Глава 72. Илья

— Чёрт побери, да объясни ты, наконец, куда мы идём? — взмолился Соломон.

Он посмотрел на беспощадное солнце в бледном мареве неба и упал на колени в песок.

— Мы идём… на восток, — сверился Илья со стрелкой компаса и координатами, что показывал GPS-навигатор. — Осталось немного.

— Пустыня Сахара вытянута примерно на четыре тысячи восемьсот километров с запада на восток и занимает площадь около восьми с половиной миллионов километров, — ответил Мотя. — Так куда именно мы идём?

— Рад, что ты не утратил критическое мышление, друг мой, — усмехнулся Илья. — Но мы идём в точку, до которой осталось плюс-минус двадцать шагов, — ответил он.

И спустя четырнадцать шагов, на каждым из которых Илья подпрыгивал, словно проверяя пустыню на прочность, провалился.

Отплёвываясь от пыли и песка, он открыл глаза и обнаружил себя на дне ямы, в которую падал острый как меч луч света, над которым тёмной тенью маячила голова Соломона.

— Эй, ты там жив? — кричал тот.

— Вполне, — закашлялся Илья, выплёвывая песок.

Он знал, знал, что они дойдут. Верил, что всё правильно рассчитал. И очень надеялся, что его старушка всё верно записала. У него вообще была мировая бабка.

— Я схожу за помощью, — крикнул Соломон.

— Она нам не понадобится, — крикнул Илья. — Лучше спускайся сюда.

— Если это не так, — сказал Соломон, плюхнувшись на кучу песка рядом с Ильёй, — нас уже ничто не спасёт.

— Тебе надо было подумать об этом прежде чем сигать в дыру, — усмехнулся Илья.

Он встал, прикидывая, что над ними метра три, и без посторонней помощи им никогда не выбраться, но у него был план и дневник его бабки.

Илья не для того мутил воду, спорил с Кирой, делал вид, что полностью ей доверяет, две недели спал в походной палатке и копал песок, чтобы вернуться ни с чем.

У Киры Леви с собой было оборудования на небольшую космическую станцию. Его тащили на джипах, везли на верблюдах, тянули на лошадях и даже подвесили в небе на воздушном шаре — и всё оно работало. Ни одна ящерица не могла прошмыгнуть мимо Киры Леви, не будучи замеченной.

Современные экспедиции — это вам не те, с палатками в сопровождении местных бедуинов, что описывали путешественники прошлого. Люди Киры построили целый город с комфортабельным проживанием, душевыми и кухней, что вечером сверкал, как Лас-Вегас — шейх Хамдан не поскупился ни на связь, ни на солярку, ни на рабочих, чтобы всё это содержать.

Что они хотели найти?

Как минимум подземный лабиринт, описанный в рабочем дневнике Екатерины Лейкиной так подробно, что сомнений в правдивости описаний не возникло ни у кого.

Как максимум следы внеземных цивилизаций, что положили бы конец спорам и подтвердили раз и навсегда, что другие цивилизации существуют (если кто-то в это ещё не верит).

Да, у Киры и шейха были амбициозные и вполне понятные планы. А предварительная разведка, на которую тоже не поскупился шейх, дала очевидные подтверждения, что в указанном квадрате под слоем песка действительно находится археологический объект, и довольно крупный.

Собственно, в этом не было никакой тайны. Правительство Египта без труда выдало разрешение на раскопки, до которых у них не доходили руки, а точнее, на которые не хватало средств, не сочтя его, сколь либо значащим, то есть представляющим не более чем археологическую ценность.

Если бы у Ильи не было кулона и камня, столь важного для приверженцев теории палеоконтакта, Хамдан никогда бы не согласился лезть в подземные катакомбы, что не так уж и редки в пустыне, да и Кира вряд ли согласилась участвовать — что ей с камней, служивших кому-то улицами, домами, храмами или усыпальницами. Другое дело — неразграбленная гробница фараона или алтарь с артефактами, оставленный пришельцами.

Всё это было подробно описано в бабкином рабочем дневнике, но, кроме рабочего, был ещё один, личный. Там не стояли даты, не вёлся перечень проведённых работ, не было хронометража и обязательной для записной книжки экспедиции того времени информации, что как «чёрный ящик» должна была фиксировать проведённые мероприятия и в случае необходимости служить документом, но зато очень красочно и обстоятельно были описаны события, мысли и подробности, которым не место в рабочих записях.

Именно с этой тетрадью последние месяцы почти не расставался Илья, перечитывая снова и снова и каждый раз находя какие-то детали, которые сложились для него в итоге в цельную картину.

Настолько цельную, что, имея под рукой всего несколько цифр и фигурно обрезанный край листа, он сумел найти место, ради которого и ввязался в эту авантюру.

Каждый день они с Соломоном отходили от общего лагеря, где кипела работа, всё дальше и дальше, пока наконец, Илья не вытянул перед собой лист, сверяя его неровный край с линией горной гряды, и не понял, что они на месте или очень близко к нему.

— Как ты узнал, что нам надо именно сюда? — спросил Соломон, отрясая с задницы песок.

— Прости, что не сказал раньше, — протянул Илья тетрадь.

— И что в ней? — недоверчиво посмотрел Мотя на луч света, что падал сверху в пролом и на заряд фонарика.

— Пожалуй, лучше я расскажу, — согласился Илья. Покрутился на месте и уверенно повернул в проход.

— Связи нет, — сказал Мотя, уткнувшись в телефон, и поторопился следом.