Глава 15

Я не знаю, что произошло дальше. Мое сознание просто заволокло каким-то туманом, и я, вместо того, чтобы всячески бороться за свою жизнь, совершенно глупо отрубилась.

Прихожу в себя мгновенно. Вздрагиваю всем телом в испуге, что пока была без сознания, нырнула в жижу и утонула. Сажусь, прерывисто дышу, не понимая где я.

И только спустя несколько долгих секунд первоначальная паника отступает, я могу дышать спокойнее и мыслить рациональнее. Дрожащими руками поправляю сползающее одеяло. Одновременно отмечая, что нахожусь в кровати, без одежды, чистая. И, судя по признакам запустения в спальне, это замок, второй этаж. Неужели принц…

Додумать не успеваю, открывается дверь и в комнату заходит чудище, держа в огромных когтистых лапах перед собой поднос с тарелками и чашками. Резко останавливается, глядя на меня. Я смущенно укладываюсь на спину и натягиваю одеяло до подбородка.

— Вы очнулись. Это хорошо. Мы все уже начали волноваться, — говорит, стараясь смягчить свой рычащий голос.

— Как я тут оказалась? И почему… без одежды?

— Я вас вытянул из болота. Было очень нелегко, чуть не опоздал. Ваша одежда, волосы и кожа — все было в болотных массах. Пришлось вас выкупать и уложить спать. Одежду я принес. Она на стуле. Но не думаю, что вам стоит еще вставать. Вы… мне кажется, вы не дышали какое-то время.

В наступившей тишине моя попытка сглотнуть пересохшим горлом звучит особенно громко.

— Вот, — передо мной тут же появляется рука-лапа с чашкой чего-то душистого. — Алиса сказала, что этот настой вам поможет быстрее прийти в себя.

— Мне…э… немного неудобно, — пытаюсь объяснить, что я вообще-то голая и чаёвничать с посторонним принцем не особо настроенная.

— Сейчас, — все равно сует мне в руки чашку, вынуждая привстать.

Тут же мне на плечи набрасывает теплый халат и, забрав посуду, отворачивается. Поняв без слов, что нужно делать, просовываю руки в рукава, застегиваю пуговички. Да, так чувствую себя значительно лучше.

— Благодарю вас, — говорю и снова беру чашку, в этот раз отпивая глоток. — Ммм, очень вкусно.

Принц ставит на стол поднос, берет себе чашку и усаживается в большое кресло возле кровати. Мне неловко из-за того, что я не вижу его лица, угадываю только блеск глаз под капюшоном.

— Вам не за что меня благодарить. Я, в какой-то мере, сам послужил причиной того, что с вами случилось, — звучит глухо и как-то… виновато.

Это он так извиняется? Я даже забываю закрыть рот от удивления.

— Эм… вообще-то, я тоже была неправа. Нарушила ваш запрет, но прежде, чем вы опять станете сердиться, позвольте объяснить. Мы немного повздорили с Алисой, и я была уверена, что видела ее рыжий хвост, мелькнувший в коридоре третьего этажа. Понимаю, это слабое оправдание…

— Ну почему же? Это как раз многое объясняет, — кивает принц. — Давайте на этом и закончим взаимные извинения, если вы не против?

— Не против, — отвечаю с облегчением.

Наступает какая-то странная, уютная тишина. Обычно с незнакомыми людьми так не бывает. Всегда чувствуется напряженная нотка. А тут… неожиданно. Может, это потому, что он уже видел меня голой и мне больше нечего стесняться? Смешно. И успокаивает. Совершенно расслабленно допиваю остатки чая-настоя.

— Вам нужно поесть, — тут же отзывается принц, аккуратно забирая из моих пальцев чашку и подавая мне глубокую тарелку с супом.

Учитывая, что руки есть только у меня, а их подобие — у сидящего рядом высочества, то…

— Вы сами приготовили мне суп? — спрашиваю.

— Ну вам же нужно было поесть, — пожимает плечами, вроде ему все равно, но я почему-то чувствую, что ему немного неудобно, словно смущается, поэтому не развиваю эту тему дальше. В конце концов, мирная беседа между нами сейчас стоит того, чтобы не лезть на рожон с дурацкими вопросами.

— Спасибо, — говорю, понимая, что могу смутить его еще больше, но и промолчать, словно тот факт, что он для меня готовил — само собой разумеющееся явление, не достойно.

— Пустое, — отмахивается.

И, удивительное дело, мне почему-то кажется, что он прячет улыбку.

Быстро доедаю суп. Вкусный, прозрачный бульон, мелкие кусочки мяса, немного зелени. Не хуже, чем я готовлю, кстати. Принц поднимается ко мне, чтобы забрать тарелку и я обращаю внимание, что он хромает и вообще, двигается как-то скованно.

— Что с вами? — спрашиваю тревожно.

— Все в порядке, — отвечает.

Но я уже обшариваю глазами его фигуру и замечаю повязку на ноге. Красную повязку! С которой на пол капает кровь!

— Ричард! У вас рана! — Я откидываю одеяло, чтобы подойти к чудищу.

И тут он как-то скованно поворачивается, роняет тарелку и… падает! Падает, ёлки!! Единственное, что я успеваю — это подхватить его голову уже возле самого пола.

Растеряно смотрю на свои руки. Что делать-то?

— Алиска?! — зову громко, очень надеясь, что кошка меня услышит.

Но в ответ — молчание. Как обычно. Как надо поесть — так куча народу, а как помочь — так никого! Беру с кровати подушку, подкладываю под голову чудищу, с натугой переворачиваю его на спину. Капюшон чуть сдвигается, но в этот раз я не хочу любопытствовать. Каждый имеет право на тайну. Поправляю капюшон и ощупываю принца на предмет повреждений.

Кроме повязки на ноге нахожу еще одну на животе. Схватив нож, который был засунут у принца за голенище сапог, быстро срезаю обе повязки. Маа-а-терь божья! Это похоже на ожоги. Кровь и сукровица продолжают сочиться, рана воспаленная, красная. Что же это…

— В том болоте есть особый вид микроводорослей. Тебе от них ничего не будет, а вот Его Высочеству, как видишь…

— О, явилась. А я думала, что как обычно, прикинешься глухой.

— Мне уйти? — кошка усаживается на пороге.

— Нет, лучше подскажи, что нужно делать?

— Все как обычно, — хмыкает Алиска. — Промой раны, накрой чистой повязкой и спой колыбельную. Уверена, принцу будет этого достаточно.

Набрав в миску воды, промываю рану, стараясь действовать аккуратно и не причинять лишнюю боль. Выглядит ужасно.

— А что это за водоросли такие? Которые мне не вредят, а принца так обожгли?

— Обычные водоросли, — фыркает кошка. — Просто у Его Высочества на них аллергия с детства. Которая проявляется вот такими ожогами.

— И… он знает об этом? Ну… что у него такая странная аллергия?

— Знает.

— Получается, он предполагал, что сильно обожжется, но все равно полез меня спасать. Еще и лег всем телом на ту водоросль. Больно, наверное, было. Зачем он так??

— Нужно было тебя оставить? Дать утонуть? — ехидно интересуется Алиска.

— Пожалуй нет, не нужно было. Но… просто не всякий согласится вот так…да еще и ради постороннего человека.

— А с чего ты взяла, что ты посторонняя? — задает странный вопрос кошка.

— Я даже хуже, чем посторонняя. Я — прислуга.

— А еще ты — красивая девушка, — хихикает Алиска.

— Ты хочешь сказать… — бросаю удивленный взгляд на закрытое капюшоном лицо принца.

— Его Высочеству не чуждо ничто человеческое. Он давно живет на этом острове и банально одичал без женского внимания и заботы. Я уже помолчу, что тут творилось первое время, когда только умерла королева.

— Отчего же помолчу? Начала, так продолжай, — заканчиваю с обмыванием ран, накрываю их чистыми слоями ткани.

— Какая-то ведьма пустила слух, что если женщина не может долго забеременеть, то ей нужно приплыть сюда и… как бы так помягче сказать… поцеловать чудовище.

— Ка-а-апец, — вылупляюсь на Алиску. — Скажи, что ты шутишь.

— Увы, нет.

— И хранители пускали этих ненормальных?

— Пускали. До поры до времени. Пока одна ненормальная не попыталась порезать принца, когда он ей отказал. С тех пор преграду перед островом не мог переплыть никто, только если что-то пообещает, и хранители примут его дар.

— Так а зачем они пускали сюда этих женщин? — спрашиваю в полнейшем непонимании.

— Возможно, думали, что-то получится… у принца и одной из приплывших.

— Возможно…

Остановившимся взглядом смотрю на лежащего мужчину. Интересно, когда он меня увидел в той самой, незабываемой позе, с кружевными панталонами наголо, тоже решил, что я приехала за поцелуями? Скорее всего, да. Тогда становится понятен тот негостеприимный прием. Я бы тоже послала далеко и надолго, если бы ко мне кто-то приперся с насильными поцелуями. Сколько же принцу нервов и крови попили эти барышни вместе с хранителями... Бедненький…

— Так что, говоришь усыпить? — уточняю у Алиски.

— Ну да… раз твоя магия так работает.

— Ладно. Ты тогда иди на кухню. Я подойду к вам, чуть позже.

Мне ужасно не хочется, чтобы кошка слушала мою колыбельную, или как-то комментировала выбор песни. К счастью, рыжая вредина не спорит, махнув хвостом за секунду покидает спальню, оставив нас вдвоем.

Поправляю подушку под головой у принца, накрываю его пледом. Понятно, что он в шерсти, но мало ли, вдруг, замерзнет на ковре лежать. Кто знает, сколько ему понадобится, чтобы полностью излечиться?

Присаживаюсь рядом с мужчиной. Задумываюсь, какую же колыбельную ему спеть. И как-то само собой вспоминается:

«Метель-завируха закружит-завьюжит,

Развесит на ветках листочки из кружев,

Пушистую шапку наденет земля.

Ложись, медвежонок, усни до утра.

Усни, милый мишка, ложись на бочок.

В дупле спит бельчонок, на ветке жучок…

Во сне пролетит незаметно зима-а-а —

И солнце вернётся, наступит весна-а-а!

Распустятся листья, ручей зазвенит

И будет тепло — а сейчас... мишка... спи-и-ит.»

Поправив плед, тихонько выхожу из спальни, прикрыв за собой дверь. Только теперь обращаю внимание, что за окном сереет. Интересно, сколько я была без сознания? Несколько часов? Или сутки?

Захожу на кухню. Все звери тут, включая проснувшегося волчонка. Он застенчиво подходит ко мне и утыкается мордашкой в ладонь. Улыбнувшись, поглаживаю его за ушком.

— Я рада, что ты в порядке, — говорю ему шепотом.

— Мы вам так признательны, — всхлипывает волчица, свесив уши и глядя на меня влажными глазами.

— Не стоит. Я рада, что смогла помочь.

— Принц отдыхает? — спрашивает Алиска, сидя с гордым видом на стуле.

— Да. Надеюсь, в ближайшее время он будет в порядке.

— Будет. Куда денется? А вот ты выглядишь неважно. Садись, поешь чего-нибудь получше бульона.

— А что у вас есть? — спрашиваю с интересом.

— Слегка слипшийся рис есть и отварная зайчатинка. Тесто пришлось выкинуть. Никто из нас не сподобился лепить пирожки.

— Ну что же вы так? У нас продуктов и так немного, а вы еще и разбрасываетесь, — говорю с укоризной.

— У нас лапки, Алев, — сообщает мне кошка, демонстративно выпячивая выше названные конечности. — Как прикажешь ними пирожки лепить? Шерстяные получатся.

— Ох, ладно уж…

Беру себе немного риса и мяса, неохотно ем, умом понимая, что надо подкрепиться, а то немного штормит от слабости. Все зверье разбегается кто-куда. Остается только жаб, как обычно меланхолично храпящий в миске, и Алиса.

— А зачем ты побежала на третий этаж? Подставила меня знатно, знаешь ли, — говорю ей, поужинав и моя посуду.

— Что? Какой третий этаж? Я что, похожа на полную идиотку?

Непонимающе на нее смотрю.

— Тогда чей хвост я видела?

— Ты у МЕНЯ спрашиваешь? Меня там не было, — отвечает в своей обычной манере.

— А теоретически? Кто это мог быть?

— Ну если теоретически, — кошка хитро щурится, — это мог быть замок.

— ЧТО??

— Ну вот чего ты так удивляешься? Первый раз слышишь, что вокруг тебя магия? Тут всё живое и всё мечтает о том дне, когда падет проклятие. Так что…

— Я в шоке. Дай мне немного прийти в себя, — смотрю круглыми глазами в одну точку. — Ладно. Допустим, но только допустим, это был замок… зачем ему это?

— Здрасьте-пожалуйста, — ехидничает Алиска, — я уже сказала зачем. Чтобы быстрее спало проклятие.

— Оно спадет, когда принц порвет на мелкие кусочки нарушительницу правил в моем бледном лице?

— Давай сменим тему?

— Нет уж, я хочу знать…

— Я не могу тебе этого сказать, — перебивает Алиска. — Все должно произойти само. Мы можем немного подтолкнуть, но содействовать и подсказывать не можем.

— Ну надо же, — замечаю с сарказмом, — это самое внятное объяснение из твоих уст за все время.

— Язва, — хмыкает кошка.

— Учусь у лучших, — возвращаю ей комплимент. — И, кстати, хочу извиниться за тот наш разговор с Арчибальдом…

— Это неважно.

— Важно. Мы тебя обидели, хоть и невольно.

— А ведь он ко мне сватался, — заявляет кошка, довольно вылизывая лапку.

— Кто??

— Зеленый засранец этот. Завидный холостяк, блин.

— Арчи? Наш Арчи?

— Ваш Арчи, угу — кивает головой Алиса. — Чрез год после того, как я овдовела. Пришел, что-то там мямлил. По итогу предложил пожениться.

— А ты что?

— А что я? Посмеялась и отправила его восвояси.

— Почему? Он тебе не нравился? Совсем?

— Ты же его видела. Кому он может понравиться? — хмыкает кошка и, спрыгнув со стула, покидает кухню.

И только по внезапной тишине в комнате я понимаю, что кое-кто уже давно не спит.

— Ты все слышал, да? — спрашиваю у незадачливого жениха.