ГЛАВА 11. ИГРУШКИ КОРОЛЯ

Завтрак прошел в тяжелом молчании. Нет, совсем не потому, что после расставания между нами с Эль-Сирианом пробежала черная кошка. Наоборот: устроившись за столом напротив, мы время от времени кидали друг другу жаркие взгляды, словно обещали продолжить утреннее пробуждение в только нам известном направлении. Даже Сира, внимание которой я заметила несколько раз, прятала смешки в кулачок, будто сама была свидетелем нашего с Мастером окончательного примирения. За ее поведение я даже подумала исключить ее из разряда соперниц за внимание Эля, но быть начеку все же стоило. Кто не разделял всеобщей радости, так это Занн. Он сидел мрачнее тучи, яростно ковыряя пищу вилкой, будто пытался найти там спрятанный яд или что похуже. Поведение принца невозможно было не заметить, и Эль, пребывающий в абсолютно противоположном расположении духа, не выдержал, решив пошутить над принцем: – Занн, тебе не нравится еда? Наша кухарка готовит лучшие в городе оладьи, зря ты пытаешься сделать из них решето. – Какое подходящее сравнение, - принц поднял на Мастера тяжелый взгляд. - А за скрывающей эти оладья сладкой подливкой рискуешь обнаружить нелицеприятную действительность. – И какую же? - сделав вид, будто не понимает намеков, полюбопытствовал Мастер. – Такую, за которую можно наказать смертью, - не раздумывая, ответил принц. Я перестала жевать, откладывая вилку в сторону. Это уже ни в какие рамки не укладывалось. В моем замке, МОЕМУ Мастеру, угрожал, пусть и принц, но совершенно беспричинно! – Моя смерть состоится лишь в том случае, если этого пожелает мой Ключ, - Эль-Сириан перестал ходить вокруг да около. – Есть множество способов заставить человека мечтать о смерти, - по виду Занна было понятно, что он знает толк в том, о чем говорит, - и считать ее не наказанием, а подарком. Тут уж не выдержала я: – Принц, я надеюсь, вы сейчас не расписываете один из возможных вариантов будущего моего Мастера? Не хотелось бы прекращать установившиеся хорошие отношения между нами и Рамбьелем только из-за того, что вы увидели картину, для ваших глаз не предназначенную. Да, я играла очень опасными словами. Но и оставить все, как есть, тоже не могла. Если хотят поклоняться Ключу - пусть знают, что делают это ради человека, способного принимать решения. – Что вы, уважаемая Майя, - улыбка Занна вышла зловещей. - Если вы так подумали, то прошу простить двусмысленность моих слов. Я совершенно не имел в виду ничего подобного. И надеюсь на продолжение наших хороших отношений и впредь. – Я тоже, - натянуто улыбнулась я. - Но теперь, в первую очередь, буду ждать встречи с вашим отцом, принц. Есть одно безотлагательное дело, которое стоит обсудить сразу после его возвращения. – Я передам ему вашу просьбу, - кивнул Занн в знак согласия. - Ну а сейчас разрешите нам с Сирой откланяться. Мы и так непозволительно долго злоупотребляли вашим гостеприимством - особенно после тяжелого возвращения из-за стены. – Мы вас проводим, - с улыбкой поддержал его решение Мастер. Ох, и заноза же мне досталась в защитники! – Кто это? – спросила я, когда мы миновали выход с другой стороны и стали наблюдать, как Занн уверенным шагом идет к мужчине в плаще. Сира отстала от него и была скорее ближе к нам, будто не решалась примкнуть к принцу снова. – Маг–перемещатель, – объяснил Эль–Сириан. – Свиту Занн отправил во дворец пешком – провинились, слишком усердно работая в нашем замке – но сам никогда до такого не опустится. – Телепорт, что ли? – округлила я глаза. – До чего же техника дошла… – Ни слова не понял, но по твоей интонации чувствую, что мы говорим об одном и том же, – усмехнулся Эль–Сириан. Мы стояли рядом, только что за руки не держались. В тот момент, когда Занн поравнялся с человеческим эквивалентом автомобиля и самолета в одном лице, Сира развернулась к нам и тихо произнесла: – Спасибо за гостеприимство, Мастер. Ключ, – она привлекла к себе мое внимание, – береги своего Мастера. Он горяч сердцем и душой. Многие несправедливо считают, что лишь он должен тебя охранять, и только избранные догадываются: он бережет тебя, пока ты бережешь его. Не повторяй моих ошибок: сделай правильный выбор. Я была уверена, она знает, что Занн не слышит ее, иначе никогда не сказала бы столь откровенной речи. Будто повинуясь просьбе магини, я переплела пальцы с Эль–Сирианом, чувствуя в ответ их пожатие и одновременно успокаиваясь от этого. Увидев мои действия, Сира мягко улыбнулась и чуть склонила голову в знак уважения: – Да прибудет с вами волшебство с обеих сторон. Прощайте! Когда она подошла к ожидающим мужчинам, человек в плаще протянул руки девушке и принцу. Магия перемещения случилась почти незаметно глазу: вот троица стояла в конце пешей тропы, а вот ее уже и след простыл. – Тяжело тебе теперь будет от меня отвязаться, – будто и не было принца в гостях, легкомысленно заявил Эль–Сириан. – Это еще почему? – я даже развернулась к нему лицом, чтобы увидеть наглые зеленые глаза снова. – Мы получили благословение Сиры, Ключ. В тот момент, когда я принялась вырывать руку, а Мастер залился искренним смехом, меня прижали к чужому телу, а в волосы запустили пятерню, массируя затылок. Этот Мастер творил со мной, что хотел, а я даже сопротивляться не могла, слишком размытой стала граница между его иронией и нежностью. – Спасибо, Майя, – прозвучало над ухом, когда Эль–Сириан окончательно притянул меня к себе. – За что? – удивилась я очередной смене настроения. – Просто так. – Ты что–то от меня скрываешь, – выпутываясь из объятий и смотря на Мастера с прищуром, решила я. Эль–Сириан широко улыбнулся в ответ: – Пока в твою светлую голову не забрело ненужных мыслей, пошли в город. Прогуляемся, покажемся народу, посмотрим на их реакцию. – То есть ты не уверен, будут ли они нам рады? – Тебе рады, Ключ, тебе, – вновь принялся шутить надо мной невыносимый тип. – Меня–то всегда встречают с распростертыми объятиями! Тут уж я окончательно вырвалась и решительно зашагала по дороге, идущей от замка вперед. – И путь сама найдешь? – насмешливо поинтересовался Эль–Сириан сзади. Я ненадолго обернулась: – Лучше все сделаю сама, чем под градом твоих непрекращающихся подтруниваний! Он догнал меня в несколько шагов: – Тогда мне не будет никакой работы и веселья. Кто же, как не Мастер, должен защищать своего Ключа от всяких напастей? – Вот и защищай! – я показала ему язык. – А то главная напасть – и та для душевного беспокойства – сейчас тащится рядом! – Так я тебя настолько сильно волную? – сделал совершенно неожиданные выводы Мастер. Я только и могла, что простонать в ответ: любую ситуацию мог обратить в свою пользу! Ну что за романтический гад… – Так не скрывай своих чувств, Ключ. Покажи, как на самом деле ко мне относишься. И вид у него при этом сделался такой плутовской, что я не выдержала и пригрозила: – Сейчас–сейчас. Что–нибудь потяжелее найду и непременно покажу. Надеюсь, что найду палку или гибкий прутышек. Тогда непременно покажу твоему мягкому месту, насколько оно меня волнует! Естественно, словесная перепалка затянулась до самого города. Тот начался небольшими домиками, а потом, когда песчаная тропа сменилась широкой дорогой, пролегающей мимо двух– и трехэтажных деревянных построек, жмущихся друг к дружке, окружил нас шумом и гамом со всех сторон. Чем дальше мы были от окраин, тем чаще узнавали Эль–Сириана, тем больше раздавалось со всех сторон вопросов: – Мастер, неужто ты привел к нам настоящего Ключа? – Да, – с гордостью отвечал Эль–Сириан. – Мы с новой хранительницей приветствуем вас, жители Пограничного города! Я не могла понять радостного улюлюканья людей, которые впервые меня увидели. Сама я пока, кроме возможности разговаривать с животными да проходить сквозь стену, никакой материальной выгоды от своего появления в Рамбьеле не видела, а поверить в то, что люди действительно надеются на чудо, пока не получалось. Это у Мастера были слепые убеждения, но у нас с ним и связь особенная. Неужели эти люди так соскучились по жителям мира за стеной? – Пойдем, познакомлю тебя с Дараей, она тут неплохой ресторанчик держит! – тем временем потянул меня за собой Мастер, и я сильно удивилась его словам. Ресторан? В почти средневековом Рамбьеле? Может, особенности перевода в моей голове? Мастер, конечно, привирал в своей обычной манере. Заведение с говорящим названием «Веселый погребок» рестораном назваться могло разве что в его снах. Но я послушно пошла следом за Эль–Сирианом, понимая, что он просит обратить внимание совсем не на внешнюю составляющую. Стоило нам зайти внутрь, как отовсюду раздались воодушевленные приветствия моего провожатого: – Поглядите–ка, кто к нам пришел! Сам Мастер Ключа притащил сюда, наконец, свою драгоценную тушку! Да не один! – стоило нескольким десяткам глаз остановиться на мне, как тут же посыпались разные предположения. – Невесту привел? Покажи поближе, дадим тебе благословение! Ну же, дружище, не стесняйся. Я прекрасно понимала, что подвыпившие посетители могли не слышать криков с улицы, а потому предпочла застенчиво улыбнуться, не опровергая, но и не подтверждая чужих слов. Все же это решение было гораздо лучше размышлений о том, кем нас с Эль–Сирианом посчитали тутошние завсегдатаи. – Не слышали, что ли, олухи? – раздался томный и грудной женский голос наперерез остальным, а потом я увидела и его обладательницу: крупную женщину с копной густых, уложенных короной темных волос, в рабочем платье и с полотенцем в руках. Ну, вылитая барменша из вестернов! Только что ковбойской шляпы да кожаного жилета поверх платья не хватало. – Мастер нашел своего Ключа. Мастер привел показать нам новую надежду! Когда зал городской забегаловки, обустроенный грубоватыми деревянными стульями и столами, огласил новый вой голосов, женщина вышла из–за стойки и отправилась к нам. Дарая, подумалось мне, и вскоре она разрешила все мои сомнения: – Ну что, племянничек, привел девушку в гнездо разврата? – Не мог не познакомить с тобой, тетушка, ты же знаешь, – Эль–Сириан, как мог, пытался выдавить из себя виноватую улыбку. Кажется, актерский талант Мастера мог по–настоящему раскрываться только рядом со мной. Правда, в следующее мгновение и эти мысли покинули голову. Меня от всей души прижали к тучному телу, а над ухом раздались слова, произнесенные с некоторым трепетом: – Я уж и не надеялась, что мой проклятый мальчик отыщет свою хранительницу. Спасибо, что пришла к нему, девочка! – Теть, ты поосторожнее, она же, прежде всего, Ключ, – попытался пошутить Мастер, снова заводя знакомую пластинку. Будто почувствовав мое напряжение, держательница таверны понимающе вздохнула: – Частенько обижает, да? – Не то слово, – надула губы я. В тот момент я обрела самого верного сторонника в лице тетушки Эль–Сириана! – Ты вот что, мастерОк! – она почти рявкнула последние звуки язвительного прозвища, разом заставляя Эль–Сириана растерять былую удаль. – Иди, пошатайся по рынку, а я пока девушку в чувство приведу. – Знаю я твое «в чувство», тетушка, – фыркнул Мастер. – Потом от столешницы не оторвать будет. Нет уж. Хочешь посекретничать – забирай к себе, но я в зале останусь. Все равно домой мы сегодня вовремя не успеем – надеюсь, комнату для Мастера и Ключа ты найдешь? Я вспыхнула, осознав, на что намекает Мастер. Остаться с ним вдвоем, вдали от замка…в одной комнате? – Отчего же не найду, – в голосе тетушки Дараи проскользула хитринка. – Лучшую найду, коль не шутишь и останешься. – Останемся, – подтвердил свои прежние слова Мастер. – Вдвоем! – Хорошо, считай, уже в теплой постельке, – елейным голосом ответила Дарая. – А теперь дай девочкам посекретничать! Усмехнувшись, Мастер развернулся к нам спиной и отправился к самой шумной и большой компании. Те приняли его с распростертыми объятьями, Дарая же потянула меня в глубину таверны, туда, где располагалась ее стойка. – И давно ты на него такими глазами смотришь? – понимающе улыбаясь, она поставила передо мной стакан с чем–то, сильно напоминающим травяной чай. – Пей, не бойся. Эль ни капли в рот не возьмет, пока тебя защищает, и тебя мы тоже сбережем. Так давно? – повторила она вопрос, но я молчала, глядя ей прямо в глаза. Женщина покачала головой, не теряя хорошего расположения духа. – Смелая ты девчонка, Ключ. Как величать–то тебя? – Майя. – Хорошее имя. Идет тебе, – похвалила Дарая. – Короткое, плавное, как раз такое, чтоб моего племянника удержать. – Кажется, с родственницей ему повезло. – Я не родная, – опровергла мои предположения женщина. – Просто младшая сестра Андеиды. Элька на моих глазах рос. Весь его путь от мала до велика видела. Потому и радуюсь, что у вас это взаимно. – Что – это? – попыталась схитрить я, но женщину обмануть было не так–то просто: – Могу предложить раздельные комнаты, пока не поздно, Ключ по имени Майя. Что–то подсказывает мне, что ты Мастеру отказать не сможешь. Я вспыхнула до корней волос: – А мы могли бы поговорить о чем–нибудь другом? Одна мысль о том, чтобы вне замка остаться наедине с Эль–Сирианом, приводила меня в жуткий трепет. А эта дамочка еще и смаковала чужие страхи! – Извини, коль обидела, – в улыбке Дараи блеснула вина. – Ты хорошая. Элька с тобой стал хорошим. Ох, и шороху же он навел по Рамбьелю, когда Сира от него к Занну ушла. – Переживал? – расстроилась я. Дарая по–новому посмотрела на меня: – Знаешь – и не ревнуешь? Ты мне все больше нравишься, девочка. – Сира с принцем уже успели почтить нас визитом и даже переночевать в замке, – объяснила я. – Эль сказал, что все давно перегорело. – Да там и пожара–то особенного не было, – поморщилась держательница таверны. – По юности было, по глупости. Решили, что любят друг друга, бросились в омут с головой, принимая крепкую дружбу за что–то другое, а потом объявился Занн и вскружил Сире голову. Но Элька все воспринял как должное. Будто знал, что не останется одиноким Мастером. Как в воду глядел. Ее красноречивый взгляд говорил гораздо больше слов. – Так к чему ревновать–то? – несмело улыбнулась я. – Ты не заметила, Майя? – изумилась Дарая. – Эта девка выросла ходячим соблазном. Хотя, – и женщина посмотрела куда–то мне за плечо, – теперь понимаю, что это вариант совсем не для моего мальчика. Вон, посмотри–ка, коршуном себя возомнил, глаз с тебя не сводит. Обернувшись, я получила подтверждение словам Дараи: Эль–Сириан действительно был сосредоточен только на мне, даже сидя среди простых городских мужиков. Смотрел, почти не мигая, а когда заметил мое внимание, помахал рукой. Смутившись, я снова повернулась к Дарае. Та с улыбкой натирала стаканы для посетителей. – Вот я и говорю, что рада тебе. Дверь таверны распахнулась, заставляя вздрогнуть от резкого хлопка, будто вошедший открывал ее с ноги. Заметив меня, он раскрыл рот и набрал в грудь побольше воздуха. – Король желает говорить с Ключом! – мужской голос по силе нисколько не уступал зычному кличу Дараи, и я, сжавшись, встретилась взглядом с женщиной. В лицо меня теперь в замке короля знают, что ли? – Принесла же нелегкая, – сплюнула она на пол, выходя из–за стойки. – Пойдем со мной, Ключ. Нашему королю не отказывают. – Король? Здесь? – испугалась я, мельком оглядывая новое лицо у двери таверны. Мужчина, одетый в бархатный плащ, не сводил с меня пристального взгляда. – Нет, – успокоила женщина, одновременно с этим давая знак Эль–Сириану, чтоб оставался на месте. – Наверняка вернулся во дворец и зачем–то захотел поговорить с тобой. – Скорее, это мне нужно с ним поговорить. – Что ж, считай, что у тебя появилась такая возможность, – бросила Дарая через плечо. Наш путь лежал в темный коридор, заканчивающийся небольшой дверью. Толкнув ее, Дарая хлопнула в ладоши, зажигая под потолком светильник уже знакомой мне конструкции, рассеивающий тусклый свет по крохотному помещению, очень напоминающему чулан. В нем не было ничего, кроме табуретки и стоящего напротив нее большого зеркала на опорах. – Это твое средство связи с нашим королем, – сказала женщина. – Чтобы он мог найти тебя, просто приложи руку к поверхности. Связь настроится сама собой. Гарри Поттер и тайная комната какая–то! Но Дарая без лишних объяснений покинула помещение, плотно притворив дверь и оставляя меня наедине с собственными страхами. Я присела на табурет, не решаясь поднести ладонь к зеркалу. А потом совершила последний шаг. Поверхность, ранее отражавшая меня в рассеянной светлой дымке, подернулась рябью, чтобы в следующий момент смениться изображением короля. Занн в старости, пожалуй, мог бы так выглядеть. В своей самой безрадостной и покинутой старости. Корона украшала полностью седую голову человека с суровым выражением лица и выцветшими голубыми глазами, которые в молодости, пожалуй, могли быть такими же, как у нынешнего принца. Король Гарот смотрел на меня напряженным взглядом, в котором не читалось ни единой возможности договориться или уступить. – Приветствую вас, ваше величество, – склонила я голову, отстраняя ладонь от гладкой поверхности зеркала. – Полноте, дитя, Ключ не обязан выказывать королю любезности, – поморщился мужчина на том конце. – Вчера я вернулся из поездки по Рамбьелю и с удивлением узнал, что к нам в мир пришел настоящий Ключ. А сегодня сын сказал мне, что не смог проявить нужный такт в общении с вами. Мне бы хотелось исправить досадную оплошность, ведь пришествие мага вашего уровня – большая честь для государства и укрепления его позиций. – Но я всего–то умею понимать животных да ходить сквозь стену, – не удержалась я от простодушного пожатия плечами, несмотря на то, что уговаривала себя быть с королем начеку. Что–то было неправильное в нем. Что–то лживое и неестественное. Слова и вид Гарота разнились. – Вы всего–то можете делать то, что никому в мире до вас не удавалось вот уже несколько поколений, – король выделил последнюю реплику, чтобы я могла проникнуться собственной значимостью. – Поэтому я готов выполнить любое ваше желание, а если не сделаю этого сам, то использую полное свое влияние. Я подумала, что, окажись Гарот еще одним магом крови, Рамбьель бы этого не выдержал. Но король в его пышной красно–золотой мантии вряд ли обладал сходными Занну навыками. Нет, этот мужчина был хитер и не стал бы направо и налево разбрасываться секретами. А произнесла то, что могло усладить царственный слух. – Надеюсь, вы не будете против, если я попытаюсь все–таки разрушить стену, – как можно аккуратнее закинула я удочку. – Поддержу любое ваше начинание, – суровости короля ни на грамм не убавилось. – И окажу посильную помощь. – Мне нужен всего лишь маленький нефрит из ваших запасов. Только так я смогу завершить формирование ключа, с которым предстоит разрушить стену. – Думаю, это не будет проблемой, – помедлив, отозвался король. – Спасибо, ваше величество, – расслабилась я, но, как оказалось, слишком рано. – Ключ, но вы ведь понимаете, что моя услуга потребует ответной? А я уж было подумала, что он до конца будет притворяться белым и пушистым. Нет. Не с этими глазами прожженного интригана. – Что вы хотите от меня? – как можно спокойнее спросила я. – Вы должны будете отказаться от Мастера, когда стена падет. – Что?.. – я подумала, будто ослышалась. – Я хочу, чтобы вы отказались от Мастера, когда падет стена, – король прекрасно предвидел мою реакцию, а потому повторял свое пожелание с еще большим удовлетворением. – Ваш защитник, пока вас не было, сделал все, чтобы стать бельмом на моем глазу. Вы наверняка успели заметить, как приветствует его народ – и это в столице моего королевства! – Строго говоря, королевство не ваше, – я не смогла держать язык за зубами. То ли слишком клокотала внутри ярость, то ли предложение короля сорвало последние остатки вежливости с моей неугомонной натуры. – Ваш род завладел троном, когда пропал единственный наследник Рамбьеля. – Если вы надеетесь, что я дам вашему брату взойти на престол, то глубоко ошибаетесь, – улыбка Гарота вышла по–настоящему зловещей. – Пока я на троне, я не допущу этого. Слишком тяжелыми усилиями мне и предкам далась эта должность. И если думаете, что я так просто от нее откажусь, глубоко ошибаетесь. – Я ожидала подобного. Борьба за власть остается неизменной, в каком бы мире ты ни находилась. – Прекрасно. Держите своего братца подальше от стены, – продолжил король. – А когда та падет – прячьте в самой высокой пещере. – Угрожаете? – разозлилась я. – Что вы, как можно угрожать жизни ребенка, – сделал невинное лицо Гарот. – А вот с подростками случаются разные неприятности. Думаю, вы и сами можете догадаться, какие именно. Угрожал. Вообще не таясь и не скрываясь! И считал, что поступает благородно, оставляя Ванечке несколько спокойных лет… – Чем вам не угодил Мастер, ваше величество? – Если вы сумеете разрушить стену, народ возведет вас в ранг божества. Мастер рядом с вами станет поистине национальным героем. Меня не устраивает подобное положение вещей. Присягните на верность короне и выйдите замуж за Занна. Ваши дети будут полноправными наследниками Рамбьеля. Сделайте так, чтобы о Мастере забыли. – А если не сделаю? – заиграл во мне дух противоречия. – Вам, как никому другому, известна истина: ничто не сможет погубить вашего Мастера, кроме вас самой. Даже если я лишу его жизни, он все равно будет продолжать находиться рядом с вами: ветром, солнцем, морем, в котором вы решите искупаться. Пойдете против моей воли – сделаю так, что он будет считать смерть искуплением. А когда увидитесь, сам будет просить вас о ней. Ну же, Ключ, не заставляйте меня быть жестоким. Я ведь всего лишь предлагаю вам законный трон, руку, а также сердце моего сына. С вашей стороны нужен лишь отказ от Мастера. Больше ничего. Если сделаете это – все останутся в выигрыше. Будьте благоразумны. Не заставляйте меня демонстрировать жестокость. Вы все же гостья в нашем мире, а гостей принято уважать. Возможно, сначала я и была гостьей. Вот только сейчас почувствовала бурление древней крови, текущей по венам. И пусть отчаяние охватило всю мою душу, я понимала: даже в самом жутком случае я не могу согласиться с предложением Гарота. Насколько он уверился в нерушимости собственной власти, что так открыто угрожает, не таясь и не скрываясь? Да, конечно, он король, и мне, будь я коренной жительницей Рамбьеля, надлежало бы трепетать от одного его вида. Вот только я была родом не отсюда. Да и здесь мне показали вкус настоящей свободы, которую я ни за что не променяю на замковые застенки и судьбу племенной кобылы будущего короля. Полеты на драконе. Горячие ладони, удерживающие меня от падения. Губы, от прикосновения которых кружится голова… – Я могу подумать? – Конечно, – король одобрительно кивнул. – Рассчитываю на ваш положительный ответ послезавтра на балу, который состоится в королевском замке. Вы, конечно, приглашены. И ваш Мастер тоже. Пусть полюбуется на роскошь перед окончательным падением. Самодовольства в голосе Гарота было не занимать. Я дождалась, когда зеркало с его стороны потухнет, и только тогда выдохнула, ощущая, как жжет глаза выступившая в их уголках влага. Ноги не слушались. Я еле встала и добралась до выхода, держась за стену. Стоило только толкнуть дверь – ноги подкосились, и я начала падать вперед. И опять он не дал мне упасть. Подхватил на руки, прижал к широкой груди, позволяя обнять себя за шею и спрятать лицо на верном плече. – Ты что–то совсем раскисла, Ключ, – и пусть Эль–Сириан пытался придать голосу несерьезную окраску, я могла различить беспокойство, что бы ни сказал мне самый любимый романтический гад. Не было смысла скрывать – за слишком короткое время вместе с доверием я отдала ему и сердце, и душу, не заботясь о том, как он с ними поступит. – Унеси меня отсюда, пожалуйста. И никогда больше не оставляй одну, Эль.