Глава 12

Снова в пути. Снова впереди дорога, белой лентой припорошенной снегом, она вьется меж лесной глуши, унося меня из Хейли — Крик.

Единственной с кем я попрощалась и даже пообещала писать, была моя дорогая Энни. Признаться, она весьма расстроилась, когда узнала, что я покидаю ее и этот дом. С этого дня наши пути расходились, только я была уверена, что когда-нибудь, встречу ее вновь, а пока для себя решила поддерживать связь с мисс Скотт посредством магической почты.

Не знаю, просчитал ли поведение невесты Потер или каким-то непостижимым образом повлиял на нее, но причина, чтобы оставить место помощницы леди Хейли, оказалась веская и никто не посмел бы меня упрекнуть. После произошедшего в гостиной, я отправилась в свою комнату, где, впрочем, были собраны все мои немногочисленные вещи. Подождав с пол часа, я позвала слугу, чтобы он отнес их вниз, а сама спустилась следом, понимая, что ни капли не жалею о том, что покидаю это место. Хейли-Крик так и не стал мне домом и никогда уже не стал бы таковым. Думаю, леди Хейли была обрадована новостью о том, что я уезжаю. Она даже вышла проститься с Потером, который так же покидал гостеприимный дом своего друга. Вышел и Джеймс, и все его друзья — они оставались намного дольше. Вышла и леди Денби, которая усиленно делала вид, будто ничего не произошло и при этом не сводила с меня глаз.

— Вы готовы, леди Адель? — Потер сбежал вниз, пока слуги выносили его чемодан.

Я кивнула.

— Мне нужно лишь попрощаться с подругой! — объяснила.

— Тогда ступайте, прощайтесь! — милостиво сказал мне муж и улыбнулся при этом так, что сердце зашлось от тайной радости. Его глаза сказали мне уж точно, больше других слов, а потому я поспешила на кухню, где и имела короткий и весьма печальный для нас с Энни, разговор. А когда покидала ее, уже в дверях столкнулась с хозяином дома.

Джеймс выглядел несколько раздосадовано. Он явно поджидал меня, потому что стоял, привалившись плечом к стене, а завидев выходящей из крыла прислуги, встал ровно и впился в меня взглядом немигающих глаз.

— Джеймс! — проговорила я.

— Сегодня я разговаривал с вашим мужем, Адель! — сказал мужчина.

— О! — только и смогла произнести я.

— Лотер подтвердил ваши слова, хотя я ни секунды не сомневался в вашей искренности! — заверил меня мужчина, после чего шагнул вперед и тут же замер на месте в нерешительности. Между нами словно выросла стена. За какой-то короткий миг, за один стук сердца — стена из сожаления и несбывшихся надежд Хейли. Сейчас я видела это отчетливо и понимала, что мужчина напряжен.

— Спасибо вам за все, — произнесла тихо, — мне пора…

— Может быть, вы останетесь? — спросил внезапно Хейли.

— Что? — признаюсь, его слова меня удивили.

— Свет не знает вас, как леди Хамерсли, — продолжил сэр Джеймс, — а спустя какое-то время брак можно тайно расторгнуть…

— Я люблю своего мужа! — прервала я поток слов милорда. — Простите меня за грубость, Джеймс, но между вами и мной ничего быть не может.

Кажется, он побледнел, но смог взять себя в руки и произнести:

— Я понял вас, леди Адель! И больше не буду тревожить своими чувствами.

От его слов стало больно. Но я понимала, что не могу ничего обещать этому мужчине, действительно, благородному и хорошему. Его судьба, возможно, ходит где-то рядом и это точно не я.

— Спасибо! — сказала спокойно. — Я надеюсь, мы с вами расстанемся друзьями? — посмотрела ему в глаза и поняла, что вряд ли могу рассчитывать на подобное счастье. Хотя мужчина кивнул и поспешил уверить меня в обратном.

— Мой дом — ваш дом! — сказал он. — Если вам понадобиться моя помощь, всегда обращайтесь! — и поклонился. Я присела в книксене, уверенная в том, что не обращусь… даже если понадобиться. Потому что, не имею никакого права вмешиваться в его жизнь.

— Позвольте проводить вас в холл? — проговорил хозяин дома и не дожидаясь моего согласия, шагнул вперед, чтобы открыть передо мной очередную дверь.

Лотер не удивился, когда увидел, что я пришла в обществе его друга. Даже не повел бровью, а вот я, признаться, была озадачена, когда заметила лорда Леонарда, стоявшего возле дверей в костюме для поездки. А затем впилась взглядом в леди Денби, висевшую на руке моего мужа.

Желание вцепиться блондинке в ее уложенные волосы затопило меня и стоило огромного труда не применить магию, чтобы оторвать ее лапы от Лотера. Надев маску равнодушия, прошла вперед и даже смогла улыбнуться.

Затем началось прощание друзей, а я стояла в стороне наблюдая, как леди Денби продолжает висеть на наследнике Хамерсли и при этом бросает в мою сторону презрительные взгляды, словно давая понять, что ничего не изменилось, и она по-прежнему невеста Лотера.

«Как бы не так!» — подумала я.

Но, наконец, все распрощались и мужчины направились к выходу. Лотер с трудом отцепил от себя пальцы Ребекки и уже у дверей наклонился к ней попрощаться. У меня даже сердце замерло, едва я представила себе картину, как мой муж целует другую, но обошлось. Он лишь шепнул ей что-то на ушко, после чего лицо леди стало белее полотна, и она так посмотрела на так называемого жениха, что я испугалась. Зная крутой нрав Ребекки, можно было вполне ожидать того, что она снова примется метать искры и огонь. Но, к нашему облечению, ничего подобного не случилось, а вот благородная леди, подобрав пышные юбки, ринулась мимо остальных гостей на лестницу, а вскоре скрылась из виду.

— Хорошего вам пути! — Джеймс вышел во двор вместе со своей маменькой, которую держал под руку. Я улыбнулась ему и перевела взгляд на отца и сына Хамерсли, понимая, что мне придется ехать в одной карете с ними обоими, а это казалось мне плохим признаком. Да и сэр Леонард как-то улыбался пренеприятно, как и тогда, за столом, пока мы завтракали. Улыбался так, будто знал больше нас с Лотером.

Я приказала себе быть спокойной и уверенной, а затем позволила лакею помочь мне забраться в салон. Следом сел господин Советник, а за ним сразу его сын, причем последний тут же занял место рядом со мной.

Лакей закрыл дверцу и с поклоном, отошел в сторону, а кучер вскинул хлыст, и карета тронулась. Я выглянула в окно и, прежде чем мы покинули двор перед особняком, помахала рукой Джеймсу и его маменьке, надеясь, что старая леди не разозлиться на подобный жест. Но тут же сказала себе, что хозяйка Хейли — Крик скорее всего и сама уже машет мне платочком, радуясь, что опасность миновала и ее сын снова при ней. Вот не завидую я той, кто решиться выйти замуж за Джеймса при всех его положительных качествах!

Карета поехала медленно. Стук лошадиных копыт скрадывал снег, а движение замедляли жеребцы обоих мужчина рода Хамерсли, привязанные за каретой и вынужденные следовать за нами.

Несколько минут мы ехали молча. Хейли — Крик скрылся за деревьями, и дорога впереди была мрачная, лесная. Лотер, по-видимому, наплевав на мнение своего отца, нашел мою руку и сжал, явно пытаясь поддержать. Я слабо улыбнулась, а сама покосилась на сэра Леонарда, который ухмыляясь посматривал на нас двоих своим подозрительно нехорошим взглядом. На мгновение мне даже пришла в голову безумная мысль о том, что все происходящее с нами сейчас идет по какому-то странному плану господина Советника. Но этого попросту не могло быть! По идее, сейчас он должен быть вне себя от ярости за то, что произошло между нами с Лотером, потому что я неожиданно поняла: тогда в темноте коридора прятался именно он, мой свекор. Только вот теперь мужчина улыбался, словно поддерживал решение своего сына взять меня с собой. Лотер не выдержал первым и еще до того, как мы приехали к порталу, он посмотрел на отца и произнес:

— Говорите уже, милорд! Я вижу, вы в нетерпении, так поделитесь с нами своими мыслями!

Признаюсь, слова мужа меня удивили, а когда сэр Леонард заговорил, отвечая на вопрос своего сына, я настороженно сжала ладонь Лотера и ощутила его ответное пожатие, направленное поддержать меня.

— Не думаю, что здесь время и место говорить о серьезных вещах! — заметил сэр Леонард.

— Почему же? — наигранно удивился Лотер. — Здесь все свои!

— А я вижу, ты вполне вспомнил все, что я постарался стереть из твоей памяти! — произнес старший Хамерсли. — И жену, как вижу, вспомнил!

Лотер усмехнулся.

— Вы пытались влезть в мою жизнь, отец! — просто произнес он. — Пытались навязать мне леди Денби. Все во благо Леонарда Хамерсли!

Я молча слушала и лишь держалась за руку мужа, словно утопающий за соломинку. Держалась и слушала.

— Ты не прав, Лотер! — покачал головой старший Хамерсли. — Я стараюсь не для себя, а для тебя, своего сына и ради нашего имени и рода.

— Это каким, позвольте спросить, способом? — Лотер говорил спокойно, но я каким-то чисто интуитивным женским чутьем чувствовала, что он закипает, хотя внешне ничем не выдавал своего недовольства.

— Каким? — уточнил сэр Леонард. — А вот скоро ты поймешь. Когда приедем в столицу и поверь мне, сын, еще спасибо скажешь за то, что я не стал вмешиваться в ход событий.

Мужчина посмотрел на меня и улыбнулся, но как-то хищно и очень неприятно.

— Вы же все прекрасно понимаете, леди Хамерсли? — сказал он уже обращаясь непременно ко мне.

Я поняла. Той ночью в коридоре был именно он. Сама не знаю почему, но теперь я была уверена в том, что наш разговор, состоявшийся в гостиной, был продумал этим человеком от и до, потому что по какой-то, известной только Леонарду, причине, я теперь вполне устраивала его как невестка и наш разговор был лишь его уловкой, чтобы подтолкнуть меня к решающим действиям.

«Чтобы консумировать этот брак!» — промелькнуло в голове вспышкой молнии.

Получилось, что я пошла на поводу старшего Хамерсли и отправившись в спальню мужа, чтобы сделать то, что должна была сделать много времени назад… Так вот, это все подстроил сэр Леонард! Именно он заставил меня действовать решительно и стать настоящей женой Лотеру.

И если я была права, то какая причина подвигла Советника на подобное? Что могло произойти, если он даже приехал за сыном в Хейли-Крик?

Сколько вопросов, и ни единого ответа, лишь уверенность, что нас с Лотером использовали в чьей — то злой продуманной игре. Скорее даже не в чьей-то…

Я посмотрела в глаза своему свекру и сглотнув, произнесла:

— Почему?

— Узнаете в свое время, дорогая и, кстати, добро пожаловать в семью!

Лотер дернулся вперед, и я едва удержала его, чтобы предотвратить беду. Стало жутко и страшно, что сейчас, прямо в этом экипаже отец и сын подерутся, только сомневаюсь, что бедная карета переживет подобный бой. Оба были магами и магами сильными. Но, к моему облегчению, обошлось. Лотер поднял руки и накрыл своими ладонями мои, а затем прошипел через стиснутые зубы:

— Мы еще поговорим!

— Конечно! — кивнул старший Хамерсли, а затем откинулся на спинку сидения и, прикрыв глаза с улыбкой на лице, сделал вид, что предается сну.

Мы с Лотером переглянулись, или, если быть более точной, я посмотрела на мужа, заметив, что он крайне раздражен, хотя скрывает эмоции. Когда же наследник Хамерсли покосился на меня, то не удержался от какой-то ободряющей улыбки и даже пожал мою руку, словно пытаясь тем самым сказать: «Я с тобой и все у нас будет хорошо!». Как же мне хотелось верить в это!

Карета продолжала свой ход, а я повернула лицо и стала смотреть на черные силуэты деревьев, мелькавшими за окном. Сэр Леонард то ли уснул, то ли сделал вид, что спит, потому что, когда мы приехали к порталу, он даже глазом не моргнул.

Лотер открыл дверцу и вышел на дорогу, предложив мне руку. Я последовала за ним, понимая, что муж не желает оставлять меня наедине со своим отцом, да и сама, признаться, побаивалась мага. А потому побродила возле экипажа, пока Лотер оплачивал переход. Когда же мы снова вернулись в тепло кареты, муж прижал меня к себе и вот так, плечо к плечу, рука в руке, мы прошли через пространство.

Столица встретила нас неожиданным теплом. Наверное, постарались королевские маги, потому что на главных центральных улицах почти не было снега и когда мы ехали, я обратила внимание на то, как расчищены тротуары и сама дорога.

Спустя полчаса времени, свернув от площади Солнца, мы оказались в самом дорогом квартале города. Я нежилась в руках мужа и вспомнила о том, что не так давно наша семья имела здесь особняк, которым пользовался отец, если приезжал по своим делам. Дом рода Хамерсли оказался одним из самых больших и величественных на улице Лилий, где разгуливали дамы в дорогих туалетах, а нянюшки нянчили отпрысков влиятельных семейств в маленьком парке, расположившимся как раз напротив ворот родового гнезда Лотера.

Кучер свернул прямиком к ним и спустя минуту привратник в теплой дубленке, поспешил отворить ворота, но, к моему удивлению, экипаж остался стоять на месте, а вот Лотер открыл двери и спрыгнул на мостовую, после чего повернулся ко мне и протянул руки, намереваясь помочь спуститься.

— А как же… — проговорила я и посмотрела на спящего лорда Хамерсли-старшего.

— А я — во Дворец! — вдруг произнес Советник и лениво, словно кот, объевшийся сметаны, приоткрыл сперва один глаз, а затем и второй, после чего сел ровно и прикрыл рот в коротком зевке.

— Располагайтесь, дорогая! — сказал он мне, пока я выбиралась из салона, ухватившись за руку мужа, как за спасательный круг. — Думаю, дом вам понравится.

Лотер поймал меня в свои объятия и, бросив на отца быстрый взгляд, поспешил закрыть дверцу, махнув кучеру трогать. Я взяла его под руку и повернулась в сторону дома, рассматривая строение, где мне предстояло теперь жить.

«Надо сообщить маменьке!» — мелькнула мысль, но я почти сразу прогнала ее, решив, что пока не разберусь с Советником, не буду вмешивать во все леди Алису, понимая, что еще не время, хотя, признаю, она искренне порадовалась бы тому факту, что я снова вернулась в общество, даже при том, что стала женой ненавистного Лотера.

— Как тебе дом? — спросил муж и шагнул вперед, кивнув привратнику, спешившему закрыть ворота. Лотер увлек меня за собой, а я шла и смотрела на приближающийся дом, слишком огромный, чтобы быть уютным. И тем не менее, он поражал воображение. Огромный, из белого камня, с колонами, поддерживающими свод у входа, он казался цельным монолитом и при этом не был лишен красоты. Лепка и изящные балконы спасали дом и придавали ему толику легкости. Это словно на грубой шкатулке кто-то умелый наложил кружева из золота, превратив ее в произведение искусства.

— Красиво! — спустя мгновение, сказала я.

— Мы не задержимся здесь! — ответил муж и добавил поспешно. — Я хочу познакомить тебя со своей матушкой.

— О! — только и смогла произнести удивленно. — Я не готова! — вырвалось нерешительное, но Лотер лишь улыбнулся мне чарующе и мягко.

— Она будет в восторге, когда узнает, что у меня такая милая и красивая жена… — добавил он и, склонившись к моему лицу, неожиданно остановился, развернул меня к себе и накрыл мой рот властным поцелуем, от которого пробежали искры по всему телу, сосредоточившись приятной тяжесть в низу живота.

— А как же леди Денби? — едва прервав поцелуй, спросила я.

— Мама никогда не жаловала Ребекку! — Лотер повел меня вперед. — Леди Денби выбрал сэр Леонард!

— Но как ты все объяснишь ей? — не успокаивалась я.

— Объясню… и ей и тебе, — последовал ответ и спустя минуту мы оказались на ступенях, ведущих к входной двери.

Кажется, нас ждали, потому что мы не успели достичь половины лестницы, кстати, короткой, когда двери широко распахнулись и на пороге возник мужчина в ливрее.

«Дворецкий!» — догадалась я.

— Милорд! — слуга вышел вперед и низко поклонился. — Почему вы не предупредили нас о своем приезде? — спросил и посмотрел на меня, скрывая удивление.

— Поттер! — улыбнулся дворецкому Лотер. — Позволь представить тебе мою жену, леди Хамерсли!

— О! — брови Поттера поползли вверх, но надо отдать должное выдержке слуги, он почти молниеносно принял радушное выражение лица и поклонился второй раз, уже лично мне.

— Леди Хамерсли! — распрямив спину, сказал Поттер. — Рад приветствовать вас в Хамерсли-холле! — после чего шагнул в сторону, пропуская нас вперед.

Я стиснула руки в кулаки и, испытывая невероятное волнение, перешагнула порог следом за своим мужем.

Нас встретил пустынный огромный холл с мраморным полом и высокими колонами — кажется, старший Хамерсли или его предок, построивший дом, имел к колоннам слабость. Стены украшала лепнина, изображавшая стелящийся плющ, который был выполнен так натурально, что казалось, листья просто заледенели и покрылись тонким налетом инея или снега. Кажется, мгновение и подует ветер, а они зашевелятся, зазвенят колокольчиками…

Пока я рассматривала огромные картины на стенах по обе стороны от входа, дворецкий принял верхнюю одежду Лотера и дождавшись, пока муж поможет мне снять теплый плащ, спросил:

— Прикажете собрать всех слуг, милорд?

— Да, Поттер! — кивнул Лотер, а я оторвавшись от лицезрения лепнины и картин, обернулась к мужу, покачав головой. Он понял меня без лишних слов и повернувшись к дворецкому, добавил:

— Только не сейчас, а немного позже, когда мы с леди Хамерсли немного отдохнем и повидаем матушку. Кстати, Поттер, оповестите ее о нашем приезде!

— Боюсь, Сэр, она уже в курсе происходящего! — заметил мужчина и почти сразу за его фразой последовала другая, произнесенная незнакомым женским голосом, зазвучавшим, казалось, со всех сторон одновременно, что объяснялось высокими потолками и просторами помещения.

— Матушка? — Лотер повернул голову и посмотрел на лестницу, расположенную в нескольких метрах от входа, как раз напротив дверей.

Я сглотнула и сделала над собой усилие, очень волнуясь перед предстоявшей встречей. Нет, я конечно знала от мужа, что его мать — простая рабочая женщина, но одно то, что она жила в доме Хамерсли, уже наводило на некоторые размышления. Ведь неспроста сэр Леонард оставил ее в своем доме, хотя, может быть просто решил сделать приятное своему сыну… уже единственному, так как законный наследник умер несколько месяцев назад от продолжительной болезни, как это судачили сплетники.

Чувствуя, как быстро застучало в груди сердце, я медленно повернулась и посмотрела туда же, куда смотрел и мой муж, и увидела ее.

Женщина была одета более чем скромно, хотя даже с такого расстояния я видела, что ткань ее платья была дорогой, только вот пошита совсем не по модному фасону. Скорее, в подобном платье, аналогичного кроя, могла бы ходить гувернантка или экономка. Из чего я сделала выводы, что мисс Клейтон вряд ли находится в особняке на каких-то особенных правах и уж точно не является хозяйкой в доме. И тем не менее, я поспешно улыбнулась, так искренне, как только могла и при этом вцепилась в руку мужа, понимая, что боюсь этой встречи.

— Кто это с тобой? — спросила женщина и стала спускаться вниз, но не степенно, как это сделала бы леди, а быстро, словно спешила.

— Матушка!

Я покосилась на мужа и увидела, как его губы тронула самая нежная из улыбок. Наверное, так он не улыбался даже мне, как сейчас улыбался этой уже немолодой женщине.

— Лотер! — мисс Клейтон оказалась рядом с нами и потянулась к сыну. Я отпустила руку мужа, позволив ему обнять свою мать, а сама встала в сторонке, дожидаясь, пока Лотер представит меня ей. Ждать пришлось не долго. Лотер поцеловал свою маменьку в щеку и повернувшись ко мне, произнес с самым важным видом:

— Матушка, позвольте представить вам мою жену, урожденную леди Грейсток!

Я невольно вздрогнула, услышав снова это имя и подобное обращение. Сразу вспомнилось все ушедшее, и моя семья, мой разрушенный мир, который я теперь надеялась восстановить.

Маменка Клейтон посмотрела на меня чуть приподняв брови и проговорила:

— А как же леди Денби?

— Увы! — пожал плечами муж. — Отец выбрал для меня Ребекку, а я решил, что достоин того, чтобы быть счастливым и выбрал… ее… — после чего посмотрел на меня так, что сердце едва не остановилось от счастья, а затем пустилось вскачь, будто сошло с ума.

Я перевела взор на мисс Клейтон и увидела, как она отпустила руки сына, шагнув ко мне. Широкая улыбка тронула губы женщины. Она взяла мои руки в свои и стала бесцеремонно рассматривать меня так, как это могут себе позволить только близкие родственники, а я в ответ рассматривала ее, отмечая, что женщина, несмотря на возраст, сохранила остатки былой красоты и если бы она родилась леди, то сейчас бы выглядела намного моложе и красивее. Тяжелый труд дает о себе знать: ладони матери Лотера были шершавыми и грубыми, но тепло ее взгляда и улыбка, такая же теплая, как и у моего мужа, заставили меня забыть, что передо мной простая женщина. Хотя, о чем это я! Еще недавно я сама жила в трущобах и называлась чужим именем, гонимая высшим светом, низвергнутая властью короля.

— И как зовут это милое дитя? — спросила мисс Клейтон.

— Адель! — ответила я и женщина кивнула, будто знала это имя. Затем она произнесла слова, которые искренне порадовали меня. Наклонилась ко мне и заявила еле слышно: — Я рада. Признаюсь, выбор сэра Леонарда я не одобряла!

— Матушка! — Лотер коснулся плеча матери и продолжил: — Позволь мы сперва придем в себя после долгой дороги, а затем, за ужином вы с Адель сможете поболтать…

— А как же твой отец? — всполошилась женщина.

— Уехал, — коротко ответил мой муж. — Отправился во Дворец выслуживаться перед Его Королевским Величеством, так что сегодня он не вернется, ты же сама знаешь, что у сэра Леонарда есть свои покои, так сказать, высшая милость нашего славного Величества!

Я поразилась невольному страху, мелькнувшему во взгляде мисс Клейтон, когда она спрашивала Лотера про Хамерсли старшего, а затем поняла, что вряд ли милорд позволял безродной женщине сидеть с ним за одним столом, а вот в его отсутствие Лотер явно допускал маменьку в запретную зону.

— Я распоряжусь на счет ужина! — торопливо проговорила женщина, а затем, подарив сыну улыбку, повернулась ко мне, — и я надеюсь, вас не смутит общество простой экономки за одним с вами столом, леди Грейсток! — и тут же поправила саму себя: — Простите, милая, конечно же, леди Хамерсли.

— Я буду только рада! — поспешила я заверить новую родственницу, понимая, что она мне определенно нравится. Вот почему-то именно такой я и ожидала увидеть ее, простой и милой. Признаться, вторую леди Хейли я бы не пережила, но мои опасения, к счастью, не оправдались.

— Мы пока поселимся в моих покоях! — сообщил Лотер матери, а сам обхватил меня за талию и увлек за собой на лестницу. — Пожалуйста, распорядись на счет купания, матушка!

— Конечно! — она кивнула и еще раз улыбнувшись нам двоим, повернулась и направилась куда-то в сторону. Я же, проследив за ней взглядом, заметила двери, скрытые в стене. Благодаря лепнине они казались одним целым со стеной и на первый взгляд были незаметны.

Но судя по тому, что женщина шла именно в направлении этих скрытых дверей, я поняла, что они по-видимому, ведут в левое крыло особняка. Что находится там, мне еще предстояло узнать в будущем, а пока я позволила мужу увести себя наверх по лестнице.

Лотер спешил. То и дело оглядываясь на меня через плечо, он не скрывал улыбки, от которой мне становилось легче на душе.

Как было хорошо, что сэр Леонард отправился во Дворец! Я представить себе не могла, что он сейчас находился бы здесь, рядом с нами! Атмосфера уюта и тепла была бы непременно нарушена, а так, мне на мгновение показалось, что я дома. Пусть и не в своем родном поместье, но отдаленно напоминавшем его. И матушка Лотера показалась такой приятной и милой женщиной, что я не удивилась, в кого пошел ее сын.

— Сегодня переночуем в моей спальне! — как-то загадочно сказал муж, а у меня в голове сразу вспыхнул образ Лотера, целующего меня и проделывавшего все эти невообразимые вещи, о которых приличные женщины в салонах даже не заикаются!

— А завтра? — зачем-то спросила я.

— Думаю, мы переедем вместе с матушкой, — ответил мужчина и я поняла, что надолго мы здесь не останемся, что не могло не радовать.

— А куда? — тут же поинтересовалась я.

— Сначала в мой дом в Столице, — ответил Лотер, — а затем, когда я улажу кое какие дела, вернемся в дом у озера, тот самый, который я купил для нас.

Мы преодолели половину лестницы, когда я спросила:

— А почему мы сразу не поехали к тебе?

Лотер передернул плечами.

— Дом совершенно пустой. Там даже спать не на чем, но я сегодня же дам распоряжение, чтобы его обставили должным образом, а матушку попрошу нанять слуг. Сделать быстро это мы не сможем, но, полагаю, уже через несколько дней все улажу.

И вот мы ступили на площадку второго этажа. Сама не знаю почему, но я оглянулась назад, посмотрев вниз и заметила, что мисс Клейтон так и не ушла. Она стояла у стены, где, как я уже знала, находились двери с этого расстояния совершенно незаметные, и подняв голову, следила за мной и своим сыном. Это не показалось мне подозрительным. Как и всякая любящая мать, она просто интересовалась второй половинкой своего ребенка. Я поймала ее долгий взгляд и улыбнулась, а леди, кажется, вернула мне улыбку и, наконец, открыла двери. Только я больше ничего не успела рассмотреть, потому что Лотер повел меня дальше, по длинному коридору-галерее и остановился только когда мы оказались перед высокой темной дверью, ведущей, как я полагала, в его покои.

— Леди Хамерсли! — проговорил он с веселостью в голосе и распахнул передо мной двери. Я же покосилась на мужа и не сдержала улыбки, заметив, как лукаво светятся его черные глаза. И в этом взгляде я заметила то же желание, которое ощущала сама.

— Прошу! — Лотер пропустил меня вперед, затем прошел следом, закрывая за нами двери.

Его комнаты оказались просторными и слишком стандартными, если бы не одно «но»: они принадлежали моему мужу и это делало их автоматически загадочными и интересными для меня, хотя походили на комнаты брата в особняке Грейстоков. Такие же огромные окна, дающие море света, дорогие ковры под ногами, бархатные обои и мягкая мебель. Здесь же я заметила две двери, ведущие в смежные комнаты — ванную и спальню, а с другой стороны располагался кабинет, если я только не ошибалась.

— Здесь уютно! — проговорила я и провернулась на сто восемьдесят градусов, оказавшись спиной к Лотеру, чем мужчина не замедлил воспользоваться. Крепкие руки обхватили меня под грудью, прижали к широкой спине, а в макушку уткнулся подбородок мужа. Он шумно втянул воздух и произнес:

— Как чудесно ты пахнешь, Адель!

Я застыла, позволяя новым ощущениям заполнить меня, словно пустой сосуд живительной влагой. А ведь муж просто обнимал меня и от его прикосновений, таких желанных, родных, теплых, мне становилось радостно, и я ощущала себя словно за каменной стеной, полностью и безраздельно доверяя Лотеру. Давно пора было сделать это, но мои сомнения, подозрения и неверие в собственного мужа сыграли с нами обоими злую шутку.

«И сэр Лео еще заплатить за это!» — понимала я. но гнала сейчас злые мысли прочь, нежась в объятиях супруга, пока нас не прервал стук в двери, а затем и голос, принадлежавший какой-то женщине.

— Милорд! К вам можно?

Лотер крикнул в ответ:

— Заходите! — а сам и не подумал отпустить меня, хотя я сделала попытку освободиться. Обниматься при слугах было как-то неловко, только муж, по всей видимости, считал иначе.

Двери скрипнули, пропуская горничную и лакеев с нашими вещами, принесенными из кареты. Женщина была молода и достаточно привлекательна. Я едва посмотрела на полотенца в ее руках, оценив лишь взгляд служанки, который она бросила на моего мужа, после чего быстро отвела глаза.

— Мисс Клейтон велела принести вам полотенца и приготовить ванную, — проговорила она после книксена. На меня посмотрела с интересом и какой-то тайной насмешкой во взгляде. Явно нахалка посчитала меня любовницей господина и это мне совсем не понравилось.

— Ирен! — словно почувствовав мои сомнения и злость, Лотер обратился к горничной. — Поприветствуй мою жену как положено.

— Вашу жену? — девушка открыла рот в удивлении, а затем поспешно поклонилась.

— Извините, миледи, я не знала…

— Еще никто не знает, — отозвался на ее слова мой муж. — Я решил, что объявлю эту счастливую новость слугам перед ужином.

— Да, милорд! — кивнула Ирен, но на меня больше посмотреть даже не посмела, видимо, сообразив, что допустила ошибку. — Я пойду приготовлю вам ванную комнату, а после разберу ваши вещи, — добавила быстро девушка и резко развернувшись, шагнула в сторону одной из дверей, где, по-видимому, располагалась ванная комната. Я проследила за ней до тех самых пор, пока горничная не скрылась за дверью, и лишь затем посмотрела на лакеев, расставлявших наши вещи перед шкафом, после чего они поспешили откланяться и вышли, прикрыв за собой двери.

— Это ненадолго! — поцеловав меня в висок, проговорил муж, а я лишь кивнула и, развернувшись к нему лицом, уткнулась носом в его грудь.

— Сейчас помоемся и отдохнем, — продолжил Лотер. — Я распоряжусь, чтобы нам принесли вина и чего-то легкого из закусок…

— Чтобы мы не умерли от голода до ужина? — пошутила я, перебив Хамерсли.

— А ты голодна? — уточнил он.

— Закуска и вино — звучит неплохо! — поспешила я заверить Лотера. — К тому же, мне хочется поужинать с твоей маменькой. Кстати, она показалась мне замечательной женщиной.

— Она такая и есть, — кивнул муж, — самая замечательная… как и ты, Адель! — сказал и наклонился к моим губам, но прежде чем поцелуй соединил наши губы, двери в ванную распахнулись и на пороге появилась горничная. Увидев то, что не предназначалось ее взгляду, она испуганно вскрикнула и отвела глаза.

— Ванна готова, милорд! — произнесла она тихо. — Полотенца и халаты на месте…

— Хорошо, Ирен! — глядя на мои губы, произнес наследник Хамерсли. — Займитесь нашими вещами, а мы пока займемся более важными делами! — и он, взяв меня за руку, потянул мимо оторопевшей Ирен в ванную комнату.

— Лотер! — воскликнула я с наигранным возмущением.

— Не переживай, дорогая! — шепнул в ответ муж, закрывая двери. — Я наложу полог тишины, и горничная ничего не услышит!

От его слов и тона, краска бросилась мне в лицо, потому что я прекрасно поняла намек Лотера, и все же, мне было не по себе осознавать то, что кто-то находится рядом, пока мы.

Муж не дал мне закончить мысль. Он развернул меня к себе спиной и принялся выпутывать меня из наряда, ослабив завязки и пытаясь стащить с моего плеча ткань платья. Я лишь усмехнулась, подумав о том, чтобы делал Потер, если бы на мне было одно из платьев, в каких принято ходить благородным дамам? Думаю, он не стал бы выть от бессилия, а просто сорвал бы его с меня, такими нетерпеливыми были движения супруга.

— Может быть я сама? — предложила тихо.

— Помоги мне, а я на минуту! — прозвучало за спиной и Потеру все-таки удалось высвободить мое плечо, которое он сразу же обжег прикосновением губ, а я, не удержавшись, вздрогнула и подалась назад, едва ли не в сию же секунду смутившись от собственной развязности.

— Я включу воду и вернусь! — шепнул муж мне прямо в ушко и действительно, ушел, а я вцепилась в плечи и обернулась, провожая его взглядом, после чего осмотрелась вокруг.

Ванная комната в покоях Потера поражала воображение. Она была просторной и разделялась на две части, в одной из которых я сейчас находилась. Потер же направился в купальню и вид огромной мраморной ванной меня впечатлил. Наверное, у самого короля могла бы быть такая!

Под моими ногами стелился мрамор. Но не обычный, холодный как надгробие, нет. Этот был белым с розовыми прожилками и, насколько мне позволяла память, его добывали на севере страны, там, где живут крайне нелюдимые рудокопы. Но дело не в них, а в этом мраморе, который считался баснословно дорогим из-за своей особенности. В отличие от обычного мрамора, этот излучал тепло, если было холодно в помещении и, наоборот холод, если было жарко. Поэтому сейчас под моими ногами было тепло, и я могла спокойно снять обувь не опасаясь простудиться.

Потер открутил винт с горячей водой, затем поколдовал с холодной и, подняв голову, посмотрел на меня. В черных глазах прыгали уже знакомые мне бесята и я понимала, что так просто не уйду из ванной. Но от одежды избавлялась медленно и причиной было не желание распалить мужа, а простое стеснение. В тот, самый первый раз мне придало храбрости осознание того, что если я не сделаю это, то сэр Леонард разлучит нас. Сейчас же щеки горели стыдливым румянцем, а пальцы словно приклеились к плечам, не желая продолжить начатое мужем.

Лотер это заметил и отошел от ванны. Несколько мгновений он просто смотрел на меня. Вода шумно наполняла ванну, а я в свою очередь, смотрела на мужа и понимала, что отчаянно желаю, чтобы он подошел и помог мне прогнать эту скованность.

— Ты стесняешься? — Хамерсли не язвил, он спросил это так обыденно, словно хотел узнать, буду ли я чай.

— Да! — я не стала лгать ни себе, ни ему, но по-прежнему стояла, обхватив себя руками и просто ждала действий мужа. Лотер улыбнулся и шагнул ко мне, но не порывисто, а плавно, словно крался или опасался будто я сбегу. А я смотрела на его приближение и понимала, что не должна так вести себя с собственным мужем! Куда, спрашивается, подевалась моя смелость? Хватило на одну ночь? Смешно! Я считала себя более… бесстрашной.

— Вода уже почти набралась, — муж остановился рядом со мной. — Позволь мне помочь тебе раздеться, — и ни словом не упрекнул, что все это время я стояла истуканом, вместо того, чтобы уже давно избавиться от лишней одежды.

— Помоги! — кивнула, соглашаясь и сделав над собой усилие, уронила руки вдоль тела, позволяя Хамерсли коснуться пуговичек на груди. Сама же опустила глаза и принялась следить, как неторопливо и уверенно он расстегивает их, одну за другой, а сам то и дело смотрит то на мое обнаженное плечо, то переводит глаза на мои губы.

Неосознанно, облизнула нижнюю и услышала, как муж втянул воздух через сжатые зубы.

— Что? — спросила взволнованно.

— Ничего! — голос Лотера стал хриплым, но он продолжал свою борьбу с моим платьем и, кажется, победил, потому что мгновение спустя его руки поднялись и легли на мои плечи, сжали на мгновение, после чего Хамерсли потянул за ткань, стягивая с меня одежду, а я даже не подумала сопротивляться, лишь следила за тем, как наряд упал на мраморный пол, а я осталась в белье.

— Адель! — Лотер наклонился ко мне и мазнул губами по щеке, в то время как его руки легли на мои бедра.

— Вода! — напомнила я, хотя прекрасно знала, что выше допустимого уровня она не поднимется. В ванной на такой случай был предусмотрен слив.

— Ничего! — шепнул муж в ответ и продолжил целовать меня, едва ощутимо касаясь уже шеи, в то время как руки, проворно снимали с меня верхнюю деталь белья, высвобождая полную грудь.

— Ах, — только и смогла произнести, когда следом к платью полетел и бюстик, а Лотер уже спешил снять с меня последний покров, при этом оставаясь одетым.

— А ты? — напомнила я мужу и положила руки на его плечи.

Он лишь улыбнулся и разделся почти молниеносно, так что я даже стала сомневаться, не была ли свидетелем нового вида магии, но, когда Лотер подхватил меня на руки и я поняла, что лишилась трусиков и не успела заметить, как он это сделал, а муж уже несет меня по направлению к ванне, смущение снова опалило щеки и даже шею, разлив щедро румянец.

Погружение в воду прошло без эксцессов. К моей радости, Лотер лишь положил меня в просторную ванну, этакий маленький бассейн, и забрался следом, расплескав немного воды на пол. Я тут же прислонилась спиной к стенке и блаженно прикрыла на мгновение глаза, наслаждаясь теплом и умиротворением, какое дает вода. Расслабилась почти моментально, позабыв даже о стыде и радуясь тому, что могу искупаться в хорошей ванне. Лотер устроился напротив и следил за мной полуприкрытыми глазами, глядя в которые я прекрасно понимала, что просто так это купание не закончится. Муж хотел в очередной раз предъявить права на мое тело, и я не могла, да и не хотела, чинить ему препятствия. А стыд… С ним я уж как-нибудь справлюсь. Надо же привыкать быть замужней женщиной!

Хамерсли под водой коснулся моей ноги, и я вздрогнула.

— Давай потру спинку? — спросил он шутливо, но черный взгляд горел так, что я понимала — мужчина хочет больше чем просто помыть меня.

— Адель? — он шутливо изогнул бровь. — Неужели ты будешь всегда так мило краснеть?

— Нет! — отозвалась я нарочито бодро. — Только первый год нашей совместной жизни! — а затем улыбнулась и отодвинулась от стенки ванны, повернувшись в воде спиной к мужу. Села ближе к нему и застыла, ощутив, как широкие ладони супруга накрыли грудь. Затем он опустил руки ниже и положив их на талию, придвинул меня к себе, да так близко, что я сразу же ощутила: если мы и будем мыться, то не сейчас, потому что его закаменевшее естество так отчетливо говорило о готовности к близости, что я смогла только охнуть и задрожать в руках Лотера, несмотря на то, что вода была более чем горячей.

— Ты говорил про спинку! — напомнила я, а сама затаила дыхание, когда рука мужа скользнула вниз с талии, туда, где все уже налилось приятной тяжестью и пульсировало — только коснись и мир взорвется.

— И спинку тоже! — хрипло прошептал муж в мое ухо, обдавая его волной жаркого дыхания, от которой мое собственное участилось. И все же я замерла, позволяя Лотеру коснуться меня там, где приличная женщина, наверное, не позволила бы, хотя, в моей голове сразу же мелькнула мысль о том, что я мало знаю об этой стороне супружества и, может быть, стоит позволить мужу научить меня, потому что из нас двоих он явно более умелый и осведомленный в этом вопросе.

Левой рукой Лотер нежно сжал мою грудь, пока его правая накрыла холмик там внизу. Кажется, я дернулась снова, но муж лишь потерся подбородком о мою шею, после чего легко прикусил кожу, заставив меня широко распахнуть глаза. Кажется, это был отвлекающий маневр, потому что уже в следующую секунду его палец вошел в меня, и я снова охнула, невольно подавшись назад и ощущая твердую силу его желания низом своей спины. А муж начал делать просто немыслимые вещи. Его палец то скользил внутрь, то выходил обратно, лаская напряженную точку моего тела о существовании которой я и не знала. Теперь же ласка Лотера заставляла меня прогибаться назад. Я почти легла на грудь мужа стыдливо краснея и одновременно блаженствуя от движений его руки, заставлявших меня терять рассудок. А он целовал мою шею, уделив особое внимание ушку. Пощекотал его языком, прикусил, скользнув губами по щеке и почти заставил повернуть голову к нему, чтобы соединить наши губы в долгом немыслимо жарком поцелуе.

Его губы оказались слишком умелыми. Я таяла от поцелуев, я сходила ума от прикосновений, будораживших мое женское начало, а потому, когда муж помог мне повернуться к нему, почти не протестовала… нет, я даже была «за» и сама позволила ему соединить наши тела прямо в ванной, в горячей воде, обтекавшей тело, напрягшееся от удовольствия.

Он вошел резко, одним плавным движением и мое тело приняло его так, словно мы были единым целым, плоть от плоти. Я подняла руки и положила их на плечи мужа, оказавшись сидящей на нем верхом. Поза показалась мне странной, но уже через мгновение движения Лотера во мне полностью лишили меня умения мыслить трезво и все, что я могла, это постанывая, двигаться в такт его движениям и с каждым новым толчком внутри пробуждалось нечто сладостное, заставлявшее меня бесстыдно постанывать и цепляться за плечи мужа так, словно он был единственным связующим звеном, удерживающим меня в этом мире.

Наверное, я поцарапала плечи Лотера, но сейчас мне было не до нежностей. Внутри зарождалась дикая буря наслаждения, грозившая унести меня к самым небесам.

Толчок и еще один… Лотер вошел в меня почти грубо, сжав руками с неведанной силой, а я еще сильнее запустила ногти в его кожу, растворяясь в неге, заставившей запрокинуть голову и прикрыв глаза закричать от невыносимого удовольствия. Хамерсли зарычал и вздрогнул. Горячее семя ударило в лоно, а спустя несколько секунд муж опустил голову и уткнулся лбом в мою макушку, дернулся еще раз, словно разряд прошел по всему телу и затих вместе со мной.

Кажется, мы просидели вот так несколько минут. Я продолжала обнимать Лотера за плечи, а он удерживал меня верхом на себе, обхватив за талию и тяжело дыша в мои влажные волосы.

— Лотер? — я пошевелилась, и муж отодвинулся, взглянув мне в глаза.

— Ммм? — протянул он. Черные бесята его глаз, наконец, успокоились и теперь муж выглядел как довольный и сытый хищник из семейства кошачьих.

— А спинку? — спросила тихо. Черный взгляд смерил меня с удивлением, словно муж пытался что-то вспомнить. Повисла пауза, после которой его взгляд повеселел, и я поняла, что Хамерсли понял мою фразу и мы одновременно рассмеялись.

— Прости за опоздание!

Лотер придвинул за мной стул и сел рядом, улыбнувшись матери, которая уже сидела напротив меня, в то время как ее сын занимал место во главе стола. Получалось, что мы с мисс Клейтон сидели по обе стороны от Хамерсли, так сказать, место по правую и левую руку. Отчего-то в этот миг мне показалось это правильным. Две любимые женщины Лотера рядом, чего еще желать? Но самое главное было то, что отсутствовал его дражайший отец и этот факт не мог не радовать меня. Даже представить страшно, что бы сейчас происходило, находись сэр Леонард с нами за одним столом… Впрочем, мисс Клейтон точно отсутствовала бы при таком раскладе, а так, ужин обещал пройти в крайне дружественной и теплой атмосфере.

— Мы задержались, мадам, — я улыбнулась маменьке Лотера, — простите.

Она ответила мне с милой улыбкой.

— Ну что вы, дети. Разве я не понимаю… — а сама посмотрела так, что сразу стало ясно — понимает и прекрасно знает, что послужило поводом нашему опозданию.

— Приступим! — спокойно произнес Лотер и подал знак слугам подавать блюда.

Ели много и со вкусом. Я по достоинству оценила труд повара, работавшего на Хамерсли. Сразу чувствовала рука мастера, а мисс Клейтон только и делала, что любовалась на сына. Я видела в ее глазах подлинную материнскую гордость за Лотера и потому понимала, что смогу полюбить ее только за то, что она сама любит сына. Мы обе любим его, но разной любовью, которая, впрочем, объединяет нас.

— Как погостил к Хейли? — маменька Клейтон пыталась поддержать светскую беседу, хотя я видела, что она женщина простая и старательно строит фразу, чтобы не показаться несведущей.

— Отлично! — глаза Лотера сверкнули. — Знаешь, ведь именно в Хейли-Крик я и нашел Адель! — муж протянул руку и прикоснулся ко мне.

— Удивительно!

— Это долгая история, — продолжил Хамерсли. — Думаю, будет лучше, если ее расскажет тебе моя жена, — и лукаво подмигнул, а я зарделась, как-то сразу вспомнив наше совместное купание.

— Думаю, после ужина, пока я займусь бумагами, которые скопились за время моего отсутствия, вы сможете хорошо провести время вдвоем в гостиной и поговорить вдоволь! — Лотер улыбнулся маменьке, а слуги в это время сменили посуду и стали подавать горячее.

— Мы непременно поболтаем вдвоем, если мисс Клейтон не против! — сказала я, а маменька Лотера только просияла, явно поддерживая идею сына и мою готовность к общению.

Некоторое время разговор шел вокруг Хейли. Кажется, когда-то мисс Клейтон работала у леди Хейли и теперь живо интересовалась характером чопорной миледи, а я в это время просто слушала разговор сына и матери и думала о том, что завтра же отпишусь маменьке, правда, есть вероятность, что со свойственной ей настойчивостью и желанием вмешиваться в мою жизнь, она уволится с работы и примчится в дом Хамерсли на всех парах, что пока не было для меня за счастье. Не то, чтобы я не любила маменьку, но просто я знала ее характер и боялась, что леди Алиса станет третировать мисс Клейтон. Нет, она не будет унижать ее или оскорблять, но маменька умеет одним взглядом сделать так, что человек поймет свое место и предназначение в жизни, а этого мне совсем не хотелось, поскольку мисс Клейтон была очень милой женщиной.

— Чем ты занималась, пока я отсутствовал? — супруг сменил тему на общую, видимо, решив, что я заскучала. Он по-прежнему разговаривал с маменькой, но смотрел при этом на меня, явно надеясь, что я найду способ подключиться к разговору.

— Ничего особенного, — пожала плечами женщина. — Смотрела за домом и наслаждалась отсутствием твоего отца.

Лотер усмехнулся.

— Он был весьма добр, когда решил оставить нас и уехал во Дворец! — заметила я.

— Добр? — повторил мои слова муж. — Дорогая, ты просто не знаешь сэра Леонарда! Он…

Вот уж нет. Знаю и еще как. Просто сейчас стараюсь не думать о том, что живу в доме человека, который уничтожил мою семью. А перед глазами все так же картина: Леонард в облике Лотера наступает на брата, атакуя его заклинаниями…

— Адель? — голос мужа заставил вздрогнуть, и я поняла, что несколько секунд просто находилась вне разговора и пропустила слова Хамерсли.

— Прости, я задумалась! — ответила быстро, а про себя поняла, что еще не время показывать коготки. Только вот Хамерсли-старший ответит за все свои злодеяния. Сейчас же я могла немного позволить себе этого выстраданного счастья. Страшно подумать, что я ненавидела того, кого любила. Считать собственного мужа убийцей брата, это невыносимая боль и как хорошо, что я ошиблась в своих суждениях.

— Вижу, ты устала! — предположил Потер, а его маменька, добрая душа, сразу же засуетилась, предложив проводить меня в спальню и отложить наше чаепитие, на что я только покачала головой.

— Нет, мисс Клейтон, — заявила безапелляционно, — я прекрасно себя чувствую, просто еще не освоилась в это доме.

— И не стоит осваиваться, — напомнил муж, — так как мы уже скоро переедем.

И что тут было возразить, если я обеими руками «за»!

— Тогда, если все хорошо, я оставлю вас! — сказал Потер, поднимаясь из-за стола. Он положил салфетку и бросив на меня долгий взгляд, еще раз спросил, хорошо ли я себя чувствую.

— Вполне! Спасибо! — поспешила я уверить мужа. — Ты можешь заниматься своими делами, — произнесла и добавила тихо, — дорогой!

Кажется, в этот миг мои щеки вспыхнули. Стало неудобно оттого, что при маменьке Клейтон, я назвала Потера так ласково, но в то же время, мне понравилось обращаться к Потеру именно так, хотя хотелось сказать ему, любимый, но это еще впереди.

Муж вполне оценил мои мучения, потому что быстро подошел и, наклонившись, поцеловал прямо в губы, не стесняясь присутствия матери, а когда распрямил спину, оторвавшись от меня, я увидела, как широко и счастливо он улыбается и его маменька тоже, словно отражая радость сына.

— Приятного вам чаепития! — пожелал Хамерсли и еще раз посмотрев на нас с мисс Клейтон, поспешил прочь из обеденного зала.

Ожившие слуги принялись убирать остатки посуды, а маменька Клейтон встав, улыбнулась мне.

— Сейчас распоряжусь по поводу чая и сладостей, — сказала она и повернулась к старшему лакею. Я же встала, кивнув с благодарностью слуге, поспешно убравшем стул, и стала ждать, когда маменька Лотера освободится. Уже менее чем через минуту, женщина встала рядом. Взгляд ее сияющих глаз скользнул по моему лицу, прежде чем она произнесла:

— Пойдемте, леди Хамерсли, — и указала на выход из зала.

— Называйте меня просто Адель! — попросила я.

— Тогда и вы, дорогая, называйте меня просто Тереза! — любезно ответила маменька Клейтон.

— С удовольствием, — согласилась я и мы улыбнувшись друг другу проследовали в просторную гостиную, располагавшуюся на первом этаже.

Мисс Клейтон показывала дорогу и уже скоро мы оказались в помещении с высокими окнами, выходившими на дорогу, начинавшуюся за резным забором. Забранные прозрачными шторами, окна пропускали достаточно дневного света. В гостиной было тепло. Скорее всего, Тереза распорядилась растопить камин еще до начала трапезы, так что сейчас мы обе чувствовали себя вполне комфортно, а едва успели рассесться на мягком диване, сохраняя минимальную дистанцию, как постучав, вошел слуга с подносом, на котором стояли чайник, две фарфоровые чашки и блюдо, полное сахарного печенья и шоколадных пирожных, при одном взгляде на которые, мой живот требовательно заныл.

Слуга, вышколенный и разодетый в форменную одежду дома Хамерсли, взглянул на нас с высоты своего роста и произнес:

— Что-то еще, леди? — при этом он смотрел на меня, явно выказывая всем своим видом, что мисс Клейтон такая же работница в доме, как и он сам, в отличие от меня. Ведь Лотер привез в дом меня в качестве своей жены, а значит, я была почти хозяйкой особняка, только вот сейчас меня этот факт совсем не радовал.

Я покосилась на Терезу и заметила, что она немного опечалилась. Кажется, ей было неловко от поведения слуги, игнорировавшего экономку.

— Мисс Клейтон! — нарочито обратилась я к женщине. — Вы желаете что-то еще?

— Нет, дорогая! — поспешила заверить меня Тереза, а затем повернулась к ожидавшему ответ, слуге и произнесла: — Вы можете идти, Верджил!

В глазах старшего лакея сверкнуло недовольство и мне это весьма не понравилось, но я решила пока не вмешиваться в происходящее, тем более, что сама Тереза делала вид, будто все в порядке вещей. Но это определенно стоило обсудить чуть позже, когда мы с ней сможем доверять друг другу, правда, прежде я хотела спросить у мужа, почему он позволяет подобное обращение к своей маменьке!

— Я так рада, что вы приехали! — проговорила мисс Клейтон, едва за лакеем закрылись двери и мы остались наедине. — Лотер с вами изменился. В последнее время его было не узнать!

Я кивнула, а женщина продолжила.

— Простите, что я упомянула леди Денби, — она намекала на нашу первую встречу. — Я действительно, не одобряла выбор лорда Хамерсли, да только разве он меня слушал! — Тереза вздохнула. — Он был убежден, что нашему сыну нужна именно эта… леди!

Меня не обманул пауза перед тем, как мисс Клейтон назвала Ребекку — леди, и я поняла, что бывшая невеста Лотера совсем не нравилась моей свекрови, что не могло не радовать.

— Вы говорили, что Лотер был вне себя в последнее время, — тихо произнесла я, — что вы имели ввиду?

Женщина снова вздохнула, затем ответила:

— Дело в том, что я воспитывала своего сына вдали от его отца. Но обстоятельства сложились так, что его наследник, законный сын, и я полагаю, вы об этом наслышаны, был сильно болен. Чтобы не оборвать свой род, Леонард решил признать Лотера. Так я попала в этот дом, а мой мальчик получил возможность учиться в Академии…

«Где мы и встретились!» — подумала я, слушая рассказ мисс Клейтон. То, что она сейчас мне говорила, я знала, но стоило набраться терпения и выслушать ее до конца, тем более, что женщина была явно расположена к общению. А поэтому я разлила чай и продолжила слушать свекровь, сосредоточившись на ее рассказе и надеясь, что таким образом смогу пролить свет на некоторые упущенные фрагменты своей жизни.