Глава 12

— А зачем вы сообщаете мне о вашем здоровье? — в мужском голосе уже гораздо меньше рычащих ноток и гораздо больше удивления.

— Ну… просто так…

— А что такое краснуха?

— Заболевание такое. Покрываешься красной сыпью, чешешься весь. Просто жуть. Вы не против, если я пойду? Спина мерзнет, — пячусь задом в сторону выхода.

— Против, — опять рычит чудище. Ну что за характер? Чуть что, сразу рычать?

— Э? Как бы… — на секунду даже теряюсь, что бы такое цензурное ему сказать, чтобы отпустил.

— Идите за мной, — и топает своими двухметровыми ногами в коридор.

Идите… ха! Я бегу на всех парах, и то с трудом поспеваю. Мы не возвращаемся той дорогой, которой я пришла, а обходим по кругу и ныряем на какую-то боковую лестницу. Деревянные ступени натужно скрипят под ногами, но раз чудище по ним поднялось, то и меня выдержат, поэтому я перепрыгиваю через одну, все еще пытаясь догнать хозяина замка.

И едва не врезаюсь в его мощную спину, когда он внезапно останавливается. Мы стоим перед дверью. Мне почему-то кажется, что мой новый начальник не решается взяться за ручку. Словно передумал сюда идти.

Но нет. Лапа с внушительными когтями аккуратно открывает дверь, и мы заходим в большую гостиную. Удивительное дело, но тут царит порядок, почти идеальный. Совсем немного пыли на мебели и все. Ни следов разрушения, ни обветшания. Комната явно принадлежала женщине, но я не решаюсь спросить, кому.

Судя по тому, как бережно открывает еще одну дверь хозяин замка, женщина, когда-то здесь проживавшая, была ему очень дорога. Я иду следом. На этот раз мы заходим в спальню. Отделка стен и мебели в бежевом и светло зеленом. Вряд ли комната принадлежала молоденькой девушке.

Хозяин замка открывает очередную дверь и это оказывается гардеробная. Мужчина поворачивается ко мне и говорит:

— Берите все, что вам понравится. Комната не закрывается, так что можете приходить в любое время, но запирайте дверь и окна, чтобы сюда не летела грязь. И… приберитесь здесь… когда будет возможность.

Сказал и ушел. Вот просто развернулся и в два шага выскочил за дверь, оставив меня одну. Так даже лучше, если честно. Чувствую себя неловко рядом с ним. Еще и это платье…

Подхожу поближе к нарядам, вывешенным в гардеробной. Ма-амочки! Вот это выбор! Тут даже обувь есть. И выясняется, что она мне подходит по размеру! Вот просто отлично! Совершенно без сожаления снимаю с себя носки и лапти, натягиваю на ножки приятные хлопковые гольфы и обуваю чудесные кожаные туфли со шнурками и с совсем маленьким каблучком.

Пританцовывая, разглядываю наряды. И прихожу к мнению, что большинство не подойдут обычной домоправительнице, к сожалению. Слишком много кружев, вышивки лентами, пышных юбок. К счастью, находится одно более скромное платье, которое я надеваю без нижней пышной юбки, корсета и кружевного воротничка. Удовлетворенно разглядываю себя в зеркало, когда внезапно, просто рядом со мной выскакивает мышь!

Приличных таких размеров. Откормленная. Это получается настолько неожиданно, что я едва сдерживаюсь, чтобы не закричать, хватаю такую длинную палку, которой двигают тяжелые портьеры и пытаюсь прибить грызуна. Один удар — мимо, мышь суетливо бегает туда-сюда, не давая возможности просчитать траекторию ее движений. Второй удар. Снова мимо!

— Да постой ты уже! Что тебе, трудно?! — Не выдерживая, кричу на грызуна.

— Трудно! — внезапно отзывается мышь.

И теперь мне уже не удается сдержать вопль.

— Ма-а-а-атерь божья!!

— Простите, — говорю через секунду, — это я немного разнервничалась.

— Я вас понимаю, — отзывается мышь, держась лапками за грудь с левой стороны и учащенно дыша.

— Извините… еще раз, — ставлю палку в угол. — Просто все так неожиданно получилось.

— Понимаю. Это вы простите. Я хотела аккуратненько как-то подойти, но не вышло. Познакомиться, так сказать, хотела.

— О! Меня Алев зовут, я тут на должности домоправительницы. Недавно. Сутки всего.

— Очень рада. А я — Гертруда, но вы можете просто — Герти называть.

— Приятно познакомиться, Герти, — вежливо улыбаясь и на минутку представляя, как это все выглядит со стороны.

Странно даже не то, что девушка разговаривает с мышью, необычно, что грызун отвечает. Хотя… может, в этом мире подобное — вариант нормы? Вон коты говорящие уже есть, и волки. Но если честно, я все больше чувствую себя Алисой в Стране чудес. Интересно, а НЕ говорящие животные тут обитают?

— Я обратила внимание, что у вас возникла сложность с выбором подходящей одежды, — продолжает светскую беседу мышь.

— Да, но я уже нашла одно платье, пока хватит.

— Если что, вон в том, левом дальнем углу висят домашние платья королевы. Думаю, они подойдут вам больше.

— Королевы? Это апартаменты матери Его Высочества? — спрашиваю, но ответ уже и так знаю.

— Да, ее, — подтверждает мышка.

— Тут так чисто. Принц сам убирает?

— Разве это пристало особе королевской крови? — удивляется грызун. — Нет, конечно. Я тут сама потихоньку прибираюсь.

При попытке представить мышь с пипидастром или веником, мой мозг выдает «ошибка 404».

— Надо же, какой вы полезный в хозяйстве зверь, — говорю задумчиво.

— Благодарю, — застенчиво отвечает грызун.

— Ну что ж, была рада познакомится, Герти. Вы если что, забегайте на кухню, угощу вас чем-нибудь вкусненьким.

— А что, в кладовке появилось что-то новенькое? — с особым интересом спрашивает мышка, глядя на меня глазками-бусинками.

— Увы нет, не появилось. А должно? — Спрашиваю у нее с не меньшим любопытством.

— Мы все надеемся, что да, должно, — отвечает Герти, печально повесив усики.

— Мне жаль, что ваши надежды не оправдались, — говорю.

— Возможно, еще рано жалеть, — тут же отвечает мышка. — Всему свое время. Вы ведь не случайно тут оказались. Первая девушка с континента за столько лет. Да еще и принцесса. Думаю, это неспроста.

— Правда? Это почему же? — неужели мне наконец-то попался хоть кто-то, кто даст ответы.

— Потому что так было предрешено. Ой, — мышка испуганно таращит на меня черные глазки. — Рада была познакомиться.

Ра-а-аз, и сбежала в норку. Я даже попрощаться не успеваю.

Итак, что мы имеем? Есть проклятие, которое довлеет над принцем уже много лет. И как с любым проклятием, должно быть условие, как его снять. Видимо, связанное с девушкой из рода той самой, обманутой королевы. А продукты в кладовке как-то должны сигнализировать местному зверью, что я являюсь «нужной» девушкой. Проблема только в том, что я не принадлежу роду той королевы. Я просто посторонняя женщина, случайно попавшая в тело принцессы. Самозванка.

Задумчиво возвращаюсь на кухню. К счастью, тут никого нет, поэтому я неспеша приступаю к готовке. Никогда не любила, чтобы кто-то мешался под руками в то время, как я колдую над блюдами. Ставлю вариться уху из рыбьих голов, ибо нечего разбазаривать продукты, а тушки нарезаю на кусочки и жарю в кляре из яйца и муки.

К остатку вчерашнего риса добавляю пожаренные лук и морковку, немного томата и все это слегка тушу на сковороде. А как иначе? Принес ведь рис и горох, не будет же ждать гречаники и солянку?

— М-м-м, рыбка пахнет, — заходит на кухню Алиска, плотоядно облизываясь. — Нам три кусочка.

— Я помню, — отвечаю ей, раздумывая, что готовить на вечер. Гороховое пюре? Как-то… не очень хочется. Слабо представляю, что с ним можно сделать, чтобы оно было вкусным. Овощей бы для салата…

Чуть позже чудище приходит на обед, собрав еду на поднос и сдержанно меня поблагодарив, возвращается к себе. Не хочет есть у меня на глазах. Отлично его понимаю, я бы тоже не хотела. Звери с особым удовольствием лакомятся рыбкой. Даже мышь, немного помявшись на входе в кухню, все-таки решается заглянуть, за что получает свою порцию лакомства и неожиданно теплый кошачий прием.

— Гертруда! — восклицает Алиска, когда мышка показывает свою любопытную мордашку. — Ах ты старая мозгоклюйка! Я думала тебя уже и в живых нету.

— Алиса, ты как обычно, совсем не следишь за своим языком. А тут, между прочим, дети, — поучительно высказывается мышь. — Думала, годы тебя научат, но вот смотрю, что нет, вся учеба мимо.

— Я просто уже ученая, — фыркает кошка с довольной мордой. — Но вообще, рада тебя видеть в добром здравии и не впавшей в маразм.

— Я тоже рада вам всем, — мышь бросает на меня быстрый взгляд, я делаю вид, словно не заметила. — И рада, что мы снова в сборе. Если боги дадут…

— Боги не причем, — перебивает в своей излюбленной манере Алиска. — Но вообще, надежда на благоприятный исход есть всегда.

Это они типа так шифруются. Думают, я ничего не пойму. Кошка, видимо, тоже считает, что я не зря тут появилась. Знать бы еще конкретно, чего именно от меня ждут. Надеюсь, не снятия проклятия с острова? Жизнь меня к такому не готовила. Утку запечь могу, проклятие снять — нет. Ладно, пока наблюдаем, дальше — будет видно.

На ужин у нас снова запеченный кролик и корни рогоза. Не захотела я плов делать, решила на завтра перенести. Приготовлю суп гороховый и плов все с тем же кроликом. Думаю, чудище не будет против мяса дважды в день.

День выдался спокойный, волчонок все еще спал, но выглядел уже так, словно и не было никаких ран. Порадовавшись за него, решаю выйти перед сном немного погулять по острову. Понятное дело, далеко уходить не буду, но и подышать свежим воздухом хочется, а то все в делах, заботах. За три прошедшие дня не было ни минуты спокойной, чтобы сесть, подумать, проанализировать этот мир и мое к нему отношение. Все как-то второпях и на бегу.

Иду длинным коридором первого этажа. Ловлю себя на мысли, что тут что-то изменилось, но не могу понять что. Вроде бы то же самое… или мне кажется?? Боже, хоть бы у меня в голове не помутилось ото всех этих событий.

Вот в таких не очень веселых мыслях, я прохожу через выход для слуг и иду в парк. Вернее туда, что когда-то было парком, а сейчас стало непролазной чащей деревьев и нестриженных кустов. Выискивая тропинки, совершенно неожиданно для себя выхожу к обрыву, едва не свалившись вниз. Осмотревшись, нахожу полуразрушенную лестницу и спускаюсь по ней к самой кромке моря. Усаживаюсь на поваленном дереве и наблюдаю, как солнце медленно и величественно опускается в воду, окрашивая все вокруг в красновато-оранжевый и гротескно малиновый цвет.

Красиво. И грустно. Внезапно наваливается апатия, глаза наливаются слезами. Поэтому я не сразу замечаю, что рядом со мной шевелятся кусты и на берег выходит… мужчина.

Я наклоняюсь, подобрав круглую, крупную гальку, задумавшись о том, чтобы немного себя отвлечь, вспомнив детскую забаву «Запускание блинчиков». И тут сбоку от меня раздается:

— Вы что тут делаете?!

Взвизгнув от неожиданности, я решаю, что на меня напали и делаю то единственное, что можно в данной ситуации: защищаюсь. А именно, вскидываю руку и запускаю подобранную крупную гальку… нет не в море, а прямо в лоб неожиданно появившемуся мужчине. Ибо нечего так пугать порядочных домоправительниц! И кстати, блинчик запустился, что надо!