Глава 15

Карета прибыла. Первой ее заметила Лора, выглянувшая в окно на шум, поднятый детворой. Мы только закончили с маменькой пить чай с какими-то булочками, купленными горничной, когда и раздался этот самый шум. Детские крики и визг наполнили двор, зазвенели в воздухе, подобно звону колокольчиков. Не удержавшись от подобных высоких нот, маменька тут же приказала Лоте посмотреть с чем связан этот самый шум, и она, выполнив приказ леди Алисы, сообщила, что какой-то мужчина, судя по всему, кучер, раздает сладости детям.

— Сладости? — вскинула брови маменька, а я быстро встала из-за стола и метнулась к Лоре, присоединившись к ней. Я увидела через мутное стекло, как какой-то мужчина, высокий, одетый в простую и полностью черную одежду, действительно, раздает детворе конфеты и выпечку, при этом время от времени поглядывая на наши окна. Сомнений не осталось. Я узнала Хамерсли сразу. Это был Лотер, сменивший свой дорогой наряд на костюм простого кучера, чему, скорее всего, должно было быть объяснение.

За спиной послышались шаги и мне не нужно было даже оборачиваться, чтобы знать, что это маменька покинула свой стул и теперь идет к нам, чтобы собственными глазами посмотреть на источник шума. Я же быстро отошла от окна и метнувшись в свою комнату, взяла теплый плащ, накинула на плечи и поспешила назад.

— Ты это куда собралась? — прошелестел вдогонку голос леди Грейсток-старшей.

— Эта карета за мной! — отозвалась я.

— Будто я не догадалась! — фыркнула леди Алиса. Она стояла у окна, но смотрела вовсе не во двор. Взгляд ее был устремлен на меня.

— Этого Лотера узнать за милю! — проговорила она. — Почему он вырядился подобным образом?

— Маменька, — я уже стояла у двери, но ее взгляд не отпускал меня, — так надо! — добавила, хотя сама еще не знала, для чего маг устроил этот маскарад.

— Ты непослушная дочь, Адель! — вздохнула леди Алиса. — Я не желаю, чтобы ты уезжала с этим мужчиной. Он доведет тебя до беды!

Я покачала головой.

— Простите, маменька, — сказала и уверенно вскинула голову, глядя ей прямо в глаза, — но мне придется ослушаться вас.

— Несносная девчонка! — заохала леди Грейсток-старшая, а я вцепилась пальцами в дверную ручку и потянула на себя, распахивая двери. Но уже когда переступила порог и потянула дверь за собой, чтобы закрыть, услышала тихие слова: — Будь осторожна, — и саму маменьку, отвернувшуюся до того, как наши взгляды встретились. А затем я закрыла двери, не веря своим ушам.

«Она только что почти благословила меня!» — догадалась я. Так ли это было, или просто леди Алиса смирилась на некоторое время с моими попытками спасти отца? Дала мне возможность все исправить?

Так или иначе, я очень надеялась на это, а спустившись во двор и шагая к экипажу, не удержалась и оглянулась на окна нашей квартирки.

Но ни маменьки, ни Лоры в окне не оказалось. Более того, шторы были задернуты, словно те, кто находился в комнате, опасались быть замеченными.

— Адель! — Лотер стоял возле кареты и в его руках я увидела опустевший мешок. Детвора все еще толпилась рядом. Дети улиц, одетые бедно, грязные и большей частью, худые. Но они смеялись, поедая угощение и смотрели на господина в черном с нескрываемым интересом.

— Ваша карета, миледи! — шутливо поклонился наследник Хамерсли и демонстративно открыл дверцу, приглашая меня забраться внутрь.

— Не совсем понимаю, что ты затеял, — ответила я, принимая протянутую руку мужчины, а затем скользнула в салон и Лотер захлопнул дверцу.

— Я после все расскажу, — ответил он.

— Куда мы направляемся? — спросила я тихо.

— Сначала заедем в одно место, — произнес сын Советника загадочно, а затем я расскажу тебе о том, что узнал о твоем брате.

— Хорошо! — кивнула и улыбнулась ему.

Лотер занят место кучера. Свистнула плеть, зашумели конские копыта по каменной мостовой и многочисленным лужам. Мы тронулись вперед, покатили неспешно, покидая двор и дом, оставшийся за спиной. Я жалела о том, что Лотер не со мной внутри экипажа, но в тоже время, понимала, что, если он делает что-то именно так, а не иначе, значит, в этом есть смысл. Мне стоило доверять своему мужчине, ведь я теперь, по праву, считала его именно своим.

Ехали долго. Вскоре бесконечные кварталы Столицы и ворота, ведущие в город, остались позади. Мы выехали на тракт и направились куда-то прочь от городской суеты. Мимо проплывали первые деревья и домики крестьян, но вскоре пропали и они, и мы очутились на лесной дороге, ведущей, насколько я только могла помнить, к порталу.

— Лотер! — не удержавшись, выглянула в окно. — Куда мы направляемся?

Стараясь перекричать топот лошадиных копыт, он крикнул в ответ:

— Это сюрприз.

— Сюрприз! — повторила я и села на сиденье, подумав о том, что в последнее время перестала любить сюрпризы, так как они в большей степени были неприятными.

Сторожка у портала встретила нас распахнутыми дверями. Маг, он же сторож и тот, кто должен будет переправить нас к так называемому сюрпризу Лотера, стоял под аркой и, кажется, ждал только нас одних. Завидев карету, он застыл, всматриваясь в Лотера, который натянув поводья, остановил лошадей и проворно спрыгнул на землю.

— Я скоро! — только и сказал он мне, после чего подошел к магу. Я не слышала, о чем говорили мужчины, но несколько минут спустя, маг активировал для нас портал и Лотер вернулся на козлы, а я приготовилась к перемещению.

Все произошло также, как происходило и много раз до этого. Я закрыла глаза, едва карета приблизилась к арке, а когда открыла их, мы уже выехали на другую сторону и выглянув в окно, я увидела самый чудесный пейзаж в своей жизни.

Меж деревьев мелькнула голубая гладь. Огромное озеро, чистое и широкое растеклось по глубокой низине и отражаясь на его поверхности, красовался огромный особняк. Он был старинным, с белыми стенами и высокими башенками, превращавшими его в подобие замка. Несколько этажей поднимались, казалось, к самому небу, сверкая на солнце стеклами окон-глаз, глядящих на нас. Мы проехали чуть дальше и Лотер остановил экипаж, чтобы позволить лошадям отдохнуть после перехода и прийти в себя. А сам открыл двери кареты и протянул мне руку улыбаясь так, как, наверное, могло улыбаться само солнце в безоблачный день. Столько счастья было в черном взгляде, столько нежности, обращенной ко мне, что я почти выпрыгнула из салона экипажа и обхватив руками за шею своего мужчину сама приникла к его губам.

— Что за дивное место? — спросила я, когда мы разорвали наш поцелуй.

Лотер взял меня за руку и повел за собой, туда, где деревья, расступившись, явили нам озеро и дом похожий на уснувшего лебедя, спрятавшего голову под белоснежное крыло.

— Тебе нравится? — спросил Хамерсли.

— Очень! — ответила я и не покривила душой.

— Это старинный особняк. Кажется, он видел еще моего пра-пра-пра… — Лотер рассмеялся, встал за моей спиной и обхватил меня руками, прижав к своей груди. Откинувшись назад, я улыбалась, глядя на здание. Взгляд скользнул по северной стене дома, отметив увитую плющом часть здания, придававшего строению грандиозной живописности. Я рассмотрела небольшие балкончики на верхних этажах и один — просторный, широкий на втором, располагавшийся как раз над входом в особняк. Рядом не было ни парка, ни сада, но, тем не менее, лес, подступавший к дому, просто идеально вписывался в обстановку, окружающую здание.

— Нравится? — спросил Лотер и поцеловал мою макушку.

— Очень, — кивнула я, — только зачем мы здесь?

— Скоро поймешь! — последовал ответ. — Хозяева дома сейчас отсутствуют, но я договорился с экономкой и нам позволят пройтись по его залам и осмотреться.

Я не совсем понимала смысла в подобной прогулке, хотя, признаюсь, взглянуть на особняк внутри, мне было любопытно. Предчувствие твердило мне, что дом обставлен богато и его отделка поразит мое воображение.

— Тогда давай вернемся в карету и отправимся на экскурсию! — улыбнулся мужчина с неохотой позволив мне отойти. Его руки разжались, а я, повернувшись, воспользовалась свободой, чтобы прижаться еще раз к его губам. Мне ответом был голодный и жадный поцелуй, от которого ноги стали ватными, и я пошатнулась.

— Не упадешь! — выдохнул мне в губы Хамерсли, подхватывая меня в свои объятия. — Не позволю!

Его слова наполнили мое сердце ликованием и счастьем. Хотелось стоять вот так, прижавшись друг к другу, ощущая биение сердца, любимого под ладонью вечность. И его глаза, черные, глубокие, и губы, такие сладкие для меня, все в Лотере нравилось мне. Все сводило с ума. И эта магия не исчезла, когда он заговорил:

— Пойдем. Нам еще предстоит много важного сделать сегодня!

Улыбнувшись в ответ, я шагнула следом за ним, позволив отвести себя к экипажу за руку, словно я была маленьким ребенком.

Лотер помог мне забраться в салон, а сам занял место кучера. И снова воздух разрезал звук хлыста. Карета двинулась по объездной дороге прямо к озеру и некоторое время мы ехали почти у самой воды.

Как и сказал Лотер, нас уже ждали. Экономка дома, женщина средних лет и средней комплекции, была весьма улыбчива и представилась миссис Харви. Она была одета так, как подобает прислуге, но тем не менее, покрой ее платья был весьма недурен для экономки. Серые глаза миссис Харви окинули нас с Лотером внимательным взглядом, после чего женщина сделала приглашающий жест, и мы вошли в двери.

— Что именно вы хотели бы увидеть, господа? — спросила она, когда мы оказались в светлом просторном холле, залитом солнечным светом, который без труда проникал через многочисленные высокие окна первого этажа.

— Мы посмотрим все! — сказал за нас обоих Лотер и снова, уже почти привычным жестом, взял меня за руку. — не правда ли, дорогая!

Я кивнула, а миссис Харви как-то странно посмотрела на моего спутника. Я недоуменно нахмурилась, не понимая, что именно удивило женщину, но Лотер понял первым смысл ее взгляда.

— Ах, да! — проговорил он, улыбаясь и на мгновение отпустил мою руку, после чего сделал шаг назад. Затем вскинул руки и провел их вдоль своего тела, и я с замиранием сердца увидела сверкающие искры, посыпавшиеся из пространства там, где только что были ладони мужчины. А когда до меня дошел смысл этого действия, не удержалась от улыбки — Лотер предстал перед нами в дорогом черном костюме, появившемся на мужчине и сменившем дорожное платье кучера.

— Маг! — только и произнесла экономка, после чего поклонилась моему спутнику. — Мой лорд, простите!

Но Лотер даже не взглянул на женщину. Он потянулся ко мне и снова поймал мою руку, с каким-то выражением удовольствия на лице, переплел наши пальцы.

— Так лучше? — спросил у меня.

— Намного! — рассмеялась я, понимая, чему свидетельницей только что была.

Лотер пожал плечами и подарив мне улыбку, повернулся к миссис Харви:

— Мы готовы к экскурсии!

Несмотря на то, что по особняку мы бродили не меньше двух часов, при этом едва ли посмотрели часть комнат, время пролетело незаметно и когда Лотер сказал мне, что нам уже пора, я была немного огорчена. Внутреннее убранство дома оказалось еще более великолепным, чем я только могла себе представить. Даже в нашем родовом поместье не было подобных стульев с резными ножками, и столов из черного стекла с золотыми прожилками, стоявших на ножках, изображающих драконов, опирающихся на хвосты. Катрины на стенах с шелковыми обоями, паркет на полу и мраморные плиты, выложенные в замысловатые узоры, мебель и люстры, ковры и гобелены, вазы с цветами и даже тяжелые шторы на окнах, а также многочисленные произведения искусства — все, что я увидела в этом доме поражало воображение. Стало даже немного обидно, что, не досмотрев до конца очередную галерею, нам пришлось уйти.

Миссис Харви была сама любезность и, рассказывая историю этого дома, она забылась настолько, что, кажется, перестала бояться моего спутника, хотя ранее по ее осторожным взглядам и поведению было заметно, что женщина опасается Лотера.

— А где сейчас хозяева этого великолепия? — спросила я, когда мы стали спускаться на нижний этаж, после того, как, обследовав галерею с портретами, были вынуждены возвращаться в Столицу.

Экономка вздохнула.

— Увы, миледи, — ответила она, — последний из рода Веллингтонов почил несколько лет назад и из-за отсутствия наследника и каких-либо близких родственников, земли и дом отошел короне и теперь его сдают в аренду всем желающим.

— О! — протянула я. — Это печально. А вы знали прежнего хозяина?

Женщина кивнула.

— Да, — сказала она. — Бедняга был неравнодушен к женщинам и спиртному, да помилуют боги его душу.

Я оглянулась на Хамерсли, идущего за мной следом. Кажется, Лотер не особо прислушивался к разговору, происходившему между мной и пожилой леди. Он с интересом рассматривал стены и картины, но стоило мне посмотреть на него, как повернул голову, встречая мой взгляд, будто ощутил его.

«Разве такое возможно?» — подумала я, но вслух произнесла: — Жаль, что нам приходится уходить! Дом прекрасен и здесь есть что посмотреть.

— А какая в доме музыкальная комната! — тут же всплеснула руками миссис Харви.

— Я думаю, мы еще побываем в этих краях! — задумчиво проговорил мой спутник и замолчал. Лишь у дверей, когда мы покидали особняк, он попрощался с его экономкой и взяв меня за руку, повел к карете. Миссис Харви смотрела нам вослед, а затем еще долго махала рукой, пока экипаж не исчез под аркой, покидая двор перед особняком. Мне хотелось поговорить с Лотером, но так как он правил лошадьми, а я сидела внутри кареты, сделать это не представлялось возможности. Лишь когда портал вернул нас в окрестности Столицы и Хамерсли сделал вынужденную остановку, чтобы дать адаптироваться нашим скакунам, я смогла выманить его на разговор. С помощью магии мужчина сменил свой парадный костюм на наряд кучера и теперь стоял рядом со мной с ожиданием глядя в мои глаза.

— Лотер! — не удержалась я. — Зачем ты показал мне этот дом? Что хотел сказать таким образом?

— Просто я надеялся, что он тебе понравится! — последовал ответ. Мужчина чуть склонил голову на бок, рассматривая меня, а затем спросил: — Тебе ведь понравился этот особняк.

— Он великолепен!

— Это все, что я хотел узнать! — улыбка тронула его губы и я, как последняя глупышка, подумала о том, как приятно чувствовать эти самые губы на своих, в долгом и горячем поцелуе.

— Сейчас мы отправимся на место, где твой брат должен был оставить ответ на письмо, — сменил тему мужчина и я все подобралась, прогнав прочь романтические бредни. Действительно, стоило собраться, ведь на кону жизнь Гордона, а у меня в голове сплошной ветер и розовые рюши.

— Я думаю, что он может ходить где-то поблизости от этого тайника или, что более вероятно, подошлет кого-то, чтобы не засветиться самому. Так или иначе, тебя должны увидеть.

— Увидеть? — удивилась я.

Лотер открыл дверцу экипажа и подал мне руку, помогая забраться внутрь.

— Вряд ли ты заметишь того, кто будет следить за нами! — сказал мужчина, пока я, присев, расправляла юбки.

— Потому ты и нарядился кучером? — вспомнила я.

Лотер сделал широкий жест и в его руке появилась высокая шляпа, какие обычно надевают все возницы. Он нахлобучил ее себе на голову и наклонил так, чтобы лицо оставалось в тени.

— Увы, но я слишком похож на отца, — усмехнулся наследник Хамерсли, — а мы с тобой уже поняли, что Грейстоки недолюбливают лорда Советника, что распространяется и на меня.

— Просто они не знают тебя, — я протянула руку и прикоснулась к плечу Лотера, — а когда узнают, то поймут, что ошибались.

Хамерсли странно улыбнулся и его черные глаза сверкнули будто два редких алмаза.

— Мне нравится твой оптимизм Адель, но боюсь, что вряд ли стану симпатичнее в глазах твоей матушки, уж не говоря про лорда Грейстока.

Я вздохнула, понимая, что сейчас не смогу переубедить Лотера в том, что он не прав, поскольку он говорил то, что было истинной на данный момент. Только я была уверена, что, когда мы спасем отца и брата, они иначе посмотрят на нас с Лотером, да и маменька сможет понять, почему я так сильно полюбила этого человека. Ведь дело вовсе не во внешности. Я уже забыла о том, что Лотер не красив. Я видела его сердце, а оно было прекрасно.

— Но не будем терять время! — проговорил мужчина и впервые за все время, пока мы были на экскурсии и прогулке, посмотрел на свои наручные часы. Я невольно залюбовалась ими. Явно дорогие, но лишенные изысков, они были массивными и очень мужскими.

— Не видела их раньше у тебя! — произнесла до того, как Хамерсли захлопнул дверцу.

— Подарок лорда Советника, — ответил мужчина и улыбнувшись мне, занял место возницы.

Мы возвращались в столицу.

Я почти не удивилась, когда мы прибыли на место так называемой встречи или, если быть точной, место для нашей тайной переписки.

Карета остановилась неподалеку от парка, где мы не так давно гуляли с Лотером, обсуждая наши планы по спасению моего отца. Именно туда Хамерсли и привез меня и проводил к скамейке, после чего с поклоном удалился, по-прежнему изображая кучера.

Я присела, провожая его взглядом и уверенная в том, что Лотер окажется поблизости, а сама стала осматриваться по сторонам, обращая внимание на прогуливавшихся по дорожкам, людей.

День сегодня, по-видимому, располагал к прогулкам, так как в парке находилось много гуляющих. И нянечки с колясками и малышами, тянувшими их за руки в сторону озера и пары: дамы с зонтами и собачками, мужчины в шляпах и с тростями деловито вышагивающие подле своих спутниц. И только я одна выжидающая возможности, когда на меня не будут обращать внимания, чтобы шмыгнуть в кусты и найти ответ брата.

Просидеть вот так, теряя время, мне пришлось довольно долго. Как назло, мимо то и дело проходили пары, а одна, пожилая, даже едва не опустилась рядом со мной на скамью, но каким-то чудом передумав, двинулась дальше. Я проводила их взглядом, полным облегчения и мгновение спустя поняла, что путь свободен. Никто на меня не обращал внимания. Несколько девушек, правда, столпились у небольшого пруда и кормили хлебными крошками маленьких проныр-воробьев. На мгновение мне показалось было, что одна из них, светловолосая, миленькая девушка в сиреневом платье, покосилась на меня, но спустя секунду она отвернулась, заговорив о чем-то с подругой, стоявшей рядом. И я решилась.

Встала, подобрав полы платья и шмыгнула в обход скамейки. Протиснулась через густой кустарник, молясь, чтобы мое платье не пострадало от колючих веток, а затем оказалась на пятачке зелени, спрятавшейся в самой чаще. На траве лежал камень, поросший мхом, и я бы, наверное, не обратила на него внимания, если бы не почувствовала прикосновение силы, напомнившей мне о брате. Я присела на корточки, окончательно и бесповоротно сминая свое платье. Потянулась рукой, поднимая камень, и увидела то, что предназначалось мне. Записка от Гордона, написанная его рукой и скрепленная магической печатью. Обрадовавшись, зачем-то огляделась вокруг, но густой кустарник надежно скрывал меня от взглядов посторонних, так что проследить за мной никто не мог, разве что заметили, когда я лезла в сами кусты. Конечно, конфуз, и вид платья испорчен, но сейчас это меня волновало меньше всего. Пора было возвращаться назад, к Лотеру, который дожидался меня поблизости, словно верный слуга своей госпожи. Впрочем, именно его он как раз и изображал.

«Вряд ли за мной следили!» — решила я, вставая на ноги и поворачиваясь всем корпусом к кустам, чтобы начать выбираться назад. Руки кольнуло, и я оцарапала кожу, когда раздвигала ветви, чтобы осторожно выглянуть наружу. И тут мне снова повезло: никто не смотрел в мою сторону. Девушки о чем-то мило беседовали, дети весело смеялись, пары продолжали прогуливаться мимо, игнорируя и скамейку, и колючие заросли даже взглядами. Я сразу же поняла, что без магии здесь не обошлось и принялась выбираться, что мне и удалось. Все прошло благополучно, и я отделалась царапиной на руке и зацепками на ткани платья — сущие мелочи для меня, ведь в потайном кармане платья хранилась драгоценная записка от Гордона, а Лотер уже поджидал меня, стоя неподалеку и постукивая хлыстом о голенище высокого сапога.

Я ступила на дорожку рядом со скамейкой и поспешно оправила платье, надеясь, что выгляжу не слишком растрепанной. На меня никто по-прежнему не обращал внимания, кроме Хамерсли.

— Леди Адель! — он поклонился, а я, вздернув подбородок, направилась в его сторону уверенным шагом. Едва мы поравнялись, как я ощутила тонкую нить магии, которая словно оборвалась в один миг, тонко прозвучав в моей голове.

— Все благополучно! — сказала я, обращаясь к своему спутнику. — Мы можем возвращаться!

— Я к вашим услугам, леди Адель! — улыбнулся Лотер, и я поспешила из парка, уверенная в том, что он следует за мной. Лишь оказавшись рядом с каретой, я замедлила шаг, позволив Хамерсли догнать себя и пойти рядом.

— Оно у тебя? — спросил Лотер.

— Да! — ответила я таинственно.

— Тогда нам нужно где-то уединиться, чтобы прочитать то, что написал твой брат, — Лотер услужливо шагнул вперед, открывая передо мной двери в салон экипажа. Я скользнула внутрь, прячась от мира и мечтая, как можно скорее сменить наряд на более приличный моему статусу. Словно разделяя мои мысли, Лотер захлопнул дверцу и заняв свое место на козлах, направил лошадей прочь от парка. День уже давно вступил в свои права и выглядывая в окно на мелькающие дома, я размышляла о том, что мы сможем прочитать в послании Гордона. Я надеялась, что с ним все в порядке и рука сама тянулась снять печать, чтобы прочитать письмо, но я не решилась сделать это без Лотера. Мне казалось, что мы должны делать все вместе, а потом стоит подождать, пока не приедем в безопасное место.

Этим самым местом оказался грязный двор перед нашим с матушкой, временным пристанищем. Лотер спрыгнул на землю и забрался ко мне в салон, остановив экипаж возле дома, там, где он не мог никому мешать и не привлекал особого внимания, хотя я заметила, что детвора с любопытством косится на карету, по-видимому, ожидая, что человек в черном снова угостит их вкусностями.

— Раскрой письмо! — велел мне Лотер и я послушно достала из кармана послание брата. Сломала магическую печать и развернула сложенный вчетверо лист. Почерк Гордона узнала сразу, так что, сомнений не было — ответ на мое письмо писал именно он.

— Ты видела слежку? — спросил спокойно Хамерсли.

— Где? — удивилась я.

— В парке! — ответил он.

— Нет, — пробормотала удивленно. — Кто? Я не заметила подозрительных лиц.

Хамерсли улыбнулся.

— Судя по всему та, которая следила за тем, чтобы именно ты получила послание, является знакомой твоего брата, причем, очень хорошей знакомой, если он доверил ей свою жизнь!

— Так за мной следила женщина? — проговорила я и сразу же вспомнила девушек, якобы болтавших неподалеку и ту, в сиреневом платье. Мой брат всегда нравился женщинам, поэтому не удивительно, что одни из них, возможно, укрывает его и согласилась помочь. Это так в духе Гордона.

— Я поняла! — произнесла вслух, но Лотер уже смотрел только на послание в моих руках.

— Читай, — попросил он и я опустила глаза.

«Дорогая Адель, — написал наследник Грейстоков, — я рад, что вас с матушкой не коснулся гнев Его Королевского Величества и благодарен тебе за то, что хочешь мне помочь. Пишу откровенно, так как знаю, что никто, кроме тебя не сможет прочитать это письмо. Вся вина в том, что произошло, лежит на мне. Я был вовлечен в заговор против отца вместе с влиятельными людьми, имен которых не хочу и не могу назвать, так как дал слово не открывать этого ни при каких обстоятельствах. Случилось так, что отец спас меня, как именно это произошло объяснять не буду, слишком долго и ты вряд ли сможешь понять, но будь уверена, что он сидит в темнице из-за меня и король узнает об этом. Вчера мне удалось подкупит одного из стражников, который приставлен к отцу, и я смог передать ему письмо, в котором просил признаться в своей невиновности и назвать истинного врага Короны, но отец не сделал этого. Более того, он попросил меня продолжать скрываться от правосудия и заявил, что на это у него есть причины. Так или иначе, я намерен пробраться во Дворец и встретиться с королем, так как не могу позволить, чтобы моя семья страдала из-за моей глупости…»

— О, боги! — прошептала я и прервав чтение, посмотрела в глаза Лотера. — Этого не может быть!

— Читай дальше, Адель! — взволнованно попросил мужчина и я снова опустила взгляд.

«Я прошу только об одном — помоги мне пробраться во Дворец незамеченным, минуя охрану, расставленную по периметру парковой зоны, а там я уж найду способ увидится с Его Величеством и рассказать ему всю правду. Если кто-то узнает о том, что я обратился к тебе с подобной просьбой, это будет крах всем моим намерениям спасти отца!».

— Глупый мальчишка! — проговорила я, чувствуя, как соленые слезы застилают глаза. — Во что он вмешался! Неужели не понимал, чем подобное грозит нашей семье? — я подняла взгляд и посмотрела на Хамерсли.

— Адель, не стоит сейчас думать об этом. Читай дальше.

Всхлипнув, ощутила, как глаза защипало с невероятной силой и уронила руки, державшие письмо.

— Он поступает благородно, решив открыться королю ради вас, его семьи, — произнес Лотер.

— Но почему не явится сам с повинной? Неужели король откажется его выслушать? — удивилась я.

— Адель, — Лотер протянул руку и мягко прикоснулся к моей щеке. — Мне кажется, он боится, что его сообщники, те кто заманил сэра Гордона участвовать в этом заговоре, следят за ним и, конечно же, не подпустят и близко к королю. Ведь он знает их имена, а Его Величество, при желании, сможет найти способ развязать язык твоему брату.

Я нахмурилась и смахнула слезы, стекающие по щекам.

— Его попросту убьют, а королю предъявят голову мятежника, — спокойно сказал Хамерсли, — а после на казнь отправится и твой отец, а истинные виновники покушения так и останутся в тени.

— Так вот почему король дал мне возможность увидится с отцом! — поняла я. — Какой кошмар!

— Его Величество не глуп и видимо, понял, как использовать тебя в своих целях. Ведь ему нужен не Гордон и уж точно не сэр Гидеон…

— Ему нужны те, кто стоит за покушением! — выдохнула я.

— Давай узнаем, что пишет твой брат, а после поговорим! — сказал Лотер, но я, покачав головой, протянула ему письмо со словами: — Прочитай дальше сам. Я не в состоянии! — и сказав эти слова, поняла, что сказала истинную правду. Кто-то, неизвестно кто, использовал моего брата в своих целях, а глупый Гордон позволил втянуть себя в такую глупую и опасную интригу, за последствия которой теперь расплачивается вся наша семья. И главное, непонятна причина, толкнувшая его на подобную авантюру. Чего ему, спрашивается, не хватало? Списать все на молодость — хорошая попытка, но мой брат неглуп. Неужели прельстился какими-то обещаниями? Но ведь и так, если подумать, его будущее было вполне достойным. Разве отец не позаботился о том, чтобы Гордон работал на престижном месте?

Лотер стал читать, а я обратилась в слух:

«Поэтому я обращаюсь к тебе, единственной из нашей семьи, что может мне помочь. Мне крайне необходимо увидится с Его Величеством в ближайшие дни, чтобы успеть предотвратить казнь. Если готова оказать мне эту неоценимую услугу, напиши ответ и положи его на то же место. Мой человек принесет мне послание, — и далее, — надеюсь на тебя. Искренне твой и любящий тебя брат Гордон!».

Я подняла взгляд и посмотрела на Лотера.

— Что делать? — спросила тихо.

Хамерсли молчал и сосредоточенно думал. Я рассматривала его лицо и глаза, прищуренные и очень темные, почти пугающего цвета ночи перед грозой. За каретой, где-то там, в другой жизни, играли дети. Их крики раздавались в моем сознании, словно нечто чужеродное, потустороннее.

Лотер думал, размышляла и я, мысленно ругая брата за то, что сотворил со всеми нами. Моя жизнь, учеба — все стало невозможным. Мы лишились всего, что имели, но наши богатства и власть не сравнятся с жизнью дорогих мне людей. Я понимала, что даже если произойдет чудо и Гордону удастся пробраться во дворец минуя охранные заклинания, то ему все равно не жить.

«Или отец или брат! Невелик выбор, — горько подумала я. — Король не пощадит Гордона, даже если тот признается во всем, потому что брат пошел на преступление против короны, а это всегда, испокон веков, каралось только смертью!».

— Что же делать? — снова вырвалась у меня похожая на стон фраза.

— Твоему брату необходимо рассказать правду королю, — произнес Лотер, — а после молить его о пощаде и конечно же, признаться в том, кто соучастники преступления.

— Король его не пощадит, даже если придет с повинной, — я опустила глаза.

— Тогда ты считаешь, что твой отец должен пострадать за сына? — Лотер смотрел на меня и ощущая его взгляд я чувствовала, как с силой ударяется о грудную клетку сердце, причиняя мне боль.

— Он просил меня спасти Гордона, — сказала я. — Он знал.

— Знал, — согласился Лотер. — И теперь выбор перед тобой.

Я заломила руки в отчаянье.

— Не могу! — прошептала я, понимая, что мне следует обратиться к Лотеру за помощью. Он был сильным магом, и я уже поняла, что в его силах сделать больше, чем я должна просить его помочь. Должна, но не могла. Ведь есть опасность, что Хамерсли тоже пострадает и это не шутки, не игра. На кону — жизни, даже не титулы и не деньги.

— Я помогу! — сказал Лотер.

— Что? — я подняла взгляд.

— Я сказал, что помогу твоему брату пробраться во Дворец, а затем уйти оттуда до того, как король отдаст приказ схватить Гордона.

— Но как? — спросила я, а затем опомнилась. — Нет, ты не должен.

— Ты полагаешь, я буду смотреть, как моя любимая мучается и страдает? Какая жизнь ожидает нас, если ты будешь винить себя в смерти своего отца или брата. Или, что еще хуже, обоих. Ты этого хочешь?

— Нет! — я придвинулась к Хамерсли, схватив его руки в свои. — Но я не могу просить тебя о таком. Это слишком… — запнулась, подбирая слова, — слишком опасно.

Взгляд Лотера потемнел еще сильнее, хотя я не думала, что подобное возможно. Он притянул меня к своей груди, прижал, прикоснувшись губами к моим волосам.

— Я уже решил, и ты не сможешь меня отговорить. Но, — добавил тише, — твоей матушке стоит увидится с вашим отцом.

Услышав его слова, я поняла, что Лотер не уверен в удачном исходе предприятия и страх сковал мое сердце. Только, прежде чем я успела что-либо возразить, Хамерсли отодвинул меня от себя и подняв руку к нагрудному карману достал крошечный бархатный сверток.

— Прости, — произнес он, пока я рассматривала на ладони это нечто, догадываясь о том, что находится внутри. — У меня не было времени найти подходящую коробочку… — и не закончив, развернул сверток.

— Лотер! — воскликнула я.

Кольцо было простым. Без украшений и камней. Обычный ободок из золота, но мне он понравился сразу.

— Ты же не передумала? — спросил мужчина и я почувствовала, что он с нетерпением ждет ответ.

— Я никогда не передумаю, — кивнула, улыбнувшись.

— Тогда это — твое. Завтра я надену кольцо тебе на палец, а пока, пусть оно побудет у тебя.

— Завтра? — моя челюсть очень неграциозно спланировала вниз. Право же, сегодня был день сюрпризов, как неприятных, так и хороших. Точнее, одного хорошего.

— Но к чему такая спешка? — удивилась я.

— Это кольцо моей матери. Она так и не вышла замуж, но ей его когда-то подарила ее мать, моя бабушка и теперь оно принадлежит тебе.

— Ты рассказал ей все?

— Да. Она знает и рада за нас.

— Но я еще даже не видела ее, мы не знакомы, — я смотрела на кольцо, а сердце продолжало болеть. Для него это было страшное испытание. — Что, если я ей не понравлюсь? — спросила тихо.

— Глупая! — рассмеялся Лотер. — Она уже любит тебя, потому что ты — мой выбор.

Неловко улыбнувшись, я подумала о том, что вряд ли его мать любила бы меня сильнее, если бы узнала, во что я втянула ее единственного сына. Стало стыдно и щеки окрасил легкий румянец.

— Завтра утром мы поженимся, — произнес Хамерсли, — я хочу, чтобы ты была моей, а пышную свадьбу, — он улыбнулся, и темнота отступила из взгляда, — я полагаю, ты непременно хочешь красивую церемонию, шикарное платье…

— Нет! — поспешила я перебить Лотера, но он покачал головой.

— Все это будет, я обещаю. Просто доверься мне, если любишь, — и глаза в глаза, так, что чувства оказались вывернуты наизнанку, обнажены перед моим взором. Я видела всю глубину его чувства, огромную, бесконечную, непостижимую и думала о том, что я сделала хорошего в этой жизни, если мне повезло встретить такого человека? И я не задумываясь произнесла: «Люблю!» — и это была истинная правда.

— Тогда завтра утром, — сказал Лотер. Его взор упал на кольцо. — Возьми его, сохрани и дай мне возможность надеть его тебе на палец, как знак моей любви и верности.

Слезы защипало от невыразимой нежности, когда я услышала его слова. Я подалась вперед и наши губы встретились в нежном поцелуе полном искренней любви.