ангела. Гуляя с ней в саду, я все ждала новой весточки от Истена. И вдруг посреди прогулки меня позвала нейра Мирилис:

— Аннис, дорогая, к тебе пациент!

Уже? Так быстро? Подхватив девчушку на руки, я поспешила в дом и с порога услышала недовольный мужской голос:

— Какой я пациент? Я что, больной, по-твоему? Я мужчина в самом расцвете! Я, можно сказать, вообще огонь!

— Конечно, милый. Не смею спорить, — проворковала старушка. Сегодня она принарядилась в выходное платье и шляпку, украшенную цветами. Они сидели в гостинной за маленьким круглым столом, на котором исходил паром горячий чайник.

Я поприветствовала гостя и окинула его взглядом. Это был тот самый нейт Вэйн, старый друг Мирилис. Отработав на границе боевым магом-стихийником, он выжег весь свой резерв и теперь наслаждался заслуженной пенсией в родном городе. Пожилой мужчина был одет в бордовый мундир с золотыми пуговицами и эполетами, который едва сходился на обширном животе. Лакированные сапоги блестели, толстые пальцы с золотыми кольцами сжимали набалдашник трости, на которую тот опирался при ходьбе.

Вальяжно развалившись в кресле, бывший вояка сощурил глубоко посаженные темные глаза и погладил седые бакенбарды.

— Это и есть твоя чудо-целительница? Что-то молодая слишком. Что она умеет?

Нейра Мирилис закатила глаза.

— Аннис молодая, но подающая надежды. Думаешь, кто-то до нее помог мне с источником? Кто-то понял, что моя бессонница связана с ним? Ты всегда судишь по внешней оболочке, друг.

Подоспевшая Лалли забрала у меня возмутившуюся Марусю. Ее привлек блеск нарядной формы Вэйна, и она была не прочь подергать его пуговицы.

— Ну что ж, посмотрим, что умеет эта твоя целительница. Небось только касторку выписывать и бородавки лечить.

Ну и тип! Пора бы привыкнуть к взглядам свысока, но каждый раз они меня коробили.

— Касторку я выписываю только самым непослушным пациентам, — произнесла я строго и скомандовала: — А теперь встаньте!

Вояка хлопнул глазами, рот приоткрылся, а кожа на подбородке собралась в складки. Он не ожидал такого напора от какой-то там молодой целительницы.

— Ну чего застыл, Вэйнчик? Ты еще и на уши туговат? — нейра Мирилис откровенно потешалась. — Раз уж явился, то выполняй все, что тебе говорят.

Нейт Вэйн с явной неохотой отлип от кресла и встал передо мной, вытянув руки вдоль туловища. На лице его читался неприкрытый скепсис, но я пыталась этого не замечать. Обычно больные такого рода пропускали мимо ушей рекомендации врачей, думая, что все равно ничего не поможет. Часто на прием их сопровождали мамы или жены, записывая все назначения, чтобы потом уговаривать их выпить хоть пол таблеточки, готовя диетическую еду и следя за режимом великовозрастного деточки.

— Нейра Мирилис, не будете ли вы так любезны…

Бабуля понимающе закивала и удалилась, оставив меня наедине со старым воякой. Я расспрашивала его, параллельно изучая магическим взором. Он выявил ту же картину, что была у Мирилис: магические каналы, как и источник, выглядели покрытыми сажей. Только у бывшего боевого мага они были еще и разорваны в некоторых местах, именно оттуда по телу время от времени прокатывались волны боли.

Он рассказывал о своих проблемах неохотно, не привык ими делиться.

— Коты. Не люблю котов, — буркнул Вэйн, увидев пришедшего поглазеть Уголька.

Фамильяр презрительно скривился и дернул хвостом.

“Я тоже не люблю грубых мужланов”, — отправил мне мысленное послание, демонстративно плюхнулся на задницу и занялся отмыванием стратегически важных мест.

Затем мне пришлось уложить Вэйна на софу, чтобы было удобней заниматься лечением. Осторожно, каплю за каплей, я вливала целительскую магию в источник. Щеки моего пациента раскраснелись, дыхание стало частым.

— Вам не плохо? — спросила я подозрительно.

Он закашлялся, а потом ответил:

— Очень даже хорошо! Как будто я снова обрел свою силу…

В его словах прозвучала горечь. Конечно, обидно лишиться магии, твоей части и сути, обидно чувствовать себя беспомощным. Хоть я и не смогу вернуть ему дар, но улучшить качество жизни постараюсь.

“У тебя все лучше и лучше получается использовать магию, ты концентрируешь ее так тонко, словно опыта у тебя уже лет десять. Как минимум, — заметил Уголек. — Я почти за тебя не переживаю”.

— Большую роль играет эффект накопления целительской силы, поэтому нам понадобится несколько сеансов, — терпеливо пояснила я и отошла, потирая ладони. — Вы можете подняться, нейт Вэйн.

Крякнув, вояка сел. На щеках его сиял румянец, а лоб покрылся испариной. Он словно только что вышел из бани. Не глядя на меня, старик выдохнул:

— Уфф… хорошо-то как.

А потом будто опомнился и мигом посерьезнел. Полез в карман и протянул мне мешочек из синего бархата.

— Я беру плату только после того, как пациент излечен.

— Милочка, я привык за все платить сразу, — сказал он таким тоном, что мне захотелось вытянуться по струнке и отдать воинское приветствие. — Никто не назовет нейта Вэйна жлобом.

Он все-таки впихнул мне деньги, мы договорились о следующей встрече, после чего в гостинную вернулась улыбающаяся нейра Мирилис. Она тут же увлекла Вэйна своим щебетанием, а я вышла из комнаты и взвесила мешочек в ладони. Интересно, сколько там?

Развязала тесемки и заглянула внутрь. Ого! Одно золото… Неужели я это все заработала? Не много ли? Этого с лихвой хватит, чтобы оплатить инструменты, еще и останется. Щедрый оказался пациент, хоть и ворчливый.

Взгляд упал на палец с кольцом. Внезапно я поняла, что сегодня все вышло само собой. Я даже не прибегала к помощи артефакта.