ГЛАВА 7. НАД ПРОПАСТЬЮ ВО ЛЖИ

Он тысячу раз пожалел о том, что отправился следом за девчонкой. Смотреть на то, как она без лишнего стеснения скидывает с себя одежду и нагишом ныряет в озеро, оказалось очень тяжело. И правда дитя другого мира, подумал Мастер. Ни одна, даже самая распутная девица Рамбьеля ни за что не обнажилась бы в пещере. Она непременно отправилась бы купаться в ночной сорочке. Но то девица его мира. Ключ–то был родом из другого. Мастер скрипнул зубами, испытывая облегчение оттого, что девушку сразу окружили акварии. Маленькие водные светлячки, именно они отвечали за красоту этого места. Эль–Сириан не знал, решатся ли малютки поговорить с Ключом. Обычно они не произносили ни звука, но, кто знает, возможно, решились бы открыться именно ей. Мастер успел изучить множество фактов из жизни животного мира – в замке, где он сам обрек себя на добровольное отшельничество, оказалась прекрасная библиотека, наполнением которой, скорее всего, занимался еще Сафариан. Эль с улыбкой благодарил предшественника: тот позволил юноше утолить жажду знаний о том, что в настоящее время было наглухо скрыто за стеной. Звери были предметом живейшего интереса Мастера. И сейчас самые маленькие их представители окружили Ключа. Эль–Сириан сглотнул: его подопечной взбрело в голову поплавать на спине, и очертания высокой груди не смогли скрыть даже акварии. Проклиная себя, на чем свет стоит, он продолжал наблюдать из укрытия. Да, уговаривал совесть довольствоваться тем фактом, что здесь есть еще один вход. Что могут появиться дикие животные. Совесть слишком хорошо знала своего хозяина. Она отказывалась принять его доводы, уговаривая посмотреть правде в глаза. Да, он обещал ей помочь с возвращением домой. И да, он уже испытывал подсознательное желание оберегать от любых бед. Но самая страшная правда заключалась в том, что девчонка ему откровенно нравилась. И дело было не в сходстве с последним Ключом Рамбьеля. Вся она, взъерошенная, когда злилась, от макушки до пят, представляла такую смесь противоречий, что он не мог не увлечься. С самого первого раза, когда принялась отстаивать свою честь, запала в душу разъяренным взглядом и смелыми словами. Вот почему сейчас он не мог себя сдерживать и постоянно провоцировал ее раздражительность. Она была такой живой, что эту жизнь хотелось проживать с ней рядом. Вот только он должен был отпустить ее, когда настанет час. И что делать со своей симпатией, Эль–Сириан впервые в жизни не подозревал.***Пещера с подземным озером оказалась поистине волшебным местом. Посреди круглого куполообразного пространства в естественной впадине плескались воды внутреннего озера. Вокруг него места хватало только на то, чтобы аккуратно пройти вдоль каменных стен: озеро занимало почти все пространство. Но самым неожиданным и приятным событием стало то, что вода в нем светилась. То ли сама она обладала подобным свойством, то ли жили в ней маленькие магические светлячки – ответа на этот вопрос я не знала. Зато проблема с темнотой ведущих к озеру коридоров сразу же была решена. Я даже пискнула от удовольствия, настолько красиво было место, в котором мне предстояло ополоснуться на ночь. Снова удивиться заставил тот факт, что спокойная гладь оказалась вполне пригодной для плавания. Похоже, температура здесь поддерживалась специальным образом, ведь воздух в пещере был достаточно прохладным. Неужели пресловутые светлячки? Приглядевшись к зеркалу, я отметила, что его свечение и правда движется. Все–таки существовало что–то внутри, из–за чего это место не было похоже ни на что другое. Я не могла удержаться – захотелось окунуться полностью. Если еще и посидеть здесь немного, то вполне получилось бы высушить волосы. Я не стала бороться с искушением – сняла с себя абсолютно все и нырнула. Утром мне дали умыться, но что значили для городского человека, привыкшего к удобствам ванной комнаты, эти малые крохи у реки? Когда натерла кожу до красноты, перевернулась на спину и с удовольствием сделала несколько заплывов от одного края озера к другому. На потолке отражались волны, которые я создавала своими гребками. Я не могла припомнить, было ли в моей жизни такое состояние истинного блаженства. В этот момент светлячки и заговорили со мной. – Ключ… Ключ! - наперебой болтали они, окутывая меня, словно мягкая перина. – Откуда вы? - смеялась я. – Что вы здесь делаете? В ответ раздавался только мелодичный смех, которому я спешила вторить. Эти маленькие существа изгоняли из моей души все печали и тревоги. Но так же внезапно, как заговорили, эти веселые шалопаи вдруг перестали общаться со мной. Зато я услышала голос другого животного. Этот голос, похожий на скрежет, сильно испугал меня. – Челофечинка… пахнет-с-с-с челофечинкой… – С-с-с-лухи не фр-рут-с-с-с...в наши земли дейс-с-с-тфительно пошалоф-фал Ключ. – Ключ приф-фел с сопой т-тругих-х челоф-ф-ечек! Съет-т-им их, схф-фа-а-а-тим Ключа и зас-с-с-таф-фим переф-фести нас-с-с на ту с-с-с-торону с-с-стены. С-с-с-трас-с-с-сть, как хочется челоф-ф-ечинки… Я застыла посреди озера, от испуга не в состоянии добраться до берега, и стала смотреть в сторону второго входа, откуда доносился разговор неизвестных зверей. Они выступили из темноты - довольно крупные, с темно-коричневой шерстью, отдаленно напоминающие наших гиен, вот только клыки у них были похожи на те, что имели саблезубые тигры, оттого и речь была настолько искажена. Два невиданных зверя с горящими глазами, обращенными ко мне. – Челоф-ф-ечинка… - сладко прикрыл глазки один. – Сф-фешая челоф-ф-ечинка, - согласился с ним другой, начав обходить пещеру по дуге. Хотели взять меня с двух сторон! А я от ужаса и понимания того, что мне осталось недолго, не могла даже позвать на помощь. Церемониться они не стали - сбоку послышался плеск воды. Одна из клыкастых гиен нырнула ко мне в озеро. Я рванула к противоположному берегу, радуясь тому, что плаваю не в пример лучше, и совершенно забыла, что там меня может поджидать второй убийца. Шипение сзади приближалось, но я гнала от той зверюги, что, скалясь, наступала на меня в воде. А затем раздался жалобный писк, и все стихло. На морде того, кто плыл ко мне, отразился настоящий ужас. Между мной и гиеной просвистела яркая вспышка, за которой последовал еще один болезненный вскрик. Вода окрасилась кровью, и мне даже послышался обиженный возглас светлячков. Я сделала еще один рывок назад и ударилась головой о стену каменного бассейна. Теряя сознание, смогла запомнить только одно: обеспокоенное лицо стремительно приближающегося ко мне Мастера. В одной руке у него был зажат светящийся меч. Чертов джедай, подумала я, окончательно прощаясь с действительностью.***– Ох, и до чего ж ты нежная, Ключ, - ворчал кто-то над моим ухом. - Такую трагедию из встречи с алмазными устроила, просто жуть. И как мне дальше с тобой быть, если ты от любой мелочи в обморок падать станешь? Мастер? Здесь, со мной? Выходит, его лицо мне не почудилось и он правда пришел на выручку? Кто такие алмазные? Где мы вообще находимся? Прежде чем открыть глаза, я отметила, что телу совсем не холодно от воздуха пещеры. Меня явно успели вытащить из воды и даже во что-то одеть. А если учитывать то, что рядом слышался только голос Мастера… Я дернулась, встречаясь с его взглядом сверху. Эль-Сириан лежал сбоку от меня, согревая своим теплом и подпирая рукой голову. Не иначе как ждал моего пробуждения с нетерпением. Оно было написано на улыбающемся лице и блестело в глазах смешинками, которые невозможно было не заметить. Молчание затягивалось. Наконец Мастер произнес: – Ты самая пугливая из всех Ключей, о которых мне довелось узнать. Мне сейчас было не до этого. Я пыталась восстановить в голове последовательность событий с момента потери сознания. Я явно лежала на каменном полу, правда, на чем-то, выполнявшем роль мягкой подстилки. Скосив глаза, обнаружила, что давно одета, причем совершенно не в то, в чем пришла в пещеру. На мне было длинное струящееся платье, очень напоминающее сарафан или ночную рубашку, но оно было настолько прекрасно сделано, что тянуло не меньше, чем на бальное. Правда, вырез на нем оставлял желать лучшего - очень уж откровенным оказался. Я даже зарделась от смущения. Неужели Мастер успел все это провернуть за то время, что я была без сознания? – Ты чего это, Ключ? - недоуменно поинтересовался Мастер. - Что опять пришло в твою голову, что даже покраснела? – Ты меня одевал? - запинаясь, спросила я. Чем Мастер не страдал, так это отсутствием сообразительности: – Точно, Ключ. И из озера тебя достал, и платье натягивал. И белье тоже, - наклонившись ниже, доверительным шепотом сообщил он. Стон сорвался с моих губ непроизвольно: – Ты меня голой видел, чертов камикадзе! – В свою защиту могу лишь сказать, ты меня тоже, - подмигнул Мастер, явно наслаждаясь ситуацией. - Ну, почти. Но по первому твоему зову я готов предоставить для оценки все остальное… - поиграв бровями, снова принялся подшучивать он. Я не знала, куда деваться от смущения, и не сообразила ничего лучше, чем спрятать лицо у него на груди. Рубашка была абсолютно сухой. Штаны тоже. Когда успел? Он ведь нырял за мной в озеро! Потом я догадалась - скорее всего, прибег к помощи Хардрагора. Видимо, я отсутствовала несколько дольше, чем думала. Впрочем, Мастер не дал мне заострить внимания на этой мысли. Его рука обхватила меня сверху, приближая к теплому телу и позволяя согреться еще больше. – Слишком самостоятельная глупышка, - снова заговорил он, и я обнаружила, что мне нравится слышать звук его голоса, приглушенно доносящегося из груди. - Я успел за тебя поволноваться. – Алмазные - это кто? - спросила я, не поворачиваясь. - Они на меня напали, да? – Собаки с алмазными клыками, - пояснил Мастер. - Мы называем их сокращенно. Первый раз увидел, и все благодаря тебе. – Ты их убил? – Прости, не смог оставить, чтоб дождались встречи с тобой, - скорбно ответил Мастер. - Зато теперь у нас есть приличный завтрак, а у Хардрагора - сокровище для пещеры. – Клыки? - догадалась я. – Они самые, - хохотнул Мастер. – Кстати, кто такой камикадзе? Еще одно словечко из твоего мира? Я успел догадаться, что “хамло трамвайное” - не самое приятное определение. – Прости, - стушевалась я. - Ты меня спас, а я тут на тебя столько всего вылила. Камикадзе - это смертник. – Не дождешься, - усмехнулся Мастер, - я еще не на все нагляделся! Объятие при этом стало особенно тесным, и мне не составило труда догадаться, на что именно намекает самый романтический в мире гад. Завозившись, я смогла выпутаться из плена его рук и прожгла Эль-Сириана гневным взглядом: – Ты!.. Озабоченный ненормальный псих! – Ну если только озабоченный твоим самочувствием, - парировал Мастер, а затем вполне серьезно спросил: - Ты как сейчас? Я задрожала. Просто поняла, от какой участи он меня избавил и что вся его болтовня направлена лишь на то, чтобы отвлечь от воспоминаний. – Зря спросил, - нахмурился Мастер. Я оказалась прижатой к его груди, где и позволила себе всхлипнуть. - Все хорошо. Я всегда буду рядом, Ключ. – Меня Майя зовут, - шмыгнула я носом. – До Майи ты не доросла еще, - шутливо отболтался спаситель. Мы пролежали без слов некоторое время. Я успела понять, как спокойно и уютно на его груди. Если это и правда было магией Мастера и Ключа, то магия эта стала казаться мне самой правильной и доброй. – А чем ты их убил? - спросила я. - Ты же никакого оружия с собой не брал, когда мы на Хардрагора садились. Я бы запомнила. – Ох, бедовый Ключ, - в голосе Мастера слышалась улыбка, а его ладонь погладила мою спину, вызывая мурашки на коже. - До сих пор не осознала главной задачи Мастера? – Но ты же не будешь меня за это ругать? - с надеждой спросила я. – Нет, - засмеялся Эль-Сириан. - Я создан, чтобы тебя защищать. И я могу делать это с помощью любого оружия в пределах досягаемости. Когда такого нет, появившаяся магия сама создает то, с помощью чего мне удобнее сражаться. – Меч? - вспомнила я светящийся клинок в руках Эля. – Это наиболее приемлемый для меня вариант, - согласился Мастер. – И как только драконы продолжают в этих пещерах обитать, - проворчала я, засопев. - Тут же хищники кругом! – Ты шутишь, наверное. Кто же решится пойти войной на дракона? – Не подумала… извини. Просто как вспомню их противные шипящие планы, так становится страшно. В первую очередь - за Ванечку. – За Наследника не переживай, - успокоил меня Эль-Сириан, отстраняясь так, чтобы было видно его серьезное лицо. - Поверь, пока он под защитой драконов, даже моя помощь избыточна. А вот по поводу планов собачек я бы с удовольствием послушал. Если ты, конечно, не против. – Когда они меня почуяли, то решили, видимо, что Ключ привел первых поселенцев. В общем, мной они хотели закусить, а потом отыскать Ключа и вместе с ним перейти на сторону людей. Кажется, ваши собачки сильно изголодали за время установления стены. – Интересные новости, - взгляд Мастера сделался задумчивым. - Утром расскажи об этом Хардрагору. Я думаю, ему полезно будет знать, что не только люди пылают сильным чувством к животным. – Хорошо, - согласилась я и принялась подниматься. – Куда? - не понял Мастер. – Обратно в пещеру, - объяснила я. - Разве не там планировалась ночевка? – Пока ты тут плескалась и в себя приходила, вся пещера давно уснула, - усмехнулся Эль-Сириан и встать мне не позволил. - Разбудишь Мудрейшего - стыда потом не оберешься, что уединилась с Мастером, - не обращая внимания на растущее во мне возмущение, он продолжал приводить доводы в пользу грота с озером. - И потом, достаточное условие твоей безопасности и все необходимое для сна тут есть. Так что спокойно можешь закрывать глаза и отдыхать. – Необходимым ты называешь вот это вот? - невежливо ткнув в сторону божественной сорочки, я стала ждать ответа Мастера. Он явно думал о чем-то приятном, когда с улыбкой уставился на мою еле прикрытую грудь. – Вообще я имел в виду свою скромную персону и то, что второй выход отсюда заблокирован. Я обернулась в ту сторону, откуда пришли собаки - в сиянии светлячков арка прохода действительно казалась спрятанной с помощью прозрачной пленки. Если это и была защита, то выглядела она не слишком внушительно. Но стоило учитывать также и то, что ставил ее Мастер, а значит, сделана она должна была быть на совесть. – А насчет наряда ты зря так отзываешься, - покачал головой интриган, не скрывая удовольствия от того, что обнимал меня. - Кстати, твою одежду пришлось позаимствовать. Махони обещала вернуть ее утром. – Махони? Кто это? - я поняла, что начинаю теряться в именах незнакомых существ. – Здешняя ткачиха, - кивнул Эль-Сириан. - Утром сходим к ней, пока она сделает что-нибудь по образу и подобию нашего мира с твоими мерками. – Но здесь же только животные, Эль, - возразила я. - Какие могут быть ткачихи? – Увидишь, - загадочно ответил Мастер. - А сейчас спи. Мудрейшему потребовалась вся его выдержка, чтобы ночью бежать к нашей спасительнице и приносить для тебя одежду. Он вообще переживал, что придется не впору. – Да нет, с размером вы точно угадали. – Значит, у дракона прекрасный глаз, - хорошее настроение Мастера только улучшилось. - Все, неугомонная, закрывай глазки. Я тоже немного устал после встречи с собачками. Я послушалась. Просто была сильно благодарна Эль–Сириану за спасение. Маню – за то, что рискнул сбегать к этой неизвестной Махони и принести оттуда не только наряд, но и, я почти была в этом уверена, ту самую подстилку, на которой сейчас мы размещались с Мастером. Все существа в этом мире отнеслись к незадачливой попаданке с теплом и вниманием. Кроме, пожалуй, странного принца Занна, преследующего свои собственные цели. Я должна была отплатить добром на добро. А с правителями Рамбьеля, я была уверена, мы еще разберемся. Вот только Ванечку им показывать раньше времени не стоит. – Давай брата с собой не возьмем, – предложила я, чувствуя, как с каждым новым вдохом сон овладевает мной все больше и больше. – Как раз хотел утром предложить это тебе, – в голосе Мастера без труда угадывалась улыбка. – Ты будешь неплохой сестрой короля, Ключ. В здравом уме тебе не откажешь. – От тебя это слышать вдвойне приятно. Мой самый строгий критик, – уплывая в страну грез, призналась я. Что на этот счет подумает Мастер, меня, если честно, волновало не сильно. Но я правда хотела навести с ним мосты взаимопонимания. Как еще это можно было сделать, если не через откровенность?***Он знал, что Ключ произнесла свои последние слова, не сильно беспокоясь о том, какой эффект они возымеют. Тем приятнее было все это услышать. Сама наивность. Эль–Сириан улыбался, вспоминая о том, что она не стала сильно противиться ночевке в пещере. Как и маленькой лжи, что именно Хардрагор сообщил ее параметры достопочтенной паучихе. Утренняя встреча тоже обещала быть веселой. Мастер был почти уверен, что подобного воплощения местной ткачихи Ключ точно ожидать не будет. Жаль, что не получится снова переодеть ее. Теперь девчонка вряд ли подпустит его близко. А жаль. Помимо притягательного характера и острого ума, она еще и привлекательной оказалась. Волосы, в которых он чуть не потерялся, пахли озерной водой и были настолько мягкими, что хотелось в них утонуть. Да и сама она – потеплевшая, разомлевшая, сонная – с каждой минутой становилась ему все ближе и ближе. Если это действительно была магия Мастера и Ключа, эта магия ему очень нравилась. И тот факт, что сжимать девушку в объятиях он имеет полное право, только добавлял достоинств призванию, к которому раньше относился не иначе как к проклятию. Один лишь факт начал тревожить Эль–Сириана после того, как он убедился, что безопасности Майи ничего не угрожает. Уродливая отметина в форме пятерни на девичьем боку, сильно напоминающая неудачную попытку поставить клеймо. Мастер был почти уверен, что это сделал кто–то из Рамбьеля. В ее мире вряд ли допустили бы подобное отношение. Благодаря Хардрагору и некоторому экскурсу в мир Ключа он мог с уверенностью об этом говорить. Зато на его Родине колдовством промышляли все, кому не лень. Выходит, кроме него Майя встречалась с кем–то еще. Только вот с кем? И кто решил поставить на ней свой опознавательный знак?***Я проснулась оттого, что стало слишком жарко. Повернула затекшую шею, не открывая глаз, отметила, что лежу рядом с настоящей мягкой печкой. Вдохнула смутно знакомый запах. И поняла. Эль–Сириан. Это он согревал меня всю ночь, несмотря на комфортную температуру внутри грота. И вовсе не рядом с ним я оказалась. Получилось так, что за ночь я легла сверху на Мастера. В голову, конечно, пришел более очевидный – и осуществимый – вариант. Эль мог сам переместить меня ближе, и я не стала противиться. Во сне – ни за что. Когда контроль разума сходил на нет, я готова была доверить этому человеку все самое дорогое, что было у меня в новом мире. Свою жизнь, жизнь Ванечки, наше с ним благополучие. Но вслух я никогда бы не призналась об этом. Всему виной было наше шуточное противостояние, которое все больше напоминало притирки супругов, не один год проживших под одной крышей. Мне нравился его запах. Ощущение жестковатой рубашки под кожей. И даже рука, крепко сжимавшая талию. Словно Эль–Сириан боялся, что на нас снова могут напасть во время сна. Я приподняла голову: пелена, выстроенная Мастером, все так же находилась на своем месте, как и раньше. В сиянии светлячков она переливалась всеми цветами радуги. Держать голову на весу было не совсем удобно. И все равно я не смогла оторвать глаз от расслабленного лица Эль-Сириана. Мастер, поклявшийся меня защищать даже ценой своей жизни. Романтический нахал, который при каждом удобном случае так и норовил поддразнить меня. Человек, рядом с которым мое сердце начинало биться чаще, чем обычно. Сейчас он будто сбросил маску жалящего шута. Полураскрытые губы казались особенно пухлыми, и я поневоле вспомнила, как сладко они умеют целовать. Эль-Сириан выглядел намного мягче, чем я привыкла видеть при свете дня. На языке вертелось сравнение, которому я никак не могла придать форму. – Ключ, - раздался в тишине сонный голос Мастера, - будешь и дальше так же на меня смотреть, подумаю, что хочешь поцеловать. Предупреждаю сразу: противиться не стану. Особенно после того, как имел честь переодевать тебя. Он даже глаз не открывал! Как понял, что я его разглядываю? Вот уж точно Мастер! Самый настоящий, нахальный и вредный! Что же это получается – ему понравилось то, что он видел? Румянец залил щеки, и я возблагодарила Бога за то, что Эль–Сириан не делает попыток проснуться или как–то изменить положение. Хотя вторую руку он закинул за голову, а первую не собирался снимать с моей спины, сейчас не было никакого желания спорить на эту тему. – Пора вставать? – чтобы хоть как–то перевести тему, предложила я. Эль–Сириан усмехнулся. – Ты слишком ранняя пташка. Даже учитывая то, что пришла из другого мира. Свет в пещере – обман зрения. С аквариями никогда не поймешь, день на улице или ночь. – Но ты же Мастер, – тихо съехидничала я. – Ты должен знать все. – Потому и говорю – спи и не провоцируй меня, – его ладонь поползла ниже, к пояснице. Куда она направится дальше, можно было не сомневаться. – Хотя что–то мне подсказывает, что против ты не будешь. Последнее заявление прозвучало настолько самоуверенно, что я не выдержала и осуждающе шепнула: – Вечно ты со своими фантазиями все портишь! Откуда же мне было знать, что еще ночь? – Потому я тебя и просветил, - рука вернулась на прежнее место. - Ладно, Ключ, давай и правда спать. Я привык к походным условиям, но комната в замке все сильнее манит меня. Быстрее проснемся - быстрее окажемся дома. Тебе там понравится, обещаю. В его устах это слово прозвучало так, словно мы отправились на небольшую прогулку и теперь собирались возвращаться. Дом. Интересно, каково было бы жить вместе? Я сама испугалась этой мысли. Положила голову обратно Мастеру на грудь и тихо заметила: – Значит, эти светлячки называются аквариями? – Да, – отозвался Эль–Сириан, – и я не думаю, что им понравится наше с тобой очередное купание. Особенно после того, как они очистили озеро от крови алмазных. – Я не собиралась купаться, – возмутилась я. – Ключ, – простонал Мастер, – если ты не прекратишь болтать, соберусь я. Чтобы остыть. Но у меня это вряд ли получится, так что тебе придется помогать. Догадываешься, что произойдет потом? Чтобы я не задавала лишних вопросов, он переместил меня так, что я целиком оказалась верхом на нем. Вспыхнув от ощущений, я попыталась слезть, но рука Эля держала крепче любых замков. – Извращенец, – пожаловалась я. Над головой раздался короткий смешок, за которым последовал легкий поцелуй в макушку: – Ничего не могу поделать – это ты изменяешь меня. Все. Ключ, спи. Я устал. Размеренное дыхание Мастера донеслось до меня спустя несколько минут. Под него я и смежила веки до самого утра. То, что ночь отдала свои права новому дню, я поняла, не обнаружив своего телохранителя рядом. В основной пещере было шумно. Драконицы хлопотали над завтраком так, будто совсем не громадинами были, а милыми старыми бабушками. Они хором приветствовали меня, отчего в ушах некоторое время ощутимо шумело, но я все равно улыбнулась в ответ. Нельзя было платить неблагодарностью за гостеприимство. Завязав беседу, я узнала, что мои мужчины вместе с Манем и Хардрагором сейчас снаружи. – Утренняя тренировка, – пояснили обитательницы пещеры, и я, кивнув, отправилась наружу. Там творилось что–то невообразимое. Не успев покинуть безопасных сводов пещеры, я услышала звучный клич Эль–Сириана, радостный смех Хардрагора, если так можно было охарактеризовать чудовищный рев, доносившийся снаружи, и звуки ударов чего–то тяжелого о землю. – Давай, Мастер! – подначивал Эля дракон. – Что–то ты встал совсем не с той ноги! – Держись, шипастый, – в тон ему отвечал молодой человек, – мы с тобой еще повоюем! Поразительное понимание, если учитывать тот факт, что Мастер и дракон могли нормально общаться только в моем присутствии. Я решила подойти ближе, выдав за причину появления беспокойство о Ване. Братик, кстати, нашелся почти сразу же. Он сидел на корточках рядом с входом и подначивал участников странного соревнования горячими комментариями: – Вперед, Мастер! Давай, Хардрагор! Вместе мы победим! Соревнование заключалось в том, чтобы помочь Мастеру сбросить напряжение. По крайней мере, так показалось на первый взгляд. На второй мне захотелось сбежать, поскольку то, что творили дракон и Эль–Сириан, начало напоминать мясорубку. Мастер обладал немыслимой физической подготовкой. Он скакал вокруг дракона так, словно тот был не многометровой громадиной, а пылью под ногами, и размахивал мечом направо и налево, отбиваясь от попыток Хардрагора задеть себя шипастым хвостом. Я порадовалась, что делать все это два товарища решили в некотором отдалении от пещеры, иначе не сносить бы нам всем голов. Зато Ванечка был по–настоящему увлечен зрелищем. – Маечка, доброе утро! Какое на тебе платьице интересное! – оценили вид моей ночной рубашки. Я вознесла хвалу Всевышнему, что догадалась накинуть на плечи найденную рядом с ложем косынку, иначе сгорела бы со стыда, являясь перед братом в столь откровенном виде. – Смотри, как Мастер привык поутру зарядку делать! И это называлось по–здешнему зарядкой? Да у меня сердце каждый раз в пятки уходило, когда хвост Хардрагора оказывался в опасной близости от Эль-Сириана! А тот, будто не замечая, продолжал веселиться, отражая атаки дракона своим мечом. Бой, конечно, был тренировочным, и увечий ни одна из сторон не получила. Но это совсем не значило, что я не стала бы волноваться. Солнце поднималось все выше. Когда, наконец, бойцы заметили Ванечкину компанию, Мастер ослепительно улыбнулся: – Выспалась, Ключ? Бьюсь об заклад, спала, как младенец – с такой–то подушкой! Невольное воспоминание о ночных поползновениях заставило щеки вспыхнуть. Он опять нарочно задевал меня! Я и, будь я неладна, позволяла ему это делать! Чтобы хоть как–то выкрутиться из ситуации, я сузила глаза и с угрозой в голосе ответила: – Как настоящий ангел, можешь не сомневаться. И вряд ли Мастеру успели рассказать истинное значение этого термина, так что с моей реакцией пусть еще хорошенько подумает, что я имела в виду. – Как, неужто не выспалась? – шутливо вытаращился на меня Эль–Сириан. – Ну что ж, я знаю, что поднимет тебе настроение, Ключ! С этими словами он похлопал Хардрагора по боку, словно тот не драконом был, а ездовым пони, и побежал к нам с Ванечкой. Меч из его рук просто исчез, будто и не было. Я вздрогнула, когда увидела этот процесс. Ни хлопков, ни эффектов в духе Дэвида Коперфильда – просто растворился в воздухе. Пока я приходила в себя, Эль–Сириан оказался рядом и взял меня за руку: – Успела проголодаться? Забот в его голосе казалась неподдельной, а взгляд – по–настоящему заинтересованным, и я призналась с максимальной откровенностью: – Пока нет. И тебе доброго утра, Мастер. – Тогда пойдем, – подмигнул мне молодой человек. – Я познакомлю тебя с Махони. Переоденешься, позавтракаем и полетим домой. – Ткачиха? – припомнила я. – Она самая, – кивнул Мастер. Под его насмешливым взглядом мне захотелось прикрыться еще сильнее. Закутавшись в косынку и крепче схватив ее края, я последовала за Эль–Сирианом, взявшим курс в сторону восходящего солнца. Ванечка и Хардрагор провожали нас радостными криками. Идти пришлось недолго. Эта загадочная Махони жила рядом с горной грядой, в пещере у самого подножия, и место ее обитания оказалось на удивление удобным. Здесь начинался и лес, и проходила полноводная река, и даже пение птиц звучало по–особенному сладко. Не думая о том, что путь вскоре закончится, я с размаха налетела на внезапно остановившегося у входа Эль–Сириана, успевшего повернуться ко мне лицом. Подхватив меня в бережные объятия, Мастер приподнял уголки полных губ: – Всегда бы так просыпаться. Чувствуя, как краснею снова, я попыталась вырваться: – Прекрати меня смущать! – Я как–нибудь подумаю над этим вопросом, – со всей ответственностью, на которую был способен развеселившийся человек, ответил Мастер. – Мы пришли. Махони ждет внутри. Не беспокойся – там где–то должен быть и мудрейший. Я пока сполоснусь в реке – так и быть, не буду следить за твоими переодеваниями. Заодно и себе обеспечу беспроблемное купание, – подмигнул мне самый романтический из всех нахалов. Что я могла сделать еще? Конечно, закатила глаза. – Ты неисправим, Эль–Сириан! – Это потому, что ты неподражаема, – мне досталась одна из самых светлых улыбок, от которых потеплело на сердце. Но я старалась не терять бдительности: – Я точно могу пойти туда одна? Никаких подвохов, Эль? – Не больше, чем обычно, – хмыкнул Мастер. Здесь было темно и немного не по себе. Из глубины доносился голос Маня. На него я и отправилась, надеясь, что там, подобно озеру из грота, будет собственный источник освещения. Но я ошибалась. Голос Маня никуда не делся. Но самого панденыша я так и не увидела. Поэтому, набравшись смелости, тихо произнесла: – Мань? Уважаемая Махони? Меня зовут Майя, я Ключ. Мы с Эль–Сирианом пришли к вам, чтобы выразить благодарность за подарок. То, что случилось в следующее мгновение, повергло меня в настоящий шок. Освещение действительно сработало. Вот только источником его оказались два огромных желтых глаза, сбоку от которых располагались еще два таких же, но меньшего размера. А потом стали заметны очертания настоящего паучьего тела, и в пещере раздался шипящий голос членистоногого чудовища: – Так вот ты какая, наша спасительница… Нет, я совсем не разделяла чужой радости. Я закричала, что было силы.