ГЛАВА 12. КОГДА ПЛАЧЕТ ДУША

Эль нашел какой–то странный ход в гостинице, и мы миновали шумный зал с посетителями, оставшись незамеченными. Он отнес меня по лестнице на второй этаж, где толкнул одну из дверей в начинающемся от самых ступеней длинном коридоре. Я оторвалась от Мастера лишь тогда, начав осторожно осматриваться. – До темноты обратно мы уже не вернемся, – объяснил Эль–Сириан. – Так что переночуем у тети, а утром отправимся в замок. – Бал у короля послезавтра, – невпопад пролепетала я. – Ты поэтому смурная такая? – меня легко поцеловали в висок, а затем осторожно сгрузили на широкую кровать, устраиваясь на корточках рядом и демонстрируя тревогу в глазах. – Король…показал не самую приятную свою сторону. – Тоже уговаривал за Занна выйти? – фыркнул Мастер. – Учти, Ключ: только через мой труп. Никакими другими способами принц тебя не получит. Я вздрогнула, и это не укрылось от зоркого взгляда Мастера. – Даже так? – он выгнул светлую бровь. – А это приятно, Ключ. – Что? – от довольного вида Мастера мысли о страхах отошли на второй план. – Что ты обо мне беспокоишься, – он щелкнул меня по носу, вызывая одновременно два желания: возмутиться и засмеяться от облегчения. Все же, если хотел, Эль–Сириан мог помочь мне справиться с любой хандрой. – Ты мне не чужой, – буркнула я себе под нос, пытаясь скрыться от смеющегося проницательного взгляда. – Еще немного и, того и гляди, вообще полюбишь! – в открытую начал подкалывать меня несносный парень. Я чуть было не сболтнула, что поздно пенять на зеркало, но вовремя сдержалась. – Вот что, переживательная ты моя, – смягчившись, продолжил Эль–Сириан, – давай сделаем так: ты сейчас немного отдохнешь, а я принесу сюда подарки, которые успели натащить горожане, пока ты ворковала с королем. Потом проснешься и умоешься, а уж потом отдохнем с тобой до утра, договорились? – Но я не устала, – попробовала взбрыкнуть я, но Мастер был неумолим, особенно когда стал смотреть на меня, как на малое дитя. – Папаша с сыном – одного поля ягоды. Знаешь, какой дар у Гарота? – И какой? – Занн будоражит твою кровь. Гарот – мысли и чувства. Именно потому ты вышла от него такой ослабленной, что он даже сквозь зеркало выпил тебя и заставил испытывать то, что выгодно ему. При желании он целое войско способен зарядить ненавистью, правда, сейчас уже основательно постарел и такое не практикует. Но он очень сильный маг. Вот и выглядит дряхлым стариком: волшебство забирает его годы с неумолимой скоростью. – Эль… – хотела я снова начать возражать, но Мастер посмотрел на меня с угрозой во взгляде: – Поцелую. – А если я не буду противиться? – сказала я быстрее, чем подумала. Тишину комнаты разорвал громкий мужской стон. – Девчонка, ты меня в могилу своей решимостью сведешь! – а в следующее мгновение он оказался рядом, крепко прижимая меня к себе со спины. – Нет, Ключ, надо, чтобы ты сопротивлялась. Потому что для того, что хочу сделать с тобой я, келья в городской забегаловке не подходит совсем. Для того, что хочу сделать с тобой я, нужна минимум комната с розовыми лепестками на полу и кровать с мягчайшей из перин. Чтобы ты запомнила. Чтобы плакала, вспоминая меня. Чтобы всегда хотела вернуться, несмотря на дурацкие устои в голове. – Эль… – я не могла произнести ничего, кроме его имени. – Спи, неугомонная, – раздался его смешок над ухом, и связь с реальностью пропала. Мне снился Хардрагор. Мы сидели на берегу той самой реки, что протекала неподалеку от горных драконьих пещер. Ящер скалил пасть в огромной улыбке. «Рядом с Мастером ты стала совсем сильной, Майя. Такое расстояние между нами, а я могу спокойно передавать тебе свои мысли…» – А я думала, ты снишься мне, – удивлению моему не было предела, я даже встала с каменистого берега и зашагала вокруг дракона. «И да, и нет. Моя попытка связаться оказалась удачной. Расскажи, как дела в королевстве. Удалось поговорить с Гаротом?» – Он чудовище, Хардрагор. Согласен отдать нефрит, только если я брошу Мастера и выйду замуж за Занна. А иначе угрожал Эль–Сириану мучениями, от которых смерть покажется избавлением. «Я надеялся, что проклятая кровь не даст больше о себе знать. Что ж, придется готовить Вайнона к вступлению на престол через несколько лет…» – Не показывайте ему Ванечку! – взмолилась я. – Я только успокоилась, что брат в ваших надежных лапах. «Не думай даже переживать об этом. Наследник будет в целости и сохранности. И не волнуйся. Я свяжусь с мудрейшим. Утром он найдет способ передать тебе наше решение в отношении Гарота. А сейчас отдыхай. Я рад, что у вас с Мастером все хорошо…» Глаза открылись сами собой. Комната была погружена во тьму, ночь вступила в законные права, и лишь еле заметный огонек светился над дверью в комнату. Там, среди скопления теней, я обнаружила принесенные Мастером вещи. Наверное, это были те самые подарки, о которых упоминал Эль–Сириан. Сам же Мастер все так же лежал сбоку от меня. Наверное, я забылась мертвым сном, раз не очнулась от его погрузочных работ. Встав с кровати, я пошла к противоположной стене и нащупала еще один «ночник», позволяя его мягкому сиянию добавить комнате света. На груде подарков от горожан лежала свернутая в свиток бумага, рядом – кусок то ли уголька, то ли напоминающего толстый графитный грифель материала. Лицо Эль–Сириана в рассеянном свете казалось умиротворенным и спокойным. Ни о чем не думая, я подхватила лист и грифель и, усевшись на край кровати, принялась рисовать. Получилось, конечно, так себе. Но я никогда и не была художником. Так – пару штрихов набросала, и ладно. Зато стали видны большие ангельские крылья. Я ведь ему обещала. – Ключ, – сонно протянул Мастер, машинально притягивая к себе. – Когда ж ты угомонишься уже? – Я тебе ангела рисовала! – возмущенно засопела я. – Глубокой ночью? Вот уж не думал, что ты решишь мучить меня кошмарами. – Не кошмар это, а… Его губы дотронулись до моих почти невесомо. – Все завтра, Ключ. А теперь спи. Я послушалась. Странно, но теперь я готова была делать это все время. Проснулась я оттого, что кто–то небольшой, но довольно неуклюжий пытался разбудить нас с Мастером, делая точечный лапный массаж телам. Догадаться о том, что вернулся с разведки Мань, я смогла лишь спустя несколько минут. – Ключ ленива. Ключ пропустит все самое интересное, – раздраженно фырчал панденыш. – Праздник у короля уже завтра, а Ключ с Мастером почести от народа с удовольствием принимают! – Мань, какими судьбами? – открыв глаза и резко принимая вертикальное положение, я принялась осматривать проворного зверька. – Где ты пропадал? – Мань пропадал по делам, – панденыш состроил жутко деловую моську. – Мань решил ночную проблему с помощью Хардрагора. – Что? – не поняла поначалу я, но зверек не стал интриговать снова. На одеяло, которым бережно укрыл нас Мастер, упал ключ с инкрустированным в его рукоятку небольшим камнем зеленого цвета. – Нефрит?.. – не веря своим глазам, прошептала я. – Закрепленный в ключе драконьим пламенем, – подтвердил мои сомнения панденыш. – Теперь Ключ может ломать стену, когда заблагорассудится. – Прекрасная новость, – голос проснувшегося Эль–Сириана, однако, воодушевленным не был. Чтобы скрасить момент, я с улыбкой и радостным визгом кинулась еще не поднявшемуся Мастеру на шею. Он нехотя, но все же обнял меня в ответ. А потом пришло запоздалое понимание. – Кто переправлял ключ на эту сторону? – грозно нависнув над Манем, спросила я. – Наследный принц, конечно, – невозмутимости панды не было предела. – Неужели Ключ думает, что, если она такая безответственная, все вокруг будут следовать ее примеру? – Я ведь просила позаботиться о Ванечке! Хорошее настроение мигом улетучилось. Но Маня было не так–то просто провести. – Принц был под постоянным присмотром Хардрагора. Принц всего лишь переправил Маня сначала в мир животных, а затем обратно. Сейчас принц уже, должно быть, снова в драконьих пещерах. А Ключу не мешало бы сказать «спасибо». – Спасибо, – сухо поблагодарила я, не пытаясь успокоиться. – А откуда у тебя нефрит, о, мудрейший? – Мастер, напротив, приободрился, будто предчувствовал веселый рассказ Маня. – Хардрагор передал Маню все, что рассказала Хардрагору Ключ. Про сокровищницу Мань уже был в курсе. Король не заметит исчезновения ма–а–а–ленького нефрита. Мань его в уголке нашел, за сундуками. Мастер заржал – по–другому я это описать не могла. Открыто и совершенно не стесняясь собственного поведения. – Вы действительно мудрейший, – вытирая слезы, выдал Эль–Сириан. – Зато Ключ теперь может сломать стену. Осталось лишь понять, как это сделать. Было ли мне весело? Нисколько. Зря я, что ли, полночи тщетно пыталась изобразить на бумаге портрет Эль–Сириана? Если я сломаю стену, придется вернуться…почему же сейчас в душу закрались сомнения при одной только мысли о доме? – И ты можешь не ходить на бал, – добавил свое видение ситуации Мастер. – Не могу, – я покачала головой, выбираясь из постели. Мастер последовал за мной. – Я обещала королю, что мы оба прибудем. Зато теперь мне есть, что ему сказать, не раскрывая деталей отказа. Эль–Сириан преобразился за считанные доли секунды. – Я не пойду. – Почему? – удивилась я. – Происхождением не вышел. – Я тоже, вроде, родословной не блещу, – пожала я плечами. Эль явно не поэтому наотрез отказывался появляться при дворе. – Ты Ключ, – продолжил упрямый парень гнуть свою линию. Я подошла почти вплотную к нему. – А ты мой Мастер. Он должен был понять, что для меня эти слова значат гораздо больше – после всего, что с нами приключилось! – Я не пойду, – скрипнул зубами Эль. Я вздохнула и отступила. – Как хочешь. Я не стану тебя неволить. Он вышел из комнаты, так и не взглянув на мой рисунок. Что ж, теперь, может статься, Эль–Сириан так и не узнает, кто такие ангелы. – Мастер остынет, – Мань впервые с начала знакомства принял мою сторону. – Ключ должен дать Мастеру время. – Может, и правда не стоит идти во дворец? – я с легкостью приняла в объятия прыгнувшего с постели панденыша. – Мань считает, что разведка еще никому не помешала. Мань вот на разведке целый камешек нашел. И с такой гордостью прозвучал этот ответ, что я невольно улыбнулась. Будем надеяться, Эль–Сириан оттает до завтра. Без него мне будет крайне тяжело противостоять Гароту и Занну. В замок Мастера мы возвращались молча. Эль поддерживал меня на кочках и подавал руку, если нужно было преодолеть особенно неровный участок дороги, но так и не обмолвился даже словом. Мань терпеливо семенил рядом, изредка забираясь мне на плечо и делая вид, что высматривает дальнейший путь. На самом деле я прекрасно понимала, что мудрейший тоже имеет право уставать, потому и не противилась. Дома нас ожидала Андеида с бумажным вестником в руках. – Пришло сегодня с утра, еле заметила, как в столовой на стол упало. Вестник вспыхнул пламенем и исчез, стоило мне до него дотронуться. Зато перед глазами пронеслась картина стоящего утром у дороги из замка мага–перемещателя, и я поняла: это Занн или даже сам король Гарот позаботился о транспорте к предстоящему торжеству.Мастер лишь хмуро глянул на меня, вздрогнувшую после сообщенного через тонкую бумагу видения. Ответа ему не требовалось. До вечера я Эля не видела. Да и во время ужина не могла бы похвастаться уверенностью, что мыслями он находился где–то рядом. Ночь без него казалась особенно холодной, и мороз по коже стал пробегать именно в тот момент, когда хлопнула дверь в покои Мастера, возвещая о его возвращении. Грел меня Мань. За неимением Эль–Сириана я была рада даже панденышу. Коря себя за то, что слишком привязалась к Мастеру, я с трудом, но все же уснула глубокой ночью. А утром стала собираться во дворец. Мне помогала Андеида. Собирала вещи, расчесывала и приводила в порядок волосы. – Во дворце о тебе, конечно, позаботятся, дитятко, – приговаривала она, ласково причесывая мои локоны, – но ты все же не забывай нашей скромной заботы. – Я не собираюсь оставаться с королем или принцем, – начиная раздражаться, ответила я. Кухарка словно подхватила вирус Эль–Сириана! – Просто было бы невежливо проигнорировать предложение. – Сира тоже поначалу так оправдывалась, – вздохнула Андеида, и я поняла, что на балу многие увидят чересчур злого мага Ключа. – Я не Сира. – Мальчик без тебя потеряется, милая, – казалось, не слышала моих слов сердобольная женщина. В общем, окончания приготовлений я ждала с нетерпением. Маг–перемещатель встретил меня, как и в видении, и помог с вещами, приготовленными для бала. Андеида заверила, что наложила на платье заклинание разглаживания, мне нужно было просто вытащить его из свертка, в который вещь была упакована. В последний раз оглядев замок, я подала руку телепорту, и небольшой шум в ушах дал знать о том, что на территории Мастера меня больше не было.***Он слонялся по замку, словно неприкаянный. Хотел напиться в погребе и понял, спустившись вниз, что не сможет взять в рот ни капли. Стоял на стене, моля ветер о том, чтобы заглушил тревогу в сердце. Нельзя было поддаваться воспоминаниям и оставлять Майю одну. А он, дурак, представил на ее месте Сиру. Сира ушла. И Майя ушла вслед за ней. В то место, куда безродному Мастеру без приличного панциря соваться не стоило. Только теперь Эль–Сириан был твердо уверен: совсем не девушка послужила причиной разрыва, а его глупое упрямство. Он сам себя не узнавал: шутил над ней с серьезным лицом, выводил из себя раз за разом, все сильнее попадая в плен красивых темных глаз и ярких волос. Пленительной улыбки, которая, благодаря его каверзам и язвительности, на устах Майи стала мелькать так редко, что впору было продавать за золото или все сокровища королевства. Он глупел и глупил рядом с ней. Она превращала сурового Мастера Ключа в безнадежного капризного ребенка, требующего к себе повышенного внимания. Тяжело вздохнув, Эль–Сириан поплелся к Андеиде на кухню. Молодой человек хотел справиться о самочувствии кухарки, поскольку после перемещения Майи та неважно выглядела. Дверь в башню болезненно заскрипела от удара мастерской ладони. А ведь сейчас в ней можно было держать руку Майи… Андеида рассматривала что–то на бумаге, лежащей на столе. Она не обратила на появление Мастера никакого влияния – то ли обиделась, то ли всерьез увлеклась содержанием лежащего на столе клочка. Пристроившись позади кухарки, Эль–Сириан удивленно распахнул глаза: пусть оказавшийся у воспитательницы рисунок с большой натяжкой можно было назвать портретом, себя на нем Мастер все–таки узнал. И понял, о чем хотела все это время донести Майя. Ее волшебные крылатые люди, ангелы, должно быть, являлись там, в ее мире, героями сказок. Андеида наконец–то повернула голову в его сторону: – Неужели и теперь не поверишь, что она полюбила тебя, а не Занна? Смотри, как красиво нарисовала. – Как недоросль лапкой, – усмехнулся Эль–Сириан, пряча смущение глубоко в душе. Он не мог поверить в то, что только что сказала Андеида. Симпатия – да. Желание расквитаться с ним за назойливость и чрезмерную язвительность – естественно, куда же без этого? Но любовь? А потом он припомнил, как дрожала девушка в его руках всякий раз, стоило взять инициативу в свои руки и зайти чуть дальше ее ожиданий. То, что он начинал в качестве игры, имевшей целью раскрепостить Ключа, в конечном счете сыграло с ним злую шутку. Теперь он не мог заснуть, не сжав ее в объятиях, а уж если случалась совместная ночевка, это и вовсе было пределом его мечтаний. Нет, нельзя было идти дальше. Он собирался стать ее верным рыцарем, который смог бы отпустить тогда, когда она попросит. А вышло с точностью до наоборот – бросил, когда она больше всего в нем нуждалась. – Что ты стоишь деревянным истуканом? – будто прочитав его мысли, принялась отчитывать Андеида. – Она никогда не поступила бы, как Сира. Настолько чистое и невинное дитя, а ты так с ней обращался. Плут и разбойник, и за что только тебя Мастером сделали? Иди за ней! – грозно поднялась с места женщина. – И не возвращайся без Майи, слышишь меня? Он долго мог бы оправдываться, что причиной к действию явились последние слова кухарки. Но нет. Им вторил и здравый смысл, и инстинкты, и предчувствия. Лишь упрямство продолжало стоять на своем, но его Эль–Сириан задвинул куда подальше. Путь до дворца предстоял неблизкий. Из своего замка Эль–Сириан выбежал, когда светило Рамбьеля близилось к точке зенита. Запыхавшийся, жаждуший воды и отдыха Мастер подошел к замку в опустившихся сумерках. Перейдя ров по мосту, он был остановлен группой стражников, вооруженных щитами и мечами. – Не велено! – рыкнул один из них, преграждая Элю дорогу. – Я Мастер Ключа, – выровняв дыхание, пересохшими губами произнес Эль–Сириан. – И король Гарот прислал нам с хранительницей личные приглашения. – Все, кто был приглашен, уже давно готовятся к балу, и только изможденные бродяги, выдающие себя невесть за кого, рвутся в бой на дармовые угощения! – загоготали стражники. – Тогда что вы скажете на это? – зло прищурившись, спросил Мастер. Меч засиял в его руке. Меч стал продолжением его самого, позволяя оттеснить мешавших пробиться к Ключу недругов. Когда добрая половина из них валялась на земле, охая на все лады, а Эль–Сириан смахнул рукавом выступивший на лбу пот, со стороны ворот показалась мужская фигура. К сожалению, узнать незнакомца Мастер смог лишь тогда, когда скорчился от боли, падая к его ногам. – Занн… – прохрипел Мастер, кашляя кровью. – Эль–Сириан, – ничуть не смутившись, приветствовал Мастера принц. – Ты припозднился. Мы ждали тебя раньше, вместе с просто Майей. А теперь извини: все свободные места в торжественном зале заняты. Хотя я знаю одно, которое непременно подойдет тебе. В темнице. Полежи там, пока отец с Майей решают проблемы государственной важности. Подумай о жизни. Я не дам тебе заскучать и для развлечения оставлю рядом парочку стражников. Спрячь свой меч, Мастер, не трать понапрасну драгоценную магию, – более жестко добавил принц. – Я прекрасно понял по лицу Ключа, кто является причиной ее грусти. Теперь, будь добр, не мешай. Я долго терпел. И если думаешь, что и на сей раз позволю тебе выйти победителем, глубоко ошибаешься. Унесите, чтобы не пугал честной люд! – распорядился Занн, проверяя действие заклинания крови. – И сделайте так, чтобы, когда он очнулся от кипящей боли во всем теле, не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Время Мастера кончилось. Настало время перемен! Наблюдая, как скорчившегося Мастера уносят стражники, Занн нахмурился. План отца ему был совсем не по душе, да и уверенности в согласии Майи на брак он не испытывал. Но жгучая ревность сделала свое дело. Сначала Сира, теперь и выбравшая Эль–Сириана девочка–Ключ. Что было в этом заморыше такого, чем не обладал он, настоящий принц? Отогнав раздражающие мысли, он повернулся и зашагал обратно в замок. Отец, скорее всего, уже начинал бал. Осталось только узнать ответ Ключа. Хотя теперь Занн не сомневался: он добьется своего любой ценой.***Король улыбался, предвкушая отличное завершение вечера. Дверь только что закрылась за девушкой–Ключом, ушедшей от него с твердым намерением не соглашаться выходить замуж за Занна. Гарот ликовал: все складывалось даже лучше, чем он думал. Она не пошла на условия сделки и теперь, не имея на вооружении нефрита, никогда не сможет разрушить стену – уж он об этом позаботится. Король уговорил глупышку остаться в замке на ночь, и теперь можно было обернуть это время наилучшим образом. Мастера он почти сломал – спасибо сыночку, в кои–то веки проявил характер. Потом непременно стоит показать закованного несносного мальчишку девочке, которую тот поклялся защищать ценой своей жизни, вот только еще не решено до конца, лишить его этой самой жизни или сделать прямо на глазах у Ключа. Пока страдалица будет безутешно горевать, отвести ее к Занну, и пусть делает с ней все, что хочет. Воспротивилась быть законной женой – пусть становится еще одной любовницей, теперь это не имеет значения. Некому больше защитить ее. Мастер доживает последние часы. Животные остались на той стороне, и никогда условие падения стены не будет исполнено. Так что Ключу самое место валяться в ногах Занна. Надо же…променять его прекрасного сына на какого–то безродного наглеца! Кстати, о любовницах… Открылась потайная дверь королевского кабинета, и перед глазами Гарота предстала Сира. Оглядев с головы до ног ту, что успешно согревала постель сына вот уже несколько лет, правитель остался доволен. Из простушки–невесты Эль–Сириана Сира выросла в действительно привлекательную женщину. Женщину, которую не стыдно было держать подле себя, не то что эту ключницу неизвестно из какого мира. Но даже Сира до сих пор не могла выкинуть из головы частицу своего прошлого. – Вы звали, ваше величество, – поклонилась девушка. – Все верно, дитя мое, – кивнул Гарот, усмехаясь. Его партия наконец–то закончилась. – У меня есть для тебя одно важное дело. – Какое? – Сира сосредоточила на нем свое внимание. – У меня был разговор с Ключом. Он прошел весьма успешно. А сейчас я хочу, чтобы ты пошла к Эль–Сириану и рассказала ему о том, что Майя дала согласие стать супругой Занна. – Что? – осеклась первая магиня королевства. Гарот с удовольствием наблюдал за дрожащими руками, которыми она схватилась за сердце, бледнеющими губами, вслед за которыми предательски заблестели глаза девушки. И поглощал чужое страдание. Нет, это был не конец. Вместе с новостью о том, что Занн никогда не будет с ней, она должна будет выкинуть из головы и Эль–Сириана. – Ты чего–то не поняла, Сира? – невозмутимо обратился к ней король. – Тебя проводят. Может, ты и милуешься с моим сыном, но служить верой и правдой продолжаешь именно мне. Я надеюсь, хотя бы в этом ты не сомневаешься? – Нет, конечно, ваше величество… – она на глазах собирала себя по кусочкам, и Гарот испытывал настоящую гордость за сильную женщину, которую Занн упорно не замечал, несмотря на то, что регулярно использовал ее тело. – Но ведь Эль–Сириана в списках прибывших не было. Мне отправиться в замок Мастера Ключа? – Нет, зачем же, дитя мое, – улыбка короля вышла донельзя довольной. – Он здесь, просто добирался своими силами и прибыл почти к самому торжеству. Впрочем, ты все увидишь сама. Ну же, не заставляй старого друга ждать. Время – самая большая наша ценность. Его никогда не бывает много. – Конечно, ваше величество, – пробормотала Сира, тотчас оставляя королевские покои. Что–то в словах беспокоило ее, несмотря на боль, прошедшуюся раскаленным клинком по сердцу. Занн женится. Неужели это действительно так? Снаружи уже ждал стражник. Сглотнув, Сира последовала за ним, с каждым шагом понимая, что ничего хорошего ее прогулка к Мастеру не принесет.***На душе было легко и свободно. Ключ с нефритом приятно согревал кожу, вися на шее на тонком жгуте. Пусть я дала обещание королю остаться до утра, в мыслях уже летела обратно к Эль–Сириану. Летела, чтобы сказать, что возвращаюсь к нему, несмотря ни на что! Что все наши ссоры были до того дурацкими и глупыми, что не стоит больше вспоминать о них. А как хотелось признаться ему в своих чувствах! Теперь, именно тогда, когда все мои дела с королевством Рамбьель были завершены! На кровати в выделенных мне правителем комнатах лежало красивое платье нежно–розового цвета – именно в нем мне предстояло появиться сегодня на балу. Было жалко, что не получится сделать это под руку с Эль–Сирианом, но я обязательно покажусь ему в этом завтра – завтра, когда, наконец, смогу обнять и сказать все, что так давно хотела сказать! Служанка его величества мне не нравилась. Но она настояла на том, что Ключу не пристало готовиться к балу самой, и теперь я вынужденно сидела перед зеркалом туалетного столика и терпела ее не слишком–то аккуратные действия с моими волосами. А потом в дверь постучали, и она отправилась открывать, извинившись, да так и осталась на пороге, застыв изумленной статуей. Когда я посмотрела на посетителя, я поняла причину подобного поведения. Даже на красном платье Сиры были отчетливо заметны кровавые разводы. Волосы спутались, глаза лихорадочно блестели, губы дрожали, выделяясь на мертвенно–бледном лице вместе с грязно–красными дорожками засохшей крови и пролитых слез. Когда магиня обошла служанку, я, сидевшая в одном нижнем платье, поднялась с места и сделала несколько шагов по направлению к ней. – Что случилось, Сира?.. Она подняла на меня полные слез глаза: – Я же просила тебя. Я заклинала тебя – береги его, потому что его некому, кроме тебя, защищать. Он готов был за тебя отдать все, что у него было, даже свою жизнь. Теперь ты довольна? Теперь он будет полностью твоим, Ключ. Они его убили. Радуйся, да пребудет с тобой вся тьма мира! Любовница Занна упала на колени, пряча лицо в ладонях и безудержно рыдая. У меня зашумело в ушах, мир покачнулся. Что она только что сказала? Что сказала Сира? Да что же бормотала эта безумная магиня! Улыбка короля была слишком торжествующей. И совсем не потому, что я отказалась выходить за Занна. Когда он успел все это сделать? Неужели мой глупый Мастер все же пошел следом за мной? И тогда, когда он был беззащитнее всего… – Прочь с моих глаз. Служанка испарилась по первому приказу. Дальше все было, как во сне, но на кровати оказался тот самый запретный сверток, который я никогда не хотела бы раскрывать. – Заткнись. Стенания Сиры меня бесили. Руки разорвали упаковку, являя миру ярко–зеленый паучий шелк. Это платье нельзя было носить с нижними сорочками, и я все сбросила. Из зеркала на меня смотрела потрясающая женщина с застывшей в глазах пустотой. Она распустила волосы, чтобы хоть как–то прикрыть провокационно открытую спину. А затем босиком вышла из комнат, оставляя первую магиню королевства вариться в своем горе дальше. Если король подумал, что этим он меня остановит, он ошибся. Нет, я не собиралась сдаваться. Я наконец–то поняла, как разрушить эту чертову стену.