Глава 8

В библиотеке мне понравилось. Всегда любила этот неповторимый запах книг и аромат неуловимой мудрости бытия, которые витали в воздухе, где на деревянных полках соседствовали милые романы рядом с грозными талмудами по истории и прочих науках.

Дорогу я нашла сама, поскольку прекрасно знала, где именно находится в Хейли — Крик данное помещение. Признаться, оно давно привлекало меня и если бы была возможность получить разрешении хозяйки в то время, когда я числилась на кухне, я бы с радостью приходила сюда взять книгу. Теперь же у меня было право посещать данное место с разрешения его хозяйки и потому я решила, что, поработав, возьму одну из книг в свою комнату, чтобы почитать перед сном.

Попав в удивительный мир историй, спрятанных от глаз на тонких страницах, я прошлась вдоль полок с книгами, любовно провела ладонью по корешкам, отмечая, как много здесь старинных изданий. И лишь после, отыскав взглядом огромный стол, стоявший в окна, подошла к нему и присела в мягкое и неожиданно уютное, кресло. Положив на стол выданную мне толстую тетрадь, едва удержалась от острого желания сбросить туфли и забраться в кресло с ногами, как я любила это делать дома. Но поразмыслив, поняла, что не стоит повторять подобное здесь, где в любой момент с проверкой может нагрянуть сама хозяйка или подослать слуг. Так что, распрямив спину, я открыла расчетную книгу и погрузилась в изучение ее данных.

Не знаю, сколько я просидела вот так, когда в двери постучали. Оторвавшись от расчетной книги, я повернула голову на звук и произнесла:

— Да?

Тихо скрипнув, дверь открылась, явив на пороге одного из младших лакеев. Он поклонился мне и даже не подал виду, что еще недавно сидел едва ли не рядом за общим столом для прислуги.

— Мисс Адель! — произнес мужчина.

— Да, Чарльз! — проговорила я.

— Леди Хейли просила спросить у вас, где вы желаете съесть свой обед, здесь, в библиотеке или прикажете отнести поднос в вашу комнату? — спросил лакей.

Я усмехнулась, понимая одно: Джеймс не пригласил меня на обед, а его маменька сочла нужным напомнить мне мое место. Скорее всего, лорд Хейли попросту забыл это сделать. Мне казалось, ему приятно видеть меня в компании за столом, хотя, я могла и ошибаться. В любом случае, поесть отдельно от Лотера и остальных гостей Джеймса, показалось мне весьма заманчивой идеей. Так что, я была даже благодарна леди Хейли за ее маневр, поскольку лишь обрадовалась шансу не видится с леди Денби и остальными.

— Если вам не сложно, — проговорила я, — то принесите все сюда. Я не хочу прерывать работу!

Чарльз кивнул и удалился, оставив меня с бумагами. Равнодушно передернув плечами, я вернулась к работе, а спустя пятнадцать минут Чарльз снова вернулся. На этот раз с подносом, полным еды. Все это он поставил на другом конце стола и поклонился.

— Благодарю, — кивнула я, закрывая расчетную книгу. — Вы можете идти. После обеда я позову вас убрать посуду!

На этот раз во взгляде молодого человека, брошенного на меня, промелькнуло некоторое удивление. Кажется, он не мог понять, как я смогла так быстро вжиться в роль госпожи, если еще недавно сама драила полы и чистила овощи на кухне.

— Как скажете, мисс! — тем не менее, сказал он и оставил меня одну.

Быстро расправившись с обедом, состоявшим из рагу и говяжьего супа, я вызвала слугу и лишь после того, как со стола были убраны остатки еды, снова принялась за работу.

Время потекло не спеша. Я сидела, вчитываясь в порой кривоватый почерк, когда та, что делала записи, делала это торопливо, и постепенно все вставало на свои места. Для дальнейшей работы и расчетов мне понадобились письменные принадлежности, и я поднялась с кресла, чтобы позвать лакея, а заодно пройтись и размять затекшие ноги и спину. Так, неторопливо вышагивая и положив руки на поясницу, я подошла к окну. Отодвинув тюль, выглянула наружу, заметив, что окно выходит во двор и что небо снова затянуто темными тучами, роняющими первые снежинки, которые грозились превратиться в снегопад.

«Интересно, вернулся ли Лотер?» — вдруг подумала я и с какой-то тревогой снова стала всматриваться в белые сугробы и темные силуэты деревьев.

В двери постучали и на этот раз на мой зов явился другой лакей, Патрик.

— Вы что-то хотели, мисс? — спросил он.

— Да, — я посмотрела на мужчину. — Мне нужна бумага и чернила.

— Да, мисс! — он поклонился. — Здесь есть все необходимое! — добавил спешно и прошел мимо меня к невысокой черной тумбе, на которой стояла статуэтка ангела, раскинувшего огромные белые крылья.

Патрик наклонился и открыл первый ящик, после чего извлек на свет столько необходимые мне предметы и несколько перьев, перетянутых красной нитью.

— Еще будут вопросы или пожелания? — уточнил он.

— Нет! — ответила я и поблагодарила Патрика, но уже у самой двери, когда рука мужчины легла на дверную ручку, я остановила его вопросом, который не давал мне покоя.

— Патрик, а скажите мне, лорд Хамерсли уже вернулся в Хейли — Крик?

Лакей чуть улыбнулся.

— Лорд Хамерсли прибыл несколько минут назад, — сообщил он мне. — Сейчас сэр Лотер в кабинете хозяина.

Я ощутила, как отлегло от сердца. За окном было слишком темно и вьюжило, а я, глупая, уже начала переживать за Лотера, хотя не должна была, видят Боги! Но все-равно, переживала!

— Благодарю вас, Патрик! — проговорила я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, и мужчина вышел, оставив меня одну. Только вот работать больше не хотелось. Все мои мысли, назло разуму и памяти, которая то и дело возвращала меня в проклятый день казни отца, сосредоточились вокруг наследника Хамерсли. Кажется, я пыталась оправдать его и не находила такой возможности, а сердце обливалось кровью. Мне хотелось верить, что на Лотера наложено какое-то заклятье и именно оно изменило любимого человека до неузнаваемости.

«Ты дура, Адель Грейсток!» — сказала себе. Ведь тогда, на съезде дороги, именно Лотер вступил в схватку с моим братом. Он, а не Гордон, напал первым. Я тогда потеряла сознание и не знала, чем именно закончился бой между магами, только подозревала худшее.

«Если бы Гордон остался жив, он непременно нашел бы нас с маменькой!» — подумала я и, вздохнув, бросила последний взгляд на заснеженный пейзаж, после чего вернулась за стол, решив продолжить работать, хотя никакого желания уже не было.

«Ничего, втянусь!» — велела себе и, устроившись в кресле, решительно прогнала мысли о муже, уставившись в цифры и буквы расчетной книги. Но, видимо, уже была не судьба мне поработать. Не знаю, сколько прошло времени после ухода Патрика, когда в двери снова постучали. На этот раз стук был настойчивым, что свидетельствовало о твердом намерении того, кто находился за дверью, войти в библиотеку. Я едва успела повернуть голову и произнести короткое, утвердительное: «Да!», — как двери распахнулись и на пороге возникла до боли знакомая фигура, одетая во все черное.

«Лотер!» — я едва не выкрикнула его имя, удивленная внезапным появлением мужчины. Это было совпадением, что он пришел сюда, или, Хамерсли искал меня, что само по себе казалось неправдоподобным. Но тогда почему он стучал, прежде чем войти? Врожденная предупредительность или все же, знал?

— Лорд Хамерсли? — произнесла я, оставаясь сидеть в кресле, лишь голову склонила, приветствуя мужчину, а он стоял там, в дверном проходе и смотрел прямо на меня. Не удержавшись, все же встала, уронив руки и сцепив пальцы, будто это могло мне помочь держать свои чувства в узде. А сердце уже пустилось вскачь, чему-то глупо радуясь.

— Мисс Адель! — голос мужчины прозвучал чуть хрипло. Лотер шагнул вперед, закрывая за собой двери, и я поняла, что сейчас мы, как и вчера, в коридоре, остались наедине. Только страха почему-то не испытала. Напротив, внутри появилось ощущение странного ликования и предчувствие чего-то важного. Тем не менее, я старалась казаться спокойной, чтобы, не приведи боги, не выдать смятения чувств.

Хамерсли с минуту просто стоял, приваливались к двери, будто загораживая от меня выход, и при этом смотрел так, что я снова, как и раньше, поняла, что меня затягивает в этот черный омут его взгляда.

Молчали оба. Я — не зная, что сказать и без сил, чтобы понять причину, по которой Хамерсли оказался в библиотеке. Он… А вот о чем думал Лотер, мне было невдомек. Но его взгляд обжигал, порождая внутри чувства, которые, как и полагала и смела надеяться, давно уснули.

— Мисс Адель! — повторил мужчина и, наконец, отошел от двери, направляясь ко мне. Его лицо казалось вырезанным из камня, а черные одежды были свежи, из чего я сделала вывод, что прежде чем появится перед моими глазами, милорд соизволил переодеться после поездки. Странно, что я сейчас замечала подобные вещи, или просто старательно отводила глаза и искала иной объект для взгляда, только чтобы не смотреть на мужчину?

— Посмотрите на меня, Адель! — прозвучало как приказ, и я подняла глаза. Хамерсли был близко. Слишком близко. Остановился в шаге от меня. Подними я руку и протяни к мужчине, прикоснулась бы к нему, но я этого не сделала, не имела права.

— Что вы здесь делаете? — спросила, а сама отвела руки назад и положила их на край стола. — Я могу чем-либо помочь? — звучало глупо, но молчать для меня было тяжело и не менее глупо. Поэтому я решила разрядить обстановку и начать ни к чему не обязывающий разговор.

Лотер вздохнул. Как-то тяжело и обреченно, после чего, наконец, отвел взгляд, видимо, решив дать мне возможность тоже перевести дыхание, и прошествовал мимо, остановившись о окна, где около часа ранее, стояла и я, глядя на метель и падающий снег. Помимо воли, проследила за ним взглядом. Показалось, что Лотер ловит мой взор в отражении, но нет… показалось. Он смотрел в никуда, положив руки на подоконник. И что-то говорило мне о том, что произошло нечто важное.

— Знаете ли вы, Адель, что я искал вас? — вдруг прозвучал в тишине голос Хамерсли и я вздрогнула.

— Что, простите? — проговорила еле слышно.

— После той встречи, на улице квартала ремесленников, — продолжил мужчина, продолжая смотреть в окно. — Я пытался отыскать вас. Признаюсь, не сразу же, а спустя несколько дней.

А вот это признание показалось мне удивительным. Что-то здесь было не так и я поняла, что если сейчас не выслушаю Лотера, то что-то важное уйдет из моей жизни. А разум почти кричал: «Уходи, Адель!» — но я осталась стоять на месте, лишь ощутила, как тело словно окаменело. Лотер Хамерсли, мужчина, который едва обращал на меня внимание, пока гостил в доме Джеймса Хейли, сейчас говорит о том, что, видите ли, искал меня. Не правда ли, звучит подозрительно?

— Зачем вы искали меня? — решилась спросить.

Он не обернулся, продолжая смотреть в окно, а вот я, напротив, сделала пару шагов в его сторону и застыла, не решаясь продолжить идти. Этот человек перед богами и законом был моим мужем, а я сейчас боялась даже приблизиться к нему, но не потому что не хотела. Напротив, хотела и очень сильно. Только что он подумает обо мне? Решит, будто я сама ищу его внимания? И ведь ничего, что он сам пришел в библиотеку, явно искал встречи со мной, а теперь вот говорит такие странные вещи, от которых мое сердце заходится в яростном стуке.

Метель за окном набирала силу, словно решила запереть всех, кто находился в доме, за этими стенами, чтобы невозможно было вырваться наружу, уйти и покинуть особняк. Я видела, как Лотер опускает руки вдоль тела и ждала его ответа, волнуясь так, как никогда.

«А что, если он не виновен? — подумалось мне. — Что, если это его отец…» — и почти сразу же в голове прозвучал голос моего собственного отца.

«Хамелеоны, — повторил он. — Они все — хамелеоны!» — и сейчас это казалось мне крайне важным, будто я не разгадала эту маленькую тайну, из-за которой все и пошло крахом.

Я опустила глаза, глядя вниз. Мысли вились темным роем в моей голове, а мужчина стоял и продолжал молчать, игнорируя заданный мной вопрос. А затем, в один короткий миг все изменилось. Я словно почувствовала, как в библиотеке стало теплее и быстро подняла голову, успев заметить лишь как Лотер идет ко мне. Нет, даже не идет. Просто секунду назад он стоял там, у окна, а теперь оказался рядом. Я успела разве что моргнуть, когда его руки легли мне на плечи и мужчина уверенным движением, притянул меня к себе, сократив расстояние между нами до минимума, после чего заглянул в глаза и я вздрогнула.

Снова оказаться в черноте его взгляда, таком манящем и желанном, было слишком больно. Ведь я помнила те дни, когда другой Лотер вот так же смотрел на меня, только выражение и сила взора отличалась от теперешнего. В Хамерсли оставшемся в моем прошлом, не было этой нерешительности, этой борьбы с самим собой и такого нескрываемого желания обладать.

— Что вы себе позволяете? — возмутилась я, но так слабо и так робко, что он едва ли расслышал и обратил на этот протест внимание.

Лотер наклонился ко мне, и я поняла, что сейчас он меня поцелует.

«Нет! — подумала я, а сердце простучало, противясь разуму: — Да!».

— Я буду кричать! Я… — сделала еще одну попытку, но договорить мне не дали.

Мои губы помнили прикосновение его губ и сейчас, когда это случилось снова, я не смогла сопротивляться. Должна была, но не смогла.

Поцелуй, сперва легкий, словно пробный, обжег нас обоих. Кажется, я даже привстала на цыпочки, чтобы быть ближе к мужу, а его широкие ладони обхватили мое лицо, в то время как его рот завладел моими губами, набросившись яростно и властно, после первого, ласкового касания. Руки мужчины скользнули по щекам вниз, к шее, а затем к плечам. Одна ладонь легла на мою спину, прижимая меня сильнее к мужскому телу, вторая беззастенчиво опустилась к талии, и я ощутила, как стальные пальцы коснулись бедра в невольной ласке.

Лотер прижимал меня так, словно пытался слиться со мной в единое целое, а целовал с таким пылом, будто я была его воздухом, и он пил его, вместе с моим дыханием и тихими стонами, срывавшимися с губ помимо воли. Ноги подгибались, но мужчина не давал мне упасть. Он держал меня, продолжая безумную пытку и я не противилась ей, хотя понимала, что следовало остановить его, оттолкнуть и сделать то, что грозилась. Но не смогла.

Как бабочка, легкая и глупая, увидевшая свет свечи и принявшая его за волшебное мерцание луны, я таяла в руках мага, не понимая, что могу сгореть дотла. А он брал. Целовал и брал, не спросив разрешения, пробуя меня на вкус, словно запретный плод, а когда отпустил, оторвавшись, и посмотрел в глаза, я успела увидеть, каким темным был его взгляд и каким напряженным ощущалось тело там, где он касался меня, по-прежнему прижимая к себе.

Его желание было слишком очевидным, только я почему-то в первый момент даже не смутилась. Какое-то радостное чувство собственного превосходства над прекрасной Ребеккой Денби, охватило меня, но эйфория длилась не долго. Секунду спустя, после этого всплеска счастья, я опомнилась и испуганно посмотрела в лицо Хамерсли, а затем сделала то, что должна была сделать еще раньше, до того, как начала отвечать на его поцелуй.

Звук пощечины прозвучал оглушительно громко. Удар вышел хлесткий и на щеке Лотера появилось красное пятно от моей ладони.

Наверное, ему было больно. Я даже была уверена, что ему очень больно, потому что кожа на моей руке вспыхнула огнем и я тут же отступила назад, пряча руку за спиной.

Лотер не стал удерживать меня, лишь чуть скривил губы, которые еще секунду назад так упоительно целовали меня, вызывая целую гамму смешанных чувств в теле и в душе.

— Как вы посмели? — спросила я сипло. — Кто дал вам право целовать меня?

Губы еще горели, а тело сладко ныло. Жар, вспыхнувший от нашего поцелуя, сосредоточился в самом низу живота приятной тяжестью, которая просто молила о разрядке. Только я не могла показать этого Лотеру. Не хотела, чтобы он видел мое ответное желание. Хватит с меня того, что опозорилась, ответив на его ласки и вот теперь стою, пытаясь исправить ситуацию, в которой у нас обоих не было выхода.

— Я извиняюсь, — ответил мужчина, продолжая смотреть на меня. Он не дрогнул, когда я ударила его и даже сейчас смотрел так, будто ничего не произошло.

— Зачем? — спросила я, делая шаг назад. — Зачем вы меня…

— Поцеловал? — закончил за меня Хамерсли. — Объяснение этому есть, но не для вас, мисс, а для меня. Я просто хотел проверить свое предположение и убедиться в том, что не схожу с ума.

— И как? — вышло с долей сарказма. — Убедились? — знать бы еще, в чем? Только вряд ли со мной поделятся.

И тем не менее, я получила ответ. Ясны и твердый, в духе моего мужа.

— Убедился! — он смерил меня взглядом, словно оценивал породистую лошадь и думал над тем, купить ее или нет.

— Вы мерзавец, целующий чужих женщин, когда у вас есть собственная невеста! — вырвалось у меня помимо воли.

Брови Лотера приподнялись вверх.

— Невеста, которая не вызывает во мне никаких эмоций и чувств? — произнес он и, признаться, я удивилась. Зачем, спрашивается, он мне все это говорит? Неужели, что-то вспомнил о нас, или решил перестать играть и открыться? Я не знала, что и думать. И, тем не менее, сказала:

— А я, получается, эти самые чувства вызываю?

Меня смерили странным взглядом, а сжатые губы лорда ответили лучше всяких слов. Отвечать на мой вопрос он не собирался и тогда я отпрянула назад, только для того, чтобы забрать выданную мне расчетную книгу со стола. Присутствие Лотера разрывало мое сердце на части. Я спиной ощущала его взгляд, а губы горели от наглого поцелуя, который, и я не могла это не признать, все же затронул мою душу, всколыхнул чувства, которые я пыталась подавить, спрятать от самой себе.

Хамерсли стоял не двигаясь, я же прижала к груди толстую тетрадь, словно она была величайшей ценностью в моей жизни. Затем резко повернулась к Лотеру и произнесла:

— Никогда, слышите, никогда больше не делайте то, что сделала сегодня.

— Не целовать вас? — просто спросил он.

Черные глаза обжигали, и я ощутила, как мое тело отзывается на один этот взгляд. Волна жара затопила меня, залила щеки, разлилась внутри напряженного тела. Со стыдом и отчаянием я призналась самой себе, что вопреки словам, просто жажду, чтобы мужчина прикоснулся ко мне снова и поцеловал, как несколько минут назад. Хотелось ощущать твердость его тела, прижатого к моему, чувствовать, как скользят горячие руки по спине, плечам, касаются талии и бедер. Как не сойти с ума в этом противостоянии собственного разума и сердца?

— Вы не можете просто так взять и поцеловать понравившуюся вам женщину, — выдохнула я, а сама, помимо воли, опустила взгляд на его губы и тут же запылала еще сильнее, потому что он заметил мой интерес и мое смущение. Как мне сейчас хотелось задать ему вопрос, который мучил меня на протяжении долгих дней. С того самого момента, когда судьба снова столкнула нас, на улице, засыпанной снегом.

«Вы не помните меня?» — наверное, стоило спросить, но, боюсь, я уже и сама знала ответ. Не помнит. Вряд ли играет и не играл никогда. Только обида все-равно сжимала грудь.

Не ведая, что творю, я шагнула вперед, продолжая прижимать к груди треклятую книгу расчетов. Приблизилась к Хамерсли слишком близко, встав и запрокинув голову так, чтобы видеть его глаза. А он молча смотрел на меня, будто старательно пытался вспомнить и не мог. Сама не знаю, как получилось, что моя рука поднялась вверх и уже не для пощечины. Я коснулась щеки мужчины, робко и нежно, погладила гладко выбритую кожу, скользнула по подбородку, заметив, как темнеет и без того черный взгляд Лотера. А потом он заговорил, и я застыла, глядя на любимое лицо.

— Ты удивишься, Адель. Я искал тебя. Побывал в сгоревшей лавке. Сам не знаю, почему не мог никак успокоиться, — перешел на «ты» даже не заметив этого. Я не возражала, решив не перебивать.

— Ты здесь! — он поднял руку и положил ее на мою ладонь, еще плотнее прижав ее к своей щеке, так что сердце екнуло. — В моей голове! С тех пор как встретил, вижу странные сны.

— Ты правда меня не помнишь? — вырвалось как-то само и поздно было молчать.

— А должен? — удивился мужчина, затем быстро произнес: — У меня в этой округе, неподалеку от Хейли — Крик, есть особняк. Туда я отправился этим днем и, мне кажется, я должен отвести тебя туда. Тогда ты поймешь, почему…

Договорить Лотеру не дали. Громкий стук в двери, последовавший за ним скрип, и я едва успела вырвать руку и отскочить от Хамерсли, когда в библиотеку вошел Джеймс.

На его лице была улыбка, широкая и радостная, до тех самых пор, пока хозяин дома не увидел нас с Лотером. Взгляд его потух, а улыбка словно окаменела, а затем и вовсе сползла, словно рисунок красками на стекле, смытый дождем. Нет, он быстро взял себя в руки и несколько секунд спустя опять улыбался, но я успела заметить это выражение недовольства на красивом лице мужчины.

— Лотер? — Джеймс сразу же обратился к другу, одарив меня улыбкой. — Вас разыскивает леди Денби. Кажется, ей что-то понадобилось от вас.

«Как же ты не вовремя, Джеймс!» — подумала я и мне показалось, что лорд Хамерсли разделял мои мысли. Он бросил на меня быстрый взгляд и кивнул.

— Прошу прощения, вынужден оставить вас, — после чего направился к двери. Вышел такой спокойный, словно ничего и не было между нами. Будто не стояли вот так, друг напротив друга, глаза в глаза…

Джеймс посмотрел на меня, заметив расчетную книгу, зажатую в руках. Отпрянув от Лотера я вцепилась в нее, словно в щит и теперь продолжала прижимать к себе.

— Что здесь произошло? — спросил меня хозяин дома. — Он обидел вас, Адель?

— Кто? — удивилась я искренне. — Лорд Хамерсли? — и покачала головой. — Нет. Напротив, мы разговаривали и не более того.

— Но ваше лицо… — проговорил было Хейли и тут же сменил тему, а я поняла, что красные щеки плохие сообщники в обмане.

— Вас не было за обедом! — сказал мужчина. — А я, признаюсь, ждал.

Я было открыла рот и хотела сообщить Джеймсу о том, что меня попросили есть отдельно от господ и гостей, но решила, что это прозвучит, как жалоба на леди Хейли. А у нас с ней и так натянутые отношения. Джеймс после уедет, а я останусь с хозяйкой дома.

— Я решила немного поработать в тишине, — сказала я. — Хочется порадовать вашу маменьку.

— Но я все-равно буду настаивать, чтобы вы не пропускали трапез за общим столом, — тоном, не признающим возражений, сказал мой собеседник.

— Если вы настаиваете… — начала я.

— Очень даже настаиваю! — Джеймс посмотрел мне в глаза и сделал шаг вперед, сократив расстояние между нами. — Как продвигается работа? — спросил он, кивнув на тетрадь в моих руках.

— Я справлюсь, — улыбнулась в ответ. — Думаю, что леди Хейли будет довольна! — только вот мне совсем не нравилось, как лорд Хейли пытался подойти ко мне. Слишком близко.

«Неужели я нравлюсь ему?» — мысль, посетившая голову, показалась настолько абсурдной, что я едва не рассмеялась. Джеймс расценил мою улыбку, как благоприятный предлог для продолжения разговора.

— Может быть, завтра, если утихнет метель и погода будет ясной, отправимся верхом к особняку Лотера? — предложил Джеймс.

Я перестала улыбаться.

— Но у меня много дел, — попыталась оправдаться. Сейчас мне уже совсем не хотелось уединения с Джеймсом. Только успела пообещать и теперь не знала, что сказать мужчине. И почему они оба, и Лотер, и Джеймс, пытаются повезти меня в тот до? Я склонялась к тому, что у Лотера больше причин настаивать, чтобы мы побывали там вместе.

— Мы отправимся не одни! — поспешил успокоить меня мужчина. — Лотер с невестой и мои друзья, думаю, захотят составить нам компанию, тогда и матушка не будет против. Уж поверьте, Адель, я смогу уговорить ее дать вам выходной.

— Но я только приступила к работе! — возразила я. Ехать в компании Лотера и леди Денби мне совершенно не хотелось. Даже настроение испортилось.

— Мы отправимся не одни! — поспешил успокоить меня мужчина. — Лотер с невестой и мои друзья, думаю, захотят составить нам компанию, тогда и матушка не будет против. Уж поверьте, Адель, я смогу уговорить ее дать вам выходной.

— Но я только приступила к работе! — возразила я. Ехать в компании Лотера и леди Денби мне совершенно не хотелось. Даже настроение испортилось. Но как откажешь хозяину дома, тем более человеку, который нанял меня на работу. Я оказалась на перепутье. С одной стороны леди Хейли, с которой мне придется работать, когда уедет ее сын, а с другой сам Джеймс, и перед ним мне было неловко, поскольку я уже дала обещание сопровождать его, а теперь поняла, что поступила опрометчиво. Только нарушить свое слово не могла. Даже если леди Хейли останется недовольна. Правда, был один вариант, чтобы хоть немного смягчить гнев благородной леди и хозяйки Хейли — Крик.

— Адель, я настаиваю! — мягко сказал Джеймс. — Не переживайте, матушка поймет.

— Боюсь, что нет, — ответила еле слышно и мужчина, конечно же, не расслышал моей фразы, лишь переспросил: — Вы что-то сказали?

Я улыбнулась ему.

— Я сказала, что с радостью отправлюсь с вами и вашими друзьями на прогулку, милорд! — а сама понимала, что пожалею еще о том, что не отказалась.

Лорд Хейли просиял.

— Спасибо, Адель! — и добавил, сменив тему, словно давая мне понять: решение принято, и я не смогу его уже отменить. — На ужине я жду вас в общей гостиной! — и к моему облегчению, поспешил откланяться, а я, наконец-то, осталась одна. Дождалась, когда стихнут шаги Джеймса и лишь после этого расслабленно выдохнула.

Что за день! И почему сперва Лотер со своими проверками появился передо мной, а затем, Джеймс? Создалось невольное впечатление, пусть оно и было обманчивым, но показалось, будто оба мужчины имеют какие-то претензии на меня. И этот поцелуй, который выбил из колеи спокойствия! И хотя воспоминания о произошедшем заставляли сладко ныть тело, я понимала, что злюсь и не сколько на Хамерсли, сколько на себя за свою слабость.

Проверяя себя, он заодно невольно позволил мне проверить и свои собственные чувства, чтобы я окончательно и бесповоротно призналась себе в том, что по-прежнему люблю Лотера. Люблю так же сильно и, может быть, даже еще сильнее чем прежде. Сейчас, когда появилась призрачная надежда на то, что не он был виновником гибели моей семьи, я смогла позволить себе надеяться на что-то.

«Если он не издевается надо мной, играя в непонимание, то получается, кто-то сделал так, чтобы он забыл меня», — я повернулась к окну и подошла не нему, глядя на снег, падающий за стеклом. Но сейчас мои мысли были далеко от Хейли — Крик. Я вернулась в день предполагаемой гибели брата и вспомнила, как увидела Лотера. Он тогда тоже видел меня. Мог ли он уже быть не самим собой? И если да, то помнит ли теперешний Хамерсли тот день, когда вступил в схватку с Гордоном?

Как же мне хотелось расспросить его об этом! Чтобы успокоиться или снова начать ненавидеть и проклинать!

Неведение… нет ничего хуже!

Протянув руку, положила ладонь на стекло, ощутив кожей леденящее дыхание зимы, бушевавшей за стенами дома. Точно такая же буря сейчас была в моей душе. Мое сознание выворачивало наизнанку. Всего один поцелуй. Один глупый, страстный и… проверочный поцелуй свел меня с ума, лишив выдержки. Хотелось отправиться к Хамерсли и признаться ему в том, кем мы являемся друг другу на самом деле. Чтобы его так называемая невеста поняла, что не имеет прав на этого мужчину!

Уронила руку, положив на подоконник, чувствуя, как возвращается тепло, отнятое холодом стекла. Затем сжала ее в кулак и вздохнула, принимая решение.

Я разберусь со всем, что произошло. Если Лотер виноват, то я сделаю то, что планировала изначально. Но я очень надеялась, что не ошибусь и мое сердце меня не обманывает ложной надеждой. Главное, понять все и выяснить истину. А для этого мне стоило сблизиться с Джеймсом, самую малость. Чтобы просто подтолкнуть прежнего Лотера, на проявление чувств.

Я не спала всю ночь. Таяли свечи, растекаясь восковыми лужицами, за окном, то нарастая, то утихая, шумела непогода, а я сидела над расчетной книгой и работала, зная, что завтра, когда леди Хейли предъявит мне претензии, я смогу дать ей свой ответ. Если работа будет выполнена и выполнена на отлично, у меня, думается, появится возможность отправиться на прогулку с лордами в занесенный снегом заброшенный особняк, принадлежащий Хамерсли.

Стараясь вчитаться в суммы и списки растрат, я тем не менее, то и дело ловила себя на мысли о том, что постоянно отвлекаюсь, думая о Лотере. Вспоминался наш поцелуй. Моя реакция на его прикосновения и ласку, его слова. Теперь я была уверена, что леди Денби он не любит. Скорее всего, этот бак устраивает его отца. Впрочем, брак по расчету никого не удивит в наше время. Мои родители хотели точно таким же образом составить мое счастье, до того, как произошла беда. И мне, признаться, повезло выйти замуж по любви, только сейчас с этим неконсумированным браком была одна беда. При случае и желании, отец Лотера мог расторгнуть его, поскольку мы не успели сделать то, что обычно делают муж и жена, чтобы брак считался действительным.

Подобные мысли вызывали, прилив краски к моим щекам, а вспоминая о том, как во время ужина Лотер бросал на меня задумчивые и крайне заинтересованные взгляды, только усугубляли мое положение. Леди Денби, естественно, заметила это и, как и всякая нормальная женщина, была крайне недовольна и обеспокоена происходящим. Наверное, она непременно захотела бы поговорить со мной на эту тему, вот только я успела улизнуть из-за стола первой, сославшись на дела. И ведь, не обманула. У меня действительно была работа. Я хотела к завтрашнему дню выполнить задание леди Хейли, чтобы со спокойной совестью отправиться предстоящую прогулку к дому у озера.

Я хотела к завтрашнему дню выполнить задание леди Хейли, чтобы со спокойной совестью отправиться на предстоящую прогулку к дому у озера. И вот теперь сидела за столом, глядя на закрытую книгу и на догоравший огарок свечи. А там, за окном, разгоняя остатки метели, просыпался новый день, стучась в окна первым ласковым лучом солнца. Погода явно была расположена для предстоящей прогулки, и я поняла, что мне стоит прилечь поспать хотя бы на пару часов, даже если придется пропустить завтрак. Потому что опозориться и упасть с лошади от усталости я не могла себе позволить.

Встала и подошла к окну, задернув штору и прогоняя обиженное солнце. Сбросив платье и оставшись в одной сорочке наклонилась над чадящим огарком и задула пламя, чтобы потом лечь в постель.

Усталость взяла свое. Я провалилась в темноту еще до того, как голова коснулась подушки, и расцветающий день померк.

— Адель? Адель?

Голос такой знакомый, но доносившийся словно бы из неоткуда и одновременно рядом.

— Адель! — повторила темнота, а я приподнялась, оглядываясь и стараясь вырвать из мрака говорившего человека, только не видела ничего, хотя была точно уверена, что нахожусь в своей комнате, да и быть иначе просто не могло. Я ведь точно ложилась спать на рассвете! А сейчас, судя по темноте, окружавшей меня, была снова ночь, причем такая темная, что становилось страшно.

— Адель! — повторил голос и размножился. Теперь он звучал из разных сторон, окружая меня со всех сторон.

— Отец? — я не поверила своему голосу. Это просто не мог быть он. Мой отец умер! Был казнен три месяца назад на главной площади столицы по приказу Его Величества Короля, но почему сейчас я так отчетливо слышу, как он зовет меня по имени?

— Я сплю! — произнесла вслух и едва не рассмеялась. Конечно, я сплю, иначе как объяснить происходящее?

— Ты забыла меня, Адель? — спросил отец.

— Покажись! — попросила, нет, даже потребовала я и откинув одеяло, встала. Только вот пола под ногами не было. Лишь черная бездна, только я, вопреки ожиданиям, не полетела камнем вниз, оставаясь на месте. Даже оглянулась, чтобы посмотреть на свою постель, но не увидела ее за спиной. На мгновение показалось, что я зависла в пространстве, а подо мной ничего нет.

«Это просто сон!» — сказала себе, но кошки на душе выпустили коготки.

— Адель! Никогда не забывай то, что я тебе говорил! — произнес голос и только сейчас я поняла, что он звучит лишь в моей голове. А затем раздался жуткий крик и в висках прострелило острой болью, а в памяти запульсировало только одно слово, произнесенное отцом: «Хамелеоны!».

— Отец! — едва успела проговорить, как под ногами исчезла прозрачная опора и я камнем упала вниз.

Воздух рвал на мне сорочку и старался поднять ее выше талии, только не было времени и смысла оправлять ее. Я падала и даже понимая, что падаю во сне, не могла не испугаться и, кажется закричала, да так истошно, что сердце зашлось от бешеного стука, а пространство вокруг меня подхватило этот крик множеством голосов. Забыв о своей силе, о даре, я отчаянно пыталась ухватиться руками хоть за что-нибудь, чтобы замедлить падение, но воздух проскальзывал меж пальцев и падение продолжалось. Падение в никуда.

— Адель? Адель? — прикосновение живой руки к плечу, легкая встряска и я с криком открыв глаза, села, глядя расширенными от ужаса глазами перед собой и не в силах сфокусироваться на чем либо, а сердце продолжало барабанить в грудь, заставляя дышать порывисто и часто.

— Адель? — в голосе прозвучало испуг и я, наконец, смогла повернуть голову, только сейчас разглядев ту, которая держала меня за руку.

— Энни! — выдохнула с облегчением.

— Дурной сон? — догадалась она.

Я кивнула.

— Ты вся вспотела! — женщина отпустила мою руку и распрямила спину. — Лорд Хейли велел разбудить тебя одной из горничных, но я узнав об этом поспешила сюда сама.

— Спасибо, Энни! — откинула одеяло и свесила ноги, нашаривая домашние туфли. Пол был холодный и этот холод пробивался даже через ворс коврика. Поежившись, поспешила умыться водой из тазика. Затем, вытерев лицо и руки, стала снимать сорочку.

— Господа пригласили тебя на прогулку? — поинтересовалась Энни, следя за мной напряженным взглядом.

Я снова кивнула.

— Я конечно, мало знаю и еще меньше вижу, но мне кажется, это неспроста! — предположила женщина. — Неужто хозяин положил на тебя глаз? Хотя, почему бы и нет. Ты благородных кровей, да еще и такая красавица, и умница, раз перевели из кухарок в личные помощницы хозяйки дома…

— Это Джеймс, — ответила я.

— Что? — удивилась мисс Скотт.

— Это он нанял меня, — я посмотрела на старшую подругу. — Мы учились вместе.

— А… — только и протянула она, но это ее: «А!» — получилось с каким-то намеком, если мне не показалось.

— Хорошо, если так.

Я было хотела ответить и пояснить, что милорд Хейли просто хороший и благородный человек, когда в двери постучали и на мое: «Да!» — вошла горничная с платьем в руках. Мне даже не стоило гадать, от кого наряд и что за платье мне принесли. Поэтому я указала рукой на кровать и произнесла:

— Положи амазонку, я сейчас надену ее.

И почему я не удивилась, что Джеймс нашел для меня и наряд для верховой прогулки, конечно, не без помощи маменьки. Я даже представила себе, как она хмурит брови и отчитывает сына, который просит за меня. А потому, надев амазонку и прихватив расчетную книгу, поцеловала Энни в щеку и поспешила прочь из комнаты, направившись прямиком в кабинет леди Хейли, надеясь застать ее там.

Время завтрака давно прошло. Я шла по коридору и встречала слуг, убиравших столовую. А вот и лестница. Поднялась быстро по ступеням и повернула к кабинету хозяйки дома, заметив, что двери приоткрыты. Замерла на мгновение, только для того, чтобы поправить платье и волосы, а затем протянула руку, полная намерения постучать в двери, когда услышала голоса и сразу же узнала говоривших. Первая же фраза заставила меня застыть на месте.

— Не заговаривай мне зубы, Джеймс. Я прекрасно знаю тебя и также прекрасно вижу, впрочем, как и все остальные твои друзья!

Леди Хейли говорила спокойно, но я была уверена в том, что она раздражена. Это прорывалось едва заметными нотками, улавливалось в напряжении, возникшем в самом воздухе.

— И мне не нравится, что ты оказываешь слишком много внимания леди, которая не достойна нашего дома! — продолжала женщина. — Я понимаю, что ты захотел проявить благородство и устроил девушку по знакомству, но тебе не кажется, что этого достаточно, чтобы выказать любезность?

— А если она мне действительно нравится? — прозвучало в ответ и я, уже решившая было тихо отойти назад, осталась стоять на месте. Не в моих правилах было заниматься подслушиванием, но что-то не позволяло уйти.

«Это все из-за прогулки! — поняла я. — Леди Хейли не верит мне. Думает, я пытаюсь очаровать ее сына и женить на себе, чтобы вернуть то положение и достаток, к которому привыкла!» — осознавать подобное было крайне неприятным и еще более неприятным было слышать такие слова, тем более, что они были беспочвенны. Я даже думать не хотела о Джеймсе, как и муже, и дело было даже не в том, что я уже была замужем. Просто он не нравился мне настолько, чтобы я смогла влюбиться.

«Или дело в Лотере? — спросил кто-то ехидный внутри меня. — Если бы ты не встретила его, то, вполне вероятно, Джеймс тебе бы приглянулся?».

Я сделала шаг назад. Затем еще один. Руки прижимали к груди расчетную книгу, но я уже совсем не горела желанием доказывать свою работоспособность хозяйке дома.

Когда на плечо легко легла чья-то рука, я едва не подскочила на месте и, резко повернувшись, встретилась глазами с пронзительным взглядом леди Денби, которая смотрела на меня с кривой усмешкой на идеально полных губах.

Она была одета как для прогулки. Дорогая амазонка темно-красного цвета обегала стройную фигурку Ребекки, словно вторая кожа, лишь внизу расширяясь пышными воланами. На ее волосах была закреплена шпильками широкая зимняя шляпка с пером, а выбившиеся светлые локоны были завиты и спадали на грудь, обрамляя милое личико и делая леди похожей на ангела.

— Доброе утро, мисс Адель! — проворковала она сладко.

— Доброго, леди Денби! — отозвалась я, встав так, чтобы мы смотрели друг другу в глаза.

Девушка продолжала улыбаться и казалось, даже рада встрече, но ее взгляд выдавал напряжение и затаенную злость.

— Смотрю, подслушиваете с утра пораньше! — произнесла она мягким тоном. — Хотя, что я говорю. Подслушивать — удел прислуги. Вы все такие. Даже те, кто благородных кровей.

— Я не подслушивала! — ответила я, сдерживая нахлынувшую ярость. — Я пришла, чтобы отдать леди Хейли свою работу.

— Ага! — она кивнула. — Так ей сейчас и скажете! Мол, проходила мимо и застряла возле двери, когда разговор шел обо мне.

«Она слышала, — поняла я. — Стояла за моей спиной, пока я терзалась сомнениями. Подкралась, словно кошка, нет, не кошка — змея. Подползла и стала ждать, когда обернусь, чтобы укусить!».

— Я вижу, вас интересуют чужие разговоры и чужие мужчины! — добавила она тихо. — Но хочу предупредить, что Лотер Хамерсли вам не по зубам, дорогая. Я было решила, что ваша цель — Джеймс, но вижу нет. Настроились на большее? Не сильно ли замахнулась? — она перешла на «ты». Ярость в ее глазах сейчас вырвалась наружу, напомнив мне бушующее море. Опасное и темное в своей неистовости. Но я осталась стоять, выдержав ее взгляд, понимая, что правда на моей стороне. Ах, как мне сейчас хотелось сказать этой благородной мерзавке, что я — настоящая жена Лотера и что именно ей, а не мне, стоит подвинуться и уступить место. Ведь это именно она, а не я, позарилась на чужое.

«Она ведь не знает, что он женат!» — тут же вспыхнула мысль в голове. Любит ли Ребекка Лотера? Видимо, да. Иначе так не ревновала и не злилась. Она хороша, но во мне почувствовала соперницу и это о чем-то да говорит.

— Не вставай на моем пути! — заявила мне леди Денби и шагнула вперед, сократив расстояние между нами, прошептав: — Иначе сильно пожалеешь. Тебе все равно не стать женой такого человека и лучшее, на что ты можешь надеяться — это постель и статус любовницы, только поверь мне, это того не стоит, потому что в таком случае у тебя за спиной появится враг в моем лице, ведь я, именно я буду его законной женой!

Сколько страсти в словах! Она просто горела ненависть и дышала ею. Казалось, мгновение и девушка самовоспламениться у меня на глазах. Ее стихия, ее истинный дар представился мне огромным коконом пламени, окутавшим леди, только и я была не обделена силой. И когда Ребекка вскинула руку, охваченную пламенем, чтобы ударить меня по лицу, отбила удар, позволив своей стихии, пусть и не родной, но проявить себя в огненном всплеске, пробежавшем по ладони.

Все же вторая сила выбрала меня. И, как и тогда, в карете, я испытала, как она разливается по жилам, как течет, вместо крови, бурлит, грозясь вырваться наружу.

— Ах, так ты тоже маг огня! — отскочив в сторону, проговорила леди Денби.

— Не стоить бить того, кто слабее, — ответила я. — Это унижает вас и, тем более, не стоит бить того, кто сильнее вас, потому что подобное унижает вдвойне, так как более сильный никогда не позволит ударить себя без веской причины!

Лицо Ребекки побагровело. Под кожей вспыхнуло пламя и тут же погасло, когда за моей спиной раздался удивленный голос лорда Хейли.

— Адель? — и следом за моим именем еще более удивленное: — Леди Денби?

— А мы тут мило беседовали! — проговорила я и медленно обернулась к мужчине. Джеймс стоял в дверном проеме и смотрел на нас с невестой Лотера. Его маменька маячила за спиной, явно пыталась рассмотреть то, что так заинтересовало ее сына. Хейли заметил, что я в костюме для верховой езды и широко улыбнулся.

— Я направлялась к леди Хейли, — продолжила я и показала расчетную книгу. — Чтобы продемонстрировать свою работу!

Джеймс кивнул и сделал шаг вперед, освобождая проход в кабинет.

— Мы будем ждать вас, Адель! — сказал он и добавил: — Жаль, что вы пропустили завтрак!

— Решила немного выспаться! — объяснила я и игнорируя леди Денби, оставшуюся в коридоре, подошла к раскрытой двери, поклонившись хозяйке дома.

— Я закончила!

Взгляд леди опустился на мои руки и заметив в них толстую тетрадь, женщина прищурила глаза.

— Позвольте войти? — спросила тихо.

— Конечно же, — кивнула леди Хейли. — Давайте посмотрим, что вы там насчитали!

— Мы ждем вас, Адель! — донеслось в спину и я, обернувшись, подарила хозяину замка самую лучезарную из своих улыбок, отметив краем глаза раздражение на лице Ребекки, уже не прикрытое ангельским выражением. И я перешагнула порог кабинета, закрыв за собой двери.