Глава 58

* * *

ВАСИЛИСА

А потом…

Всё случилось в одно мгновение.

Я стояла рядом с Эрраном, допивала свой космический нектар и наблюдала, как Батискаф с неприличным энтузиазмом набрасывается на бокал с каким-то муссом.

— О! Это облачный крем с планеты, где живут разумные бабочки. Он тает во рту и оставляет послевкусие радуги! — обрадовался мой котейка угощению.

И в этот момент весь мир перевернулся.

Буквально.

Что-то или кто-то схватил меня со спины. Это было что-то холодное, скользкое.

Я даже закричать не успела, как меня закрутило, завертело, втянуло в воронку, полную тьмы и ужасной вони.

Портал захлопнулся за мной, как пасть чудовища.

Я кубарем пролетела сквозь темноту, больно ударилась обо что-то твёрдое и замерла, пытаясь понять, жива я вообще или уже нет.

Голова раскалывалась.

В ушах звенело.

А вокруг была тьма и как будто издалека доносились голоса.

Мерзкие, шипящие, полные ненависти.

— Она его ведьма, — говорил один. — Мы угадали, что этот бал будет особый.

— Убьём её, — подхватил второй. — Пришлём её фениксу по кусочкам. Пусть знает, какие мы страшные враги.

— Он пожалеет, — прошипел третий. — Он будет страдать.

Я открыла глаза.

Надо мной склонились они, отверженные.

Я ожидала чего-то страшного, но реальность превзошла все ожидания.

Они были серокожими, не бледными, а именно серыми, как пепел или старая зола.

Кожа висела складками, будто когда-то они были крупнее, а потом ссохлись.

Глаза были чёрные, без зрачков, пустые, как две бездны.

Рты просто щели, полные острых, кривых зубов.

И от них воняло затхлостью, гнилью, чем-то кислым и тошнотворным.

Я едва сдержалась, чтобы не вырвать прямо на них.

— Очухалась, — оскалился тот, что стоял ближе. — Смотрите, смотрит на нас. Думает, наверное, что феникс её спасёт.

— Не спасёт, — захихикал второй. — Мы его обманули. Пока он всё поймёт, пока найдёт…

— А мы уже тут. Мы далеко.

— И мы уже всё решили. Не повезло тебе, ведьма. Но ничего личного.

Я огляделась.

Мы были в пещере.

Судя по всему, в какой-то дыре на краю реальности.

Стены — грубый камень, покрытый плесенью и какими-то мерзкими разводами.

Пол земляной, усыпанный костями.

Мебель, если это можно назвать мебелью, какие-то ящики, тюки, ржавые клетки.

В углу горел костёр. Над костром висел котёл, в котором булькало что-то коричневое и явно несъедобное.

— Уютненько, — пробормотала я.

— Молчать! — рявкнул главный. — Ты наша пленница! Ты не имеешь права говорить!

— Это где-то в правилах написано? В кодексе похитителей?

— Заткнись!

— Ладно-ладно, — я подняла руки, насколько позволяли верёвки, которыми меня опутали. — Но давайте без кровопролития. Предлагаю переговоры.

— Переговоры⁈ — заорали они хором.

— Ну да. Вы меня похитили, я вроде как ценный ресурс. Со мной можно торговаться. Чего вы хотите? Денег? Власти? Может, сметанки? У меня есть доступ к самой лучше сметане.

— Нам ничего не нужно!

— А что нужно? Всем всегда что-то нужно, особенно похитителям.

Я тянула время как могла.

Давай, Эрран, ищи меня.

А, кстати, у меня же волшебный камешек есть… Но я решила его пока приберечь. Надо получше узнать, чего этим гадам надо. Потом всё расскажу фениксу, он их в порошок сотрёт.

— Нам нужна месть! — взвизгнул главный. — Мы отомстим этому мерзкому огненному отродью! Мы не отверженные! Мы — великая раса! Мы завоеватели! Мы пили магию миров! Мы были могущественны!

— Были, — уточнила я. — Ключевое слово «были». Не забывайте об этом.

— Заткнись!

— А что такого? Были великими, а теперь сидите в пещере с костями и варите какую-то бурду. Это не очень похоже на величие.

Главный подскочил ко мне и схватил за подбородок своими мерзкими пальцами.

— Ты, маленькая ведьма, — прошипел он мне в лицо, обдавая вонью. — Думаешь, что самая умная? Думаешь, феникс тебя спасёт? Мы уничтожим тебя. Порежем на кусочки. И отправим ему. Пусть знает, каково это — терять тех, кто дорог.

— Вы думаете, я ему дорога? — удивилась я.

— Да! Ты его слабость! Он объявил тебя своей ведьмой! Значит, ты очень важна! — заорал он.

— Интересная теория, — сказала я, стараясь не дышать его зловонием. — А вы уверены? Может, он просто меня инициировал для галочки?

— Ты — его слабость, и мы это используем!

— Ну, используйте, — пожала я плечами. — Только учтите: он очень злой, когда дело касается его… ну, того, что он считает своим.

— Он ничего не сможет. И не найдёт нас, — оскалился главный. — Мы в измерении, которое он не знает!

— Уверены?

— Да!

— А если нет?

— А если нет, значит, мы героически умрём, но всё равно отомстим!

— Глупая стратегия, — вздохнула я. — Умирать ради мести… По-моему, лучше жить, вкусно есть, общаться с интересными…

— Замолчи! Важна только месть!

— Скучные вы.

Надо тянуть время.

Батискаф уже наверняка поднял тревогу.

И Эрран, наверное, меня ищет.

Я закрыла глаза и попыталась почувствовать кулон.

Он был на месте. Тёплый. Он пульсировал ровно, спокойно.

А ещё у меня чудесный камешек есть.

— Спасибо вам, эфриты, — прошептала я.

— Что? — переспросил главный.

— Ничего. Просто размышляю.

— Молчи! — он пнул какой-то ящик, и оттуда вывалились кости. — Скоро ты перестанешь размышлять вообще.

Я смотрела, как они готовят какие-то жуткие инструменты — ножи, щипцы, какие-то склянки с дымящейся жижей.

— Весело у вас тут, — сказала я. — Прямо курорт.

— Ты можешь молчать или нет⁈

— А что, нельзя женщине пошутить перед смертью?

— Нет!

— Строгие вы.

Вдруг в пещере что-то изменилось.

Воздух стал горячим.

Отверженные замерли, принюхиваясь.

— Что это? — прошипел один.

— Это… это…

Передо мной, прямо в центре пещеры, вспыхнул огненный портал.

Такой яркий, что я зажмурилась. И такой горячий, что кости на полу начали тлеть. Такой яростный, что стены пещеры пошли трещинами.

Из портала вышел ОН. Эрран.

Я никогда не видела его таким.

Обычно он был высокомерным, надменным, скучающим. Иногда забавным.

Сейчас он был яростным.

Глаза горели белым пламенем, не золотым, не алым, а именно белым, выжигающим, абсолютным.

Воздух вокруг него плавился, капли расплавленного камня стекали по стенам.

На нём были доспехи — золотые, огненные, переливающиеся, как живое пламя.

А за спиной… раскинулись огненные и бесконечные крылья.

Они заполняли собой всю пещеру, касались стен, потолка, и там, где они касались, камень превращался в лаву.

Он был прекрасен.

Он был ужасен.

— Вы, — сказал он тихо. Так тихо, что мурашки побежали по коже. — Тронули мою ведьму.

Отверженные заверещали, заметались, попытались спрятаться.

И это грозные существа, кто пил магию миров и завоёвывал их?

Эрран выбросил вперёд руку.

С его ладони сорвалось пламя.

Не огонь, а именно пламя.

Оно ударило в главного отверженного, и тот просто… исчез.

Осталась только кучка пепла, которая тут же рассыпалась и смешалась с костями на полу.

— НЕТ! — заорали остальные. — Пощади-и-и!

— Вы не щадили, когда порабощали миры, — ответил Эрран. — И вы похитили мою ведьму.

Ещё один взмах.

Ещё одна кучка пепла.

Ещё.

И ещё.

Через минуту в пещере не осталось никого, кроме меня и феникса.

И кучек пепла.

Эрран подошёл ко мне.

Опустился на колени.

Коснулся верёвок, и они рассыпались в пыль от одного его прикосновения.

— Ты цела? — спросил он.

Голос был напряжённым.

— Я… да, — я сглотнула. — Они ничего мне не сделали. И ты не дал им рассказать, какие они великие будут, когда победят тебя.

— Они никогда не были великими, — сказал Эрран. — Они были паразитами. Я уничтожил их миры, потому что они того заслуживали. И сейчас они получили то, что заслужили.

Он смотрел на меня серьёзным и тяжёлым взглядом и с каким-то новым выражением, которого я раньше не видела.

— Ты — моя ведьма, Василиса, — проговорил он. — Кто тронет тебя, значит, тронет меня. А меня трогать нельзя.

— Я это уже поняла, — прошептала я.

— И я не отдам тебя никому. Никогда.

Он вдруг перестал светиться.

Доспехи и крылья исчезли, и передо мной снова сидел просто Эрран, немного уставший, взволнованный, живой.

Он притянул меня к себе.

Обнял.

Крепко. Так, что я чувствовала его сердце, оно билось часто-часто, как у обычного человека.

— Ты меня напугала, — прошептал он мне в волосы.

— Я тебя напугала?

— Да. Когда я понял, что тебя нет… когда я почувствовал, что ты в опасности… — он замолчал. — Я не боюсь ничего, а тут…

— Эрран…

Он отстранился чуть-чуть, чтобы видеть моё лицо.

И замер.

Он смотрел прямо мне в глаза.

Я смотрела в ответ.

Воздух между нами стал таким плотным, что, кажется, его можно было резать ножом.

Он наклонился ближе.

Он хочет меня поцеловать? Или просто смотрит? Что вообще происходит?

— Василиса, — сказал он тихо. — Я…

И в этот момент в пещеру из открывшегося портала влетел Батискаф с диким воплем и выпущенными когтями. Глаза бешеные, сам он стал больше раз в пять, когти как сабли, зубы вообще кошмар.

— Где⁈ Где эти твари⁈ — заорал он. — Я сейчас всем покажу! Я… Да я…

Он замер, увидел нас.

Я сижу на полу, освобождённая от верёвок.

Эрран сидит рядом на коленях.

Мы смотрим друг на друга.

Вокруг лишь кучки пепла.

— Что? Где они? Я что, всё пропустил⁈

— Батискаф, — улыбнулась я.

— Я тут собрался зло побеждать, тебя спасать! — заорал он. — Где эти уроды⁈ Я им хотел в глаза посмотреть! Я хотел их на ленты порезать!

— Они превратились в пепел, — сказал Эрран спокойно.

— Правда? — Батискаф посмотрел на кучки, разбросанные по пещере. — Это они?

— Да.

— И ты даже одного мне не оставил⁈

— Ты опоздал.

— Я не опоздал! Я мчался со всех лап! Я порталами летел!

— Я — феникс, — напомнил Эрран. — Я быстрее.

— Нечестно! — взвыл Батискаф. — Я не могу конкурировать с фениксом в скорости уничтожения врагов!

— Смирись.

— Вот уж нет! Я буду тренироваться! Я стану быстрее!

— Батискаф, — позвала я.

Он подбежал, уже стал обычным котёнком, запрыгнул на колени и уткнулся носом мне в живот.

— Василиса, — пробормотал он. — Прости. Я отвлёкся на дурацкий мусс. Если бы я не отвлёкся, они бы тебя не схватили.

— Ты не виноват.

— Виноват! Я — Хранитель! Я должен был быть на посту! А я жрал!

— Ты не жрал, а дегустировал.

— Это не оправдание.

— Хватит себя казнить. Всё хорошо.

— Хорошо, — повторил он. — Хорошо, что ты цела. А если бы… если бы…

— Но не случилось. У меня с собой камень, забыл?

— Не забыл…

— Так, идёмте отсюда, — я встала, отряхивая платье (оно, кстати, ни капли не пострадало, магия, наверное). — Воняет тут. И вообще, грязь кругом.

Эрран щёлкнул пальцами, и перед нами открылся портал.

— Идём, — сказал он. — Бал ещё не закончен.

— И я в таком виде?

— Ты прекрасна.

Мы шагнули в портал.

Батискаф потрусил следом, на ходу бормоча:

— Опять я всё пропустил. Опять феникс в героях, а я так, статист. Ну, ничего, я ещё всем покажу. Я ещё стану быстрее и сильнее. И… и у меня будет своя боевая форма!

— Какая? — спросила я.

— Не знаю. Но она будет! Огненная и с крыльями!

— У котов не бывает крыльев.

— У меня будут!

Портал сомкнулся за нами, оставив пещеру с кучками пепла и костями навсегда в прошлом.

Впереди был бал.