ГЛАВА 9. Тирис «СОСТЯЗАНИЕ»

Холодная вода коснулась моего лица. Я схватилась за раковину. Со вчерашнего дня, точнее со вчерашней ночи я ощущаю, как меня переполняет гнев. Он перемешан с ужасом от осознания, что мне придется и сегодня идти на крышу. Но все таки злости во мне больше.

— А можно как-то побыстрее? Ты здесь не одна.

Я посмотрела в зеркало, за мной, облокотившись на дверной косяк, стояла рыжая девушка. Ее каре сегодня было игривым, она завила локоны по бокам, скрепив их крабиком. У нее есть чем завивать волосы?

Я заправила пару выпавших прядей в хвост, и она улыбнулась себе под нос.

— Да все у тебя в порядке, не переживай так.

— Спасибо, — я пропустила милую улыбку, но она сразу утонула в мои мыслях.

Я почти не спала. Под утро вернулась Лили, я ее накрыла. Она бормотала что-то про Клайда, это сосед пятьсот сорок девятого? Я смотрела на лицо Лили и вспоминала тетю. Надо бы спросить у Лейва напрямую. Но это страшно.

— Называй меня Мэй, — девушка оттолкнула меня от раковины, протискиваясь к ней.

— Тири.

Она открыла кран, повернула в сторону, но руки не протянула. Ждала.

— Здесь горячая вода идет сразу, — сказала я.

У меня тоже была такая привычка. В детском доме горячая вода была не всегда, но в те дни, когда была, нужно было еще ждать пару минут.

— Откуда ты? — она сунула палец под воду, и на ее лице растеклось наслаждение.

Я слишком много рассказала о себе не тем людям. Тем более, теперь я не понимаю, кто я и откуда.

— В Госдетях нет ничего позорного, — она смекнула по моей заторможенности. — я сама не из малой группы.

Я достала белую футболку из красных шорт. Наша форма для тактической физподготовки, многие заправляли футболку в шорты, я подумала, что так удобнее. Но, кажется, это делали просто для красоты или стиля. Не знаю.

Я прошла к выходу, глянув на часы. Уже почти десять, никаких опознавательных знаков, требований явиться на занятие или звонков в Академии нет. Ты должен сам приходить. Вовремя.

Поэтому я поспешила, но Мэй оказалась прямо перед моим лицом. Мы чуть не столкнулись лбами. Она с любопытством посмотрела в мои глаза, а затем без каких-либо вопросов взяла за подбородок. Повернула вправо, затем влево.

— У меня что-то с лицом? — я не поняла ее действий, но она вроде не выглядела враждебно. В ее глазах горел интерес.

— Вот и я думаю. Что же у тебя с лицом или с телом, — глаза опустились.

Так. Теперь я определенно почувствовала себя некомфортно. Я сделал шаг назад.

— Что ты делала с ним на крыше? — ее тихий вопрос и шаг навстречу дали ответ на все мои вопросы. Почему я чувствовала себя так и к чему была вся эта беседа.

Ничего. Читала?

Я даже правды не могу сказать. А если врать, то ни одной правдоподобной мысли в голову не лезет.

— С кем? — я не выдала ни одной из моих бушующих эмоций.

Косить под дурочку. Вариант так себе. Но вариант. Я снова скосила глаза на часы, осталось пара минут.

— Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю, — приказала Мэй.

— Мы опоздаем, — заметила я с надеждой, что это ее остановит.

В дверях показалось встревоженное лицо Лили. Футболка красиво облегала ее формы, случайно или нарочно пуговки на груди она оставила расстегнутыми, там виднелась чудесная впадинка. Я поверить не могу, что мы… сестры. Мы буквально — черное и белое.

Она чуть ниже меня, милее. Ее естественно розоватая кожа и голубые глазки делают лицо кукольным. А белые мягкие волосы, вообще, ангела. У меня не было шансов.

Я не могу винить родителей. Когда они увидели этого ангела, разве у меня был шанс стать выбранной. Такие сразу идут в утиль.

— Девочки, там уже собрались все, — ее белые реснички затрепетали. — говорят, Сэйден очень строгий.

— Кто? — я не скрыла удивления.

— Сэйден, наш учитель по физподготовке, — ответила Мэй и прильнула к Лили. — Лил, милая, тебе так идут кудряшки. Ей ведь идут кудряшки? — она обратилась ко мне.

Я застыла в каком-то странном ощущении. Мэй оказалась тем человеком, который легко переходит границы, которого люди впускают в свое личное пространство. Мы с Лили живем вместе, но Мэй за одну из бухаловку стала ей родной. Рыжая бестия обошла ее сзади и подбросила белые волны локонов в воздух. Лили опустила глаза в смущении.

— Идут, — ответила я. — ей все идет.

— Мэй дала мне утюжок, — с горящими глазами сказала Лили. — давай, тебя тоже накрутим?

Я перевела взгляд на Мэй, которая опутала ее с обеих сторон. Ее руки повисли на Лили, это было что-то похожее на объятия, но явно не они. Она не чувствует от нее зловещей ауры, которая разошлась по всему туалету.

— Как-нибудь в другой раз, — я ответила холодно, глядя ей в глаза.

*****

Два единых строя. Парни и девушки. В мужской линейке первым стоял он, конечно, выше него никого не было. Интересно, насколько рост повлиял на его необъятных масштабов самооценку. Я стояла где-то в середине своего ряда и старалась даже не смотреть в его сторону.

Сэйден оказался нормальным. Обычный препод, о нем почему-то ходят легенды о строгости, но он даже глазом не повел в нашу сторону, когда мы последними присоединились уже после начала занятия. Его черные брови не нахмурились, а карие глаза на сузились в тонкие щелочки. Похоже, ребята не знают, каких людей реально стоит бояться.

— Канатная дорога, — объявил он после длительной разминки и пробежки, указав на сложенную стену из брусьев.

— А где дорога то? — шепотом спросила у меня Лили.

Я обвела взглядом абсолютно вертикальную секцию, уложенную из скрепленных между собой бревен. Темное дерево, слегка подбитое в некоторых местах. Посередине спускался канат. В некоторых местах его волокна уже расходились, в других — он был отполирован сотнями рук, прошедших через него.

— Да это ж просто стена! — из толпы выскочило чье-то замечание, глаза Сэйдена метнулись к болтуну. И тогда мое сердце замерло, мне ведь просто показалось, что он запоминает. Он просто не выносит приговор сразу…

В строю начался смех. Сэйден схватился за одно выступающее бревно, его выпуклые мышцы на руке напряглись. Он с легкостью забрался на четырехметровую стену и спустил второй канат, а затем и третий. Значит, по-трое. Это не облегчало задачу, но я выдохнула. Весь строй не будет смотреть на тебя единственную, пока ты корячишься.

— Вижу, вам не терпится, — усмехнулся мужчина, оглядывая нас всех. — а теперь правила!

Какие еще правила…

Здесь нужны правила? Просто лезешь, пытаясь не упасть и не сломать себе шею. Кстати, что Академия будет делать в таком случае? Не уверена, что хочу знать, хочу просто скорее пройти это испытание.

— Побеждает один, — заявил преподаватель, и я проматерилась в своей голове. Он начал раскладывать маты под стеной, это могло значить только одно — мы сейчас будем не только забираться на стену, но и сбрасывать остальных.

— Нет-нет, я боюсь, — Лили прильнула к моему плечу.

— Эй, ничего не бойся, — я обхватила ее лицо двумя руками, ее глаза уже раскраснелись. Боже мой, ну что за ребенок. — это всего лишь игра, поняла?

Я не верила в то, что сказала. Это слова для ее успокоения, у меня коленки затряслись еще при виде стены. Вроде бы и правда просто игра. Мы же будем делиться на девочек и мальчиков, так?

Но Сэйден принес большой мешок и заставил нас доставать оттуда карандаши. Одинакового цвета там сложено по три карандаша, несложно догадаться.

— Давай, большой парень, — усмехнулся учитель, когда подошел к номеру пятьсот сорок девять. — уверен, никто не хочет быть с тобой в конкуренции.

Мой взгляд метнулся к мешку, я не заметила, как обошла Лили, только бы увидеть цвет в его руке. Красный. Я сглотнула. Теперь осталось только молить всевышние силы, чтобы еще два человека до меня достали красный цвет. Может, встать последней в очереди?

Я медленно оторвала взгляд от его пальцев, крутящих красный карандаш. Подняла глаза на его лицо, повернутое в мою сторону. О нет.

Голубые глаза уже смотрели на меня. Смеялись, они уже бросали мне вызов. Он больше не сводил с меня взгляда, когда я попыталась слиться с толпой, когда пропустила несколько человек вперед, когда обрадовалась, что еще одному парню достался красный. В конце концов, я перестала смотреть в его сторону, будь что будет. Передо мной осталось два человека, Лили и Амелия. Обеих трусило.

Лил достала желтый. С ней будет еще две девочки, она выдохнула и с облегчением обернулась ко мне, показала карандаш. Я кивнула ей. Она побежала к девчонкам. Уверена, они договорятся, как аккуратно друг друга уронить или кому притвориться, что оступилась. Глаза против воли повернулись к канатной стенке, у которой до этого стоял он. Но теперь его не было. Неприятное ощущение, я потеряла хищника из виду, и теперь он наблюдает с другой позиции. Взгляд, которого не видишь, но знаешь, что он близко. По спине пробежал холод. И в этот момент чей-то палец уперся мне в поясницу, я судорожно вдохнула. Все тело напряглось.

— Боишься оказаться со мной?

Он стоял так близко, что я даже не подозревала. Прямо за мной. Его палец прошелся по позвонкам вверх. Мурашки разбежались по спине и рукам. Если бы хоть кто-то наблюдал за нами, он бы, наверно, все таки сжалился надо мной. Или ему так смешно, моя жизнь — гребаная шутка для таких, как этот парень. Моя очередь подошла. Я не видела цвет, который достался Амелии.

— Давайте подождем, пока вы соберетесь с мыслями, — пошутил Сэйден, подгоняя меня.

Я быстро опустила руку в мешок. Умоляю. Пожалуйста, умоляю. Кто угодно, только не он. Я нащупала два карандаша, повертела в ладони, поглаживая грани. Нужно оставить один. Я выпускаю один из карандашей, а второй достаю с закрытыми глазами. Зеленый. О боже! Зеленый, я люблю зеленый. Зеленый теперь мой любимый цвет. Он подарил мне надежду на жизнь.

******

Я нашла парня с таким же зеленым карандашом в руках. Крепкий высокий с темными узкими глазами, его внешность тоже не особо внушала спокойствия. Кто угодно. В любом случае, каким бы ни был противник, он будет лучшего номера пятьсот сорок девять. Потому что, кто бы мне ни достался, у него нет оскомины на меня, будет просто сухое соревнование. Он бросил на меня оценивающий взгляд и снисходительно улыбнулся.

— Ты что-то тяжелее чашки чая в своей жизни держала?

Я оскалилась, но кто-то еще подвинул меня, а затем положил тяжелую руку на плечо. Перед моим лицом появился еще один зеленый карандаш, его держали пальцы с мозолями. Отлично… еще один парень. У меня опять нет шансов. Лучше подумать о том, как я буду падать. Нужно ничего себе не сломать.

— Не стоит недооценивать противника, это невежливо, — сказал он.

Я обернулась. Это был Клайд, он подмигнул мне.

— Сбросим его первым, а там разберемся, — ошарашил он меня.

— Р-разберемся? Это значит, ты сбросишь меня, — я убрала его руку со своего плеча.

— У тебя есть все шансы побороться.

Очень дружелюбно это все, конечно. Но это ведь неправда, здесь каждый хочет победить. И Клайд… он как-будто всю жизнь готовился к этому, его руки и спина. Не-не-не, нет шансов.

— Ты ведь Тири, — бросил он, пряча карандаш в карман шорт. — Лили говорит, ты боевая девчонка. Клайд, — он протянул мне руку.

Хочет, чтобы я пожала руку? Я что-то совсем отвыкла от того, что есть люди, которые уважают других. Они не пытаются сожрать тебя раньше времени и вообще, кажется, он добрый. Я ответила на его жест.

— Первыми идут зеленые! — объявил Сэйден.

Окей. Мне не могло повести во всем. Если уж не достался красный, то так уж и быть, позориться — первой. Я оказалась посередине. Ухватилась за канат, поставила ногу на древесину. И оттолкнулась от мата по сигналу, я не старалась скорее взабраться, но оказалась раньше парней наверху. Мне легко давалось все, что связано с лазанием. Люди смотрят на мои руки и думают, что они слабые. Они плохо меня знают. Я держала в руках не только кружки и сковородки, хотя готовить и себе и Лейву мне приходилось. Мои руки сжимали и ножи и арбалет, он многому меня учил. А уж сколько раз я сбегала по ночам после комендантского часа, выбиралась со второго этажа, спускалась по трубе. Канат — то сущий пустяк.

Пальцы вгрызлись в верхний ряд брусьев. Стоило только отпустить канат, как недружелюбный парень из моей “команды” выдернул его. От неожиданности я чуть не потеряла равновесие, но все таки удержалась, и теперь предстояло сильно напрячься, пока он ухмылялся. Я подтянулась на этих своих слабых руках.

— Ну ты и сука, — шикнул он.

Вот интересно. Почему я сука, если никак ему не мешала и просто не поддалась на эти уловки? По-моему, это он боится, чтобы девчонка не оказалась первой. Я поставила колено на бревно, обрадовавшись, что уже забралась. Но меня вдруг схватили за вторую ногу, дернули вниз. Колено проехалось по занозной древесине, я зажмурилась от боли. Зашипела, снова вцепившись руками в бревно. Одно сраное бревно, а я никак не могу его преодолеть, потому что соперник подбирается все ближе и все агрессивнее мешает мне. Я повернула голову в его сторону, вот он уже улыбнулся мне, поравнявшись со мной. Его руки на верхнем бревне, подтянется один раз — и готово.

Только его лицо вдруг изменилось, скорчилось. А одна рука соскользнула, я подняла взгляд наверх. И там нас уже ждал Клайд. Пока мы боролись за подъем, он спокойно залез наверх и очень устойчиво ходил по узкому бревну. Один его кроссовок уже жестко опустился на руку того парня. Клайд смотрел на него, будто на мошку, вонючую мошку, только что отлетевшую от кучи говна и прилетевшую на стол. От нее надо срочно избавится, но не сильно напрягаться. Он наступил на вторую руку, и парень закричал. Я широко раскрыла глаза.

— Эй! Стой! — вскрикнула я.

Почему, стой? С чего бы ему останавливаться? Борьба любым способом без нанесения серьезных травм, отдавленные пальцы не примут за настоящий диагноз. Клайд повернул глаза на меня.

— Смотри-ка, она тебя жалеет, — обратился он к тому парню, лицо которого уже раскраснелось.

Клайд, продолжая стоять на одной его руке, присел на корточки. Наверное, его вес тела еще больше перенесся на одну ногу, потому что парень издал болезненный всхлип.

— Это жестоко, — взмолилась я.

— Он тоже поступил с тобой жестоко, мне такое не нравится.

— Отпусти, пожалуйста, — я не знаю, почему просила об этом.

Клайд пожал плечами и лишь приподнял носок, сделав упор на пятку. Парень тут же слетел вниз. Раздался громкий хлопок о маты. А мы остались вдвоем.

— Подниматься будешь или сдаешься? — спросил он с улыбкой.

Я вдавила ладони в бревно и поднялась. Понимая, что выдохлась, подняла на него голову. Клайд встал полубоком ко мне. Да что же он хочет? Честный бой?

— Что ты…? — я сделала шаг назад и пошатнулась.

— Давай, Тири, — он медленно развернул ладонь к себе и поманил. — слышал, ты собираешься на военное дело. Докажи.

Охренеть. Я говорила об этом одному человеку, поверить не могу, Лили за одну ночь рассказала ему обо мне все? А если в их компании потом сидел пятьсот сорок девятый… вдруг она при нем это все разбалтывала.

Клайд не стал больше ждать и двинулся в мою сторону, сделал замах рукой, и я уклонилась. Еще один с другой стороны. Он не сжимал кулаки, его ладони были расслаблены, будто не хочет мне навредить. Я оттолкнула его, он многозначительно кивнул, удивившись. Замахнулся еще раз, но вместо того, что рука полетела в меня, земля ушла из-под ног. Точнее бревно... Это был отвлекающий маневр для подсечки.

Мое тело резко дернулось вниз, я сжалась, ожидая падения. Но вскоре поняла, что он держит меня за руку. Клайд наклонился.

— Мне понравилось с тобой состязаться, Тирис Сагред, — с этими словами он выпустил мою руку, и я полетела вниз.

Низ живота сжало, что-то внутри перевернулось. Но спина быстро достигла жесткого мата, я кашлянула, как только ударилась о резиновую поверхность. Это все равно оказалось больно.

Рядом показались кроссовки преподавателя, он присел рядом, заглянул мне в лицо.

— В порядке? — его ладонь коснулась моего лба.

Я закивала.

— Отлично. Ведь вам еще бежать три круга после занятия за опоздание. Подъем, Сагред, — его интерес тут же исчез, я еще раз прокашлялась, а Сэйден продолжил. — следующими идут красные, давайте, бегом.