Глава 22

Ярослав

Жму на педаль, и учебный автомобиль тормозит возле кованых ворот. Скоро вот также буду подъезжать на своей тачке. Уверен, что на совершеннолетие отец подарит крутую модель, такую как у Кира.

— Отлично, Ярослав. Думаю, ты готов к завтрашнему экзамену, — одобрительно кивает инструктор.

Да я и не сомневаюсь. Водить давно умею, но родители настояли, чтобы прошёл полный курс в школе вождения, прежде чем получить удостоверение. Но, говоря откровенно, ничему новому я там не научился. Всё уже знал от старшего брата, с которым постоянно катаюсь уже два года.

Вообще не волнуюсь по поводу завтрашнего экзамена. Даже не сомневаюсь, что сдам. Теория от зубов отскакивает, и с практикой всё отлично. Так что скоро самостоятельно сяду за руль. При условии, что подарят тачку, разумеется.

Восемнадцать мне будет уже в воскресенье. Жду, короче.

Прощаюсь с инструктором и шагаю к главному входу по выложенной брусчаткой дорожке. Вокруг тишина и идеальная чистота. Так же как и в доме. У нас всегда тихо и чисто. Отец ненавидит шум, а мать — беспорядок. И они готовы платить хорошие деньги, чтобы им обеспечили отсутствие и того и другого.

Родаков нет. Они редко приезжают раньше десяти вечера. Если надо поговорить, то единственный вариант — ехать сразу в офис. Но мне не нужно. Во всяком случае, не с ними.

Вхожу в дом, поднимаюсь на второй этаж по безупречно отполированной лестнице и толкаю дверь в комнату брата.

Кирилл развалился в компьютерном кресле, на голове — наушники, на мониторе компа какая-то стрелялка, рядом лежит включённый телефон с бубнящим видосом.

— Кир? — зову брата, плюхаясь на его кровать.

— Чего тебе?

Стаскивает с одного уха наушник, при этом не глядя на меня, продолжает что-то усиленно бомбить, так что звуки взрывов доносятся даже до моего места.

— Поговорить надо.

— Срочно?

— Ну нет... — пожимаю плечами, поднимаюсь с кровати и направляюсь к выходу.

Понимаю, если уйду, то второй раз уже не решусь просить совета у брата. Я и так едва собрался духом. Это ведь как расписаться в собственной несостоятельности.

— Яр, погоди, — Кирилл, откладывает наушники и закрывает вкладку с игрой.

Торможу. Топчусь на месте, давя желание убраться к себе в комнату и сделать вид, что ничего не беспокоит. Но Кирилл уже не отстанет, потащится следом и дожмёт. С детства так повелось, выслушать и поддержать в нашей семье может только он. Ну а ему помогаю чем могу, конечно. Ведь советчик из меня, прямо скажем, фиговый.

— Выкладывай, что там у тебя, — брат разворачивается на стуле, чтобы смотреть прямо на меня.

Возвращаюсь. Вновь опускаюсь на кровать, но беззаботно развалиться уже не получается. Тело деревенеет от внезапно нахлынувшего нервяка.

«Эй, ты чего? Это же Кир, он поможет», — сам себя уговариваю, но блин, выходит не слишком убедительно.

Брат замечает, походу, мою нервозность, прищуривает глаза, смотрит пристально, распознать пытается, с чем я к нему явился.

— Из-за экзамена стресуешь? Хочешь, выедем за город, покатаешься? — выдаёт предположение.

Отрицательно мотаю головой. Набираю в грудь воздуха, чувствую, как лицо покрывается красными пятнами.

— Девчонка? — лицо Кира принимает понимающее выражение.

— Да. Короче, она меня ненавидит! — вываливаю сразу, чтобы не передумать.

— О как! — брат склоняет набок голову.

Не спуская с меня глаз, взглядом до самого нутра проникает. Выдерживает паузу, прощупывает, как рентгеном. И выводы какие-то делает. Ещё бы, он один знает меня как облупленного!

В какой-то миг жалею, что припёрся. Про Лизу я никому и ничего не говорил. Но блин, просто задолбался уже держать всё в себе. К тому же у Кирилла с девчонками полный порядок, ни одна перед ним ещё не смогла устоять. Может, чего посоветует.

— Ненавидит, говоришь? А что же ты такого сделал? Не с пустого же места? — спрашивает брат.

Пожимаю плечами. Расписаться с собственной трусости вкупе с пустоголовостью? Нет уж, увольте! Тем более перед Киром.

— Мы в школе не очень ладили. А теперь в универе вместе учимся, ну и я хотел... Короче... А она ни в какую. Бегает от меня.

— Ну так и пусть бегает. В чём проблема-то?

— В смысле? — бросаю взгляд исподлобья.

— Да в прямом! У меня почему с девчонками всё ок? Потому что я выбираю отзывчивых. Тех, кто точно западёт. У них там всё абсолютно одинаковое, если чё. Уж поверь. Так на фига лишние телодвижения ради какой-нибудь недотроги?

— Да ты не понимаешь! — взвиваюсь над кроватью и тут же плюхаюсь обратно.

Одинаковое! Да при чём здесь это-то сейчас? Мне Лизка нужна не для того. Просто, блин... сам не знаю для чего, почему и зачем! Но я отчаянно в ней нуждаюсь. В ней одной.

— А чего же тут непонятного? Не загоняй себя, вокруг посмотри, и будет тебе счастье.

От возмущения не сразу нахожу что ответить, челюсти сжимаются и каменеют, приходится приложить усилие, чтобы расслаблять. Советчик, блин! А то я сам до этого не додумался!

— Поздняк метаться.

— Так серьёзно?

Вздыхаю и опускаю голову.

— Э, Яр, ну ты чего? — Кирилл перескакивает с кресла на кровать рядом со мной и слегка бьёт кулаком в плечо. — Мелкий, ты это брось!

Делает выпад и обвивает рукой за шею, согнув руку в локте. А второй принимается ворошить мне волосы, поднимая их дыбом.

— Отвали! — с силой отпихиваю брата.

— Ах ты так! Быкуешь? Ну давай нападай! — Кир продолжает дурковать.

Лупит меня ребром ладони в грудь и сразу же выставляет согнутые руки перед собой, делает вид, что принял боевую стойку. Пытается заставить меня с ним бороться. Он всегда так делает, с самого детства, если хочет развеселить. Или заставить перебеситься.

— Отвяжись, — сказал! Не до того сейчас! — выпаливаю, ещё ниже опускаю голову.

Да она сама походу, клонится, будто тяжесть какая-то на шею давит. Засовываю пятерню в волосы и сдавливаю их в районе затылка. Молчу, уставившись в одну точку на полу.

— Именно эту нужно? Ну, девушку? — Кирилл опускает руки и устраивается на кровати, развалившись и подоткнув под спину подушку.

— Угу...

— Ну есть способ. Надёжный.

— Это какой?

Вскидываю глаза, внимательно изучая лицо брата, проверяю: не прикалывается? Вроде нет, но выдерживает многозначительную паузу.

— Не томи. Что за способ?

— Игнор.

Хмурю брови и недоверчиво фыркаю.

— Гонишь!

— Чё сразу гонишь? Мой совет — возьми паузу. Строит недоступную и выпендривается? Не хочет? Ну ок. Просто отстань без объяснений. Тупо не интересует больше. Они живо это отмечают, и такой поворот им совсем не нравится. Сами бегать начинают.

— Ага, отличный совет, — закатываю глаза и кривлю рот в недовольной гримасе. — Лизка вздохнёт с облегчением, что я отвалил! И с другим встречаться начнёт! — вываливаю свой главный страх, понимаю, что сдаю себя с потрохами, но по фигу уже.

Кир выпрямляется, на лице мелькает обеспокоенное выражение.

— Ты встрял, что ли? Прямо конкретно? Да, мелкий? Влюбился?

Набираю в грудь воздуха, будто готовлюсь ответить, но вместо этого с шумом выдыхаю. Потому что давит изнутри, кромсает тупыми ножами. Сглатываю, ещё и ещё раз. Во рту пересохло, язык наждаком ощущается. Свет в комнате вдруг становится слишком ярким, глаза режет. Зажмуриваюсь до чёрных точек и вновь распахиваю глаза. Кир ждёт. Смотрит с явной тревогой.

— Яр?

— Не знаю. Наверное...