Глава 14

Митчелл Лонни остановил машину на Сайприс-стрит, сразу за серым «Ниссаном Альмера» медэксперта. Вздохнул и потер глаза, все еще полусонный. Телефонный звонок из центральной диспетчерской разбудил его в четверть третьего ночи, и девушке, работающей за пультом, пришлось три раза повторить, прежде чем она убедила его, что и впрямь придется проснуться. Он жалел, что не остановился где-нибудь по пути выпить чашку кофе.

Едва Митчелл открыл дверцу машины, как леденящий ветер с улицы сразу заморозил его чуть ли не до смерти. Он пошарил рукой в поисках куртки, которую бросил на заднее сиденье, и быстро натянул ее. А потом выбрался из машины, давая себе клятвы как можно скорей найти другую работу, и направился к месту преступления.

Танесса стояла на тротуаре, глядя на него с жалостью в глазах, пока он шаркающей походкой плелся к ней. Позади нее виднелась красная «Хонда» с открытым багажником, вокруг которой сгрудились несколько человек.

— Привет, — хрипло произнес он.

— Митчи, ты выглядишь просто ужасно, — отозвалась она.

— Для тебя — детектив Митчи, сеструха. Будешь выглядеть так же, если кто-нибудь разбудит тебя среди ночи и потащит на другой конец города.

— А я вот регулярно не сплю по ночам, — заметила она.

— Ну да, никто не заставлял тебя быть копом. Что мы тут имеем?

Глаза ее стали серьезными.

— В час пятьдесят в диспетчерскую позвонил ка-кой-то парень, сообщил, что на Сайприс-стрит в багажнике машины лежит мертвец. Я приехала сюда буквально через десять минут, нашла машину с открытым багажником и трупом внутри. Парень, который звонил, стоял рядом, совершенно обдолбанный. Трудно было понять, что он говорит. Насколько я могу судить, он уверяет, будто просто проходил мимо, заметил открытый багажник и позвонил нам.

— Так-так.

Танесса пожала плечами.

— Так он, по крайней мере, сказал, Митчелл. Мне требовалось поскорей огородить место происшествия, не было времени его опрашивать. Сейчас с ним общается офицер Бертини.

— Ну ладно… Когда сюда приехала Энни и все остальные?

— За пару минут до тебя.

— Джейкоб уже тут?

— Не-а. — Она сунула ему регистрационный журнал. — Распишись-ка вот тут, пожалуйста.

Он накорябал на странице свою подпись, а потом подошел к «Хонде». Вокруг багажника стояли трое. Энни Тёрнер, медэксперт, была в толстой оранжевой куртке почти того же цвета, что и ее волосы. Она приглядывалась сквозь очки к содержимому багажника, подсвечивая себе маленьким фонариком. По бокам от нее расположился дуэт криминалистов — Мэтт Лоуэри и Вайолет Тодд. Вайолет делала снимки открытого багажника. Мэтт склонился внутрь, тоже чем-то занятый.

Подойдя к машине, Митчелл заглянул в багажник.

— Ни хера себе, — пробормотал он. Труп принадлежал совсем молодому человеку — может, лет шестнадцати или семнадцати. Одет тот был в небесно-голубой свитер с огромным бурым пятном по всему переду. Глаза у него были закрыты, кожа бледная, на правой щеке — большой багровый кровоподтек. Мэтт соскребал что-то со дна багажника в маленький бумажный пакет.

— Перчатки, детектив, — напомнила Вайолет, мотнув головой на коробку с латексными перчатками. Натянув пару, Митчелл подступил ближе и еще раз заглянул в багажник.

— Здрасьте, детектив, — произнесла Энни, не сводя глаз с тела.

— Что у нас тут, Энни?

— Молодой мужчина, несколько ножевых, — отозвалась она, нацеливая фонарик на живот трупа. — В момент нанесения ударов был жив, но вскоре умер. Пробито как минимум одно легкое. — Она указала фонариком на его губы, с которых спускался бурый потек свернувшейся крови. — Трупное окоченение наступило полностью. Признаки трупного пятна на правой щеке, хотя нашли его лежащим на спине. Детектив, не поможете перевернуть его на бок?

— Конечно, — отозвался Митчелл. — Мэтт, не отойдешь на секундочку?

Мэтт подвинулся в сторону. Митчелл ухватил труп за руку. Она оказалась твердой, как железо, и ощущение было не из приятных. Преодолев свой готовый взбунтоваться желудок, Митчелл помог Энни повернуть тело на бок. Энни задрала на нем свитер, обнажив кожу трупа. По всей спине мертвого парнишки расплывалось здоровенное синюшное пятно.

— На спине тоже трупные пятна, — констатировала Энни, опуская свитер обратно. — Можешь перевернуть его обратно.

Митчелл аккуратно вернул тело в первоначальное положение.

— Итак, — произнес он. — Трупные пятна на боку и спине. Значит, тело перевернули через несколько часов после убийства, верно?

Энни отошла на шаг от машины.

— Верно, — подтвердила она. — Видишь — тело согнуто, но ноги почти прямые?

— Угу.

— Посмертное окоченение началось еще до того, как тело передвинули. А вот ноги им согнуть не удалось, чтобы оно поместилось в багажник. Вот почему тело согнуто в основном в поясе. Могу предположить, что переместили его… — Она пожевала губу. — Примерно часов через пять после убийства.

— А можешь назвать примерное время смерти?

— Только весьма приблизительно. Окоченение и трупные пятна указывают на то, что он мертв как минимум двенадцать часов, но не больше суток. Сейчас подморозило, днем тоже было холодно, так что тело остывало гораздо быстрее, когда его погрузили в машину. Сейчас его температура семьдесят и пять[22], так что… — Шевеля губами, Энни мысленно подсчитала что-то в голове. — От двенадцати до восемнадцати часов назад, — наконец закончила она.

Митчелл бросил взгляд на часы.

— Так что между восемью утра и двумя часами дня, — заключил он.

— Верно, — кивнула Энни. — После вскрытия смогу сказать точнее.

— Ладно, — сказал Митчелл. — Никто из вас не находил на теле бумажник или какие-то документы?

— Ни бумажника, ни мобилы, — отозвался Мэтт, погрузивший голову в багажник. Он выпрямился, хотя, учитывая его рост, разница была небольшая. Митчелл привык смотреть на Мэтта сверху вниз — тот был чуть ли не самым низкорослым человеком из всех его знакомых. Хотя Мэтт как-то сказал ему, что с этой выгодной точки ему всегда видно, кто подстригает волосы в носу, а кто нет. С того самого дня Митчелл всегда медлил, когда его вызывали на место очередного убийства, — подумывал, не задержаться ли на секундочку, чтобы привести ноздри в порядок.

— Попробую взять образцы ДНК — может, получим совпадение, — добавил Мэтт.

— Ничуть не сомневаюсь, что получишь, — выпалила Энни.

Митчелл покосился на нее, вопросительно подняв бровь. Она не сводила глаз с Мэтта, слегка приоткрыв губы. Тот смотрел на нее в ответ пронзительным и многозначительным взглядом. Сделал шажок в ее сторону.

— Получим, если он есть в КОДИСе[23], — негромко произнес он.

— Точно, — сипло прошептала Энни.

Митчелл бросил озадаченный взгляд на Вайолет, которая закатила глаза, насмешливо изогнув губы.

— Итак! — громко произнес Лонни, нарушая повисшую тишину. — И это всё, что вы успели выяснить? Что еще мне следует знать?

Мэтт откашлялся.

— Пока это всё, — ответил он. — Но я еще не занимался машиной. Позже сообщу.

— Хорошо, — пробормотал Митчелл, отходя в сторону. Посмотрел на патрульного Сержио Бертини, который беседовал с худощавым мужчиной в грязных джинсах и драном худи. Тот периодически мотал головой.

Митчелл секунду помедлил. Джейкоб определенно не спешил. Обычно напарник оказывался на месте преступления гораздо быстрее. Лонни поразмыслил, стоит ли дожидаться его, прежде чем пообщаться с человеком, который вызвал полицию. В конце концов решил, что лучше не стоит. Не было смысла тратить время зря.

Митчелл подошел к двоим мужчинам.

— Офицер, — кивнул он Бертини.

— Детектив, — склонил тот голову в ответ. — Вот человек, который звонил в центральную, чтобы сообщить про тело. Его зовут Джо.

— Ну да, здрасьте, — отозвался тип в грязном худи, слегка тряся головой. — Я позвонил в полицию, потому что это, ну, сразу видать, что человека пришили. В смысле, это ужасно — такой молодой парнишка, но теперь мне реально пора, уже поздно, а мне сегодня еще работать. Вот офицер тут сказал, что мне нужно дождаться детектива, так что я ждал, потому как это, ну, я хочу, чтобы вы поймали гада, который это сделал, но теперь мне реально надо идти. Простите, мне реально надо идти.

Он заломил руки. Его глаза постоянно бегали по сторонам. Мужчина был невероятно худой, с бледной и маслянисто поблескивающей кожей. У него не хватало одного переднего зуба, оставшиеся были разных оттенков желтого и коричневого; на губах — несколько темных нарывов.

— Джо, а какая у вас фамилия? — спросил Митчелл.

— Э-э… Уильямс, — ответил тот. — Джо Уильямс.

— Так-так, — скептически протянул Митчелл. — Можете рассказать мне, что произошло?

— Ну, этот парень уже меня спрашивал, типа как три раза, понятно? Я проходил мимо, домой шел, и тут смотрю — машина, и багажник открыт. Ну, я и заглянул туда и увидел этого мертвого парнишку. Сразу позвонил в полицию, потому что, ну, жуть как перепугался. Это ужасно. Ужасная вещь.

— А можете сказать, что вы тут делали в два часа ночи? — спросил Митчелл. — Вы сказали, что возвращались домой. А откуда возвращались?

— Из бара. Я возвращался из бара. В баре я пил пиво.

— Из какого бара?

Джо заморгал.

— Не помню, как называется. Он тут рядом.

— Можете объяснить, как туда пройти? — спросил Митчелл.

— Я реально устал, понятно? Я хочу домой. Мне сегодня еще работать, и мне реально нужно хотя бы пару часов поспать. Послушайте, вот так все и произошло. Ничего большего.

— Вы не заметили кого-нибудь возле машины? — спросил Митчелл. — Или просто на улице? Вы видели, как эта машина подъехала сюда?

— Нет! Только то, что я сказал, понятно?

— Да понятно… — Митчелл вздохнул. — Дело в том, Джо, что это расследование убийства, и…

Тут из-за спины до него донесся голос Джейкоба — тот что-то говорил Мэтту и Энни.

— Постойте-ка тут минуточку, — попросил Митчелл, оборачиваясь. Джейкоб стоял возле открытого багажника, со своей знаменитой широкополой шляпой на голове, и заглядывал внутрь, засунув руки в карманы.

Митчелл направился к нему. Руки трупа были уже обернуты пластиковыми пакетами, а Мэтт сидел на переднем сиденье автомобиля, водя кисточкой по приборной панели, — снимал отпечатки. Среди прочих машин стояла «Скорая помощь», и двое мужчин выгружали из нее складные носилки на колесиках.

— Привет, — негромко поздоровался Лонни.

— Здорово, Митчелл, — отозвался Джейкоб. — Извини, что припозднился. Эми приболела.

Эми была дочкой-подростком Джейкоба.

— О, какая жалость, — сказал Митчелл. — Надеюсь, ничего серьезного?

— Да вроде. — Джейкоб пожал плечами, хотя в его глазах крылись отстраненность и тревога. — Наверняка просто обычная простуда. Но у нее была очень высокая температура, так что…

— Может, хочешь поехать домой, ухаживать за ней?

— С ней сейчас Марисса, и я нужен здесь, — ответил Джейкоб. — Что тебе сообщил Фин?

— Какой еще Фин? — не понял Митчелл.

— Торчок, с которым ты только что общался. Его кличут Фин.

— Ну, для начала, он сказал, что его зовут Джо, — сказал Митчелл. — Уверяет, что просто проходил мимо, увидел у тротуара машину с открытым багажником и позвонил нам.

— Так-так… Очаровательная история.

— Я как раз собирался потрясти его на предмет правды, — сказал Митчелл.

— Хорошая мысль, — ответил Джейкоб. — Давай-ка этим и займемся.

Оба подошли к Фину, остановившись, только когда подошли вплотную, и нависли над ним.

— Привет, Фин, — негромко произнес Джейкоб.

— Здрасьте, детектив, — пробормотал тот, уставившись на свои ботинки.

— Детектив Лонни говорит, что ты рассказал ему очень трогательную историю, — продолжал Джейкоб.

— Не очень трогательную. В смысле, человека же убили, понятно? Жуткое дело. Вот я и вызвал копов, понятно? Потому что…

— А по-моему, трогательную, поскольку в этой истории ты образцовый гражданин, сделавший доброе дело и не ожидающий награды. Очень воодушевляет. Заставляет меня поверить, что человек может измениться. — Джейкоб тонко улыбнулся, сверля своими холодными голубыми глазами мужчину, который поежился под его взглядом. — Ну кто бы поверил, что Фин — человек, которого я по меньшей мере шесть раз заметал за кражу и хранение наркотиков, — проявит такую сознательность?

— Ну да, понятно? Я реально исправляюсь. Я в этой группе, у меня есть куратор и все такое. Мне не нравится, кем я стал, понятно? Вот потому-то я…

— Фин, посмотри-ка на меня, — перебил его Джейкоб.

Тот поднял глаза.

Джейкоб пристально посмотрел на него.

— Какой хреновый ожог у тебя на нижней губе, — заметил он. — Болит, небось?

Глаза Фина нервозно забегали по сторонам.

— Вообще-то у тебя все губы в ожогах, но этот на вид реально свежий, — сказал Джейкоб.

Митчелл пригляделся к язвам на губах у типа. Одна из них и вправду была розовой, блестящей.

Употребляющие крэк[24] часто обжигают губы при курении своей отравы. В качестве трубок они используют металлические банки, а металл сильно нагревается.

— Выворачивай карманы, Фин, — приказал Джейкоб.

— Нет, не надо. У вас нет достаточных оснований меня обыскивать, и…

— Это убийство, Фин. Думаешь, меня волнуют твои наркоманские причиндалы? Если не вывернешь карманы, я арестую тебя за убийство, и ты проведешь следующие двадцать лет в тюряге. Выворачивай свои чертовы карманы, быстро!

Фин шмыгнул носом. Засунул руку в карман и вытащил оттуда пару банкнот и два каких-то серебристых комка. Кристаллы крэка обычно заворачивают в алюминиевую фольгу.

— Два «камешка», — резюмировал Джейкоб. — А третий ты только что выкурил. На крэк в общей сложности ты потратил шестьдесят долларов, и даже сорок долларов осталось про запас. Ничего себе, Фин, ты сорвал джекпот! Поздравляю!

— Ну да, у меня сейчас работа, понятно? И…

— Заткнись, — устало бросил Джейкоб. — У меня нет времени слушать все эти отмазки. Давай-ка я расскажу тебе другую историю. А ты меня поправишь, если я ошибаюсь, хорошо?

— Лана, — пробормотал Фин, опять уставившись в землю.

— Ты шел сюда на встречу со своим дилером с новенькой, хрустящей двадцаткой в руке, — резко произнес Джейкоб. — Кто знает, может, ты даже получил ее на своей новой работе… И тут ты заметил эту классную машину. Очень дорогую для такой-то улицы. И вот те на: тачка-то не заперта! Ты, будучи парнем любопытным, открываешь машину…

— Я не открывал эту машину…

— Фин, прежде чем ты скажешь еще что-то, помни, что сейчас мы снимаем там отпечатки, а твои есть в базе. Так что ты там собирался сказать?

— Ничего.

— Вот и замечательно. Ты открываешь машину, смотришь на предмет чего-то, что легко слямзить, а потом открываешь багажник. И вот тут праздник заканчивается — ты находишь в багажнике труп, верно?

— Ну да, а потом я вызвал копов, понятно? Потому что это было ужасно. В смысле, да, я открыл машину, потому как хотел посмотреть, нельзя ли выяснить, кто владелец, чтобы сообщить ему, что он оставил машину незапертой. Но потом, когда я открыл багажник, то понял, что внутри труп, и вызвал копов.

— Ну… кто же так рассказывает, Фин? — укоризненно произнес Джейкоб. — Не надо сразу так вот бросаться к развязке. Должен быть какой-нибудь сюжетный поворот, чтобы история стала интересней. А поворот здесь в том, что перед тем как позвонить нам, ты обыскал тело и нашел бумажник парня. Там было восемьдесят долларов. Ты взял деньги, отправился к своему дилеру, купил три «камешка» и один выкурил. Тебе наверняка хотелось употребить и оставшиеся два, но тут тебя стала мучить совесть, и ты позвонил нам. Разве не так все было?

Фин пожал плечами.

— Бумажник лежал в багажнике рядом с телом, — наконец произнес он. — Я не обыскивал тело ради денег. Я не настолько пропащий, так далеко не захожу.

— Ладно, — вздохнул Джейкоб. — Так где лопатник?

Фин повел их к мусорному баку в нескольких сотнях футов от них. В нем они и обнаружили бумажник. Митчелл вытащил его и открыл, обнаружив внутри водительские права потерпевшего.

— Глен Хейни, — объявил он. — Парнишку звали Глен Хейни. Ему было всего семнадцать.