Глава 9

Гордо велеть слуге подогнать многоножку было намного легче, чем понять, куда отправляться, где можно безопасно переночевать, как купить подходящий дом, но оставаться в семейном гнезде было страшновато. Возможно, Злате не хватило хитрости, чтобы задержаться и выторговать себе побольше благ, а может, внутреннее неприятие всей ситуации верно вывело её из лона этой семьи, ведь всё могло закончиться бедой. Понятие «благородство» и звание «благородный лэр» оказались до обидного разными.

Немедля посадив детей в экипаж, Злата направилась по адресу, где у Талейты хранились собственные сбережения. Там она надеялась получить совет насчёт покупки дома или узнать о приличной гостинице, а ещё аккуратно выведать адреса всех надёжных банков. Из предосторожности она хотела бы разделить деньги, которые получит по чеку, и хранить их в разных местах, если, конечно, что-то существенное останется после приобретения недвижимости.

Но, как говорится, человек предполагает, а Бог располагает. Прибыв туда, где лэра Талейта хранила деньги, Злата отбросив свои планы, срочно забрала оттуда все накопления. Ей удалось надавить авторитетом и выбраться из сомнительной конторы без потерь, а вот если бы она поехала туда позже, когда распространился бы слух, что за ней уже не стоит семья, то вряд ли она что-то вернула бы себе.

Забравшись в многоножку и прижимая к себе не детей, а сумку с деньгами, Злата беспомощно оглянулась на покинутое красивое заведение новенького банка. Год работы, двадцать процентов годовых, и лебезящие сотрудники могли привлечь только такую неискушённую в делах, но жадноватую девушку, как молодая лэра.

Невольно думалось, как она там сейчас, на Земле? Смелая и резкая, но всю жизнь прожившая сначала за спиной отца, потом за генералом. Её ожидают потери и разочарования, сможет ли она справиться с этим? А Злате пришлось ехать в банк, в котором хранил деньги лэр Эйш.

Она вместе с детьми прошла в огромное здание, оставив многоножку под присмотром ловкого мальчишки, и немного поплутав, они поднялись на красивом лифте на третий этаж. Первые два принадлежали магазинам и разным конторам, а три последних этажа занимал банк. Потратив немного времени, Злата завладела вниманием необходимого ей работника — и все её проблемы были решены.

Ей открыли счёт на имя старшего сына, а она стала его доверенным лицом. Служащий сразу разъяснил Злате шаткость её положения. Оказалось, что в особых случаях все её счета может забрать себе отец, а так, в случае открытого конфликта с родом Эйш, он не сможет претендовать на деньги Иржи Больдо. Зато генерал мог оспорить счёт сына, но Злате пришлось рисковать. От отца Талейты она ожидала любых гадостей, а по поводу Больдо хотелось думать лучше.

Служащий банка дал рекомендацию безопасной для лэры гостиницы и пообещал в считанные дни подобрать приличный домик. Злата заранее ознакомилась с ценами и поправила банковского работника:

— Скромный домик в приличном районе.

Ей приходилось думать о том, чтобы оставались деньги на проживание и оплату учителя магии. Дети не должны ни в чём нуждаться, а маленький домик будет легче обиходить и протапливать.

Несколько дней, проведённых в гостинице, вымотали всю семью. Каждый день Злата надеялась съехать, поэтому не развязывала короба, но все предложенные банком дома её не устраивали.

Ещё пара недель проживания в гостинице — и она сможет позволить себе купить дом только в деревне!

Злата, конечно, утрировала, но расплачиваясь каждое утро за номер, она не могла избавиться от мыслей, что на эти деньги могла бы купить десяток породистых кур, или неделю всей семьёй питаться в трактире, или оплатить полный рабочий день учителя магии.

Она всё чаще невольно заглядывала в будущее и понимала, что через год ей потребуется работа, чтобы оставаться на плаву и поддерживать привычный детям образ жизни. Это настраивало на деловой лад и не давало расслабляться.

Скорее бы уже купить дом, обустроиться и начать вливаться в новую жизнь! Слава Богу, она многое может предложить этому миру, и её сердце грела надежда, что пусть небольшой доход, но она сумеет получать даже в сугубо патриархальном обществе.

В немного отдалённом от центра города районе, где селились по большей части купцы средней руки, Злате понравился узкий трёхэтажный домик с современными удобствами и местом для экипажа. Для неё с детьми его даже было много, но на фоне соседних домов продаваемый экземпляр казался сиротинушкой.

— Ничего, главное, что он добротный, — приговаривала Злата, осматривая первый хозяйственный этаж. — Большая кухня, целых три кладовки, правда, они больше напоминают встроенные шкафы, но так даже удобнее. О, шикарный сухой холодный подвал! Это замечательно! Мальчики, поднимемся на второй этаж.

Злата всегда мечтала заняться заготовками, и самый смак был в том, чтобы разноцветные баночки стояли длинными рядами в специальном помещении. Она даже как-то поддаваясь настроению, нарисовала красивые картинки для варений и солений. Но по разным причинам всё это так и осталось мечтами.

— Мама, тут мрачно, — буркнул старший сын, осматривая второй этаж и вырывая её из грёз.

— А мы повесим красивые шторы, добавим ковры… — Злата осеклась, испугавшись, что на её вкус повлияла прошлая хозяйка тела, но один-два ковра разбавят каменные стены и тёмный пол.

Ей понравилось, что на этом этаже есть просторная гостиная, которая плавно переходила в столовую, и хватило места ещё для крохотной отдельной комнаты, которая может служить спальней или гостевой.

— Давайте посмотрим третий этаж.

Как оказалось, есть не только третий этаж, но ещё и низкая мансарда. Четырёх небольших спаленок, расположенных вокруг огромной печной трубы, обложенной камнем, вполне хватало, если каждый займёт по одной комнате. Но что и говорить, её подкупила цена дома.

В этом мире приличным людям положено иметь кабинет, отдельную гостиную, отдельную столовую, библиотеку, а в продаваемом домике не удосужились соблюсти негласные правила. Злату это не волновало. Она не собиралась приглашать гостей, а по земным меркам она получила хороший дом в безопасном месте. Всё же в столице не все районы пригодны для проживания молодой лэры с маленькими детьми!

Проследив в банке за списываемой суммой за оплату дома и процента за услуги, пожадничала, подумав, что если всё сложить, то можно было бы рассчитывать на домик с небольшим садиком. Но, с другой стороны, сколько она оставила бы денег в гостинице, пока сама разбиралась с поиском жилья?

Злата организовала перевозку вещей в тот же день. Сама проследила за подъёмом массивного зеркала на второй этаж и поставила его сначала в спаленку. Потом подумала о том, что некомфортно спать рядом с проходом в другой мир и зеркало подняли в мансарду.

«Подальше от чужих глаз», — подытожила Злата, широко улыбаясь рабочим, которые тащили зеркало. Мелочи для их дополнительного поощрения у неё не было, поэтому она, не скупясь, дарила улыбку вспотевшим мужчинам.

Переночевав последний день в гостинице и оплатив её, молодая и прекрасная лэра Эйш с двумя сыновьями отбыла по новому адресу местожительства. Подходя к дому, она достала внушительный ключ и, волнуясь, вручила его Иржи.

— Открывай, сынок, — торжественно заявила она — и приосанившийся мальчик отворил дверь, сделал первый шаг, осмотрелся так, как будто и не был здесь вчера.

— Ну что ж, — по-деловому произнёс он, — заходите.

Злата с улыбкой подхватила на руки Каджи и на ушко ему посплетничала:

— Наш Иржи, такой важный и серьёзный! С эдаким хозяином нам не страшно жить одним!

Малыш одобрительно кивнул и с обожанием посмотрел на брата. Злата очень боялась, что детям надоест их неустроенность и они запросятся к отцу. Она всячески старалась подбодрить их, следила, чтобы они не скучали, и очень уставала, пребывая в постоянном напряжении.

Не успела девушка оглядеться и решить, с чего начать осваиваться в доме, как в дверь постучали и предложили привезти дрова на зиму. Это была удача! В памяти Талейты ничего не было о таких мелочах, а Злата понимала только одно, что дому нужны будут дрова, но где их взять, она не представляла. Обрадовавшись предложению, она, чуть поторговавшись, согласилась.

Вскоре в дверь снова постучали, и Злата договорилась с молочницей о доставке молока, творога, масла и яиц; потом зашла женщина, привозящая овощи и фрукты из деревни. Если бы ещё предложили мясо на дом, то Злате не пришлось бы думать, как в мясной лавке скрыть, что она лэра.

При одной мысли о походе на рынок или посещении продуктовых лавочек, внутри рождался устойчивый протест. Чужая память бескомпромиссно толкала исключительно в центр города, где находились шикарные магазины со всякими безделицами, тканями, артефактами, ну, в крайнем случае, кондитерские, но не туда, куда нужно было Злате.

Художница задумалась и решила проверить на личном опыте, насколько верно лэра Талейта представляла себе мироустройство. Вполне возможно, что она многое преувеличивала?

— Иржи, начни распаковывать вон тот короб, там я уже срезала верёвку. Каджи, а ты скрути её в клубочек и кидай сюда.

Злата поставила у стены небольшую корзинку для верёвок.

— Потом просто доставайте вещи и кладите их на стол, а я скоро вернусь.

Вытряхнув из средних размеров расшитой бисером сумки упакованные шарфики и платки, Злата взяла её с собой и отправилась в булочную, которую приметила при подъезде к дому. На улочке почти никого не было, лишь несколько мальчишек играли и шумели, споря между собою.

Девушка выдохнула, так как память хозяйки этого тела не сдавалась и рисовала ей жуткие картины того, как на неё будут тыкать пальцем. Всего через два дома она очутилась в булочной и кошмар всё-таки состоялся. Четыре женщины, тараща глаза, расступились перед ней, и Злата покупала булку, хлеб, сладкие завитушки в полной тишине.

«Они привыкнут», — повторяла себе Злата, поражённая наглядной демонстрацией заскорузлости общества. Она вообще-то думала посылать в булочную Иржи, но кто знает, как поведут себя все эти тётки, которые сейчас вылупились так, как будто она у них что-то отняла.

Домой расстроенная Злата вернулась быстро и скрывая чувства, бодро подозвала мальчишек к плите. Она попросила Иржи при помощи магии зажечь огонь, и принялась объяснять Каджи, как опасно дотрагиваться до поверхности плиты или брать посуду с неё без защитной прихватки. Она улыбалась, видя, как Иржи тоже внимательно её слушает. Правила безопасности озвучивались больше для него, чем для малыша. Каджи Злата не собиралась даже близко подпускать к плите. Оставалось порадоваться, что для самой девушки в устройстве плиты не оказалось ничего сложного, и она быстро разобралась, как ею пользоваться.

— У нас нет кухарки, и готовить буду я. Мне будет приятно, если вы хотя бы иногда составите мне компанию и посидите рядом. Стол большой и здесь можно рисовать или делать уроки. А зимой тут будет теплее всего.

Не сказать, чтобы дети были рады услышанной новости. В их представлении кухня — не самое чистое место, а видеть маму в белом фартуке и красным лицом им не хотелось, но они согласно кивнули.

Злата не столько понимала, сколько чувствовала настроение ребят, и пыталась компенсировать их сомнения, неуверенность, улыбкой или забавной детской песенкой, а то и просто нежным касанием.

Она полностью освободила стол от принесённых молочницей и торговкой овощами продуктов. Постелила на половину красивую скатерть и поставила грубоватую посуду, которая осталась на кухне от прошлых хозяев. Тащить из дома генерала чашки, ложки, сковородки ей было стыдно, а теперь всё это предстояло купить.

— Ну вот, прошу к столу, — гостеприимно пригласила Злата и помогла забраться Каджи на высоковатую для него скамью.

Сладкие завитушки и чай с успехом заменили новосёлам завтрак. Девушка поела быстрее всех и сидела, прикидывая, чем покормит детей попозже и что она может подать им на обед, но получалось, что сегодня придётся съездить в ресторан, к примеру в «Каштан». Там и цены демократичные, и честь будет сохранена.

Целый день Злата разбирала вместе с ребятками вещи. Одна она управилась бы быстрее, но гувернантки или учителя не было, а оставлять мальчишек одних побоялась. Чтобы младшему не было скучно заниматься разбором вещей, Злата постоянно меняла ему задания.

Малыш разносил одежду по комнатам, складывал ненужные верёвки в одно место или отодвигал в угол пустые короба. Его посылали на кухню за булочками или он следил за временем. От Иржи было больше толка, но всё же он тоже мал, и Злата старалась так же менять ему поручения и почаще хвалить. Уложив детей спать на новом месте, она, несмотря на усталость, заставила себя продолжать заниматься разбором коробов, пока совсем не стемнело.

Следующий день тоже прошёл в хлопотах, но им привезли по предварительной договорённости еду из «Каштана», и это очень сэкономило время. Злата мыла окна, полы, лестницы, вешала шторы, расстелила два прихваченных тонких ковра, расставляла мелкие предметы. Дом преобразился, и уже вечером вся семья облегчённо выдохнула, расположившись, как положено в благородных семьях, на втором этаже и ужиная. Потом они все вместе играли, много смеялись, и легли спать.

Конечно, ещё оставалось прибраться в подвале, хорошо бы помыть замызганные ручки у дверей, повесить полочки в основной ванной комнате, но это всё можно сделать после, не торопясь. На утро третьего дня Злата решилась выпустить мальчишек погулять, а сама прошлась до булочной.

Снова на неё косились покупательницы, но она невозмутимо продвинулась вперёд, купила всё, что ей нужно и вернулась домой. Постояв у дверей и понаблюдав, как Иржи с Каджи вливаются в детский коллектив, она решилась сходить за продуктами. Чтобы готовить, требовалось множество мелочей, таких как соль, сахар, чай, крупы, и конечно, сыры, мясо.

Злата отправилась не на рынок, где можно было бы изрядно сэкономить, а в конец улицы. Там пестрели вывески требующихся ей магазинчиков и лавок.

Она волновалась, оставляя детей на улице, но успокаивала себя тем, что всегда может оглянуться и увидеть их, а на обратном пути они всё время будут у неё на глазах. Всё же мальчикам необходимо познакомиться с местными ребятами, пока не похолодало, и у них есть свободное время. На следующей неделе Злата собиралась пригласить на работу лэра Гьяси.

Уже заходя во вторую лавку, девушка пожалела, что не поехала на многоножке. По меркам жительницы Земли все магазинчики находились в шаговой доступности, но вот отсутствие нормальных фасовочных пакетов и крепкой сумки чрезвычайно усложнило ей закупку. Да ещё, как назло, везде пялились на неё, хотя она надела самое простое платье.

Злата боялась дышать, только бы не выпустить из рук множество кульков, и старательно вглядывалась в то, что происходит между детьми. Напряженная обстановка была видна издалека, но когда в руках старшего сына зажегся огонёк, она ускорила шаг, почти переходя на бег. На её глазах мальчик постарше поднял с дороги конское яблоко и бросил в Иржи, тот увернулся и кинул под ноги хулигану свой огонёк, который рассыпался искрами при ударе о мостовую. Все дети с криками разбежались, а её мальчики остались стоять. Видя, что никто не пострадал, она подошла к дверям дома и позвала их:

— Лэры, прошу вас вернуться в дом, — чопорно велела она, подмечая, как смотрят на неё из соседних окон.

Захлопнув за детьми дверь, Злата со стоном облегчения избавилась от кульков и грустно посмотрела на сыновей.

— Что не поделили? — стараясь задавать вопрос как можно беззаботнее, поинтересовалась она.

— Нам нечего делить с купчишками, — высокомерно заявил Иржи, а Каджи похвастал:

— Мама, они плохо говорили о тебе, а мы заступились!

— Я тебе язык оторву, — рявкнул Иржи, и малыш набычился, а потом слёзы потекли у него из глаз, но он поглядывал на брата и пытался сдержаться.

Злата не знала, что ей делать. Она думала, что дети всегда найдут общий язык. В книгах часто пишут, что сначала подерутся, потом лучшие друзья, но тут прямо какой-то сословный раскол случился! Ещё она считала, что надо жалеть маленьких детей, так делали её родители, но сейчас она поглядывала на сурового Иржи — и не осмеливалась протянуть руку к младшему, чтобы он выплакался в её объятиях. И ещё обеспокоило то, что о ней плохо говорят. Неужели лэр Эйш что-то учудил и так скоро умудрился осложнить ей жизнь?

Она растеряно присела за кухонный стол, посмотрела на детей и тут же вскочила:

— Солнышки, что же мы пришли с улицы и даже руки не помыли! Давайте-ка приводить себя в порядок!

Злата нарочно суетилась рядом со старшим, стараясь погладить его по голове, и изловчилась чмокнуть его в щёку, как своего защитника. Младшему досталось больше внимания, так как раковина была установлена высоко, и его пришлось поддерживать на табурете. Как только Злата увидела, что дети успокоились, она тихо попросила рассказать Иржи, в чём дело.

— Сынок, мне надо понимать, откуда исходит опасность. Если мой отец…

— Нет, это не лэр Эйш.

— Тогда я в полной растерянности и так будет, пока ты мне не скажешь или люди на улице не станут кричать мне что-то обидное.

Иржи, насупившись, молчал, но потом твёрдо посмотрел на Злату и чётко произнёс:

— Они видели, как ты сама моешь окна.

— И? — не поняла Злата.

— У нас нет кухарки, нет прислуги, но мы вроде как лэры…

— Не вроде как, а у нас стоит многоножка, и это прямой факт, который лучше всяких слов указывает на наше положение, если возникли сомнения, — начала оправдываться Злата, но уже догадалась, что нарушила привычные устои, и первыми пострадали дети.

Как же так получается? Вроде она всё понимает про чужой монастырь и свой устав, но из-за того, что она продолжает думать как иномирянка и оставила неизменными кое-какие привычки для себя, это всё же аукнулось её семье. Пожалуй, она недооценила важность правил и силу общественного мнения. А ещё забыла, что отныне проживает не в многомиллионном городе, и что до неё есть дело очень многим. Такие ошибки могут стоить очень дорого.

Сегодня в её детей кидаются навозом, несмотря на то, что у малыша в руках зажжён магический огонь, а завтра в окна полетят камни. И всё потому, что она выбивается из привычного образа и тем самым раздражает людей.

— Средневековье какое-то, — пробурчала Злата, не понимая, как одновременно могут сосуществовать лифты в многоэтажных домах и незыблемость норм поведения в течение столетий, а может, и тысячелетий.

— Как хорошо, что ты мне всё рассказал, — похвалила она Иржи. — Думаю, я была неправа, что не захотела держать в доме посторонних людей. Сегодня же я обращусь в агентство и оставлю заявку на служанку с кухаркой.

Злата улыбалась как болванчик, а в душе у неё ожесточённо скребли кошки. Она собиралась довести кухню до идеальной чистоты и похвастаться мальчикам, как она умеет готовить. А теперь, тут будет сновать чужая женщина, вытирать стол грязной тряпкой и чихать в суп!

Не меньше раздражали мысли о служанке. О, это совсем не те девушки, что занимаются уборкой в доме, это соглядатаи и сплетницы с пушистой метёлкой в руках, гоняющие пыль с места на место! Вся польза от этих шпионок состоит в том, что они приглядывают за приходящими женщинами, которые моют и натирают полы, трясут ковры или забирают бельё в стирку.

Жизнь с первых дней складывается совсем не такой, как она ожидала, и к тому же за все неудобства ей придётся раскошелиться.

Невольно к Злате закралась искушающая мысль: а что, если бы она была одна? Стала бы она прогибаться под общество или придумала бы себе другую жизнь?

Она же в магическом мире, где есть академии и студенческие практики с приключениями, одинокие великие маги, дворцовые интриги и тут, в конце концов, рядом живёт король, а она, между прочим, редкая птица — попаданка, при сопутствующих наилучших данных!

Злата горько усмехнулась. Какой соблазн, однако! Всё это она проходила. Правда, Владислава можно с натяжкой назвать королём, но какое-то время он ей казался им.

Она перевела взгляд на детей, которые разворачивали кульки и смотрели, что мама купила. Им без разницы, умная она или красивая, они любят её за то, что она их мама.

Любят и защищают.

А ей хочется стать лучшей мамой на всём белом свете, только чтобы их обожание не гасло. Пожалуй, эгоистично, но зато какой сильный стимул, чтобы наплевать на все другие искушения!

Отложив запланированные дела, Злата снова заказала обед в «Каштане», а после с детьми поехала в банк. Ей необходимо было получить советы по поводу прислуги. В памяти Талейты информация о найме была смутной и причиняла душевную боль. Немудрено, ведь первый же её опыт взять хозяйство в свои руки оказался неудачным.

Лэру Эйш с детьми встретил всё тот же служащий и подсказал, в какое агентство принято обращаться аристократам. Через полчаса Злата оставила заявку, а вечером уже беседовала с присланными кандидатками.

Иржи смотрел в окно и несколько раз доложил, что некоторые девушки, увидев их дом, разворачивались и уходили. Те служанки, что рискнули зайти, узнав, что в доме нет лэра, отчего-то краснея, передумывали наниматься.

До Златы не сразу дошло, на какие дополнительные обязанности надеялись девушки. На душе стало гаже и, несмотря на то, что платить предстояло не так уж много, она почувствовала, что лучше будет чахнуть над каждой монетой, чем отдаст их этим вертихвосткам. Складывалось тупиковое положение.

День прошёл бестолково, но соседи бдили и слухи затихли. Когда Злата утром следующего дня отправилась в булочную, то хозяин, чрезвычайно смущаясь и часто повторяя, что это не его дело, всё же осмелился посоветовать пару женщин, ищущих работу.

— Но почему же они не обращаются в агентство?

— Понимаете ли, лэра, их положение столь затруднительно, что у них нет денег, чтобы оплатить услуги контор, занимающихся поиском работы.

— Но я думала, что для соискателей всё бесплатно?

— Э, с чего это вы взяли? Медосмотр, заполнение бланков, проверка наличия приличной одежды, проведение первичного собеседования — всё это стоит денег.

— А вы хотите мне подпихнуть тех, кто не прошёл медосмотр? — уцепилась Злата за взволновавший её пункт.

Для лэров любой линии теоретически болезни были не страшны, но практически надо уметь изгонять заболевания из своего тела. Ни она, ни Иржи, ни тем более малыш Каджи этого не умели, а значит, находились в зоне особого риска. Стоимость услуг целителей для детей лэров и для женской половины аристократии на взгляд Златы превышала все разумные пределы. Она очень волновалась по этому поводу и старалась уберечь свою маленькую семью от любых поводов для болезни.

Далеко не все следили за чистотой своего тела. Среди любого сословия можно было натолкнуться на воняющего потом или чем похуже, человека. Даже в банке она заметила, что от служащих, если пахло, то мылом или парфюмом, а от некоторых элитных клиентов откровенно воняло. Память Талейты оправдывала их, поясняя, что это из-за специфики службы или дара, но было бы желание!

Злата на себе прочувствовала проблему в плане запаха. Самой не сложно ополоснуться, но дорогие платья каждый день стирать не будешь. Она уже попробовала освежить одно, а потом еле вытянула из ванны тяжёлый наряд, который так и не смогла толком отжать, а после поняла, что ей не на что его повесить, чтобы не вытянулась ткань. На полу растянутое платье сохло два дня. Но Злата сдаваться не собиралась!

— Лэра, вы сами увидите, что эти женщины чистые и умеют следить за собой, — продолжал говорить булочник.

Девушка вдруг подумала, что она излишне нервничает и постоянно раздражена в последние дни, что ей не свойственно. Она одобрительно кивнула хозяину булочной, выражая своё согласие побеседовать с его протеже, а сама выбралась на улицу и с удовольствием подняла взгляд на солнце. Тут же захотелось сделать что-то такое… такое… ну такое!

— Господи! — прошептала Злата. — Это же меня от магии распирает! Надо колдовать или как-то сливать излишки!

Колдовать было страшно. Одно дело в имении, где всё шито-крыто, другое дело — здесь. Ей только поющих окон не хватало или убегающих от неё платьев!

Она едва ли не вприпрыжку заспешила домой и забрав из шкатулки Талейты один из бланков магических вестников, чиркнула записку учителю. У Иржи может быть такая же проблема с накоплением энергии и затягивать с этим нельзя! Сделав необходимое, Злата побежала на самый верх и активировала зеркало. Недоуменно разглядывая съёмную квартиру и спящего мужика на диване, она отпрянула. Совсем закрутилась с делами и забыла о переезде Талейты на Земле.

— Вот повод разумно потратить энергию, — сообщила девушка пустоте.

Силы было много, если не сказать, что она била через край, и художница не только пробилась в свою родную квартиру, но ещё загрузила магией бездонное зазеркалье. На какой-то момент ей показалось, что в нём кто-то есть, но она благоразумно прикрыла проход, раз Талейты всё равно не было дома.

Иржи с Каджи бегали по второму этажу, играя то в ловцов троллей, то в разведчиков, то кидали деревянные колечки на палку. Злата спустилась вниз и думала испечь ребятам овощные оладушки, но на кухне не оказалось тёрки. Расстроившись, она сидела за столом, подпирая щёку, и думала, сколько мелочей она не учла.

Обыденные вещи на Земле здесь становились невероятной ценностью. Даже нож — и тот на этой кухне проблема: чуть оставишь влажным, сразу же ржавеет. У Гильды были ножи из особой стали, и она их клала на отдельную полочку. Злата не придала этому значения, а сейчас понимает, что по нынешним доходам подобные ножи для неё — расточительство. Их делают либо маги, либо привозят из страны гор, где живут гномы.

Ну, а чтобы заказать для себя тёрку или мясорубку, об этом не может быть и речи. Она перевела взгляд на кувшин с маслом. Вот ещё непривычная вещь. Масло с сильным запахом, что ограничивает его использование. А ещё нечем мыть посуду. Мыльный раствор есть, а вот привычной губки для посуды нет. Злата решила испечь блинов, но и с этим не справилась. Они один за другим прилипали к тяжеленной сковороде, и пришлось сварить кашу.

Осознание своей неумелости и неприспособленности к условиям этого мира, подавляло. Были мысли съездить к кухарке генерала и спросить, как обращаться со сковородками, чтобы к ним не прилипало, посмотреть, чем она отскребает гарь, во что упаковывает недоеденные продукты, но понимала, что это уже слишком для лэры, а на эти грабли она уже наступила и урок усвоила.

Мальчишки ели кашу с удовольствием, и у Златы понемногу поднялось настроение.

— Ничего, справлюсь, не так, так эдак! — таинственно провозгласила она и снова отправилась в мансарду.

Активировала зеркало, не особо надеясь на то, что Талейта дома, но ей повезло. Лэра прямо в одежде и туфлях устало раскинулась на кровати.

— Эй, ты спишь?

— Что? — лэра приподняла очень помолодевшее Златино тело и уставилась недовольным взглядом в зеркало.

— Привет! Я думала, ты работу ищешь, но всё же надеялась…

— Ищу, — буркнула Талейта, — но вокруг одни идиоты!

— Э-э-э, послушай, а ты что носишь по улице все эти побрякушки или просто померить решила?

Элегантная блондинка посмотрела на Злату как на дуру.

— Ясно, — художница сложила руки на груди и строго произнесла: — Во-первых, для Земли надевать всё то, что на тебе, это вульгарно, и твоё счастье, что люди думают, что это бижутерия. Во-вторых, ты сильно рискуешь и можешь привлечь внимание бандитов.

— Не тебе меня учить, — огрызнулась Талейта, но принялась снимать с себя украшения. Потом она посмотрела на Злату и усмехнулась: — В моём мире ты не можешь ходить без украшений даже по дому! Это статус и защита. Забудь о том, что было на Земле, и куда бы ни пошла, носи хотя бы сапфировый комплект и золотые браслеты.

— Моя жизнь такова, что это невыполнимо, — произнесла Злата.

— Не говори глупостей! Ты…

Злата нахмурилась и погрозила пальцем лэре, чтобы не перебивала. Та фыркнула, но замолчала.

— Талейта, ты же знала, что у тебя родился братик?

— Конечно, но при чём тут…

— Все твои деньги достались ему, — видя, что лэра не совсем понимает, Злата медленно повторила фразу, разделяя каждое слово.

— Но Больдо дал за меня сумасшедший выкуп! Хотя хватило бы приказа короля. А моё приданое папа обещал сберечь и приумножить! Ты что-то не поняла или врёшь!

— Напоследок твой отец посоветовал усвоить урок и свои деньги всегда держать при себе.

— Этого не может быть…

— Маленький Дамиан — наследник и лэр высшей линии.

Талейта закрыло лицо руками, и отвернулась от зеркала, а Злата услышала, как та повторяет фразу, сказанную её матерью:

— И у него должны быть богатые земли и доход, приличествующий благородным лэрам.

Она резко развернулась и зло спросила:

— А сёстры? Если бы они отдали часть наследства, то папе не пришлось бы так со мной поступать!

— У твоих сестёр есть мужья, и им нет дела до тестя или его сына. Талейта, я выжала у лэра Эйша небольшую сумму, чтобы купить домик и нам с детьми было, где жить. Он настаивает на том, чтобы я отказалась от фамилии Эйш…

— Нет! Не смей! — девушка подскочила к зеркалу. — Это мой род, и никто не имеет права…

— Не кипятись, у меня же твоя память и я всё понимаю. Но Тали, — мягко начала Злата, разглядывая лэру и разбросанные по комнате шкатулки с ценностями, — будь осторожна. Ты слишком выборочно пользуешься моей памятью и очень рискуешь.

Художница понимала, что с ней УЖЕ случилось плохое, а вот Талейта ходит по краю бездны и сейчас важнее предостеречь её, пока не поздно.

— Даже всего лишь похваставшись какой-нибудь новой подружке теми нарядами, что у тебя хранятся из родного мира, ты рискуешь быть ограбленной или убитой, а демонстрируя свои драгоценности…

— Не продолжай!

— И всё же, подумай над моими словами и присмотрись, как одеваются другие люди. В твоём распоряжении телевизор, интернет…

— Ладно, ты же не просто так обо мне заботишься? Надеюсь, ты не потратила мои деньги, что я оставила тебе на покупку артефактов?

— Нет, я их только перевела в другой банк. Не буду вдаваться в объяснения, у тебя в распоряжении моя память и ты сама поймёшь, почему надо держаться подальше от очень выгодных и сладеньких предложений. И ты права, мне не на кого надеяться, кроме как на тебя!

— Я не вернусь на Вьюнок!

— И не надо, но ты можешь мне помочь в мелочах, которые тут оказались очень важны.

Талейта вопросительно выгнула бровь и приосанилась.

— Мне не по карману нормальное мыло, шампунь, а на Земле это стоит копейки. Мне бы пригодился набор ножей, губок для посуды, посудомой, маленькая ручная швейная машинка и набор катушек.

— Зачем тебе всё это? Мыло, шампунь, я понимаю, но остальное…

— У меня пока нет прислуги, и я не справляюсь…

— Подожди, где ты живёшь? Я плохо вижу, похоже на сарай.

— Это мансарда. Я купила домик в купеческом районе.

— О, нет! Какой позор!

— Скажи спасибо своему отцу, — не сдержалась от упрёка Злата, всё время терзая себя мыслью, что генерал может предоставить детям лучший комфорт, чем она.

— Ты могла уехать в любое имение…

— Тали, как ты не поймёшь! Всё, что нужно твоей семье — это то, чтобы ты исчезла с их глаз долой, и желательно сменив фамилию. Все знают, ты была богата и что будет, если общество проведает о том, что тебя ограбили родители?

— Я… мне не верится, что со мной так поступили…

— Знаешь, Тали, я не представляю, в каком бы ты была состоянии, сообщи тебе твой папа все новости напрямую. Даже меня пробрало от его лицемерия и предательства! Я же знаю, что ты была его принцессой, а оказалось, что он очень надеялся породниться с королём и только поэтому называл тебя так. Привыкал заранее к титулу. Но я не прошусь на Землю, я выстою, только помоги мне в самом сложном для меня. Бытовые мелочи изматывают и забирают столько времени! И подумай о том, что моя помощь тебе тоже пригодится и дело не в покупке артефактов. Мои советы помогут тебе дожить до того времени, когда омолаживающие кристаллы тебе вновь понадобятся.

— Я… я не знаю… мне надо подумать.

Талейте не хотелось вникать в ту мелочёвку, что озвучила Злата. Какая-то чушь! Отец лишил её денег, а она беспокоится о каких-то губках и мыле.

Неожиданно на зеркало заползла здоровенная морда… дракона!