ГЛАВА 8. КОГДА СПАДАЮТ ПОКРОВЫ

Мастер пришел на помощь, когда я неслась к выходу из пещеры. Снова сжав в объятиях, терпеливо дождался окончания моего крика, а затем ласково спросил: – Махони испугалась, глупенькая? – Там паук! – заверещала я. – Огромный четырехглазый паук! – А кто, ты думала, будет обеспечивать нас с тобой одеждой на той стороне стены, где ни одного человека и в помине не было? – добродушно рассмеялся Эль–Сириан, когда я стала потихоньку затихать в его руках. – Ты это нарочно, – догадалась я, вырываясь и со всей силы ударяя Мастера в грудь. – Опять издеваешься! Да что же это такое! Мало мне было попасть неизвестно куда, так еще и ты на голову свалился! Только и знаешь, что пугать и насмехаться! Почему, стоит мне только начать доверять тебе, ты снова все портишь?! Конечно, я лукавила. Я ему доверяла – настолько, насколько вообще возможно было доверять. Но не высказать свое неодобрение тоже не могла. В конце концов, я была чужой в этом мире, зачем постоянно сталкивать меня с тем, что для других давно стало привычным? Мне показалось, что на лице Эль–Сириана промелькнуло раскаяние, но коктейль из охвативших эмоций был слишком взрывоопасным. Когда Мастер сделал попытку приблизиться, я дернулась назад, в сторону темноты пещеры – и затаившегося там монстра. Голос панденыша стал настоящим бальзамом на душу: – Дальше Мань справится сам. Мастер идет, куда собирался, Ключ идет знакомиться с Махони. В тот момент я даже не думала с ним спорить. Заявление Маня показалось мне поистине мудрейшим. Развернувшись, я отправилась вслед за нырнувшим во тьму фамильяром. Я не стала бояться паучиху меньше. Но остаться сейчас рядом с Эль–Сирианом было бы оскорблением самой себя. – И Ключ больше не кричит так громко. Пугается не только Ключ. Махони тоже очень чуткая. А если пугается Махони, это плохо. Махони добрая. Ключ тоже добрая, пусть и глуповатая. Ключ с Махони подружатся, потому что обе добрые. – Я постараюсь, – пообещала я с чистым сердцем. В жилище паучихи все равно входила с опаской. Ну как такая махина могла оказаться доброй? Хотя она ведь ткачиха. Флегматичная работа должна была подразумевать кроткий характер. Я решила надеяться на это. Когда желтые глаза снова оказались в поле моего зрения, они моргали часто–часто. Мань, похоже, тоже обратил на это внимание, поскольку сразу обратился к обладательнице необычного зрения: – Не бойся, Махони. Мань поговорил с Ключом. Прости Ключа – это не самая удачная шутка Мастера. Он не сказал Ключу, что Махони большая и красивая паучиха. – Простите, – подключилась я к объяснениям Маня. – В моем мире нет животных, подобно вам. А паучки обычно маленькие и умещаются на ладони. – Кто же тогда делает для вас одежду? – даже сквозь шипение я распознала в паучьем голосе изумление. – Это долгая история, – улыбнувшись, пожала я плечами. Реакция Махони ослабила пружину напряжения внутри меня. Может, действительно стоило перестать бояться. – У нас, если задуматься, все перевернуто с ног на голову. – И как же ты, бедненькая, осваиваешься? – проявила заботу паучиха. Мне стало безумно приятно от ее искренности. – Не бойся, я помогу тебе постепенно войти в наш мир с гордо поднятой головой. Выходит, я правильно сделала, что после визита Маня с просьбой Мастера глаз не сомкнула и готовила тебе платья. Ты будешь самым красивым Ключом на свете, девочка! – Вы сказали – Мастера? – прислушалась я. – Мастера? Это он вам мои размеры передал? – Ну да, Мастер и передал. Вместе с мудрейшим, – подтвердила паучиха. – А уж я быстренько за одежду принялась. – А Мастер сказал, что это Хардрагор. – Махони выдала Ключу секрет Мастера, – спокойно заметил Мань. – Но Ключ слишком обижена на Мастера, чтобы сознаться ему и поблагодарить за заботу. – Сам виноват, – оправдываясь, ответила я. – Что за привычка сначала пугать, а потом самому же на помощь приходить? Может, хоть ты мне объяснишь, Мань? – Это даже пауку понятно, – фыркнул панденыш, осекаясь. – Простите, достопочтенная Махони. – Ничего, мудрейший, – прошипела паучиха. – Приучает тебя Мастер, – добавила она, обращаясь ко мне. – Что? – встрепенулась я. – Чтобы ты ни к кому, кроме него, с просьбами не ходила, – пояснила Махони. – Боится тебя потерять. – Я и так никуда от него не денусь! – воскликнула я. – Наша магия притягивает нас друг к другу, будто магнитом! – Ключ не просто глупа, а беспросветно, – разочарованно заворчал Мань. – Что? – опешила я. – Мудрейший, похоже, хотел сказать о том, что не в магии тут дело, – вместо Маня разрешила мои сомнения паучиха. – Быть может, она и свела вас изначально… – Но все остальное – уже личное дело Мастера и Ключа, – завершил мысль Махони панденыш. – Ключ не должен заставлять бедных животных открывать ей прописные истины. Ключу пора переодеваться. Мань чувствует волнение магии. Ключа ждут на человеческой половине. – Чтобы ускорить появление Ключа среди людей, Маню стоит пойти к Мастеру, – мягко прошелестел голос Махони. Если честно, я не думала, что огромный паук будет способен на такие звуки. – А я помогу девушке переодеться и собрать вещи в дорогу, – на этом прекрасном моменте мой желудок невежливо заурчал, возвещая о подступившем голоде, и Махони издала нечто похожее на бульканье. – После чего вам всем надлежит как следует накормить ее. На человеческой стороне, боюсь, мясной пищи не предвидится. В голове воскресла мысль: а ведь действительно, они же там, без животных, живут совершенно без белка. Как, интересно, справляются только? По принцу, да и по Мастеру тоже, совсем нельзя было сказать, что они чувствуют недостаток в витаминах. А уж если вспомнить ощущения от кожи Эль–Сириана под кончиками пальцев… жаль, что вместе с ними пришло и напоминание о последнем поступке моего защитника. Я горестно вздохнула, стоило Маню покинуть пещеру. – Не расстраивайся из–за них, девочка, – Махони зашуршала с поистине материнской заботой. – Они мужчины, в каком бы обличье ни находились, и, прежде всего, заботятся о состоянии миропорядка. Порой они забывают, что мир начинается с теплого домашнего очага, который не под силу создать никому, кроме женщины. – Мань вполне заботится о вашем благополучии, Махони, – пожала я плечами. – Это меня считает недалекой попаданкой. – Это потому что мы с ним давние друзья, – объяснила паучиха. Ее необычные глаза стали светить еще ярче, и мне стали доступны очертания пещеры, в которой она селилась. – Так уж повелось, мы живем долго. Великий правитель, великий мудрец и их названная сестра. – Хардагор, Мань и вы? – с улыбкой догадалась я, понимая, что из мира в мир сохраняются одни и те же ценности. Будь ты хоть животным, хоть человеком, дружба всегда останется одной из них. Ненадолго глаза Махони прикрылись, выражая полное согласие с моими словами. – Теперь я надеюсь, что к этой троице добавятся великий Мастер и великий Ключ. Стоило ей упомянуть Эль–Сириана, как мое хорошее настроение стало сходить на нет. – Я его не понимаю, Махони. Вроде и защищает меня, и тут же делает все, чтобы оттолкнуть. – Будь мудрее, – посоветовала огромная паучиха. – Не замыкайся в себе, но и осады не прекращай. Спроси, какими были мотивы твоего Мастера. Не думаю, что он стал бы засылать сюда великого мудреца посреди ночи, не беспокойся он о тебе и о том, как воспримут тебя в государстве людей. – Мысли об одежде вы называете беспокойством? – недоверчиво хмыкнула я. – А ведь он еще и ощупать меня перед этим умудрился! – добавила я, воинственно подбоченившись. – Твой Мастер молод, девочка–Ключ, – умей пауки улыбаться, Махони сейчас сделала бы это. – Молод и горяч. И в этом ты тоже должна быть мудрой. Хотя раз так быстро его к себе привязала, значит, кое–что понимаешь в жизни. – Я? Привязала? Сердце нехорошо кольнуло. Я ведь пыталась сделать все возможное, чтобы этого не допустить! – Пока этого не видно, – подтвердила свои слова Махони. – Но не бросай его. Ничто в этом мире не сможет ранить Мастера сильнее, чем отвернувшийся от него Ключ. – Не бросать, говорите? – горько усмехнулась я. – Несмотря ни на что, принять правила его игры? – Мастер последний, кто будет играть с тобой, – возразила Махони. – Спроси у него, что он хотел показать своим поступком. Будь умным и дальновидным Ключом. Не покупайся на сладкие речи и всегда – слышишь, всегда – прислушивайся к словам своего Мастера. Магия Мастера и Ключа так же стара, как и наш мир. Она не может обмануть. – Боюсь, с вопросами будет тяжеловато, – призналась я, начав капитулировать после слов Махони. – Я хорошенько осадила Эль–Сириана благодаря его выходке. – Это несложно исправить, – тут же оживилась паучиха. – Смотри, Ключ, одну из дорог к его сердцу. Ее глаза превратились в настоящие прожекторы. Зачем – я поняла спустя несколько мгновений. Желтые фонари осветили небольшое возвышение в пещере, на котором я заметила аккуратно развешенную одежду. – Смелее, – подтолкнул меня голос Махони. – Надень то, в чем, по–твоему, тебя хотелось бы увидеть Мастеру. Косынка спала с плеч. Своей полуобнаженности я не стеснялась – никого, кроме двух женщин, в этом месте больше не было. Пальцы сами прошлись по мягчайшему шелку – иначе материал, из которого Махони изготовила одежду, не воспринимался. Однако и здесь ткачиха меня поразила: – Внизу ты найдешь вещи потеплее – для полета на драконе – и то, что стоит надеть под платья. – Платья? – удивилась я. – Без них в этом мире никак. – Что посоветуете? Я не слишком хорошо разбираюсь в здешней моде. – И не нужно. Левее, – направила меня Махони. – В комплект к нему идут белье и панталоны. Тебе понравится, обещаю. В свете только паучьих глаз ткань казалась золотистой. Но я знала: все это – обман зрения. Скорее всего, нити, из которых Махони плела паутину, были серебристого цвета. Возможно, в этом я буду смотреться как настоящая невеста. Панталоны оказались сродни лосинам – обтягивали ноги второй кожей. Белье тоже пришлось мне по вкусу – оно не стесняло движений и приятно льнуло к телу. Само же платье оказалось выше всяких похвал. Закрытое, с высокой горловиной и длинными рукавами, оно имело два широких выреза на бедрах, благодаря которым – и также наличию лосин – я могла беспрепятственно сидеть на драконе. – Красота, – призналась я, оглаживая невидимые складки на одежде. – Не забудь накинуть куртку, – напомнила Махони. – И зови Мастера – он все это заберет в свой замок. – А это что? – внимание привлек заранее упакованный сверток, завязанный чем–то до боли напоминающим длинную травинку. – Не надевай, коль будешь счастлива, – коротко отозвалась Махони. – А когда заболит сердце, руки потянутся к нему сами. Это скорбный зеленый саван. В нем провожают безвременно почивших. Моя рука замерла над неизвестным одеянием. – Я запомню. Мастер нашелся почти сразу. Раньше его плесканий я услышала монотонное бормотание Маня, к которому решила не прислушиваться. Бранил ли он Эль–Сириана или, наоборот, хвалил от всей души, мне не было до этого никакого дела. Я решила сохранять расстояние в общении. Эль–Сириан заметил меня, когда уже выходил из реки. Ее неторопливое течение, будь я в хорошем расположении духа, непременно настроило бы на умиротворенный лад. Но сейчас меня не тронули ни ласковый поток, ни то, что он обнимал одетое только в панталоны тело Мастера. Я почти наяву ощутила, как перехватило дыхание Эля от моего внешнего вида. Но… Когда наши взгляды скрестились, я четко произнесла: – Пожалуйста, помоги донести вещи до драконов. Мастер явно обладал навыками бытовой магии – нижнее белье на нем просохло, стоило только выйти из воды. Так вот каким образом он, скорее всего, помог себе накануне в пещере. Сухо кивнув в ответ, будто до этого не пожирал меня глазами, он отправился к Махони, откуда вернулся спустя некоторое время. На лице его было выражение крайней задумчивости. Я не позволила прикоснуться лишь к одной вещи – тому самому свертку с саваном. Сразу захватила с собой. Почему–то встреча Эль–Сириана с этой одеждой казалась мне дурным знаком. За завтраком на нас не косились разве что самые ленивые. Даже Ванечка недоуменно поглядывал то на меня, то на Мастера, отмечая напряженность за столом. Драконы мудро молчали, будущий король решил брать с них такой же пример. Когда прощались, Ванечка прижался к моему боку и дрожащим голосом попросил: – Возвращайся, Маечка. Если не вернешься, я сам сяду на дракона и полечу тебе на выручку. – Обещаю, мой хороший, – улыбнулась я, потрепав его по светлым вихрам. – Кроме тебя мне в этом мире никто не нужен. Я заговорила с Мастером лишь один раз – когда мы удобно устроились на хребте Хардрагора, а Мань свернулся калачиком в моих руках. Эль–Сириан привычно притянул к себе, и мне не оставалось ничего другого, кроме как откинуть голову ему на плечо, прикрывая глаза. – Зачем ты это сделал? – с болью в голосе спросила я, когда мы набрали нужную высоту. – Чтобы ты не угодила в умело расставленные сети, когда тебя захотят взять в невидимый плен, – серьезно ответил Мастер. – Учись отличать паутину, что приносит тебе добро, – его рука чувствительно прошлась по моим ребрам, заставляя вздрогнуть, – от той, что окончательно тебя запутает. Там, куда мы направляемся, она свисает со всех углов. Больше мы не проронили ни слова. Я задумалась над словами Мастера, припоминая первую встречу с принцем Рамбьеля. Казался ли мне Занн чрезвычайно дипломатичным? Определенно да – вплоть до ощущения того, что слишком мягко стелет. Настолько мягко, что падение может оказаться фатальным. Поневоле вспомнился след от его руки, который никак не желал проходить. Было ли это поводом к беспокойству? Нет, скорее всего, иначе он давно бы проявил себя. Но вот того, что никакой подоплеки под этим не скрывалось, я бы утверждать не стала. По моим ощущениям, прошло около часа с начала полета. Стену мы преодолели на удивление легко, только сжавшаяся на талии ладонь Мастера навела меня на мысли о легком беспокойстве спутника. Однако дальнейшая дорога пошла гораздо приятнее. И вот мы вновь проносились над землями людей. Когда вдали показался замок Мастера, Хардрагор выдохнул: – Готовься. Принц уже ожидает. – И не он один, – чересчур напряженно отозвался Эль–Сириан. Когда мы подлетели чуть ближе, на крепостной стене я и правда разглядела Занна, смотрящего на то, как мы приближаемся к замку. По всему было видно: принц потрясен оттого, что на его земли вновь пожаловал дракон. Рядом с Занном находилась хрупкая девушка с длинными иссиня–черными волосами, закутанная в темный плащ. В этот раз Хардрагор не стал показывать чудеса в умении приземляться – он сразу снизился во двор, опуская крыло, по которому скатился Эль–Сириан, принимая меня в объятия. Я обернулась, чтобы поприветствовать Занна, но Эль–Сириан уже тянул вглубь замка. Животные – Мань так и не слез с хребта Хардрагора – остались снаружи. – Тебе не кажется, что выказывать настолько явное неуважение к принцу – дурной тон? – не выдержала я напора Мастера, будто бежавшего от собственной смерти. – Я в своем праве, – пресек он дальнейшие разговоры. То, что происходило внутри, юноше также не понравилось. Повсюду сновали слуги, которые, завидев нас, склонялись так низко, как только позволяли приличия. Хотя у меня сложилось впечатление, что при образе жизни Эль–Сириана их должно быть несколько меньше. Подобный размах скорее подходил принцу. Вскоре моя догадка подтвердилась. Чем больше челяди попадалось на пути, тем бледнее становился Эль–Сириан. – Что происходит? – я не могла не обратить внимания на его напряжение. – Принц, похоже, решил дождаться нас в нашем же замке со всеми условиями, – буркнул Мастер, а затем, выпустив мою руку из захвата, позволил пройти вперед. И пока я разглядывала сводчатый потолок и узкие длинные окна, в его руках вновь засиял меч, которым он с силой ударил по каменному полу замка, вгоняя сталь глубоко в основание. – Все – вон! – рявкнул он так, что у меня заложило уши. Естественно, его тут же послушались. – Из постоянных обитателей здесь только кухарка и садовник. Остальные приведены Занном, – пояснил Эль–Сириан, успокаиваясь и глядя на то, как рассеивается многочисленное людское море. – Похоже, принц позаботился о нашем комфорте, – отметила я чистоту помещения. Эль–Сириан фыркнул: – Чистота поддерживается с помощью обычной бытовой магии. Не позволяй себя одурачить, Ключ. Вскоре зал опустел. Мне самой задышалось свободней, начал отходить и Эль–Сириан. Возможно, я когда–нибудь смогу понять его странную логику, следуя которой, он готовил меня к ожидающим скрытым угрозам и избавлял от ненужного мусора в жизни. Возможно, стану принимать, как должное, его действия и порывы. Пока же…я Ключ, а значит, должна быть выше собственных обид. И в непростое для нас обоих время я никому не должна показывать, что между нами пробежала черная кошка. Не зная, как облегчить внезапно накатившую на него ярость, я подошла и обняла Мастера со спины. Он не расслабился – наоборот: изменил положение, вытягиваясь в струну. И я поняла причину подобного поведения. Из–за массивной двери, которую Мастер не удосужился прикрыть, показались знакомые фигуры. Занн, облаченный в доспехи, выглядел сногсшибательно и казался настоящим падшим ангелом. Я бы с удовольствием дала ему роль красавчика–вампира в какой–нибудь киношной саге. Девушка, сопровождающая его, нисколько не уступала. Она была настолько прекрасна, что я поневоле ощутила укол зависти: моему лицу никогда не было суждено обладать столь утонченными чертами. А тяжелые волосы, кольцами спускающиеся по плащу, в сочетании с темными глазами и коралловыми губами, и вовсе, пожалуй, немало мужчин свели с ума. Однако мне пришлось оторваться от созерцания ее вида. Занн подал голос. И сорвалось с его губ совсем не то, что мне бы хотелось в тот момент услышать. – Просто Майя, я рад новой встрече с вами. В прошлый раз мы расстались не на самой приятной ноте. Эль–Сириан, вижу, ты вступил в свои права. Что ж, поздравляю с обретением Мастерства. Мой Мастер застыл. Не зная, что было тому причиной, я вышла из–за его спины и неловко поклонилась Занну и его спутнице: – Желаю вам здоровья, Занн из Рамбьеля. Вам и вашей знакомой. Губ девушки коснулась мимолетная улыбка, осветившая и без того красивое лицо. Эль–Сириан рядом со мной еле слышно выдохнул, и мне стоило больших усилий сдержать приветливое выражение. Они были знакомы. Мастер и эта девушка! – Позвольте представить вам мою спутницу, – улыбка Занна вышла снисходительной. И я в тот момент не поняла, то ли он опомнился после моего легкого намека и решил рассказать о красотке, то ли изначально создал такую ситуацию, чтобы девушка оказалась в проигрыше. Ну не могло же в приличиях этого мира отсутствовать правило, по которому людей стоило знакомить! Что за партию разыгрывал принц? – Сира, моя добрая подруга и верховный маг королевства Рамбьель. Верховный маг? Это вот эта вот куколка? Я почувствовала себя проигравшей по всем фронтам. Куда обычному приблудному Ключу было тягаться с такой выдающейся личностью? Тем страннее казалось провалившееся унижение Сиры. – Здравствуй, Занн. Сира, давно не виделись, – процедил Эль–Сириан таким голосом, что я невольно покосилась в его сторону. Сладкая парочка будила в моем Мастере самые темные стороны души. Я видела это по сверкающим зеленым глазам, метающим грозовые молнии и превращающим моего ангела в смертельно–опасного романтического гада. Того, кого я по–настоящему могла бы испугаться. – Приятно видеть тебя в добром здравии, Эль, – ни единый мускул не дрогнул на лице девушки. Она все так же безмятежно улыбалась, как и во время выходки Занна. Но мне хватило короткого замечания, чтобы ревность забила через край. Она назвала Мастера именно так, как ему нравилось. Эль–Сириан был не просто знаком с ней. И меня только что поставили перед этим фактом. – Ключ, я рада, что мои усилия не прошли даром. Вы все–таки вернулись в наш мир. Умела она все же привлечь к себе внимание. Эль–Сириан стал по–настоящему опасным, да и мне стоило огромных усилий сдержаться. Выходит, именно она перетащила меня сюда? – Вот как? – делано удивилась я, мечтая сомкнуть руки на прекрасной шейке. – Хотелось бы об этом побеседовать, если вы не против. Принц Занн, признаю, в прошлый раз мы расстались не на самой приятной ноте, – я решила проявить дипломатичность, из последних сил удерживаясь на грани приличий. Принц, однако, моих стремлений не разделал. Явно наслаждаясь ситуацией, он с участием обратился ко мне: – Как поживает ваш бок? Признаю, я мог быть чрезвычайно груб с вами. Не осталось ли на коже синяков? В свое оправдание могу сказать лишь одно: вы слишком стремительно убегали, не позволив предложить вам никакой одежды, и я слишком переживал за состояние вашего здоровья. Не зря я назвала его темным властелином. Изобразить меня гулящей девкой в присутствии Мастера – это надо было постараться! По тому, как тяжело задышал Эль–Сириан, я поняла: ситуацию надо срочно спасать. Иначе кто–то рискует не выйти из этой залы живым. Странно радовало меня лишь одно наблюдение: девице Сире слова принца понравились не меньше, чем самому Мастеру. Так. Это что же выходило? Любовный треугольник принца, Мастера и брюнетки? Господи, куда же я попала! Мне не оставалось ничего другого. Знаю, потом Эль–Сириан будет рвать и метать, но продолжать разговор с Занном при всех не имело смысла. Да и Мастер говорил, что замок в равной степени принадлежит нам обоим. И я решилась. Не стесняясь демонстрировать принцу и его девушке спину, я обошла Эль–Сириана и, положив ладонь на его грудь – туда, где неровными толчками билось сердце – шепнула на самой грани слышимости: – Успокойся. Пожалуйста, Эль. Мне очень нужны твой острый ум и хладнокровие. Без тебя я ни за что не справлюсь. Его взгляд прояснился, стоило ладони накрыть мою ладонь. Меч исчез так же быстро, как и появился. Мастер не произнес ни слова, только крепко сжал мои пальцы. Приподняв краешки губ в благодарной улыбке, я добавила так, чтобы слышали Занн с Сирой: – Мой дорогой Мастер, не могли бы вы выделить нам с принцем тихое место, чтобы поговорить о том деле, которое берет начало на территории зверей? Он окончательно понял. Да, мой хороший, мой самый любимый Мастер, сейчас не может быть ничего важнее стены и поиска камушка для Ключа, способного ее разрушить. – Кабинет. Я провожу вас, – коротко бросил Эль–Сириан, хватая меня за руку и утаскивая за собой мимо огромной лестницы на второй этаж. И снова меня затопило это странное чувство. Ощущение дома, которым все здесь было пропитано. Интересно, детям нравилось бы сбегать по ступеням вниз? Испугавшись собственных мыслей, я обратилась к оставшемуся позади Занну: – Уважаемый принц, прошу за нами. Простите некоторую спешку – мы с дороги и еще толком не пришли в себя. Вашу очаровательную спутницу вскоре займет разговором мой Мастер. Слово «мой» я подчеркнула, в то же время бросая взгляд на Сиру. Она точно видела, с каким собственническим видом схватил меня Эль–Сириан, потащив в кабинет. И ей было любопытно. Но я торжествовала. Это именно мое присутствие возвратило ему рассудок. Никто не отнимет у меня Мастера. Ни за что не позволю! – Ты не мог бы так сильно не сжимать руку? – я старалась быть мягкой ровно до тех пор, пока не встретилась с яростным взглядом Мастера. Теперь–то чем он был недоволен? Можно подумать, это ему с самого утра испортили настроение! Еще больше меня взбесило молчание Мастера, когда он остановился и кивком указал на дверь в конце коридора, по которому меня провел. Внутри поднялась настоящая волна справедливого гнева. Но если он думал, что просто так возьмет меня на слабо, то глубоко ошибался. Чертов Мастер! У меня на кону серьезнейший из разговоров, а я тут с чужими детскими замашками вынуждена нянчиться! Когда Эль–Сириан уходил, на пути ему попался Занн. Мастер говорил правду: в своем замке ему было неважно даже высокое происхождение принца. Смерив последнего злым взглядом, Эль отправился развлекать оставшуюся в одиночестве гостью. Ну а я попыталась изобразить максимум благодушия. – Простите мою бестолковость, но я впервые в этом замке и даже не знаю, где находится кухня, принц Занн. А так непременно предложила бы вам чая или легких закусок. Так принято встречать гостей в моем мире. – Не стоит переживать, уважаемая просто Майя, – принцу мое внимание явно польстило. – Мы с Сирой нагрянули не вовремя и, как видите, доставили Мастеру множество хлопот своим присутствием, – о да, а еще он забыл упомянуть о доброй сотне слуг, снующих в чужом доме! – Мы будем благодарны, если позволите разделить с вами вечернюю трапезу и переночевать в замке. Завтра с утра мы отправимся в обратный путь, чтобы ждать новой встречи с вами. Час от часу не легче! – Новой встречи? – я невольно прислушалась. Занн загадочно улыбнулся: – Это одна из причин моего неожиданного появления. Давайте обсудим все в более подходящей обстановке? – Конечно, – здесь я была с принцем солидарна. – Пойдемте внутрь. Кабинет Мастера оказался совершенно не таким, каким я могла бы представить себе отражение внутреннего мира среднестатистического романтического гада. Конечно, я лукавила и просто называла Эля так по привычке, но все равно аскетичность и отсутствие роскоши заставили подумать о Мастере в совершенно другом ключе. Здесь было много полок с рукописями и самодельными книгами, и я подумала, что именно им Мастер обязан своему спокойному отношению к миру животных. Ведь, если задуматься, юноше, никогда на той стороне не бывавшему, даже Мань должен был быть в новинку. А Эль вел себя так, будто каждый день в компании панденыша завтракает. Думаю, множество знаний он почерпнул именно отсюда. Ну а в том, что Мастер любит читать, я не сомневалась ни секунды: уборка уборкой, но книги были расставлены с любовью. И я совсем не была уверена, что это дело рук кухарки. Мы с Занном устроились на соседних окнах, не сговариваясь, и если я искала опоры в виде стены, то принц решил начать с образа задумчивого правителя, неотрывно смотрящего вдаль. – С чего бы вы хотели начать наш разговор? – вежливо поинтересовалась я. Все же именно принц предпочел общаться за закрытыми дверьми. – Прежде всего – с объяснения того, как вы очутились в этом мире, просто Майя. – Майи будет достаточно, принц, – наконец–то раскрыла я тайну своего имени. - Я думала, прежде всего, стоит попросить у вас прощения за поведение Мастера. Мы устали с дороги и… – Не стоит, Майя, - принц поднял руку ладонью ко мне, останавливая и одновременно требуя внимания. - Вы еще не знакомы с обычаями нашего мира, с его традициями. Я постараюсь учитывать это в нашем общении и принимать во внимание обоюдную непосвященность. – Будем...разговаривать на языке, понятном обоим? - я даже не смела надеяться на подобную роскошь. Мастер никогда не думал о том, чтобы считаться с моими чувствами. Занн разом мог получить огромное преимущество. – Естественно, - с улыбкой заверил меня принц. Неужели?.. - И начнем мы с вами с самых основ. Эта тема касается и Мастера, и вашей с ним связи. – Я вас внимательно слушаю. Теперь я готова была внимать бесконечно! – Дело в том, что Мастер и Ключ - своего рода связующее звено между человеческим и животным миром. Независимо от того, есть стена или нет, два этих человека обеспечивают взаимодействие огромного количества существ. Пусть замок Мастера и стоит на земле Рамбьеля, ни Эль-Сириан, ни вы, Майя, нашими подданными не являетесь. Потому и вести себя можете так, как принято только между вами. Знать бы еще, как у нас с Элем это принято! – Ну и я допустил вольность, решив скрасить ваше возвращение, когда узнал, что в наших землях наконец-то появился Ключ. Поэтому Мастер поступил так, как считал нужным, и я не могу ему в этом перечить. – Даже так? - восхитилась я законам Рамбьеля. И дипломатичности Занна в том числе – это ж надо было назвать намеки на наше с ним близкое общение «вольностью»! Понятно теперь, что он продолжил разговор, даже не думая извиняться. – Да, пусть ваша основная роль и добавила мне некоторых проблем, главной из которых является Эль–Сириан. – О чем вы говорите, Занн? – нахмурилась я. Принц стер улыбку с лица. – Майя, выходите за меня замуж.