Глава 10

Остаток дня пролетел незаметно. Мои вещи дожидались утра, я приняла ванну и легла спать, полная намеренья выспаться перед тяжелым завтрашним днем, но спала плохо. Часто просыпалась и вертелась, Наверное, мешая Элиноре своими вздохами. Но стоит признать, девушка ни разу не упрекнула меня в этом, видимо, понимая, что я чувствую.

Мысль о том, что завтра я навсегда покину Академию и отправлюсь сама не знаю куда, страшила. Только сейчас, под покровом ночи, я могла признаться себе в том, что боюсь.

Боюсь всего: смерти отца и неизвестности о своем будущем. Могла ли я подумать еще недавно, что такая беда постучится в двери нашего дома? А ведь еще несколько недель назад все казалось радужным и прекрасным. Я, учеба, Лотер…

Лотер…

Мысли о нем заставляли сердце биться все сильнее и на какое-то время прогоняли страх из мыслей. Я думала о том, что произошло бы, ответь я вчера: «Да!» — на его предложение. А ведь я именно этого и хотела — быть с ним. Хотела больше всего на свете, но не при таких обстоятельствах. Глупая, врожденная честь и гордость семьи Грейсток кипела в моей крови и не позволяла сделать то, что требовало сердце.

«А если ты упустишь свой шанс? — подумалось мне. — Мужчины менее постоянны в своих чувствах, чем женщины. И когда он останется здесь, в Академии, а ты уедешь в неизвестном направлении, кто даст гарантию, что бывший мистер Клейтон, а ныне — наследник лорда Советника, не изменит своему сердцу?».

Я не переставая напоминала себе, что Лотер более не бастард. Отец, и сам Король, признали его как наследника Хамерсли, так что многие девушки на выданье могут поменять свое мнение касательно его и сменить «гнев на милость», ведь стать невесткой самого королевского Советника, большая честь для любой семьи. Те, кто еще недавно воротили нос от мистера Клейтона, с радостью примут в своем доме и в своей семье молодого лорда Хамерсли!

Так или иначе, мысли не давали мне спать, а если я и проваливалась в сновидение, то мне снились кошмары, после которых я вскакивала, тяжело дыша с испариной на лбу. То мне снилось, как моего отца обезглавливают на Главной площади Столицы, то как боевые маги настигают бегущего брата и убивают его, сметая волной огня.

Рассвет я встретила почти с радостью и сразу же отправилась в душ, чтобы смыть с себя остаток ночи и волнения, одолевавшие сердце.

Вышла в комнату почти свежей, застав Элинору сидящей на кровати и ожидавшей меня.

Время пришло. Уже скоро подадут к общежитию экипаж и мне придется покинуть место, которое я любила. Как много было планов в моей жизни и как нелепо перечеркнула их уверенной рукой злая судьба.

— Мне так жаль! — произнесла Элинора. — Ты будешь мне писать?

Я кивнула и стала медленно одеваться, пытаясь побороть волнение и слезы, подступавшие к самому горлу. Я выбрала самое простое платье из своего гардероба и еще с вечера приготовила его, оставив в опустевшем шкафу на вешалке. Серое, с белым воротником, как у ученицы пансиона и несколькими нижними юбками, оно село на мне почти идеально, превратив леди в подобие гувернантки. Я подобрала такой туалет нарочно — не хотела выделяться, когда попаду в столицу, да и разговоров будет меньше, если я появлюсь в таком виде в простом квартале, где находилась комната мисс Райан.

Элинора поспешила в ванную комнату и вышла оттуда с еще мокрыми волосами, но тут же стала одеваться, натягивая нижние юбки, а затем и платье. Я помогла ей с застежками на спине, а когда девушка повернулась ко мне, не удержавшись, обняла ее, с силой прижав к себе.

— Спасибо! — произнесла я.

Мне хотелось сказать так много своей подруге, но я не смогла. А когда мы разорвали наши объятия я заметила в глазах Элиноры слезы. Она все поняла без слов.

— Я буду писать, — только и сказала я и в этот момент кто-то постучал в двери.

Мы с подругой переглянулись, и я произнесла:

— Наверное, пришли сказать, что прибыл экипаж!

Но когда я открыла дверь, то увидела на пороге домового и в руке у слуги был конверт.

— Леди Грейсток! — он поклонился.

Я взяла конверт и поблагодарила домового. Когда он удалился, я закрыла двери и прошла через всю комнату, опустившись на край постели. Элинора шмыгнула следом и села рядом, глядя на конверт в моей руке.

— Неужели, это снова Виндзор! — возмущенно проговорила она.

Я не ответила, только быстро сломала печать и открыла письмо. Элинора терпеливо ждала, пока я читала и тогда, пробежавшись глазами по нескольким строчкам, я начала читать вслух:

«Дорогая моя, Адель! — писала маменька. — Прости, что я не ответила ни на одно из отправленных тобой писем. Дело в том, что получила я их слишком поздно и пришли они с опозданием, одно за другим. Твой совет уже, увы, запоздал. Мы остались без средств к существованию, и я понимаю, что это полностью моя вина. Но сейчас дело даже не в деньгах и не в нашем доме. Если можешь, приезжай скорее в столицу и найди меня. Я остановилась в гостинице под названием «Грешем-грин», ты без труда найдешь меня, так как эту гостиницу знают все в Столице. Все остальное — при личной встрече и могу сказать только одно: мне удалось добиться аудиенции у Короля, и я надеюсь, что ты приедешь и мы вместе пойдем к нему просить за нашего милого лорда Грейстока!».

Я покосилась на Элинор. Подруга молчала и тогда я прочитала постскриптум:

«Если сможешь приехать, я буду ждать тебя пятого числа сего месяца. Очень на тебя рассчитываю!» — и подпись: «Мама».

— Мама, — проговорила я вслух.

— Что ты намерена делать? — после минутного молчания, спросила Элинора.

Я спокойно сложила письмо и подняла его на уровне глаз. Сконцентрировалась на том, чтобы вызвать внутри себя силу и дунула на белый лист. Почти сразу он занялся пламенем и сгорел за несколько секунд, не оставив после себя ни следа пепла. Но мне стало определенно легче от того, что маменька появилась живая и невредимая. Оставалось нам только встретиться, а уж об этом я побеспокоюсь.

— Все решено! — сказала я. — Сперва поеду в столицу и попытаюсь увидится с Его Величеством. Я буду рыдать и ползать перед ним на коленях и сделаю все, чтобы отца и брата помиловали.

— Но леди Алиса ни словом не обмолвилась о твоем брате! — заметила мисс Райан.

— Видимо, она рассчитывает рассказать мне все при встрече! — ответила я и встала с кровати. — Письмам не все можно доверить.

В двери снова постучали и теперь я была уверена, что это явились сообщить о прибытии экипажа.

Элинора направилась к двери и открыла ее. Слова домового подтвердили мою догадку. Пришло время нам прощаться. Как бы сильно мне не хотелось покидать Академию, Элинору и учебу, но что поделаешь. Есть вещи, над которыми мы не властны.

Подруга провела меня вниз. Словно невзначай открылись двери нашей бывшей комнаты, где я жила с Грейс и леди Бертран возникла на пороге высоко подняв голову, будто пыталась показать свое превосходство надо мной. Из-за ее плеча выглянула Индия, а сбоку показался любопытный нос Джудит.

— Уезжаешь? — поинтересовалась надменно Грейс.

— А что? — передернула я плечами. — Разве не заметно! — и кивком головы указала на домовых, тащивших мой багаж.

— Скатертью дорога! — улыбнулась мило леди Бертран и я вернула ей не менее искреннюю улыбку.

«Я еще вернусь! — подумала уверенно. — Вернусь и сотру эту гадкую ухмылку с твоего лица!», — но подумать проще, чем сделать, но если задаться целью, то всего можно достичь. Только пока у меня были другие планы и интересы. Первым в списке было посещение королевского Дворца вместе с маменькой, все остальное пока было не существенно.

Я прошла мимо Грейс стараясь держать спину так ровно, как только могла. Элинора следовала за мной улыбаясь, а уже покинув общежитие, она повернулась ко мне и произнесла:

— Не обращай внимание на эту змею, когда-нибудь она просто захлебнется собственным ядом.

Я хотела было ответить, но бросила взгляд к экипажу, в который загружали мои чемоданы домовые. Но не это привлекло мое внимание, а всадник на прекрасном тонконогом жеребце. Всадник, одетый во все черное.

— Лотер! Вы? — я не скрывала своего удивления, а Элинора почему-то заулыбалась.

Новоявленный Хамерсли посмотрел на меня с тенью улыбки на лице, затем приветственно поклонился.

— Доброе утро, леди Адель! — сказал он, а мое глупое сердце забилось от счастья.

— Но почему вы здесь? — спросила я. — Решили проводить меня?

Лотер улыбнулся, но уже открыто.

— Можно сказать и так, — проговорил он, затем спешился и встал у дверцы кареты, поджидая меня. Я вздохнула и перевела взгляд на Элинору. Мы снова обнялись, и подруга шепнула мне на ухо:

— Не забывай писать мне!

— Я сразу же напишу, как только найду маменьку! — пообещала и мы разорвали наши объятия. Я сделала над собой усилие, чтобы повернуться спиной к мисс Райан, и направилась навстречу к Лотеру, который, взяв на себя обязанности кучера, распахнул передо мной дверцу экипажа и протянул руку, намереваясь помочь забраться внутрь.

Прикосновение его пальцев было неожиданно теплым и ласковым. Кажется, именно в тот момент я очень пожалела о том, что еще не дала ему ответа на предложение и во мне началось противоборство между долгом совести и сердца.

«Какая же ты глупая! Отталкивать сразу двумя руками собственное счастье!» — раздраженно пробилось в груди последнее, когда я села в карету, а Лотер захлопнул дверку.

— Хорошего пути! — крикнула Элинора и помахала мне рукой на прощание. — Пусть у тебя все получится и… — она задержала дыхание, прежде чем добавила, — возвращайся! Я буду тебя ждать!

— Спасибо, милая Элинора! — прошептала я в ответ.

Карета покачнулась, Лотер взлетел в седло, а кучер уже взмахнул кнутом, разворачивая лошадей в сторону дороги, которая должна вывести нас за пределы территории Академии. Экипаж тронулся, оставляя за собой и здание общежития, а затем и корпуса, где я еще недавно училась на лекциях вместе с остальными студентами.

Карета уносила меня к новой жизни, которая, как я подозревала и опасалась, могла оказаться тяжела и печальна.

— Не грустите, леди Адель! — Лотер подъехал к карете и теперь я могла наблюдать из окошка как всадник едет рядом с экипажем.

— Я не могу не грустить, — отозвалась я. — Мне так хотелось учиться, а теперь…

— Мне тоже хотелось учиться! — ответил мужчина.

— Но вы ведь вернетесь, — недоуменно произнесла я.

— Нет, — покачал головой в ответ Лотер. — Вчера я забрал свои документы.

— Нет! — охнула я. — Но почему?

Клейтон-Хамерсли посмотрел на меня и улыбнулся.

— После поговорим, леди Адель. Впереди у нас путь в столицу. Я надеюсь, вы расскажете мне, где намерены остановиться, есть ли у вас какой-то план? Если нет, я обо всем позабочусь!

Я продолжала смотреть на мужчину, а в голове крутились его слова, только я никак не могла понять, почему он решил оставить Академию. Помнится, при одном из наших разговоров, еще в той, прежней жизни, когда я была девушкой из уважаемого рода, а Лотер — просто мистером Клейтоном, он говорил мне, как сильно хочет учиться. И вот теперь забрал документы. Неужели из-за меня? Если это в действительности так, я должна попытаться уговорить его не совершать ошибку. Советник не простит сыну подобную дерзость, я в этом была уверена, так как мой отец, рассказывая о лорде Леонарде, всегда отзывался о нем, как о человеке умном, но резком и не привыкшем, чтобы ему не подчинялись или отказывали в чем-либо. А как я поняла, именно господин Советник хотел, чтобы Лотер учился в этой Академии.

Лотер отвлек меня от мыслей, задав вопрос, а я неожиданно заметила, что мы уже приближаемся к воротам и совсем скоро Академия останется позади.

— Кучер спрашивает, куда мы направляемся, леди Адель! — сказал мой спутник.

Я моргнула, приводя мысли в порядок.

— В Столицу! — ответила я.

— В Столицу? — кажется, мужчина немного удивился, тем не менее, передал мои слова кучеру, а через минуту мы выехали в распахнутые ворота и в сердце у меня что-то сжалось. Не удержавшись, я выглянула в окошко кареты и посмотрела назад, заметив только самую высокую из башен Главного Корпуса, а затем исчезла и она и я села на сидение салона, но затем, словно опомнившись, снова выглянула наружу, обратившись к Лотеру.

— Я благодарю вас за сопровождение, но вам стоит вернуться! — сказала уверенно.

Его брови взметнулись вверх, а черные глаза сверкнули.

— Вам не стоит из-за меня бросать учебу, — рискнула я предположить.

— Стоит или нет, решать не вам, дорогая леди Грейсток! — ответил он. — Я уже не мальчик и в состоянии принять решение, которое считаю правильным.

Краска бросилась мне в лицо. Я поняла, что обидела Лотера. Не стоило ему указывать, да и это просто неприлично. Но мне совсем не хотелось, чтобы из-за меня его жизнь была сломана.

— Как я вам уже говорил, леди Адель, мы поговорим где-нибудь в более подходящей обстановке, а пока я сопровожу вас туда, куда вы направляетесь. Кстати, что это за место?

Я рассказала о письме маменьки. Говорить во время движения было крайне неудобно, потому иногда приходилось повышать голос, так как перестук копыт издавал достаточный шум, чтобы приглушать голоса, да и отъехав на приличное расстояние от Академии, кучер заставил лошадей бежать быстрее, так что уже совсем скоро мы могли достигнуть портала, который переместит меня в Столицу.

Так или иначе, Лотер выслушал мой короткий рассказ и кивнул, задумчиво отведя взгляд.

— Поговорим после! — сказал он мне и пристроился позади экипажа. Я же откинулась на спинку сидения и сидела так, пока мы не приехали к порталу. Деньги для оплаты услуг мага у меня были, но прежде чем я достала свой кошелек и потянулась к дверце экипажа полная намерения выбраться наружу, появился Лотер. Он уже спешился и каким-то чудесным образом направлялся ко мне от домика мага.

— Имя Хамерсли хоть в чем-то принесло пользу! — заявил он.

— Возьмите деньги! — попыталась я протянуть мужчине свой кошелек, но под резким черным взором отдернула назад руку и тут же извинилась.

Простите, Лотер.

— Если вы хотите немного отдохнуть, можем прогуляться, но я предлагаю сделать это после того, как произойдет перемещение! — сказал он и все, что мне оставалось, это только кивнуть, соглашаясь с его предложением.

Лотер нашел взглядом кучера и указал ему на козлы.

— Милейший, — позвал он, — мы едем дальше. Отдохнем на другой стороне.

— Как прикажете, милорд! — ответил пожилой возница и взобрался на своем место, и мы продолжили путь.

Переход прошел для меня спокойно, только в этот раз мелькание растянувшихся картин и пейзажей было более долгим, но это меня совсем не удивило, так как Столица находилась намного дальше от Академии, чем мой родной дом. А когда экипаж выехал на дорогу из тесноты портала, кучер сразу же направил его в сторону от дороги и спустя несколько метров остановился. Нужно было дать отдых лошадям, которые всегда плохо переносили подобное перемещение, а ведь нам еще придется ехать в Столицу, так как в городе и окрестностях были ограничения для перемещения через порталы. Они не распространялись только на членов королевской семьи и самых доверенных лиц, приближенных к Его Величеству.

Не дожидаясь, пока мне откроют двери, я сама выбралась из экипажа, ступив на зеленую травку, стелившуюся мягко под ногами тут, на обочине дороги. Огляделась, отыскав взглядом Лотера: он уже спешился и спешил ко мне, оставив своего коня пастись, а кучер сидел, прислонившись головой к стенке кареты и видимо пытался справиться с головокружением, свойственным при переходе простым людям.

Я же чувствовала себя хорошо, впрочем, как и всегда. По виду Лотера тоже нельзя было сказать, что на него оказало влияние перемещение.

— Как вы? — спросил мужчина с настороженностью глядя в мои глаза.

— Замечательно! — улыбнулась я в ответ.

— Сейчас наш кучер отдохнет, и мы отправимся в дальнейший путь, — сообщил Хамерсли. — А пока давайте прогуляемся вдоль дороги.

Я кивнула и шагнула вперед. Времени у нас было не так много, но в компании Лотера оно пролетело незаметно, словно один миг, будто взмах крыла бабочки и удар сердца. Природа уже сбросила яркие краски, подготовившись к приходу зимы и только хвойные деревья баловали глаз яркой зеленью, да трава, словно позабывшая о том, что ей пора пожелтеть, обманулась последними теплыми деньками и тянулась к солнцу сочная и нарядная. Лотер смотрел на меня, я — на него. То, что происходило между нами нельзя было передать словами, а когда мужчина словно невзначай прикоснулся своей рукой к моей руке, по телу пробежала сладкая мучительная дрожь, заставившая меня поднять глаза и впиться долгим взглядом в лицо моего спутника.

— Не смотрите так на меня, — произнес тяжело Лотер. — Я не железный!

Мне хотелось ответить ему, что я тоже состою из крови и плоти, но эти слова сейчас были бы лишними.

— Я надеюсь, вы подумаете над моим предложением более серьезно, — вдруг сказал Хамерсли.

— Я уже подумала! — быстро ответила я и тут же добавила: — Но свой ответ дам вам позже… если вы сами к этому моменту не передумаете.

Лотер кивнул, но в его взгляде читалась прежняя решимость соединить наши судьбы и мое сердце радовалось, замечая это.

— Что будете делать в Столице? — спросил он. — Вы ведь не просто так отправились именно туда. Надеетесь на аудиенцию короля.

— Да! — я немного удивилась его догадливости. Впрочем, у мужчины был острый ум, так что, он вполне мог понять цель моей поездки.

— Маменька уже договорилась о встрече с королем, и я надеюсь, нам удастся спасти отца и брата.

— Адель! — тихо проговорил Лотер. — Я видел Его Величество всего один раз, когда лорд Советник привел меня во Дворец, чтобы представить королю как своего нового наследника. Но суть в том, что он не показался мне снисходительным человеком.

— Что вы имеете ввиду?

— То, что вам стоит попытаться получить королевскую милость, но при этом быть готовой ко всему…

— К отказу? — спросила я.

— Именно, — мужчина вздохнул. — Мне тяжело говорить об этом вам, но боюсь, если у вас появится надежда, или уже появилась, а после вы поймете, что спасти лорда Грейстока и вашего брата не удастся, вам будет очень больно.

— Мне будет больно если я не попытаюсь им помочь, — ответила я. — Просто я не верю в виновность отца. Он не мог пойти против короны и Короля. Он верный слуга Его Величества, всегда был им и подобное обвинение — это ложь.

Лотер смерил меня долгим взглядом.

— Ваша преданность семье восхищает! — только и сказал он. Больше говорить нам не дали. Кучер крикнул, что уже может управлять экипажем и мы повернули назад к карете. Хамерсли помог мне сесть в салон, а сам забрался на жеребца, и мы снова тронулись в путь.

Качаясь внутри кареты, я размышляла над словами Лотера и, признаться, негодовала на него за то, что был настроен так неоптимистично и при этом понимала, что, возможно, он прав. Но я не имела права перестать надеяться. Пусть чудеса происходят редко, но они все же имеют место быть в нашем мире, и кто может дать гарантию, что король не разжалобиться, глядя на двух одиноких женщин, которые в одночасье могут остаться без сильного мужского плеча.

Пейзаж за окном тем временем начал меняться. Лес остался позади, и мы миновали первые дома, среди которых я заметила таверну и еще какое-то заведение, где можно было остановиться на ночь. Но карета уносила меня дальше, туда, где окруженная рвом и быстрой рекой, раскинулась Столица нашего королевства, один из самых крупных и прекрасных городов, какие я только знала и видела на своем недолгом веку. Постепенно вдоль дороги стали появляться поля и домики крестьян, а сама Столица все приближалась, светлея вдалеке крепостными стенами и флагами, развевающимися на сторожевых башнях, встречавших всех путешественников и гостей. А там вдалеке, еще невидимый глазу, скрывался в туманной дымке королевский дворец, прекрасный и огромный, разделенный на отдельные замки, словно самостоятельное государство внутри королевства.

Лотер ехал на расстоянии следом за экипажем и лишь изредка выезжал в поле моего зрения. Я же мысленно готовилась к встрече с маменькой, почти мечтая оказаться в ее родных объятиях, чтобы вместе погоревать над обрушившимися на нас бедами и найти выход из страшной ситуации.

Прошло еще полчаса, прежде чем мы подъехали к главным воротам, ведущим в город. Несмотря на то, что в светлое время суток они были распахнуты, у ворот стояла стража, несколько человек вооруженных до зубов и едва мы, проехав по мосту, приблизились к проезду между башен, путь нам преградил всадник в стальных латах и кучер натянул поводья, останавливая экипаж. Признаться, я была немного удивлена подобной встрече, ведь, когда я в прошлый раз была в Столице с родителями, ничего подобного не происходило, но тут память услужливо подсказала мне ответ, с которым пришлось смириться, как и с проверкой стражника моего экипажа.

«После покушения видимо усилили охрану города и дворца», — сказала я себе.

Лотер выехал вперед и вступил в разговор с старшим охранником ворот, в то время как два воина рангом ниже, осматривали мою карету, словно искали среди чемоданов на крыше спрятанного убийцу. И в этот миг я как никогда раньше, порадовалась тому, что со мной отправился Лотер.

— Отойдите от экипажа! — велел он, заметив, что один из стражников засунул свой нос в окошко и теперь с наглой ухмылкой рассматривает меня, вынуждая отвести взгляд.

— Нам был дан приказ проверять все кареты, которые прибудут в город! — сухо ответил старший стражник в латах.

— Это леди Грейсток, — в тон ему произнес Лотер, — она приглашена во Дворец на аудиенцию Его Величества короля. Не думаю, что ему понравится, если леди пожалуется на подобный бестактный прием!

— Грейсток? — мне показалось или всадник фыркнул, выказывая пренебрежение к моей фамилии? — А вы кто? Уж не ее сбежавший братец, которого разыскивает вся стража города и окрестностей?

Я не видела выражения лица моего спутника, но услышав его голос, ощутила холодок, пробежавший по спине. Со мной он никогда не говорил подобным тоном, и я поразилась тому, как оказывается мог разговаривать этот мужчина при желании.

— Мое имя Лотер Хамерсли, — представился он. — И я сопровождаю леди Адель во Дворец, а потому не советую вам задерживать карету леди и отзовите в конце концов своих людей!

«Слышала бы вас сейчас Грейс! — подумала я. — Она бы поразилась и позавидовала этому пренебрежению в голосе!».

Стражник, который рассматривал меня в окне, кажется и не собирался отходить. Более того, он широко мне улыбнулся, показывая щербатые зубы, а в глазах мужчины загорелся злобный огонек и мне неожиданно стало не по себе от его взгляда.

«Да что же здесь происходит? — подумала я с ужасом. — Неужели король настолько напуган, иначе происходящее просто не объяснить!».

Я отпрянула в глубину салона, прячась от жадного взгляда наглого стражника, но он, кажется, и не думал отойти от экипажа и более того, даже просунул руку в окно, будто хотел прикоснуться ко мне.

— Прочь! — раздался злой голос, и я увидела, как стражник успел лишь удивленно моргнуть, когда его буквально отшвырнуло от кареты, впечатав в одну из стен башни. Мне даже стало жаль несчастного, поплатившегося за свою дерзость, а затем мужской голос произнес:

— Что вы себе позволяете! Мы защитники этого города!

— Прочь! Иначе пожалеете! — повторил Лотер уже спокойно, а затем добавил, по-видимому, обращаясь к кучеру. — Вперед!

Не знаю, что произошло после и почему нас пропустили, но карета, покачнувшись, двинулась дальше. В окошко я успела разглядеть злобный взгляд застывшего верхового. Нас провожали едва ли не с ненавистью, от которой по спине пробежали мурашки. Только эта ненависть была направлена не на меня, а в спину Лотера, ехавшего впереди.

— Грязный выскочка! — мне показалось, именно это выплюнул еле слышно главный стражник и я вздрогнула всем телом, надеясь, что Лотер не услышал злых слов.

«Но как он легко отшвырнул стражника! — мелькнуло в голове. — Использовал силу воздуха… а казалось, был слаб в этой сфере?» — так или иначе, я решила, что подумаю об этом позже, а лучше просто и прямо спрошу у Лотера. Мы же продолжали ехать дальше и город раскрывался нам на встречу, словно каменный цветок, со своими изгибами улочек и узких проходов меж домами, с редкими деревьями, но частыми вывесками. Квартал, встречавший нас, принадлежал хозяевам таверн и доходных домов. Здесь уставшие путники могли остановиться на постой, переночевать и перекусить с дороги, дав отдых и себе, и своим лошадям. Продолжали свой путь. В окно экипажа я видела простых людей в некрасивых одеждах унылых цветов. Уставших женщин с корзинами продуктов или белья, мужчин, провожавших карету взглядами, лишенными интереса, что, впрочем, сейчас было мне только на руку, так как я не хотела бы привлекать внимания, а экипаж, выделенный мне Академией, оказался самым простым, который господин директор нанял специально для меня, не рискнув выделить карету с эмблемой нашего учебного заведения. Только разве я могла винить его за осторожность? Нет. Лишь поблагодарить за оказанную по мере сил и возможности, помощь.

Но вот на смену первому кварталу пришел другой, более чистый и ухоженный. Здесь вдоль дороги поднимались уже жилые дома вперемешку с булочными и лавками зеленьщиков. За стеклянными вывесками красовались готовые платья, впрочем, такие же унылые, какие я встречала на жителях города. Какая-то женщина удивила меня тем, что ходила меж домов зазывая горожан купить с ее лотка ленты, заколки и… цветы. Букетики из крошек фиалок, перевязанные серебряной нитью, собранные в лесу. Я знала запах этих цветов и даже сейчас смогла представить его себе так отчетливо, что тонкий, едва уловимый аромат защекотал ноздри.

Выглянув в окошко, проследила взглядом, как мы обогнали бредущую торговку, вместе с ее лотком и букетами.

— Адель! — Лотер придержал жеребца и теперь ехал рядом со мной. — Я надеюсь, вы не испугались стражников у ворот.

— Не успела! — проговорила я. — Благодаря вам, — и тут же добавила, — но почему здесь все так изменилось?

Хамерсли пожал плечами и ответил мне, почти повторив мои собственные мысли и соображения.

— Думаю, всему виной страх!

— Король боится? — прозвучало насмешливо.

Лотер улыбнулся одними глазами.

— Но почему, если он уверен, что поймал преступника… — назвать имя отца не повернулся язык. — Или не уверен?

— Я не знаю, леди Грейсток. Я слишком мало крутился во всей этой придворной жизни и не хочу делать поспешные выводы, — ответил он, — впрочем, как и продолжать находиться при дворе. Это не для меня.

— Ваш отец будет вне себя, когда узнает, что вы уехали из академии, — проговорила я тихо.

— Этот вопрос не обсуждается! — отрезал спокойно мужчина. Мне оставалось только вздохнуть и признать право Лотера поступать так, как он считает нужным. Да и разве я могу заставить взрослого здравомыслящего человека изменить свое решение? Это вряд ли. Только, если положить руку на сердце, так ли я хочу остаться одна? И что бы я делала без молодого Хамерсли?

Я посмотрела другими глазами на Лотера. Он продолжал ехать поблизости от окна, и я видела его прямую спину и совсем некрасивый профиль. Да, нос у мужчины был слишком крупным, а губы лишены чувственного изгиба, кажутся сухими и резкими, только сердце Лотера кажется мне прекрасным, и оно затмевает его внешние недостатки.

«Зато, сэр Лотер превосходно сложен!» — подумала я, словно оправдываясь в своих собственных мыслях.

Карета подпрыгнула на ухабе, и я едва не съехала с сидения, вынужденная вцепиться в мягкую обивку. Бывший мистер Клейтон заглянул в окно, желая удостовериться, что со мной все в порядке. Наши взгляды встретились и волна непонятного жара залила лицо. Я поспешно отвернулась, не желая, чтобы он видел мое смущение. Но Лотер сделал вид, будто ничего не заметил, лишь распрямился в седле.

— Будьте осторожнее! — крикнул он кучеру.

— Да, господин! — ответил тот.

Спустя почти сорок с лишним минут мы, наконец, выехали в богатый квартал, где среди особняков знати находился и наш дом — место, где останавливался отец, отправляясь во Дворец к королю. Сейчас этот дом был закрыт для меня, а потому я даже не выглянула в окно, чтобы не бередить сердце и снова высунулась с интересом, только когда мы прибыли к месту назначения.

Место, где остановилась маменька, меня поразило и неприятно удивило. «Грешем-грин» оказался не просто гостиницей, а баснословно дорогим местом, где мы с маменькой теперь вряд ли могли позволить себе остановиться. Тем не менее, она ясно дала мне понять в своем письме, что будет ждать меня именно там. И когда экипаж замер перед парадным входом и поджидавшим у дверей слугой, готовым услужливо распахнуть перед гостями заведения двери, я с замиранием сердца выбралась из салона. Лотер, спешившись, открыл передо мной дверцу и протянул руку, которую я с благодарностью приняла.

— Какие будут дальнейшие указания? — спросил кучер. — Кажется, мы прибыли на место. Мне заплатили за то, чтобы доставить вас сюда, вас и ваш багаж, — он вопросительно уставился на меня, пока я осматривалась.

Лотер ответил за меня.

— Подождите пока здесь, милейший. Вам заплатят за потраченное время!

— О! — улыбнулся широко мужчина. — Тогда буду ждать столько, сколько нужно, только отгоню экипаж дальше от входа.

— И присмотрите за моим конем! — добавил Лотер, бросая кучеру вместе с поводьями какую-то монету, номинал которой я разглядеть не успела, заметив лишь сверкнувший серебряный бок.

— Позвольте мне проводить вас к леди Грейсток-старшей, чтобы удостовериться, что с вами все в полном порядке, — произнес Лотер, предлагая мне локоть.

— Это будет очень любезно с вашей стороны! — прошептала я и взяла Хамерсли под руку. Вместе мы подошли к двери и вошли в просторный холл мимо склонившегося в приветственном поклоне, слуги. На встречу уже спешил кто-то из обслуживающего персонала, в дорогом наряде с сияющей улыбкой на губах.

— Миледи, — он поклонился мне, — милорд!

Очевидно, служка решил, что мы хотим остановиться в гостинице, но я опередила его вопрос, успев задать свой:

— Мы прибыли к леди Грейсток. Скажите, пожалуйста, в каком номере она остановилась и отправьте слугу, чтобы сообщить ей о приезде ее дочери!

Лицо служки странным образом вытянулось, затем оно попытался принять прежнее выражение, но получилось плохо, словно кто-то написал акварельными красками на стекле улыбку и на нее попал дождь. Именно так, жалким потеком, выглядела ввернувшаяся улыбка мужчины.

— Леди Грейсток? — повторил он.

— Разве эта леди остановилась не у вас? — спросил Лотер.

Служка повернулся к нему.

— Дело не в этом, — проговорил как-то неуверенно.

— Тогда, будьте любезны и сообщите о нас! — велел мой спутник.

Служка замялся. Его глаза, черные угольки, как-то странно забегали, и я поняла: что-то здесь не так.

— Видите ли… — начал он неуверенно.

— Говорите же, что вы тянете! — велел Лотер.

— Давайте отойдем в сторону, — попросил мужчина и зачем-то оглянулся. — Мне не удобно здесь говорить!

Мы с Лотером переглянулись.

— Что происходит? — я задрожала всем телом от жуткого предчувствия. — Что с моей маменькой?

— Следуйте за мной, — попросил служка и Лотер обхватив меня за талию, повел за собой. Тепло его прикосновения придало мне силы. Когда мы оказались в стороне от парадного хода, скрывшись в нише с высоким окном, мужчина, наконец, дал ответ на мой вопрос, одновременно объяснив причину своего странного поведения.

— Дело в том, что уже вся столица гудит о произошедшем, — заговорил он едва ли не шепотом, — было объявлено во всеуслышание, что лорд Грейсток совершил покушение на Его Величество короля. Ваша маменька и правда остановилась у нас, но мне было велено не сообщать об этом и записали мы леди Алису под чужой фамилией.

«Какой позор!» — подумала я.

— А что вы хотели? — словно оправдывая вынужденные действия, проговорил служка, — это приказ самого хозяина гостиницы, разве мы могли ославиться только из-за того, что вашей дражайшей матери приспичило остановиться именно у нас.

— Приспичило, — повторила я следом за мужчиной, а Лотер усмехнулся.

— Я непременно сообщу о вас нашей гостье, только убедительно прошу, не выкрикивайте ее имя на весь зал! — продолжил работник гостиницы.

— Я не имею повода стесняться своей фамилии! — возразила я.

— Тогда мы будем вынуждены выселить вашу мать, — ответил на это мужчина.

— Любезный! — вступил, не удержавшись, в разговор Лотер. — Давайте не будем спорить. Сообщите о нас леди… — он замялся, так как не знал, под какой фамилией остановилась моя мать.

— Леди Барнаби! — подсказал услужливо служка.

— Так вот, вы сообщите о нас леди Алисе Барнаби, а еще лучше, проведите прямиком в ее номер, и тогда мы сможем избежать всех проблем.

— Никак нельзя! — отозвался на такое предложение служка. — Я не уверен в том, что она пожелает видеть вас, — он замялся. — Все-таки, эта леди наша гостья и платит деньги, наравне со всеми. К тому же, она сняла один из лучших номеров.

Я задохнулась от возмущения. Маменька была в своем репертуаре: нам возможно, будет не за что купить себе еды, а она тратит огромные суммы на жилье, ничуть не задумываясь о том, где придется искать деньги, когда то, что у нее есть, закончится. Да и кто знает, что она успела спасти из наших сбережений. Я как-то очень сильно сомневалась в нашем финансовом благополучии.

— Милейший! — голос Лотера явственно показал, что мой спутник начинает выходить из себя, пораженный осторожностью или крайней глупостью служки. — Ступайте и сообщите о нас леди Барнаби, а после, если она пожелает увидеть свою дочь, вернетесь и проведете нас к ней. Мы же, в свою очередь, торжественно обещаем, что не станем всем и каждому сообщать о том, кем являемся. Только поспешите!

Я нашла руку Лотера и чуть сжала, приободряя то ли его, то ли сама себя. Служка странно на нас посмотрел, а затем поклонился и ушел, мы же остались стоять рядом, глядя друг на друга.

— Спасибо вам, Лотер, — вырвалось у меня. — Не знаю, чтобы делала, окажись одна в подобной ситуации!

— Вам не за что благодарить меня, леди Адель! — отозвался мужчина, только по глазам, вспыхнувшим довольно, я поняла: ему понравились мои слова, но и я не льстила, сказала то, что думала — истинную правду. Я поняла, как помог мне Хамерсли, еще когда мы въезжали в ворота города, а теперь была рада его обществу и подавно.

— Вы не правы, милорд! — проговорила я.

— Я постараюсь сделать все, что будет в моих силах, — черный взгляд остановился на моем лице, заставив щеки вспыхнуть алыми маками. — И мое предложение все еще в силе, — добавил мужчина поспешно. — Я надеюсь, вы дадите мне еще один шанс повторить его в более благоприятных условиях!

Я ответила раньше, чем поняла, что говорю:

— Я дам вам этот шанс!

Наверное, более пунцовой я не была никогда в своей жизни. Хотелось прижать ладони к щекам и спрятаться от пронизывающего взгляда, в котором зародилась надежда.

Мы молчали вплоть до возвращения служки. Стоит отдать ему должное, вернулся он достаточно быстро. При это огляделся по сторонам, словно кто-то мог следить за ним в стенах гостиницы, а затем подошел к нам с Лотером и проговорил:

— Леди Барнаби ожидает вас!

Лотер шагнул было вместе со мной, но служка опередил его движение сухим тоном:

— Одну! — и так выразительно посмотрел на меня, что я невольно подалась вперед.

— Я провожу леди до дверей и уйду только когда удостоверюсь, что там, в номере, ее ожидает мать! — заявил мой спутник и служка со вздохом сдался.

— Извольте следовать за мной! — сказал он и пошел вперед. Мы с Лотером за ним следом, держась за руки, будто влюбленные. Но на самом деле мне совсем не хотелось отпускать руку Хамерсли. Его теплое прикосновение придавало мне силы.

Шагая за служкой, я старательно избегала взглядов. Навстречу нам, то и дело, попадались то слуги, то гости гостиницы, и тогда я делала вид, что изучаю то, что под моими ногами, будто опасаюсь споткнуться. Так или иначе, номера, который снимала маменька, мы достигли спустя несколько минут. Располагался он на третьем этаже и даже по виду входной двери, стоил немыслимых денег, так что я успела выругаться про себя за расточительность леди Грейсток.

— Мы пришли! — проговорил служка. Он постучал в двери, а когда на стук открыла горничная, в которой я узнала нашу Лору, мое сердце подпрыгнуло в груди от ожидания встречи с маменькой.

— Леди Адель! — проговорила Лора и выглянула в коридор. — Мы не ожидали вас так рано!

Прежде чем я дала ответ горничной, Лотер посмотрел на меня, жестом велев служке уйти.

— Два слова, леди Адель! — попросил он.

— Одну минуту! — отозвалась я с решительностью, а затем посмотрела на Лору. — С маменькой все в порядке? — спросила, уточняя.

— Да, леди Адель! — кивнула девушка. — Она ждет вас…

— Тогда подождет еще немного! — перебила я Лору. — Возвращайся к ней, я сейчас приду! — приказала, а сама повернулась к Хамерсли. — Теперь я в вашем распоряжении, милорд! — произнесла, уже обращаясь к мужчине.

Он странно улыбнулся.

— Не разбрасывайтесь словами, леди Адель! — заметил Лотер.

— Я доверяю вам! — ответила просто.

— Тогда — благодарю! — он улыбнулся. — Если я оставлю вас здесь, все будет хорошо?

Я сглотнула.

— Думаю, пока мы не встретимся с Его Величеством, нам с маменькой ничего не грозит, — ответила тихо. Сейчас идея приехать в столицу, казалась мне глупой. И, если рассуждать здраво, стоило собрать наши вещи и переехать немедля в комнату, ключ от которой лежал в кармане моего платья. Только разве леди Алиса согласится? Я очень сильно в этом сомневалась. Думаю, маменька полагает, что встреча с королем решит все ее проблемы. Я же была иного мнения. Все, произошедшее с отцом и братом, казалось мне весьма подозрительным. Тот, кто подставил лорда Грейстока, пойдет до конца.

«Не слишком ли ты нагнетаешь события?» — спросила сама себя, но тут же дала мысленный ответ, считая, что рассуждаю здраво.

— Запишите мой новый адрес, — опомнилась я и чуть наклонилась к Лотеру, — если завтра нас здесь не окажется, ищите меня именно там.

— Диктуйте! — попросил Лотер. — Я запомню.

Я продиктовала по памяти, так как сама запомнила адрес, так, на всякий случай. Лотер выслушал меня и кивнул.

— Тогда, с вашего позволения, леди Адель, если я более вам не нужен, то оставлю вас! — сказал он.

Признаюсь, мне совсем не хотелось отпускать Хамерсли! Рядом с ним я чувствовала себя как никогда защищенной и уверенной, но разве я имела право привязать к себе этого мужчину? Спасибо за то, что отвез в Столицу. Даже не знаю, что делала бы, если бы не он!

— Я благодарю вас, сэр Лотер! — сказала я искренне, посмотрела прямо в черные глаза и подумала о том, что в его взгляде можно утонуть, если вовремя не отвести глаза. Лотер взял мою руку и поднес к губам не прерывая зрительного контакта.

— Леди Адель! — произнес он и, отпустив мои пальцы, вдруг снял с пальца какое-то кольцо. На вид простое, но сразу было заметно — дорогое и старое. За всей этой суетой я совсем не обратила внимание на то, что теперь пальцы мужчины украшали перстни, а, если быть точной — два, причем, одинаковых. Тот, который Лотер носил на мизинце, он сейчас протягивал мне.

— Что это значит? — спросила нерешительно, раздумывая над тем, стоит ли принимать кольцо и что оно может означать. Нет, Лотер мне нравился и, скорее всего, я бы дала ему свое согласие на предложение, только не сейчас. А вдруг, приняв кольцо я таким образом давала понять мужчине, что это мое своеобразное: «Да!».

Поймав мой взгляд Лотер догадался, о чем я задумалась. Улыбнулся с какой-то грустью.

— Леди Адель, это кольцо не означает нашей помолвки и ни к чему вас не обязывает! — произнес мужчина.

Я вспыхнула от стыда.

«Теперь он решит, что я к нему совсем равнодушна!» — подумала я. А так нельзя! Он должен знать, что нравится мне.

— Примите кольцо и если я вам понадоблюсь, просто нажмите на печать! — он показал на второй перстень, идентичный тому, который сейчас предлагал надеть мне.

— Это своеобразная связь, — пояснил, — я должен знать, что, если вам будет нужна моя помощь, вы получите ее. Столица полна опасностей и особенно для такой молодой девушки!

Мои брови приподнялись.

— Я в гостинице, — ответила нерешительно, — вряд ли что-то может мне грозить!

— И все же, примите. Мне так будет спокойнее, а после, когда мы встретимся снова и я буду уверен, что вы в безопасности, вы вернете мне его! — сказал Лотер и тон его голоса не терпел отказа, как и выражение на спокойном лице.

— Спасибо! — я протянула руку и наши пальцы легонько соприкоснулись, вызывая во мне странное ощущение тепла и радости.

Кольцо село почти идеально, обхватив мой палец так, словно было создано именно для меня. Не удержавшись, взглянула на него, примеряясь, смотрится ли.

Смотрелось. Удивительно, но это простое на вид украшение, казалось мне прекрасным. Или может, прекрасным был тот, кто его дал?

— Хорошего вам дня, леди Адель! — поспешил откланяться мужчина и повернулся ко мне спиной, намереваясь уйти. Я смотрела на его широкую спину и видела, как шаг за шагом, Хамерсли отдаляется от меня, и мне хотелось остановить его, окрикнуть, заставить повернуться и посмотреть на меня.

«Он решил, что ничего не значит для тебя, — подумала я. — Ты ведешь себя неправильно! Ведь Лотер нравится тебе! Действительно, нравится!».

— Лотер! — не удержавшись, крикнула я.

Мужчина замер, а затем резко обернулся и я вздрогнула от блеска его взгляда. Казалось, он только и ждал моего зова! На его лице отразилась гамма эмоций и я уловила их все: ждущие, полные надежды и… любви. Ноги дернулись, и я была готова броситься к нему, чтобы рассказать о том, что чувствую в действительности, чтобы поделиться с ним своим теплом и тем ощущением радости и счастья, которое рождается от одного его взгляда в самой глубине моего существа.

И я почти сделала этот первый шаг, решившись, но…

— Адель!

В спину будто ударило холодом. Я застыла на месте, а затем медленно обернулась к номеру, на пороге которого стояла маменька и смотрела на меня со своей строгостью, на которую только была способна.

— О! — леди Алиса впилась взглядом в Лотера. Хамерсли застыл, продолжая смотреть только на меня, но взгляд его потускнел. Затем, словно опомнившись, он перевел взор на старшую леди Грейсток и поклонился ей.

— Прошу меня простить… — проговорил Лотер как-то неуверенно, после чего еще раз поклонился и ушел, оставив меня смотреть ему во след, пока высокая фигура в черном не скрылась за поворотом коридора. Но даже тогда я продолжала стоять, слушая затихающие шаги.

— Адель! — произнесла маменька.

Я медленно повернулась к ней.

— Кто это был, дорогая?

— Ах, маменька! — проговорила я и шагнула к леди Алисе.

— Давай же, проходи в номер, не стой на пороге! — недовольно сказала она. — Это просто неприлично, — и добавила ворчливо, — как, впрочем, и то, как ты откровенно смотрела на этого мужчину… как там его…

— Лорд Лотер Хамерсли! — ответила я.

— Лорд? — она передернула плечами и велела горничной закрыть двери, а сама взяла меня под руку и повела за собой в гостиную.

— Он очень некрасив, этот сэр Лотер! — заметила маменька. — Не идет ни в какое сравнение с милым Гастоном Виндзором.

— При чем здесь Гастон? — удивилась я и высвободилась из рук маменьки. Посмотрела на нее другими глазами и неожиданно поняла, что ожидала увидеть совсем не такую леди Алису. Кажется, она не была взволнована и даже напротив, выглядела спокойной и уверенной в себе. Это удивляло. Если бы мой муж был сейчас в темнице и ему грозила смертная казнь, я, наверное, вела бы себя иначе. Совсем иначе. И этот номер!

Я окинула быстрым взглядом окружающую нас роскошную обстановку: шелковые обои, белые с золотом и вензелями, мебель с белоснежными подушками, ковры, дорогой резной стол с вазой, в которой благоухают лилии, распространяя удушливый сладкий аромат на все комнаты.

— Я так рада, что ты приехала! — сказала маменька. — Присядь, нам надо поговорить!

Мы присели на диван с резными ножками. Маменька сразу взяла в руки колокольчик и вызвала горничную. На зов явилась Лора. Она поклонилась нам и замерла в ожидании указаний.

— Принесите нам чаю и свежей выпечки! — велела леди Алиса.

Лора с поклоном удалилась и только когда дверь за ее спиной закрылась, старшая леди Грейсток обратила на меня свой взор.

— Я в ужасе, Адель! — призналась она, но сделала это удивительно спокойно. — Мне так жаль, что тебя исключили!

— Вы уже знаете?

— Получила письмо.

— Письмо? Но от кого? — мне стало не по себе.

— Твоя милая подруга — Грейс…

— О! — только и смогла произнести. Назвать «милой» Грейс после того, как она предстала передо мной в своем истинном обличье, я не могла. Но решила, что не стоит нам обсуждать с маменькой такие мелочи. Сейчас было важным только дело отца, а потому я спросила напрямик:

— Скажите лучше, маменька, что, как вы полагаете, даст нам аудиенция к Его Величества? Есть ли шанс? Сколько вы пробыли в Столице и что успели узнать за это время?

Леди Алиса вздохнула.

— Я, признаться, очень надеюсь на милость короля, ведь Гидеон всегда был верным слугой Короне, как и Гордон!

— Думаете, Его Величество смилостивиться?

— Я буду умолять его об этом!

— А что насчет Гордона? — спросила тихо. — Есть ли известия от брата?

Маменька покачала головой.

— Его разыскивают, — ответила она, — если бы вернулся с повинной, думаю, Его Величество смилостивился бы…

— С повинной? — удивилась я. — На что вы намекаете?

— Адель! — она посмотрела мне в глаза так пристально и прямо, словно пыталась одним этим взглядом убедить в чем-то, в чем сомневалась сама. — Твой отец не был ангелом, а в последнее время он стал скрытным. После твоего отъезда в Академию, наш дом посещали странные люди, — ее голос перешел на шепот, — они приезжали поздней ночью. Гидеон не знал, что однажды я видела их.

— Какие еще люди? — нахмурилась я.

— Если бы я знала! — охнула леди Алиса.

— Не вздумайте только рассказать об этих глупостях во время аудиенции! — сказала я слишком резко, и маменька вскинула брови в удивлении.

— Как ты разговариваешь со мной? — поразилась она.

— Простите! — опомнилась я, покаявшись. — Лучше скажите, на какие деньги вы сняли этот роскошный номер?

— Как, на какие? — она покачала головой, словно упрекая меня в недоверии. — У меня оставались сбережения…

— И вы их потратили вот на это… — я просто не могла поверить этим словам, а маменька смотрела на меня искренне изумляясь.

— А как ты хотела, дорогая? Я — аристократка, дочь аристократа. Что скажут обо мне люди, если узнают, что я остановилась в неподходящем моему статусу месте.

— Но у нас совсем нет денег! Как нам жить, если отца не оправдают!

Моему ужасу не было предела. А ведь стоило ожидать подобного от леди Алисы. Уж я-то знала свою маменьку как никто другой.

— Что же нам делать! — простонала я, запуская пальцы в волосы и совершенно не думая о том, что свожу на нет укладку.

— Я думаю, Его Величество не откажет нам в помощи! — заявила маменька с уверенностью в собственные слова. Жаль, я ее уверенности совсем не разделяла. Более того, я почти была убеждена в том, что король нам откажет. Поиздевается, глядя на наши унижения, и откажет. Но все равно, это был шанс, пусть и призрачный, но от моей гордости не убудет, если попрошу.

— Ты, верно, устала после дороги! — опомнилась леди Алиса. — Я прикажу приготовить ванную!

К этому времени вернулась Лора с подносом, который поставила перед нами и разлила по чашкам чай.

— Ступай, приготовь леди Адель ванну! — приказала горничной маменька. Девушка поклонилась и ушла, снова оставив нас вдвоем.

— Выпей чаю и после поговорим! — прощебетала маменька с поразительной беспечностью. Я молча взяла чашку и сделала глоток. Мои мысли заполнили странные незнакомцы, о которых рассказала старшая леди Грейсток. Были ли ее слова правдой или просто привиделось со сна? И как узнать об этом подробнее, и что, если мой отец действительно причастен к покушению?

«Нет! — подумала горячо. — Не смей обвинять отца. Ты должна верить в него!» — но червячок сомнений уже закрался в сердце, вызывая стыд и злость на саму себя, за то, что посмела усомниться в родном отце.

«Надо отыскать Гордона! — решила я, сделав еще один глоток. — Видимо, он знает правду, иначе, не скрывался бы!» — так или иначе, мой брат сейчас был единственным человеком, который мог пролить свет на эту темную тайну, и я надеялась отыскать его, и даже знала, кого попрошу о помощи. (3303c)

Взгляд упал на кольцо, надетое на мой палец.

«Простите, Лотер! — подумала я. — Но мне просто больше не к кому обратиться!».

Маменька спокойно пила свой чай, кушая булочку, когда вошла Лора и сказала, что ванная готова. Я поспешно встала, отставив чашку и направилась в ванную комнату, чтобы смыть усталость и тревоги прошедшего дня, с надеждой на аудиенцию, в благополучном исходе которой я пыталась не сомневаться. Только почему-то получалось очень плохо.