Глава 7

Даже жаль, что Айвар не смог задержаться у нас в гостях – не пришлось бы Ги звать, чтобы посидеть вечером с детьми. Да и мне было бы спокойней днем дома. Одно радовало – сегодня пятница, а в выходные Туманов клятвенно обещал нас не покидать. Когда он сегодня уехал на работу, стало не по себе. И хотя он заверил, что больше ни одна мертвая (и живая) душа, кроме его матушки, сюда не просочится, я все равно чувствовала себя неуютно. И даже блинчики с ароматным кофе не помогали.

Близнецы встали позже, позавтракали с аппетитом, обменялись впечатлениями о вчерашнем дне и дружно отправились в комнату учиться. А я снова осталась одна… ой нет, конечно нет – я осталась с Лемом, который, чувствуя мое настроение, не отходил ни на шаг. Вернее, не отлетал. Он, как и прежде, был в образе летучей мыши и даже дрых днем так же, как его прототип. Висел брошкой у меня на плече, периодически дергая крылышком, и, пока он был спокоен, я тоже старалась не волноваться. Ведь случись что, Лем бы предупредил, да?

Зеркала в доме обходила по длинной дуге, невзирая на заверения дракона об их безопасности. Пыталась занять себя делом, отвлечься, но… Работы, несмотря на вчерашний праздник и ожидаемые последствия, оказалось мало. Когда мы уехали кататься на катере, Ги осталась в доме подчищать за больной на всю голову Эвочкой. Но, как выяснилось с утра, подчистила она не только за ней. Взяв в оборот Соню, ведьма привела в порядок весь особняк с прилегающей к нему территорией, так что мне с утра делать оказалось особо и нечего. Бросила пару вещичек в стирку, похлопотала на кухне, помогла Ярику с алгеброй, убедилась, что дети действительно учатся онлайн, а не балду месят, – вот, собственно, и все.

Отсутствие неотложных дел, как и участившийся недосып, аукнулось ближе к обеду. Если утром сна не было ни в одном глазу, сейчас меня непреодолимо тянуло уединиться с подушкой. Побродив еще немного по дому, я отнесла близнецам подносы с едой, предупредила, что пойду немного полежу, ибо голова разболелась, после чего отправилась в спальню. Упав на кровать прямо поверх покрывала, которое вернул мне дракон, прикрыла глаза. Вроде ничем особо не занималась, а чувствовала себя разбитой. Если так и дальше пойдет, Арсений передумает брать меня в клуб. Зачем ему «амеба» в роли спутницы?

Мысль задела… причем сильно. Я очень хотела отправиться на вечернюю охоту, как назвал предстоящую вылазку Туманов. Не только из-за моего желания участвовать в расследовании, но и оттого, что в противном случае дракон будет один в этом чертовом клубе, где водятся всякие Эвочки с Гриппами. Нехороший звоночек! Эдак я скоро ревновать начну работодателя к каждой юбке. Впрочем, он сам виноват!

Вздохнула, перекладывая Лема на соседнюю подушку, чтобы не задавить ненароком, когда усну. Мышонок, дремавший на плече, недовольно заворочался. Не желая лишать его тепла, принялась осторожно поглаживать мягкое тельце, успокаивая тем самым и его, и себя. Думать о Леме было куда безопасней, чем о его хозяине, но мысли о Туманове все равно лезли в голову, мешая уснуть. А ведь всего несколько минут назад меня буквально с ног валило, м-да.

Итак… дракон.

В идеале мне следовало увеличить с ним дистанцию, по максимуму сократив приватное общение, если хочу и дальше без проблем работать в его доме. В реале же… все было наоборот. И дальше, подозреваю, отношения будут только сложнее и запутанней. Словно сама жизнь сталкивает нас, вынуждая сближаться, – совместное расследование, поход в клуб, поцелуи… Да-да, особенно они! Я бы, может, согласилась и на альтернативу, будь помоложе и поглупее, но сейчас мне ума хватило не заявить гордо Туманову, что лучше терпеть боль при установлении защитной метки, чем плавиться в огне его жарких поцелуев.

Даже интересно, с чего все-таки у меня такая на них реакция? Мужик Арсений, конечно, симпатичный, и мне он определенно нравится, но чтобы настолько накрыло… странно. Не добавил ли он и сюда чар, перетягивая в очередной раз на себя внимание? А если добавил, чем он тогда лучше Влада? Тем, что действует во благо мне, а не себе? Вероятно.

Мысли плавно перетекли на моего бывшего, письмо от которого так и валялось неотвеченным в почте. В течение дня пришли еще несколько эсэмэсок от него на телефон и пара пропущенных вызовов. У кого-то явно подгорало, раз развернул такую бурную деятельность. Хотела бы я знать почему? Боится, что Туманов разоблачит его подлые трюки с моим бельем и украшениями? Правильно боится, угу! А может, тупо ревнует? Есть ведь такие люди, которые «сам не ам, и другим не дам». Владик, похоже, из их числа. Хотя первый вариант все же ближе к теме, у мерзавца свадьба века намечается, вот его и бомбит от одной только мысли, что мы с Арсением можем ему помешать.

Думая о том, что именно это нам и предстоит сегодня сделать, я мстительно улыбнулась. Просто бальзам на душу этот поход в клуб. Хватит расклеиваться! Надо заняться собой, пока время есть: принять расслабляющую ванну, сделать красивую прическу и платье подобрать поэффектней. Хм… платье.

Вещей у меня было немного, но все качественные и по большей части удобные. Вариантов для похода в клуб раз-два и обчелся. Маленькое черное платье, которое есть у большинства женщин, ибо универсальный вариант для многих случаев, и синее в пол – элегантное, с высоким разрезом и открытыми плечами. Такое требует ожерелья, а мне ужасно не хотелось надевать один из подарков Влада. Желания не было лишний раз тешить его самолюбие. Пометавшись еще немного между этими двумя нарядами, я ожидаемо остановилась на первом. К нему и тоненькой цепочки с медальоном, подаренным мамой, хватит.

Взглянув на часы, решила поваляться еще полчасика-час. Потом узнать, как дела у детей, и с чистой совестью залечь в ванну. Но стоило мне задремать, как внизу что-то громыхнуло. Звукоизоляция в доме была отменная, о чем просветил меня за завтраком Арсений (потому близнецы и не реагировали на странные звуки в моей комнате), однако если происходило что-то, требующее внимания, Лем позволял это слышать тому, кому считал нужным. Все, что беспокоило меня, к примеру, дух доносил до Туманова, ну а ко мне прилетали шумы, связанные с близнецами. Причем я четко знала, откуда идет звук. Сейчас, к примеру, грохот раздался в столовой. Туда я и кинулась, перепугавшись за Злату с Яриком.

Напрасно! Пугаться следовало вовсе не за них. Картина, открывшаяся мне с лестницы, впечатляла. На боку лежало кресло, на нем примостился Ярослав, заинтересованно смотревший на люстру. С другой стороны комнаты стояла Злата… и тоже смотрела на люстру. Ну а на люстре сидел мой кот, мял мощными лапами шаткую преграду, отделявшую его от падения, и жалобно мяукал. Казалось, еще немного, и вся эта конструкция, утяжеленная пятью килограммами живого веса, сверзится с потолка на пол.

Твою ж… драконью маму!

Это вообще КАК получилось-то? Знаю, некоторые коты по шкафам скачут и с седьмого этажа сигают, но Рыжик – не эти коты. Он большой, толстый, ленивый трусишка, который зовет меня, если случайно залез куда-то, откуда пешком не спуститься. В детстве две лапы сломал, будучи бесстрашным котом-идиотом, – с тех пор панически боится прыгать. А тут – нате вам!

– Что вы натворили? – подбегая к детям, воскликнула я. – Как?

От неожиданности Ярик, неуклюже взмахнув руками, свалился с насеста. Счастье, что не вместе с ним – кресло опасно накренилось вслед за мальчиком, но потом со стуком вернулось в прежнее перевернутое положение. Пабам! Ясно теперь, что тут так громыхнуло.

– Мы Рыжика летать учили! – гордо заявила Злата.

Летать?!

– Ну, вы даете! – искренне высказалась я, вложив в короткую фразу все, что думала о ситуации. – Тише, мой хороший, тише, – принялась успокаивать кота, который, завидев меня, перешел с жалкого мяуканья на истошные кошачьи маты.

И опять дурик начал топтаться по тонкой квадратной пластине, чуть выгнутой посередине наподобие чаши, которая висела на цепях, крепившихся с четырех сторон. Обычная современная люстра, не монстр из старинного замка! Наличие кота в ней явно не предусматривалось производителем, особенно кота перепуганного.

– Злате задали домашнее задание – научить левитировать неодушевленный предмет, – принялся объяснять Ярослав, все так же сидевший на ковре, потирая ушибленный копчик.

– Неодушевленный? – зашипела я, хищной фурией разворачиваясь к дракайне. Та аж отшатнулась, но быстро взяла себя в руки и упрямо задрала острый носик, готовая не оправдываться, а защищаться. – С какого ракурса мой кот кажется тебе неодушевленным? Знаешь, Злата, – сказала я на эмоциях, – если это продолжение войны со мной, методы ты выбрала…

– Нет! – воскликнула девочка, разволновавшись больше моего. Даже ногой в сердцах топнула. – Я не хотела, не хотела обидеть Рыжика! И тебя не хотела обижать! Просто… все мечтают о полете. Котэ за кубиками прыгал, достать не мог, а я… – Она шумно выдохнула и, перестав оправдываться, заявила: – Я дала ему шанс взлететь!

– А ничего, что коты не летают?

– Этот летает! Он сам туда… залетел. – Злата указала на люстру, которая опять опасно накренилась, готовая выкинуть лишний груз.

«Только бы цепи выдержали, только бы выдержали…» – мысленно бормотала я, пытаясь придумать, как спасти ошалевшего от страха питомца. В таком состоянии он совсем ведь дурной.

– Как насчет того, чтобы научить теперь летать стремянку? – спросила с иронией, но уже без укора. Дракайна, конечно, накосячила, но слишком уж ее мое предположение задело – значит, действовала не со зла. Скорее всего, как обычно, не просчитала последствия. – Потолки тут метра три с гаком, если не больше. Я не допрыгну, вы – тем более.

– Я могу обернуться драконом, – предложил Ярослав, поднимаясь.

– И разгромить столовую окончательно? – Из горла моего вырвался нервный смешок.

Мальчишка замолк, сосредоточенно придумывая новый вариант спасения утопа… улетающего то есть, зато активировался сам пострадавший.

– Мя-а-а-ау… – протяжно взвыл Рыжик, выглядывая из чаши-люстры, от качки которой у меня начала кружиться голова.

– Может, все-таки спрыгнешь? – спросила его. Кот, сообразив, чего от него требуют, пошел назад лапками, отчего стеклянная пластина опять покачнулась, только в другую сторону. Так, ладно! Стремянки под рукой нет, пирамиду из кресел громоздить – сама ноги переломаю, слон, то есть дракон в посудной лавке – тоже не вариант. Остается… – А где Соня? – воскликнула я с воодушевлением. – Она уже раз его таскала в когтях, спасая от скелета, сейчас тоже сможет. Надо срочно найти…

Я не успела договорить, а дети уже разбежались по дому с криками:

– Соня, Соня!

– Не шевелись, – попросила я Рыжика, выразительно глядя на него снизу. – Посиди спокойно хотя бы пять минут, и мы обязательно тебя снимем, – упрашивала я оранжевый ком шерсти, застрявший на потолке. Глаза-блюдца смотрели на меня, из пасти вырывались отчаянные мявы, а свисающий с люстры хвост распушился до предела. Хм… я и не подозревала, что у меня не кот, а белка!

Дальнейшие события развивались как в комедийном кино. Соню Ярик обнаружил на чердаке, правда, в образе кошки, а не совы. Такую и притащил к нам, на ходу объясняя, что от нее требуется. Спросонья это дивное создание что-то поняло не так и, едва покинув руки мальчика, с разбегу запрыгнуло к Рыжику на люстру. Один кот для чаши – много, два – катастрофа! Я инстинктивно прикрыла уши, когда белая конструкция, точно лодочка, полетела на пол вместе с пассажирами. Думала, будет звон, грохот, вопли раненых животных… Но не учла двух важных моментов: во-первых, на люстре сидело волшебное существо, отвечавшее за порядок в доме, а во-вторых, у Златы оказалась отменная реакция.

Она вскинула руку – и люстра зависла в нескольких сантиметрах над полом, из нее врассыпную выскочили коты. Но если Рыжик в несколько прыжков оседлал Ярослава (предатель!), Соня легла на ковер и принялась гипнотизировать взглядом сорвавшуюся с цепей чашу, которая плавно поплыла обратно к потолку… чиниться.

Дракайна громко всхлипнула, и я тут же повернулась к ней, готовая утешить, однако девочка не плакала. Она просто выдохлась, спасая Рыжика и его соседку. Пальцы дрожали, лицо побледнело, а на высоком лбу выступили капельки пота. В этот момент я искренне восхитилась Златой. Желая исправить ситуацию, она выложилась по полной, хотя сама изначально кашу и заварила.

– Молодчина! – похвалила я ее.

Та приосанилась, улыбнулась даже, а потом вдруг словно сдулась – плечи опустились, глаза потухли.

– Я правда не хотела пугать Рыжика, – прошептала она. – Просто… просто…

– Просто сделала его летучим котом, мы в курсе. – Я подошла к ней и погладила по волосам, успокаивая. – В следующий раз будь осторожней, а то благими намерениями, как говорят люди, вымощена дорога в ад.

Стоя рядом с дракайной, я наблюдала, как Ярослав опускает на пол Рыжика, а тот не столько идет, сколько подпрыгивает из-за заклинания левитации, смешно взмахивает при этом хвостом и лапами, вертит головой и мяукает, но уже не испуганно, а скорее заинтересованно. Глядишь, и правда летать научится! Будут тогда вместе с Соней по дому кружить… на крыльях ночи!

– Ну, – повернулась я к Ярику, когда спасенный котейка отправился заедать стресс на кухню, куда перекочевала из моей спальни его миска. – А что у тебя за домашнее задание? Ты лучше скажи сразу, чтобы я могла заранее оценить масштабы катастрофы. – Моя улыбка и мягкий, чуть насмешливый тон успокоили мальчика, который сначала немного напрягся. – Тоже левитация? – предположила я, близнецы же, а значит, и учиться, по идее, должны в одном классе.

– Не… – пробормотал он, почесав затылок. – Я еще творческие иллюзии не сдал. У меня это… – Он замялся, бросив быстрый взгляд на Злату, которая с повышенным интересом следила за тем, как стараниями Сони крепится к потолку многострадальная люстра. – Слабые магические способности, – вздохнув, признался ребенок.

– Почему это? – Я удивилась. Сама ведь видела, как он в дракона превращался. Что это, если не магия? И как тенью притворялся в подвале, я тоже имела удовольствие (точнее, неудовольствие) наблюдать. А заклинание на лестнице чего стоило! Какие же это слабые способности?

– Не знаю почему. – Ярик опять вздохнул, рассматривая носки своих домашних тапочек. Ребенку, похоже, было стыдно. – Злата все схватывает на лету, а я многое не понимаю.

– Но тогда ведь дело не в способностях, а в освоении учебного материала, – решила поддержать мальчонку я. – Злата, ты не пробовала объяснить брату…

– Я объясняла! – перебила меня дракайна. – А он все равно не врубается. Тугодум! – заявила она, показав близнецу язык. Совсем как дитя малое! Хотя… дитя ведь и есть. – Клянусь золотой чешуйкой, но просто не шарит в магии. Смотрит в книгу – видит фигу! Это невыносимо!

– Так ты ему не по книге объясняй, а на примерах, – предложила я. – У некоторых людей теория усваивается куда лучше на практике. Думаю, и у драконов так же.

– А… – Злата хотела что-то возразить, но замолчала, задумавшись. Видимо, такой подход она еще не пробовала. Пока она размышляла над моими словами, я спросила Ярослава:

– И что тебе по иллюзиям надо сделать?

– Проект подготовить.

– Какой?

– Интересный, – сказал он, не шибко приблизив меня к сути.

– Я показ мод делала, – пояснила дракайна. – Другие ребята в основном «живые» картины и «карманные сады» показывали, а одна ведьма шоу из разноцветных дымков сотворила. Очешуительно получилось!

Мне мало о чем говорили «карманные сады», но я в принципе подозревала, что такое «живые» картины, только идеи для проекта Ярика в голову все равно не приходили.

– Учитель посоветовал взять за основу то, чем мы увлекаемся. – Мальчик опять зарылся пальцами в волосы, взлохматив их на затылке. У него, как и у отца, они сильно отросли, и оттого, наверное, он мне очень напоминал Туманова-старшего. Еще бы уверенности мальчишке побольше – и точно станет копией папы. А уверенность лучше всего воспитывают победы. Они-то нам и нужны! Причем срочно.

– Значит, Злата у нас увлекается моделированием одежды, так?

Дракайна кивнула с таким видом, будто она уже знаменитый кутюрье. Вот у кого с самооценкой все в полном порядке, а местами даже перебор. Я спрятала в уголках губ улыбку, вновь повернувшись к Ярославу.

– А ты увлекаешься… – думала, он сам скажет чем, но мальчик чесал затылок и молчал. Была бы матерью его, решила бы, что весь в меня – такой же тормознутый. – Играми. Виртуальными. Есть такое дело?

– Да-а-а, – протянул юный геймер, просветлев лицом. Но воодушевление его быстро покинуло, столкнувшись с суровой реальностью. – Я не программист, у меня не получится игру свою создать. Да и иллюзии в ноут не засунешь. Там компьютерная графика нужна.

– А давайте сделаем не компьютерную «ходилку», а настольную, – предложила я.

– Это как? – спросила Злата.

– Обычно! Сначала придумаем сценарий, потом нарисуем, затем раскрасим, ну и в финале используем подход, как в «живых» картинках. Я ведь правильно понимаю? Это когда рисунок двигается, как кино или мультик, только с помощью магии?

– Ага, – обрадовался Ярик.

– Во-о-от! Предлагаю сделать игру всем коллективом. Ярослав, как главный специалист по компьютерным играм, придумывает сценарий, я помогаю его визуализировать, а Злата показывает на примере одного из заданий механизм создания иллюзий. Как вам идея?

– Когда начнем? – деловым тоном спросила дракайна, а Ярик в предвкушении потер ладони – видать, уже начал сочинять сценарий.

– Как только найдем ватман и краски. Ну или карандаши, фломастеры, пастель, если есть.

– Найдем! – Брат перехватил инициативу у сестры. – На чердаке много всего есть. Некоторые коробки с художественными принадлежностями совсем новые, нераспакованные.

– Не любите рисовать? – Я загрустила, ибо сама когда-то очень любила это дело, но в последние годы времени на творчество, увы, не хватало.

– Да как-то… – замялись дети. – Не очень.

Эх, никто их не заразил любовью к краскам, кисточкам, холстам. Не ходил с ними на пленэр, не научил выражать эмоции через собственные картины. Что ж… значит, нам будет чем заняться в свободное время. Тем более сутками сидеть, уткнувшись в комп, вредно, а как еще отвлечь ребенка от виртуальной игры? Только другим, не менее интересным занятием!

– Давайте несите все ваши залежи, будем ваять домашнее задание! – улыбнулась я, ощущая внезапный прилив сил и вдохновения. Поспать не удалось, ну и фиг с ним. Зато есть шанс не только вспомнить старые добрые студенческие времена, но и еще немножечко сблизиться с детьми, научить их чему-то новому, а может, и самой от них чему-нибудь научиться.

Не знаю, сколько часов мы провели на полу в столовой, ползая втроем вокруг двух склеенных листов ватмана. Ан нет – впятером! Даже вшестером, учитывая облюбовавшего люстру Лема. Рыжик с Соней периодически приходили поглазеть, чем это таким интересным мы заняты. Слишком уж шумно обсуждали игру: смеялись, рисовали, раскрашивали… Перемазались в красках, как поросята, но работу все-таки доделали.

А потом я сидела по-турецки на ковре и, поглаживая мурчащего на коленях Рыжика, завороженно смотрела, как рождается волшебство: Злата наполняла нарисованный пруд искоркой жизни, поднимала его, делая объемным. Я видела, как в сине-зеленой воде кружат хороводом золотые рыбки, а одна из них, на радость моему котейке, то и дело выпрыгивает из воды, подмигивая игрокам.

Это все походило на мультик! Удивительно, нереально и очень увлекательно. Следующую иллюзию Ярик создавал сам, но под чутким руководством сестры. К ее чести, скажу, что Злата проявила несвойственное ее порывистой натуре терпение, помогая брату. Третью иллюзию мальчик сделал без подсказок, но под наши с дракайной одобрительные комментарии, и высокая башня, в которой по сценарию томилась прекрасная принцесса, получилась совершенно замечательная! Ну а на четвертом задании в дом вошла Регина Юрьевна под ручку с Алексеем Ибрагимовичем и в полнейшем офигении произнесла:

– А… что это вы такое делаете? Надеюсь, не карту лесных кладов рисуете?

– Бабушка! Деда! – радостно завопили близнецы, кинувшись к ним. Повиснув на обоих гостях, они наперебой начали рассказывать о новом школьном проекте, который будет круче, чем у Жучки (понятия не имею, кто это), а Васька от зависти дымком подавится (пожалуй, тут речь шла о ведьме с шоу из цветного тумана). Дети болтали без умолку, не давая родственникам вставить ни слова.

Я же, взглянув на висящий над дверью циферблат, встала с пола и принялась поправлять одежду. Шесть почти! Вот уж правду говорят – счастливые часов не замечают. Я не только не выспалась, но даже не помылась – более того, еще и перепачкалась, как… не знаю кто! А ведь скоро, наверное, уже в клуб идти. И как меня такую «красивую» Арсений туда поведет? В качестве клоуна, что ли?

Извинившись перед гостями, попросила детей отнести проект и краски в комнату Ярика, сама же отправилась в ванную. Пока умывалась, думала, как сквозь защиту смог просочиться деда Алекс, ведь Арсений говорил, что войти в дом сможет только его мама. Потом вспомнила, что ведьма держала супруга Агриппины под ручку, и решила, что это она его провела. Явился он за шарфиком, забытым ледяной леди после дня рождения внуков. Грымза порывалась приехать за ним сама, но муж ее отговорил, пообещав забрать оставленную вещь. Мудрый поступок: Гриппа бы в дом точно не прорвалась, что лишь добавило бы ей ненависти ко мне – кого-то же надо во всем винить.

И вот стояла я теперь в ванной, смывала краску с лица и размышляла над ситуацией. Не из-за проклятого ли шарфика блондинки ко мне ночью явился призрак ее покойной дочери? Точно в ответ на мои мысли в зеркальной дверце шкафчика я увидела знакомые прозрачные глаза Антонины. Испугаться не успела, потому что видение исчезло… вместе с рассыпавшимся мелким крошевом зеркалом.

Туманов не обманул – защита дома работала на все сто, уничтожая даже намек на враждебное вторжение. Только вот злобы в призрачных глазах, мелькнувших в отражении, я не углядела. Сейчас, при ярком свете и без ночного страха, мне показалось в них… что? Боль? Тоска? А может, все-таки равнодушие?

Ответа я не знала, но была решительно настроена его получить.

Вечером…

Я опять чувствовала себя Золушкой. Как тогда, семь лет назад. Правда, на сей раз подобные ассоциации вызывала не встреча со «сказочным принцем», а платье, которое после полуночи (или чуть позже) должно было превратиться в «тыкву». И хотя дракон, твердо решившись стать моим спонсором на этот вечер, пытался доказать, что и новый наряд с толикой магии, помогавшей ему идеально садиться по фигуре, и восхитительное ожерелье с серьгами теперь принадлежат мне, я уперлась рогом, заявив, что все верну после похода в клуб.

Туманову этот вариант не понравился, но я морально не готова была принимать такие дорогие подарки от малознакомого мужчины. Слишком уж они… обязывающие. Одно дело – нарядиться, чтобы утереть нос бывшему, Эвочке, Гриппе – всем, другое – позволить Арсению Романовичу меня купить красивыми шмотками и блестящими цацками. А потом что? Расчет потребует натурой? Нет уж, спасибо!

После непродолжительного и бесполезного спора дракон предложил считать его подарки рабочей формой и хранить их в шкафу на случай необходимости. Не дав мне выкатить в ответ кучу возражений, сероглазый «Дед Мороз» благополучно слинял под предлогом, что ему тоже еще надо успеть принять душ и переодеться, иначе мы опоздаем на концерт.

Нет, ну а кто в этом виноват-то? Сам затемно приехал! Пусть я и понимала, что причиной такой задержки были мои обновки, все равно мысленно ворчала, что, мол, никто его не просил делать из меня принцессу. Ай, да ладно… кого я обманываю? Было очень приятно, что Туманов не поленился после работы лично заехать в несколько магазинов, чтобы сделать мне сюрприз. Фей-крестный решил собрать Золушку на бал… Неудобно обижать его отказом. Да и кто в своем уме от таких сокровищ отказывается-то? Точно не я!

Дело было не в блеске рубинов и не в приятной на ощупь ткани длинного бордового платья с открытой спиной, которое сидело на мне настолько идеально, что я сама собой залюбовалась в зеркале, перенесенном в мою комнату на время сборов из свободной спальни. Просто мне, как и любой женщине, хотелось надеть вечером что-нибудь новое, чего еще никто не видел, особенно бывший. Маленькое черное платье было замечательным, но, увы, уже ношенным. Идти же на встречу с Владом и его невестой в украшениях, которые он дарил, – глупо и унизительно. Еще решит, что я мечтаю его вернуть! А мне оно надо?

Зато продефилировать мимо в новом роскошном наряде под ручку с шикарным кавалером – самое то для нашей миссии. Я хотела разозлить потенциальных злодеев, вызвав ревность, зависть и прочие негативные эмоции, которые сорвут «маски» и… либо разоблачат негодяев, либо вычеркнут их из списка подозреваемых. Да и самолюбие свое потешить мне хотелось не меньше. Так что отказываться от щедрых даров Туманова не стала, как не стала и забирать их насовсем. Форма так форма – хороший же компромисс. Если придется все-таки покинуть дом, оставлю купленные хозяином вещи в том самом шкафу, в который он велел их после прогулки повесить.

Кроме платья, Арсений привез мне очки. Не новые, а те, которые были с трещиной. В оптике ему заменили стекло – и теперь мои любимые окуляры были как новенькие. Правда, в клуб я их решила не надевать, так как предусмотрительный работодатель еще и линзы купил – на всякий случай, как он выразился. Единственное, что в моем вечернем туалете осталось старым, – это удобные черные туфли, навевавшие очередное сравнение с Золушкой. Еще белье было мое родное, но оно и понятно, ведь купи дракон мне новый бюстгальтер, я бы в лучшем случае не поняла его, в худшем – возмутилась. Не те у нас отношения! И теми им лучше не становиться во избежание проблем.

Поваляться в ванне мне так и не удалось, но контрастный душ я принять успела. Волосы высушила феном и распустила, почти не используя фиксаторы. Чистые, густые, волнистые… они неплохо смотрелись без всяких муссов с лаками. Заодно и голую спину прикрывали, делая эту деталь еще более пикантной. Ведь стоило мне качнуть головой, как под темным «покрывалом» мелькала светлая полоска кожи. В довершение образа я накрасила ярко глаза, используя черную подводку и тушь для ресниц, а также покрыла вишневым блеском губы, расставляя на лице нужные акценты. Судя по тому, как уставился на них муж Агриппины, с которым мы столкнулись на улице, задумка удалась.

Впрочем, все по порядку…

Собравшись на бал… то бишь на концерт, я прежде всего зашла к детям, чтобы заранее пожелать им спокойной ночи, попросить слушаться бабушку и не учить плавать летучего кота (последнее было шуткой, которую близнецы оценили), потом спустилась вниз и перекинулась парой слов с Ги, та оценивающе меня осмотрела, хмыкнула и принялась варить внукам какао, ничего по поводу моей внешности не сказав. Ну и ладно! Я сама знаю, что выгляжу на ура.

Решив в ожидании Туманова подышать немного свежим воздухом, я накинула на плечи куртку и вышла на крыльцо, где и обнаружила Алексея Ибрагимовича с сигаретой в зубах. Под мышкой у него был зажат шелковый шарфик, расписанный сине-зелеными павлиньими перьями. Именно за ним жаждала заехать Агриппина. Случись так, она бы в доме точно не задержалась, даже если бы ей удалось в него войти. Зато супруга ее Ги без чашки чая не отпустила. И, судя по моим стремительным сборам, занявшим от силы час-полтора, все это время ведьма с драконом чаевничали на кухне. Когда же деда Алекс собрался восвояси, мы с ним и столкнулись.

При детальном рассмотрении муж снежной леди оказался мужчиной лет сорока пяти на вид, импозантным и очень привлекательным. А еще обаятельным, красноречивым и подозрительно заинтересованным в моей скромной персоне. Взглянув на шарфик, я невольно сравнила его с павлином, распушившим хвост в попытке очаровать мимо проходящую самочку. Алекс сыпал комплиментами, ослепительно улыбался, даже ручку попробовал мне поцеловать, но я ловко увернулась.

– У меня чувство, что вы меня пытаетесь соблазнить, – сказала в шутку, на что он с фальшивой серьезностью спросил:

– Не получается, да? Жаль!

– Но вы ведь женаты!

– Когда это мешало? – усмехнулся Алекс. Он старался выглядеть беззаботным балагуром, но что-то промелькнуло в его темных глазах. Какая-то застарелая грусть с оттенком боли.

– Ну вот, а Злата рассказывала мне сказки про однолюбов-драконов, – нарочито громко вздохнула я.

– Это не сказки, Лика. – Алекс закурил очередную сигарету, поближе придвинув стоявшую на перилах пепельницу.

Услышав свое имя, я испытала странное чувство неправильности. После ритуала все домочадцы звали меня исключительно Лали, и я не только привыкла к этой вариации, но и полюбила ее. «Лика» сейчас казалась какой-то холодной, чужой… не моей. А ведь еще вчера я была именно Ликой, которая терпеть не могла сокращение «Милочка». Злата вычленила из двух имен, положенных в основу МилаЛики, самую сердцевину, взяв поровну и от мамы моей, и от бабушки. Наверное, именно поэтому мне так понравилось «Лали». А еще потому, что в устах одного дракона это имя звучало как музыка.

Тьфу! О чем я вообще думаю? Нашла время для глупостей!

– Не сказки, говорите? – Я прищурилась, рассматривая Алексея Ибрагимовича. Темноволосый, породистый, богатый. Зачем Гриппа на Арсения вешается при таком-то муже? Я бы объяснила это тем, что он жуткий бабник, но…

– Нет. Я и есть тот самый однолюб, – опроверг мою теорию мужчина.

– Но как же…

– А вот так! – Губы его кривила улыбка, глаза щурились, разглядывая меня с поистине мужским одобрением. Даже неловко как-то стало. – Я люблю свою жену, а она позволяет мне любить себя. Обычная ситуация и для людей, и для драконов.

– Но это же не мешает вам флиртовать со мной и другими? – Я не до конца понимала такую любовь… да что там – вообще не понимала!

– Почему нет? Я плачу Агриппине той же монетой, и от этого мне становится легче. Чуть-чуть. – Алекс задумчиво пускал кольца дыма, продолжая свои откровения, будто, кроме совершенно чужой меня, ему высказаться было некому.

– Но разве у оборотней не истинные пары? – спросила, раз уж пошла такая пьянка. – Мне казалось, что под однолюбами у драконов именно это и имеется в виду.

– Нет, Лика. Не это.

– А что тогда?

– Во-первых, истинные пары есть далеко не у всех оборотней. У вервульфов да, есть, а у тех же енотов черт ногу сломит в их амурах. – Мужчина чуть поморщился, явно не от большой любви к этим двуипостасным. Мне очень хотелось вернуть разговор в драконье русло, но перебивать было неудобно. – Так вот, о чем я… – сделав очередную затяжку, сказал он. – Ах да, истинные пары. Во-вторых, они возникают там, где доминирует звериная сущность. Не постоянно доминирует, конечно, – все оборотни как минимум наполовину люди, – но имеет большое влияние, например, в выборе партнера. То есть у истинных во главе угла не столько любовь, сколько животная страсть. Не эмоциональная привязка, а физическая. Оборотень, встретив свою истинную, сходит с ума от ее запаха, вида, чего-то еще. У него сносит крышу именно от этой особи, даже если раньше он состоял в отношениях с другой и, быть может, любил ее.

– Вот как… – вырвалось у меня. Звучало вовсе не так романтично, как в книжках описывают. – А драконы, значит, на вид и запах не падки? – Я все же вернулась к тем, кто был мне особенно интересен.

– Нет. У нас все как у людей. Почти так.

– Поясните.

– Мы встречаем человека, без разницы – драконьего он племени, людского или какого-то еще, влюбляемся, завязываем с ним отношения и в какой-то момент понимаем, что все – другой такой любви не будет, как не будет и другого такого человека. Похожее и у обычных людей случается, но не в таких масштабах, как у нас. Возникает стойкая эмоционально-магическая привязка, разрушить которую не способны никакие суррогаты, чары и походы к психологу. Увы, но в отличие от тех же волков наша вторая половинка со временем не начинает испытывать взаимные чувства, реагируя на магию истинных.

– То есть драконья любовь всегда неразделенная? – загрустила я. Тоже перспектива так себе. Какие-то эти оборотни несчастные все, даже жаль их.

– Вовсе нет! – обрадовал меня Алекс, затушив сигарету. – Все, как у людей, Лика, все, как у людей. Чьи-то чувства взаимны, чьи-то нет. Есть еще вариант, как у меня, с половинки на серединку. Я люблю Гриппу и живу с ней, получаю от нее то, что она может мне дать, но в то же время вынужден закрывать глаза на некоторые ее шалости, потому что понимаю – не я ее единственный. Увы, вариант «либо все, либо ничего» в нашем случае не действует.

– Понятно, – пробормотала я, не зная, сочувствовать ему или нет. Это ведь его выбор. – А если, к примеру, женщина, которую полюбил дракон, совсем-совсем его не воспринимает в качестве пары? Что тогда?

– Как – что? Хватать свою принцессу и тащить в логово! – рассмеялся мой неожиданный информатор. – Поверьте, Лика, – добавил он шепотом, – некоторые представители нашего вида именно так и поступают. Далеко не все такие понимающие, как Арс.

– Арс? – Вот сейчас мое любопытство разыгралось не на шутку.

– Арс, его отец, я – мы все по натуре однолюбы, но психологически ломать свою избранницу, принуждая силой к близости, не стали бы точно.

– Это достойно уважения! – с чувством проговорила я, испытав странное облегчение, а ведь речь шла вовсе не обо мне. – Но все же… как быть эмоционально привязанному дракону, если вожделенный объект терпеть его не может?

– Адекватные оборотни уезжают подальше и стараются свести к минимуму любые пересечения с возлюбленной или возлюбленным. Расстояние не то чтобы лечит, но дышать точно становится легче. И хотя новая любовь для такого дракона невозможна, он находит удовольствие в бизнесе, детях, еще в чем-то. А потребность в сексе прекрасно удовлетворяется кратковременными интрижками.

– Кратковременными, – эхом повторила я, вспомнив любовниц-однодневок, о которых упоминал Туманов. И как это понимать? Арсений в кого-то безответно влюблен? Или, видя пример отца и тестя, не хочет вляпываться в подобную историю и потому заранее никого к себе не подпускает?

– Кстати, Лика! Я так и не успел вчера вас толком поздравить! – внезапно воскликнул Алекс, схватив меня за руку. От неожиданности я вздрогнула и в растерянности уставилась на него.

– С чем?

– Ну, как же… Боги приняли вас в нашу семью.

– Боги?

– Да, ритуал вчерашний. Вашу кандидатуру одобрил золотой драконий свет. Вспомнили?

– Конечно. – Я попыталась высвободить пальцы из его ладоней, но выходило не очень. – А мог и не одобрить?

– Еще как мог! Даже родных отцов и матерей не всегда включают в световой круг, в вашем же случае всю семью окутало так, что глаза слепило.

– А что это значит, кстати? – спросила я, несмотря на то что мне в общих чертах уже объяснили про вторую маму.

– Что вы прекрасная женщина с чистейшими намерениями, способная достойным образом сопровождать близнецов по жизни, – серьезно сказал Алекс, глядя мне в глаза. – Злата – не по годам умная девочка. Она не только бабушкам насолила своим выбором провожатой, но и вас проверила. Что важно, потому что само желание моей внучки вас испытать говорит о ее симпатии к вам, Лика.

– Вот как… – Я задумалась и даже руку дергать перестала – мужчина сам ее отпустил, предварительно коснувшись губами запястья.

– Да, Лика, так, – широко улыбнулся он. – Добро пожаловать в семью.

– Спасибо, – прошептала я, испытывая некоторую неловкость. Но и приятно мне тоже было очень! Значит, близнецы теперь уверены, что у меня нет в отношении их никакой корысти, потому и на контакт идут без опасений… доверяют. Прекрасная же новость! Хорошо, что Злата так поступила. Еще лучше, что я тогда об этом не знала, а то бы слишком сильно нервничала, и каменный «детектор лжи» мог неправильно истолковать мое состояние.

Судя по ощущениям, скулы мои вспыхнули, чувство неловкости под пристальным взглядом дракона усилилось. Я опустила глаза и внезапно наткнулась на конец шарфика с павлиньими перьями, который Алекс засунул в карман пиджака. Хм… если этот предмет одежды был переносчиком заклинания, впустившего в наш дом призрака, может, есть смысл проверить версию? Не дав себе передумать, коснулась сине-зеленого шелка, понадеявшись на реакцию моей метки. Холодок по позвоночнику не побежал, никаких других ощущений тоже не возникло. Разве что сердце бешено застучало, выдавая мое волнение.

– Красивый, – сказала я, оправдывая свое поведение.

– Ручной работы вещичка, – похвастался дракон. – Сам для Гриппочки заказывал. Она такое любит.

– Ручной? – зацепилась за подходящее слово я. – Внучка ее тоже эксклюзивные вещи любит, – сказала, втайне надеясь, что и эту загадку словоохотливый деда Алекс раскроет. – Платье Златы… вы видели его вчера? Оно вышито мастером вручную. Очень красивое.

– Очень.

Брови мужчины дрогнули, сдвигаясь, а руки снова потянулись к сигаретам. Я, конечно, понимаю, что драконам дымить вроде как положено, но за здоровье конкретно этого стало страшновато. Третья по счету или, может, четвертая? Эдак он и всю пачку за раз приговорит.

– Вы ведь что-то знаете, я права? – задала мучивший меня вопрос. – Злата сильно расстраивается из-за отношения вашей супруги к ее любимому наряду, подаренному мамой. Возможно, если вы мне расскажете, что там за история, я смогу как-то сгладить ситуацию и примирить бабушку с внучкой.

Я замерла в ожидании. Сейчас мне очень сильно хотелось, чтобы Туманов переодевался как можно дольше, и даже угроза опоздать на концерт не пугала. Я хотела выяснить правду… хотела так сильно, что Алекс, выпустив сизую струйку дыма изо рта, нехотя заговорил:

– Это проклятое платье Гриппа с Тоней вместе забирать ездили. Жена помириться с дочкой хотела, полетела к ней на праздники…

Новая затяжка, взгляд в сторону мимо меня. Ему с трудом давались слова, а мне – терпеливое бездействие. Я старалась не только не шевелиться, но даже дышать через раз, ибо боялась спугнуть момент. Алекс и так много всего интересного рассказал, но именно платье, вернее, проблема, с ним связанная, казалась мне особенно важной. Дракон замолчал, терзая несчастную сигарету, – по лицу было видно: он мысленно сейчас далеко. Я тоже молчала, не зная, как его утешить, растормошить… да и надо ли вообще что-то говорить? Может, я и член семьи благодаря божественному одобрению, но далеко не ближний круг, чтобы лезть ему в душу. Он и так снабдил меня информацией для размышления на неделю вперед.

– Короче, не помирились они, – неожиданно заявил Алекс. Усмехнулся, как всегда, задорно, а глаза больные, грустные. Вот кому точно надо было память подправить после гибели Антонины. Хотя вряд ли бы помогло. Одно дело – детская психика, другое – взрослый чел… дракон. Такому печальные воспоминания, как и потерянные возможности, магическим вмешательством не купируешь. Хм, может, сказать ему о призраке? Ведь если дух Тони ищет поддержки, кому, как не родному отцу, ее оказывать?

Я уже была готова раскрыть перед Алексеем Ибрагимовичем все карты в благодарность за его искренность и дружелюбие, но в этот самый момент из дома вышел Туманов. Окинул странным взглядом нас обоих, молча кивнул бывшему тестю и, так же молча взяв меня за руку, потянул к припаркованному во дворе внедорожнику.

– Что-то не так? – насторожилась я.

– Все так, – успокоил Арсений, улыбнувшись краешком губ. – Просто… не очень-то доверяй Алексу. Он мужик, конечно, хороший, но, к сожалению, супруг грымзы, а муж да жена – одна сатана.